Глава 33

Пока Ольги не было, мужики перенесли стол в зал, расселись там впятером и обсудили возможность разрыва соглашений.

«Квадрига» выплачивала «Стеллару» солидную неустойку. Также оговорили компенсацию за досрочное расторжение по соглашению сторон. Все должно было занять не более четырех дней. Именно столько потребуется бухгалтерам и экономистам, чтобы перечислить клиенту остатки средств, закрыть счета, сделать выписки и утрясти бумажные формальности. К концу недели все будет кончено.

Несмотря на расходы, Мирослав остался доволен, чего нельзя было сказать про олигарха.

* * *

— Алло!

— Да, Надя, слушаю, — остановилась на миг Ольга, доставая из кармана пальто смартфон. — Что случилось?

Она не ожидала, что Дробышева так скоро позвонит. Вроде бы, подруги уже сегодня все обсудили.

— Ты новости не смотрела?

— Нет, — насторожилась Ольга. — Когда мне?

— Оль! Ты опять все пропустила…

* * *

«Бригада», которая совершила нападение на дачу, оказалась причастной к убийству киллера, накануне покушавшегося на Зимина. Подруга добавила, что и депутата, скорее всего, устранили те же бандиты.

— Что, так и говорят? — переспросила Ольга.

— Ну, да.

Тем лучше.

Она не знала, когда стала настолько циничной. Никаких угрызений совести. Женщина просто испытала облегчение, что за мужем не придут из «органов». Ведь она-то знала… Это было хуже всего.

Или вот, к примеру, давешний таксист. Они же не сдали его в полицию. Не писали заявление. Мужика просто скрутили и куда-то увезли люди Зимина. И все. Был человек — и нет человека. Хотя как раз этого типа ни капли ни жаль. Он бы ее точно не пожалел.

Такие вот невеселые мысли.

Ольга пыталась примириться сама с собой, но пока что плохо получалось.

— Ольга Борисовна, с вами все в порядке? — уточнил охранник, видя, что хозяйка замерла, уставившись перед собой.

— А? — очнулась она. — Да-да. Нет, Надь, это не тебе. Охранник, да… Давай потом поговорим. Домой приду — посмотрю новости. Хорошо. Пока.

* * *

В квартире было пусто. Все разъехались. Остался только Зимин, почему-то одетый во вчерашний слегка помятый костюм. Муж героически сражался с галстуком, но зеркала не было, и Мирослав проигрывал эту неравную схватку.

— Ты куда-то собрался? — спросила его Ольга, отстегивая пекинеса от поводка.

— Домой.

— В смысле?

У нее на лице было написано удивление. Ольга еще не поняла, что имел в виду муж. Потом дошло. Едет без нее, не дождался.

— А-а… Дела? — сообразила она. — Ну, езжай.

Она подошла к Мирославу и ловко помогла завязать галстук. Сначала с каким-то извращенным удовольствием затянула узел до предела, потом пожалела мужика и чуть ослабила. Полюбовалась работой.

Зимин сглотнул: кадык шевельнулся. Ольге захотелось поцеловать его туда, в эту мощную шею, и куснуть. Ощутить солоноватую от пота кожу. Непонятно, чего больше. То ли сделать больно, то ли отдаться без остатка и ласкать каждый сантиметр.

— Так, я не понял, — почувствовав, что она не в настроении, нахмурился Мирослав, обнимая ее за талию. — Что за дела?

— Все нормально. Не волнуйся, — ответила она и объяснила, подняв на него глаза: — Сегодня точно никуда не поеду, Слав. Во-первых, я устала и хочу спать. Во-вторых, надо навестить соседку в больнице. Я обещала. Если ее выпишут, прослежу, чтобы взяли сиделку или соцработника. Собаку еще надо отдать.

— А-а… — протянул он. — Ну, оставайся. Когда надумаешь, звони.

Его настроение сменилось так же быстро, как и ее. При этих словах Ольга испытала острое разочарование. А чего она, собственно, ожидала? Что он будет ее уговаривать и упрашивать? Или останется с ней еще на несколько дней?

Не тот случай.

Она обняла его в ответ и постояла так минуту-другую. Потом нехотя отпустила и легонько подтолкнула к дверям, за которым ждали охранники.

— Иди уже, — сказала она, опасаясь, что передумает. — Ничего не забыл?

— Нет, — коротко ответил он, смерив ее взглядом, и только это показало, насколько он недоволен.

Когда муж вышел, Ольга подошла к окну. Проследив, как Мирослав сел в машину, она набрала его:

— Слав?

— Ну?! — недовольно ответил он.

Зашуршало. Уронил, что ли, телефон?

— Не злишься? — спросила она, усевшись на подоконник, и увидела, как он спустил стекло, выглянув наружу.

Ольга помахала ему. Подумала и послала воздушный поцелуй.

— Вообще да, — признался он, но голос уже не был таким напряженным. — Я думал, мы вместе вернемся в Москву.

— А я думала, что ты останешься, — улыбнулась она.

Наверное, улыбка как-то передалась по телефону, и он на том конце хмыкнул.

— Дела, Оль, — сказал Мирослав. — Дела никто не отменял. Нельзя надолго бизнес оставить без присмотра.

Понятно. В создавшейся ситуации даже один день может оказаться фатальным. Надо показать, что руководитель фирмы жив, здоров и участвует в делах компании.

— Понимаю. Лекарства пить не забывай, — напомнила она. — Перевязка завтра. Я, наверное, только послезавтра приеду. Большаков сказал, возьмет меня в понедельник на совет директоров.

— Жду.

* * *

Мирослав ехал домой.

Ольга вовремя напомнила про таблетки, достал из блистера и принял. Чуть не забыл. Даже хорошо, что она позже поедет. Он за это время оклемается.

Что-то жена ему не нравилась. Финтит, хвостом крутит. Возможно, она, как любая настоящая женщина, просто металась из стороны в сторону, сама не зная чего хочет. Пару дней он ей дал на раздумья, чтобы разобралась в себе и мозги ему больше не…

— А-а… — дошло до мужика.

Вот оно что. Женские дела. Критические дни начались. Наверняка. Нервничает, не хочет с ним в одной постели оставаться. Понятно.

Бабка еще эта старая, соседка. Родственница олигарха. Зимину не нравилось, что какие-то посторонние люди для Ольги дороже, чем он.

С другой стороны, ее неравнодушие жене только в плюс. Другая бы прошла мимо. Тем более что старушка не одинока, есть кому помочь.

* * *

— Ты чего? — спросила Ольга у песика, который уселся возле подоконника и на нее смотрел. — Есть хочешь?

До нее вдруг дошло, что собаку-то ребята привезли, а корм прихватить забыли.

— Мужчины…

Пекинес довольно зачавкал остатками роскоши из ресторана.

* * *

На другой день Ольга подгадала, чтобы не встретиться с олигархом снова. Она специально позвонила в приемный покой и уточнила, есть ли посетители на сегодня к Мире Загитовне.

Убедившись, что племянник уже навестил ее и уехал, Ольга отправилась к соседке. Выглядела та гораздо лучше, спасибо врачам. Правда, похудела еще сильнее, став тенью себя прежней. Сухонькое, просто невесомое тело лежало на белоснежных простынях. Кожа мертвенно-бледная, с желтым оттенком. Только карие глаза живые, прежние. И жажда жизни в них. При виде молодой соседки, навестившей ее, больная слабо улыбнулась.

Сиделка — женщина средних лет, которую нанял олигарх, — сноровисто подняла верх кровати, нажав на какие-то рычаги. Так пациентке было удобнее общаться с гостьей.

— Вас оставить? — уточнила она. — Посещение не более десяти минут. Волновать нельзя.

— Хорошо, — кивнула Ольга, присаживаясь рядом.

Поправив датчик, закрепленный зажимом на пальце у Миры Загитовны, сиделка удалилась.

— Мира Загитовна, это вам.

Ольга поставила букет в вазу на подоконнике. Сказали, никаких угощений пока нельзя, так что она раздала фрукты медсестрам. Только герберы оставила. Было в них, огненно-рыжих, что-то жизнеутверждающее.

— Оленька, рада тебя видеть. Как там мой Чарли? — прошелестела старушка.

— Хорошо, — ответила Ольга. — Прижился у нас.

И она рассказала пару смешных историй о пекинесе, радуясь, что соседка не знала о последних событиях.

— Мира Загитовна, не сказали, когда вас выписывают?

— Пока что не отпускают, — вздохнула та. — Оставляют на обследование. Ильхан расстроился.

Хотелось посочувствовать хотя бы для вида, но не получалось. Ольга не любила врать, особенно близким людям. Но не могла же она рассказать старушке, какой мерзавец ее драгоценный племянник!

— Я к вам через неделю заеду, — пообещала она. — За Чарли не переживайте, как только вас выпишут, сразу верну. Кстати, он немного потолстел. Мы его раскормили.

— Гуляйте побольше, — посоветовала хозяйка пса.

Попрощавшись, Ольга вернулась домой и стала собираться. Собственно, брать с собой нечего. Приехала налегке — так же и вернется.

Внутри, как маленькое солнышко, росла радость. Она едет к мужу. Скоро, совсем скоро они увидятся. И пусть весь мир подождет.

* * *

— Слав, я еду! Почти доехала! — сказала она в трубку, когда машина выруливала к жилому комплексу на Крылатском.

— Как? Уже?

Мирослав не ожидал так скоро.

* * *

Они с Попом накануне полночи на кухне обсуждали создавшуюся ситуацию. Сначала то, что Ибрагимов отвалился — туда ему и дорога. Потому что правда неохота глупо влипнуть с денежными траншами. Потом говорили о том, что Кузина скоро могут отпустить на свободу.

— В пресс-хату не сунули, а там и адвокат вытащит, — сказал Поп. — Базиль не вмешивается пока. Ждет, чем все кончится.

— Но он и беспредельничать не даст. Ему такое серпом по яйцам.

Зима имел в виду, что два покушения подряд на «своего» человека, который ничем это не спровоцировал, да еще и регулярно заносил в общак — дело скверное. Кузина просто не поймут.

— Вам с ним на одной земле не ходить теперь. Как выпустят — что будешь делать? — хитро прищурился заместитель.

— А ты как думаешь?

* * *

После ночных посиделок, естественно, остался срач. Времени в обрез.

Окинув взглядом разгром, Мирослав не нашел ничего лучше, как сгрести грязную посуду, пустую стеклотару и пепельницу с окурками в мусорный мешок и выставить его в прихожую.

— Я поднимаюсь! — доложила примерная жена.

— Давай, жду.

Он открыл дверь, и Ольга повисла у него на шее, осыпая поцелуями.

* * *

Несколько дней пролетели беззаботно.

И вдруг Кузина за недостаточной доказанностью выпустили из СИЗО. Его заместитель не пошел на сделку со следствием и все взял на себя.

Это был шок.

До этого женщина расслаблено лежала на боку на диванчике в гостиной, как древняя патрицианка. Рядом точно так же, вывалив язык, балдел пекинес. Время утренней прогулки еще не настало.

— О, боже.

Женщина резко села, не отрывая взгляда от экрана большой «плазмы» на стене. Повторяли вчерашние новости. Егора Кузина как раз выводили из здания. Адвокат давал интервью, сообщая, что его подзащитный — невинная жертва обстоятельств, и что справедливость непременно восторжествует, а истинные виновники понесут заслуженное наказание.

Конкурент мужа выглядел довольным. Он улыбался, не думая закрывать лицо от камер и софитов, и вообще выглядел победителем.

Ей стало жутко. Она вспомнила похотливый взгляд. Его жадные, грубые руки, настойчивые губы и тяжесть сверху, колено, раздвигающее ноги, и шепот на ухо. Пальцы, которые ее слегка, не до смерти придушили, чтобы она не трепыхалась…

— Ох…

Чарли зарычал, не понимая, что так напугало хозяйку, и спрыгнул с диванчика. Ольга, узнав из новостей о происходящем, влетела из гостиной в гардеробную, где муж пытался надеть пиджак, не поднимая при этом руку. Шов мешал.

— Помочь?

— Давай, — вытянул он руку и поинтересовался: — Что случилось?

Жена выглядела взволнованной, как будто что-то произошло.

— Конкурента твоего выпускают, — сообщила она.

— А! Знаю, — ответил он. — Охрану усилят. Но не думаю, что он решится на еще что-нибудь в ближайшее время, пока идет следствие.

— Сла-ав… — посмотрела она на него. — Ты же обещал. Никаких секретов. Почему не сказал?

— Как раз собирался, — ответил он.

* * *

Теперь с Ольгой таскалось аж четыре человека. Две машины — на одной она, водитель и охранник, а на второй еще двое телохранителей. Обычно столько было только у Зимина.

— Перестраховался, — сказал он Ольге, поставив ее в известность об этом. — Потерпи немного.

— Немного? — переспросила она. — Это сколько? Мне работать надо. Новый пресс-секретарь не всегда справляется. Слав, я и так пропустила несколько дней. Хорошо, что бывший начальник довольно терпимый человек.

— Недолго уже осталось, — мотнул головой муж.

У нее аж холодок пробежал по спине. Стало не по себе.

— У тебя есть на Кузина компромат? — на всякий случай уточнила Ольга. — Хоть что-то, что указывает на причастность к покушению?

— К сожалению, нет, — ответил он. — Слова к делу не пришьешь.

— Досадно.

Значит, мерзавец останется на свободе, и конкуренты будут решать все между собой, раз не удалось привлечь Кузина к ответственности по закону. Все это Ольге очень не нравилось.

— Все, я поехал. Ты, кстати, не опаздываешь?

— Ой, да. Собаку сейчас отдам на выгул и буду собираться.

Женщина пошла за сумкой с документами.

* * *

Ваня-малой, он же Иван Деревянников, бывший раньше напарником Брилева, работал в службе безопасности банка «Квадрига» чуть больше года, но был на хорошем счету.

Он был тише воды, ниже травы, вникая в дела организации, передвижения руководителя и его зама, а также фиксируя встречи с криминальными авторитетами. Данные он смог передать лишь единожды, когда Бессонов получил указание ускорить расследование по делу Зимина. Это было летом. Однако мало помогло. К серьезным делам новичка редко подпускали.

Все изменилось, когда его поставили в связку с Брилевым, который был в организации около десяти лет. Потом напарников приставили к жене генерального директора, и следить за ним стало проще. Весьма кстати представился случай поставить в квартире «жучков».

Полковник выслушал доклад, принял решение, и на другой день пустующие апартаменты этажом ниже арендовали через подставных лиц. Там «слушали» происходящее в пентхаусе банкира. Прослушка на улице вызвала бы вопросы со стороны охраны. Да и конструкция здания создавала определенные помехи для сигнала.

Пока было мало материала, чтобы задержать или хотя бы вызвать их для дачи объяснений. К сожалению, все разговоры без конкретных фамилий или мест. Кликухи и погоняла — это не доказательства. Зимин и Попов привыкли даже наедине осторожничать.

Однако теперь это просто дело времени — раскрутить всю криминальную цепочку и доказать, что Зимин главарь ОПГ, замаскированной под частную охранную организацию.

* * *

Ольга уронила смартфон, и тот закатился между прикроватной тумбочкой и кроватью, застряв краем возле цоколя.

— Шьерт побьери, — споткнулась она и упала.

Хорошо, не виском об угол. А то стало бы в их семье два раненых бойца. Вот так всегда, когда торопишься. Женщина прислушалась к себе, машинально положив руку на живот, и облегченно вздохнула.

Пекинес заинтересованно топтался рядом, принимая в поисках активное участие. Пришлось прикрикнуть на пса, чтобы отстал.

Ольга скинула деловой жакет на кровать и снова встала на колени. Дотянувшись наконец до смартфона, она попыталась его вытащить. Снова выронила, чертыхнулась, попыталась сдвинуть тяжелую тумбочку в сторону… и вдруг увидела за цоколем их шикарной итальянской кровати какую-то тонкую проволочку. Ей, работавшей в ЧОПе, не надо было объяснять, что это может быть.

Достав смартфон, она вышла на площадку и только оттуда набрала номер Зимина:

— Слав, ты можешь прислать своих ребят?

— Что случилось? Ты в порядке?

— Все нормально, — успокоила она. — Прослушка у нас в спальне. А, может, и не только там.

* * *

Крагин отправил на квартиру к начальству своего человека, который обнаружил еще два подслушивающих устройства, а также камеру, которая была закреплена на картинной полке и писала происходящее в гостиной.

После чего об этом доложили руководству. Совещание проходило в банке, где все было проверено-перепроверено, утечки быть не должно.

Секретарша поставила кофе перед мужчинами — директором банка, заместителем и начальником службы безопасности. Обычно невозмутимый Крагин выглядел бледно. Еще бы! На вверенном объекте непорядок.

— Камера ерунда, — сказал ему Зимин. — Пока не снимут, запись не получат. А вот звук не пишется, а передается сразу. Ребята часом не видели возле дома фургончик? Типа строительных. Чтобы стоял припаркованным с недавнего времени или просто ездил вокруг.

— Там негде припарковаться, — раздраженно ответил Крагин. — Эвакуатор сразу увезет автомобиль. Мирослав Иванович, подземная парковка тоже не подходит, глушит сигнал. Кроме того, все места отведены только для жильцов, плюс несколько гостевых. Там нельзя надолго оставаться. Легко проверить по спискам у консьержа и охраны здания.

— Где тогда? — напряженно спросил Зимин.

— Думаю, где-то в здании, ориентировочно четвертый этаж. Можно уточнить через риелтора про арендаторов. Вряд ли ради операции стали выкупать помещение такой стоимости. Заодно по датам определимся.

С момента переезда минул почти месяц.

— Как думаете, кто поставил прослушку? — задал Мирослав еще один волнующий его вопрос. — А, главное, когда.

— В любой момент с начала ремонта и до настоящего времени, — разочаровал его Крагин. — Клининг не вызывали?

— Нет, — ответил Зимин, вспомнив, что говорила жена. — Посторонних не было.

Была еще Ануш Багратуни, но ее он в расчет не брал. У родственницы жены не было резона ему вредить.

— Тогда надо трясти ваших подрядчиков.

— А! Кстати, — вспомнил Мирослав. — Может, и не они. Семен Семеныч, не обижайтесь, но позавчера ваши ребята забирали собаку из пентхауса. Было только двое, Деревянников и Высоцкий. Времени у них было предостаточно.

— Эту версию мы тоже проверим, — напрягся начбезопасности, сверкнув глазами.

Вот же… Пригрел змею на груди. В связке было двое. Один — опытный и проверенный боец, а второй прибился к ним год назад. Проверяли, перепроверяли, но всего не предусмотреть. Особенно если у человека хорошая «легенда» для внедрения. Крагин раньше сам работал в органах и знал все это не понаслышке.

— Я могу идти? — уточнил он, поднялся и вышел, чеканя шаг.

* * *

— Обиделся, — проводил зам взглядом Крагина.

— Стареет мужик, — с сожалением заметил Мирослав. — Всего не предусмотреть. Крыса завелась среди своих.

Оставшись наедине с Поповым, Зимин встал и достал из встроенного в стену мини-бара бутылку коньяка:

— Будешь?

— Давай накатим, — не отказался тот.

Кофе еще попросили у секретарши, покрепче и побольше. Бутербродов. Надо было многое обсудить.

— Как думаешь, много успели записать? — спросил Поп.

— Да … его знает. Было бы что на нас — давно бы повязали.

Друг нахмурился.

— Если третьего дня, то только наш разговор про Кузю, да там ничего конкретного не звучало, — сказал он. — Как думаешь, это полкан?

— Он. Больше некому.

* * *

Ольга повторно записалась на обследования. Надо было сдать кровь и пройти УЗИ. Потом вклеит в открытку снимок и поздравит мужа с «приятной неожиданностью».

— Папа у нас удивится, да?

* * *

Мирослав Зимин не велел снимать прослушку. Пусть думают, что все идет по плану. Видео только потерли. Теперь на накопителе была запись, как по гостиной скачет пекинес с игрушкой в зубах.

В разговорах теперь надо быть осторожнее. Он проконсультировался с юристом. Прослушка в спальне, например, могла быть расценена как вторжение в частную жизнь подозреваемого. На этом можно было сыграть в случае чего.