Глава 4

Прошел еще месяц. Уже слегка наметился животик, пока что заметный, только если женщина снимала одежду. Ольга довольно гладила его как подтверждение того, что это не сон. Она состоялась как женщина: не пустоцвет, а будущая мать. У нее будет ребенок. Вопреки всему…

Тошнило по утрам, так что женщина не завтракала и немного похудела. На этом фоне выпуклость живота казалась чуть больше. Ольга старалась «переспать» утренние приступы и вставала ближе к полудню без звонка. Его она вообще отключила.

Тело, казалось, жило своей собственной жизнью. Больше не было ранней побудки на работу, бесконечных поездок, стояния в пробках, телевизора и вездесущих гаджетов. Ольга много гуляла, дышала свежим воздухом и смотрела, как соседи готовятся к зиме.

Одни прятали моторные лодки и мотоциклы под навес или в сарай, запирали дачи и увозили семью обратно в Москву. Другие, напротив, начинали усиленные приготовления к зимовке, закупая дрова и уголь. Появились брошенные дачниками или просто забытые впопыхах животные, которых подкармливали оставшиеся жильцы. Полосатый кот все так же исправно приходил по вечерам взимать «дань».

Раз в неделю свекор ездил в город за покупками, спрашивая, что привезти. Это очень выручало. Она не хотела засветиться там.

Впрочем, шумиха в прессе уже улеглась, и про Ольгу, казалось, все забыли. Зимин тоже. Иногда в душу тоненькими иглами разочарования впивалась обида. Но жизнь продолжалась.

Без него.

* * *

Ольга знала, что через месяц вернется владелец дачи, и придется ее оставить, так что начала подыскивать другое жилье. Кроме того, с приходом холодов за городом стало труднее выживать.

Сильно помогал свекор, который не мог на нее надышаться, но и он периодически заговаривал о переезде обратно в город, где условия лучше. В общем-то, он был прав. Она сильно погорячилась, сбежав в глушь.

Но хотя бы сыну не настучал, где Ольга прячется. И то хлеб.

* * *

В конечном итоге она расслабилась, утратила бдительность и собралась с Надеждой по магазинам. Отец Зимина повез их на выходных в Москву.

Связь, как обычно, держали через старшего сына подруги. Та накануне сообщила, что Калашников укатил по делам в область и можно вырваться погулять. Никто за Дробышевой не следил, как первое время после Ольгиного побега от мужа.

Иван Петрович притормозил и прихватил Надю в Мытищах. Поехали дальше. Ольга познакомила подругу со свекром и, когда стали обсуждать планы, пожаловалась:

— Вещи уже не сходятся. Брючки все впритык, надо расставить по талии или новые купить. Еще надо что-нибудь на зиму.

— Не только на зиму, — ответила Дробышева, зная, что списком покупок поход не ограничится.

Шопинг ведь как? Обязательно что-то встретится на сезонной распродаже. Например, очаровательное расклешенное полупальто, которое можно будет носить весной на поздних сроках.

— Лама и альпака, — сказала вслух Ольга, разглядывая этикетку с внутренней стороны.

В ЦУМе она могла гулять часами, изредка выхватывая взглядом что-то на витрине, чтобы захотеть рассмотреть поближе или примерить.

— Лама воной фифи куку, — отозвалась подруга и засмеялась.

— Что?!

Что-то знакомое.

— Мы тут с Ванькой сказки читаем. Он уже все буквы выучил. Сема слушает.

— А… — дошло до Ольги.

Выходит, младший способнее старшего оказался. Скоро и она будет читать своему малышу сказки, пусть даже он пока их не понимает.

Считается, если ставить классическую музыку, смотреть на красивые вещи и читать хорошие книги, на свет появится умный ребенок. Хорошо бы.

* * *

В итоге невероятно теплое, уютное кремовое пальто «фальконери» Ольга надела сразу в примерочной, а ее куртка перекочевала в фирменный пакет.

Они подругой гуляли, пока не подошло время идти на прием ко врачу.

— Что у тебя сегодня по плану?

— УЗИ-скрининг на возможные патологии.

Самой Ольге ужасно не нравилась эта формулировка. Это как в анекдоте.

«— Золото, бриллианты есть? — Нет. — А если найду?»

Если медик заточен на поиск чего-то конкретного, он неизбежно будет видеть только свое. В жизни все точно так же. Профдеформация узкого специалиста.

Успокаивая себя такими мыслями, она шла на прием.

* * *

Человек, приставленный следить за Надеждой Дробышевой, незаметно нацепил на ее верхнюю одежду и сумку маячки. По сигналу ДжиПиЭс навигатора вел ее до места, где она встретилась с Летковой, а потом на машине следовал за ними до Москвы, где женщины долго слонялись по предновогодним распродажам в сопровождении пожилого мужчины, который их привез в столицу.

Номера «волги» топтун скинул в службу безопасности, чтобы пробили по базам. Когда женщины выходили из магазина, он доложил об этом начальству. Ему велели по возможности навесить маячки на посторонний автомобиль, что он и сделал.

Увлеченный преследованием, он не заметил, что подругу Летковой ведет еще один неприметный тип в штатском. Тот, сопроводив объект, тоже отчитался перед своим нанимателем.

* * *

Крагин был доволен. Наконец-то дело сдвинулось с мертвой точки. Можно порадовать хорошими известиями Зимина. Жена его жива-здорова, ничего не случилось.

Дело оставалось за малым: пробить последние номера, по которым звонили члены семьи Надежды Дробышевой, потому что стало ясно, что со своего номера она не звонила. После чего не составит труда непрерывно отслеживать Леткову по номеру телефона, определяя, в какой он соте

Конечно, метод был не совсем законным, и им пользовались в основном спецслужбы и органы внутренних дел. Но всегда находились охочие до ненег специалисты сотового оператора.

* * *

Егору Кузину доложили, что частный детектив выследил жену Зимина.

— Отлично! По коням, — скомандовал он.

Надо было перехватить женщину до того, как она встретится с мужем.

* * *

Надежда в качестве группы поддержки проводила Ольгу до клиники. Та вышла и замерла на тротуаре.

— Мы тут подождем, в машине, — сказала подруга, высовываясь из окошка «волги».

— Оля, нам надо отъехать, — предупредил ее свекор. — Здесь стоянка запрещена. Как закончишь, сразу позвони, мы тебя заберем.

— Хорошо, — улыбнулась она, хотя на душе кошки скребли.

* * *

Люди Кузина выяснили, кому принадлежала «волга», и охренели. Вот этот номер!

Получается, Зима затеял многоходовочку, делая вид, что не знает, где жена, а сам прятал ее все это время у отца, с которым по слухам много лет назад поссорился и не общался.

«А что! Так даже лучше», — ничтоже сумняшеся решил конкурент, мысленно потирая руки в предвкушении потехи.

Он хотел захватить жену Зимина, но почему бы не взять заодно его папашу? Посмотрим, как тогда Зима запоет.

* * *

— Ставлю срок в двенадцать недель, плюс ориентировочно два дня, — продиктовала вслух узистка.

До этого она перечислила размеры плода — да, теперь уже официально. Это не комок клеток, не зародыш, а ребенок.

Медсестра старательно заносила данные в описание. В клинике был крутой аппарат, который давал трехмерную картинку, а не просто черно-белое изображение из смазанных пятен, мало понятных обывателю. Ольга смотрела на экран, удобно повернутый так, чтобы пациенткам было видно, что происходит.

— Скажите, а можно узнать, мальчик или девочка? — спросила она.

— Срок пока маловат, но можно попробовать, — улыбнувшись, ответила врач и, добавив еще немного проводящего геля, начала водить насадкой аппарата по животу.

Наверное, ей уже тысячи раз задавали этот животрепещущий вопрос.

— Нет, не получается, — разочаровала она. — Стесняшка у вас, может, через месяц-полтора покажется наконец. Погодите-ка… Повернулся…

Она вдруг нахмурилась.

— Что?

— Шейная складка широкая, — сказала узистка. — Носовая кость неявно выражена.

— Что это значит?!

— Ничего страшного, не переживайте, — зачастила врач. — Я отправлю заключение вашему лечащему врачу и профессору Михельсону, думаю, они скажут точнее.

Чем сильнее Ольгу успокаивали, тем страшнее ей становилось. Ей показалось, что от нее скрывают что-то настолько ужасное, что у врача язык не поворачивается сказать это вслух. Или указаний таких нет, как в обычной больнице. Тут всех пациенток буквально «облизывали» и оберегали от стресса.

Милые розовые пижамки и халатики с завязками, уютный интерьер, совсем не похожий на больничный, и любезный персонал. Слишком любезный.

— Если вы сейчас же не скажете, я не успокоюсь, — пригрозила Ольга.

— Возможна хромосомная аберрация.

— Что? — удивилась пациентка и переспросила: — Что вы сказали?

Сначала она не поняла. Потом внутри все похолодело.

— Простите. Возможна трисомия, — серьезно сказала узистка. — У меня большой опыт. Повторяю, только возможна. Паниковать не стоит, пока вам не сделают все анализы и не повторят ультразвуковое исследование.

— О, боже…

Врач выразилась иначе, но и пациентка читала много литературы про беременность. Подразумевалось, что есть вероятность рождения ребенка с синдромом Дауна.

— Вы в своем уме?! — резко села она, отталкивая от живота руку с аппаратом. — Не может быть!

— Вы поймите, в вашем возрасте риски весьма велики. Но пока рано паниковать.

— Какой возраст? В смысле, при чем здесь возраст?!

Она схватилась за голову и запустила пальцы в волосы. Боже, боже, боже… Этого не могло случиться с ней. Почему? ПОЧЕМУ???

Ольга совсем не ощущала себя на свои годы. В ноябре стукнуло полных тридцать семь лет. За всеми волнениями даже забыла и не вспомнила бы, если бы Надюшка не поздравила. Да и в клинике пришлось заполнять бумаги.

Она всегда вела здоровый образ жизни и выглядела моложе своих лет, а после того, как забеременела, просто расцвела. Ребенок не сильно мучил ее токсикозом. Отеков и пигментации на коже не было. В общем, полное взаимопонимание матери и ребенка. Невозможно, чтобы… Чтобы это был…

— Давайте так, — успокаивающе сказала врач. — Вы покажете врачу, который вас ведет, заключение. Может быть, все обойдется, врачи же не боги. Приборы тоже могут врать. Можете пока собираться, — отвернулась узистка.

Врач протерла и отложила насадку аппарата, сняла перчатки, пересела за стол и начала быстро набирать на компьютере текст.

Ольга встала, стерла с живота салфеткой прохладный липкий гель, оделась и, дождавшись, дрожащими руками взяла распечатку. Вот он, ее ребенок. Объемный силуэт, где уже угадывается туловище и голова. Где здесь синдром Дауна? Искать на шее? На лице? Что с ними не так?

Это все вранье, вранье!

Не может быть. Там, наверху, не для того позволили ей забеременеть, чтобы ее ребенок родился больным. Так не должно быть.

На неверных ногах она вышла и прислонилась к стене в коридоре. Ольга думала.

— Извините, вам плохо? — раздался над ухом голос. — Вы в порядке? Позвать медсестру с поста?

Оказывается, к ней подошла другая пациентка, молодая женщина лет двадцати в брендовой одежде и с дорогой сумочкой, с уже наметившимся животиком. Только вот кольца на пальце не было. Незнакомка не спешила входить в кабинет, хотя лампа вызова над дверью давно мигала.

— Да, в порядке, — махнула рукой Ольга. — Просто голова закружилась. Надо на свежий воздух. Идите, ваша очередь.

Смяв в кулаке роковое заключение, женщина сунула его в сумочку.

Она не пошла к своему врачу. Та зря ждала пациентку.

* * *

— Мы ее нашли, — сообщил Крагин. — Номер телефона корпоративный. Зарегистрирован на редакцию новостного портала «Вести столицы». Место жительства мы тоже установили. Дом принадлежит журналисту Таранцеву. Клинику и врача, который ее ведет, тоже знаем.

— Отлично! — воскликнул Зимин. — Пересылайте все.

Ольга нашлась. Она нашлась. Заставила поволноваться! Ее никто не похищал. Жена просто сбежала, чтобы пересидеть все это в тишине. Мирослав за этот месяц пришел в себя и коренным образом пересмотрел ситуацию.

Он отстраненно изучил записи с камер видеонаблюдения и присланного диска. Он видел, как Ольга врезала олигарху по ноге за то, что тот ее поцеловал. И он знал, что диск прислал бывший начальник жены, который ее уволил по соглашению сторон, и на которого она жаловалась. Мужик явно имел на нее зуб, Зимин даже догадывался, почему. Скорее всего, отшила и не дала, так что решил подгадить напоследок.

Все встало на свои места.

…раскудрит твою налево…

— Мирослав Иваныч, тут такое дело… — замялся начбезопасности.

— Что?

— Номера пробили, владелец «волги» — ваш отец.

* * *

— Оль, ты чего? — тормошила ее Надя. — Ты в порядке? Да на тебе лица нет!

— Что случилось? — тоже спросил Иван Петрович, поглядывая на них в зеркало над лобовым стеклом.

По дороге домой Ольга отмалчивалась и напряженно думала, что теперь будет. Надо было все переварить. Надо все перепроверить. Где угодно, сколько угодно раз.

Она никогда не предаст своего малыша и не сделает аборт. Это было немыслимо! Пока есть хоть один шанс на миллион, что все в порядке, она будет бороться. Но даже если ребенок родится больной, она его не бросит. Ольга — не такая, как ее настоящая мать, и никогда не поступит, как Кристина Багратуни.

Резко, до боли захотелось съездить на могилу и поговорить. Олежка никогда не отвечал, но ей вдруг показалось, что это как раз тот случай, когда ей будет ниспослано свыше верное решение. Нельзя колебаться. Стоит дать слабину, и она сто раз пожалеет.

До конца поездки Ольга делала вид, что все нормально, отговаривалась усталостью и тошнотой. Ей, может, и не до конца поверили, но дальше мучить расспросами не стали.

* * *

— Мама глупая, да? — погладила она живот через пальто, оказавшись в дачном домике.

Нельзя волноваться. Это может повредить ребенку. Надо думать только о хорошем. Наука тоже ошибается, нельзя возводить ее в абсолют. На каждое правило найдется исключение.

Утро вечера мудренее.

Вот и кот пришел на ужин, скребется в двери. Открыла, покормила — басовито мяукнул и вдруг вошел в дом, решив остаться.

— Холодно на улице, да? — погладила его женщина. — Не хочешь там ночевать?

— Мр-р… — завел он свою песню.

* * *

Погасив свет и уткнувшись в подушку, чтобы не завыть в голос, она наконец позволила себе разрыдаться.

* * *

Брилев узнал, что Ольга Борисовна пропала, случайно. Знакомые парни держали язык за зубами, но когда он как бы невзначай спросил у сослуживца, как у хозяев дела, тот проговорился.

Телохранитель опасался, ведь Кузин на свободе. Он может отыскать Ольгу раньше мужа. Или…

Или он следит за Зиминым, чтобы он сам вывел его на жену. Этот вариант напрашивался сам. Брилев, которого не покидало беспокойство, решил поступить точно так же. Он понял, что за лучшей подругой Ольги Летковой следят свои ребята — люди Крагина. Незаметно следуя за ними до ЦУМа, он понял, что женщины вне опасности.

Несколько озадачило присутствие незнакомого пожилого мужчины, который отвез их в столицу на «волге». Тот показался Брилеву знакомым, хотя охранник мог поклясться, что раньше его не встречал.

Записав номера машины, он вошел в магазин. У Брилева было несколько простейших брелков-трекеров, которые на вполне законных основаниях используют для слежки за колясками, домашними животными, чемоданами и сумками.

Ольга Леткова, улыбаясь, гладит полы бежевого пальто в бутике. Она отворачивается… Ставит сумку на подставку возле примерочной. Щелк… Брилев, проходя мимо, кидает квадратик трекера во внешний карман ее черного кожаного шоппера. Заметит не скоро, только когда будет вытряхивать все из сумки и перебирать содержимое. Может, даже не сразу поймет, что это такое.

Второй точно такой же трекер спустя некоторое время очутился в кармане у подруги Ольги, затерявшись среди связки ключей, перчаток и салфеток. Женщины в это время пили чай в кафе.

На выходе Брилев еще раз осмотрелся, засекая людей Крагина. Те особо не таились. Еще на глаза попался какой-то «левый» хмырь, следящий за «волгой».

— Интересно…

Иван задумался, отходя в сторону, чтобы не привлекать внимания, и раскуривая сигарету. Возможно, этот топтун следил по заданию Кузина? Надо проследить.

* * *

Метка на смартфоне показывала по Джи Пи Эс навигатору, что трекеры сначала следовали из Москвы до Мытищ, а потом разделились.

Маячок Ольги оказался где-то в пригороде. Брилев время от времени входил в приложение, чтобы посмотреть, хотя сам находился на Рублевке. Он видел, как незнакомый топтун вошел в особняк Кузина.

— Ясно-понятно.

Можно трогать. Есть шанс опередить криминального авторитета.

Брилев отъехал почти сразу, увидев в зеркало заднего вида, как с противоположной стороны к особняку подъезжает знакомая черная «нива», выглядевшая непривычно в шикарном районе, где селились в основном богатые и знаменитые. Это подъехали ребята Крагина.

Вовремя он свалил.

* * *

Игорек с погонялом Борзой прохлаждался в ангаре, переоборудованном в помещении старого швейного цеха неподалеку от Щелково. Здесь, под Москвой обтяпывались разные неприглядные делишки вроде выбивания денег и расписок из должников.

Жалкие неудачники, просадившие деньги в букмекерской сети Кузина, при виде паяльника, бейсбольной биты или газовой горелки были готовы на все. Буквально.

Но на сегодня работенка была окончена. Как раз отъехали «черные» риэлторы с нотариусом, увозя очередного должника, который переписал на подставное лицо квартиру.

Парни, отработав по этому мужику, резались в карты в углу. Еще трое не спеша фасовали в углу амфетамины, открывая коробки с таблетками и пересыпая в маленькие файлы по три-пять штук. Будут товар сбывать в букмекерской, когда люди от азарта борются со сном, поглощая стимуляторы и запивая их энергетическими напитками.

Игорек, отправив отчет руководству, валялся на продавленной раскладушке, лениво полистывая «Максим» с грудастыми телками.

Двери вдруг распахнулись, и в ангар влетел Андрей Бакин — новый официальный зам Кузина, занявший место покойного Быкова. Мужик он был весьма исполнительный и сразу яро принялся выслуживаться перед шефом, гоняя парней с поручениями.

— Алле, гараж!!! По-дъем!!! — гаркнул он. — Парни! Быстро!!! Общий сбор.

Братва побросала дела. Общий сбор — это серьезно. Это или война стенка на стенку, или стрелка, когда надо привести с собой внушительную группу поддержки. Может, поедут на задание, как в прошлый раз, когда мочили киллера?

Все оказалось гораздо проще. Надо было взять на дачах возле Мытищ безоружную бабу и пожилого мужика. Не сказали, кто это, дав только адрес и описание.

— А они кто? — все-таки решил уточнить Игорек, когда уже загружались со стволами в «газель».

— Должники.

— Много должны? — со знанием дела кивнул мужик. — Отрабатывать будут или опять дарственная на жилье?

Если баба красивая, придется ей в каком-нибудь ночном клубе или борделе поработать. Но долг будет расти — за жилье, еду и так далее. Попав в долговую яму, ей не вырваться. Старик мог бы выполнять разные поручения, брать на себя вину за чьи-то преступления. Частой практикой была явка должника с повинной, чтобы с участника преступной группировки сняли обвинения и выпустили из СИЗО.

— Много, — трогая машину, ответил зам Кузина и нервно хохотнул. — Муж задолжал, пусть платит.

* * *

Иван Петрович Зимин проснулся от звука битого стекла и яростного лая соседской собаки. Он подскочил и быстро, как в армии, одевшись, осторожно выглянул в окно. На улице стоял чужой автомобиль. В соседнем доме, где уже давно легли все спать, зажегся свет.

Двое мужиков стояли рядом с «газелью». У одного в руках был ствол.

— …! Что за дела? — удивился Зимин-старший.

Кто это? Дачные грабители? Да не похоже. Ясно только, что бандиты. Может быть, они как-то связаны с сыном? Но тот никогда не стал бы тревожить среди ночи.

— Ольга?

При мысли о ней Ивану Петровичу немного поплохело. Ребенок же, как так? Вдруг выкидыш. Нитроспей бы найти. Сел, посидел, подышал, и моторчик сам завелся. Нервишки шалят, все болезни от нервов.

Не включая свет, он пошел в горницу, набрал по памяти код и достал из закрепленного на стене сейфа охотничье ружье, с которым ходил на уток.

* * *

Ольга проснулась от звука битого стекла. Кот соскочил с кресла, на котором она устроила ему лежанку, и, мягко ступая, подошел к дверям.

Она хотела спросить, кто там, но язык отнимался. Стало страшно. Кто-то был во дворе. Но не с фасада, а сбоку. Они что, разбили окно в пристрой…

— Ку-ку! — с треском распахнув дверь и включая свет, сказал незнакомый мужик, ощерившись в недоброй улыбке. — Под-ем!

Кот у дверей при виде незнакомца злобно зашипел. За грабителем в проеме виднелся еще один мужик с пистолетом.

— Вы кто? — выдавила она, отступая на шаг. — Что вам нужно? Деньги? Сумка там, на стуле.

— Ты, цыпа, нам нужна, — хмыкнул гость, увидев, как она схватила со стола электрошокер, выставив его перед собой. — Тихо! Не кричи, никто не услышит. Лучше не рыпайся. Спокойно, давай, иди сюда. Будешь себя хорошо вести — быстро вернешься домой.

Вдруг с улицы раздались звуки выстрела. Одиночный, потом ответный. Началась перестрелка.

«Слав!!!» — обрадовано подумала она. Это он, он! Он приехал за ней. Хоть бы успел.

Незваные гости резко растеряли все веселье. Один из них, схватив вырывающуюся женщину и выбив у нее из рук шокер, скрутил ее и потащил через пристройку во двор. Второй мужик, прихватив Ольгину сумку, пошел следом.

Ольга, спотыкаясь, старалась не отставать. Она боялась упасть, боялась, что с ребенком что-то случится.

* * *

Иван Петрович сделал предупредительный под ноги незваным гостям. Он даже не стал вступать с ними в переговоры, понимая, что не с добром пожаловали.

— От так…Потанцуем… — снова выстрелил он, стоило уголовнику сделать еще шаг врепед.

— Эй!!! — окликнули тот хозяина со двора. — Давай поговорим.

— Не о чем говорить! Уходите! Я уже милицию вызвал!!! — соврал старик, хотя не успел набрать.

Впрочем, он уже дрожащими пальцами, достав смартфон, набирал не полицию, нет, номер своего давнего друга, работающего в Мытищах участковым. Быстрее будет.

Привалившись спиной к стене под окном, он прижал трубку к уху:

— Николай? Извини, что поздно. Ко мне на дачу ломятся какие-то отморозки… Ага… Блатные, с оружием… Ага, пока время потяну. Жду.

Он осторожно отодвинул стволом винтовки белую тряпку, заменявшую шторку на кухне, и тут над головой просвистела пуля, увязнув в стене рядом с семейной фотографией.

— Врешь, не пройдешь, — прошипел сквозь зубы старик.

Резко поднявшись, он выстрелил в ответ и так же резко спрятался, упав на пол и пережидая пули со стороны улицы.

— Эй, мужик! У нас твоя невестка! — крикнул вдруг кто-то с улицы.

Голос был другой, не тот, что раньше. Зимин-старший сначала не поверил, а потом услышал женский крик.

— Давай, зови его! Пусть бросит оружие во двор и выходит.