Глава 29. Ни дня без облома

Возмущение Александра и Жанны выплёскивалось раскалёнными лавовыми волнами, шипело и бурлило!

– Это всё твои родители! Они специально тебе подарили эту комнату, чтобы ты от них выписался! – шипела Жанна. – Они тебя просто обманули!

Разумеется, после такого нельзя было не позвонить отцу и матери и не устроить скандал!

– Ты почему меня не предупредил про соседей? – c места в карьер начал Сашка, услышав голос отца.

– И тебе добрый вечер! Саш, ты чего? Я мало того что предупредил, я же вас с ними и познакомил!

– Они… они же совсем другие! Когда ты приходил, там были такие дедушки с овсяной кашкой, а сейчас – какие-то престарелые хулиганы!

– Бандиты! Бандиты натуральные! – шипела рядом Жанна.

– Ну, знаешь, Толик и Боря шикарные мужики! Никакие они не хулиганы, и уж тем более не бандиты. Что за глупости? – возмутился Игорь Васильевич. – А что касается того, как они выглядят – да как хотят, так и выглядят! Ты вон тоже… дома в шортах ходишь и расхристанный весь, а почему-то на работу так не заявляешься, правда?

– Это не то! Я… я хочу отменить дарение!

– Отменяй, твоё право!

– И прописаться обратно!

– Нет уж.

– Я по суду пропишусь! – пригрозил Сашка.

– Попробуй, – щедро разрешил ему отец. – Только учти, что ничего у тебя не выйдет.

Визг Жанны, раздавшийся после этого замечания, Игорь Васильевич воспринял как комплимент своему плану.

Вторая попытка Жанны отснять комнату и выставить её на продажу увенчалась успехом – она приехала на следующий день, прикинув, что дома никого не будет, так что можно спокойно сделать фото.

– Саш, я всё отсняла, так что размещаем объявление! – позвонила она мужу.

– Класс, ты умница! Теперь главное, чтобы покупатели приходили, когда этих престарелых рокеров и их дружков дома не было! – обрадовался Сашка.

Как мало они знали о жизни…

То, что в квартире побывали новые соседи, Толя и Боря поняли с ходу – ещё бы им не понять!

– Ты ж глянь… сообразили! Ну, лады… твои когда собирались приезжать? – уточнил Толик у брата.

– Мои-то? Да с послезавтра.

– А мои завтра просились!

Братья переглянулись и рассмеялись, предвкушая реакцию соседушек на то, что они увидят.

Жанна и Сашка решили, что комнату надо продавать быстро, поэтому цену поставили довольно скромную.

– Ура! Уже есть покупатели! – обрадовалась Жанна. – Завтра после обеда веду их показывать. Только начальница у меня вся из себя такая недовольная, что боюсь, уволит!

– Да и ладно. Уволит – новую работу найдёшь! – легкомысленно отмахнулся Сашка, не подозревая, что Жанна и не собирается что-то искать.

Зачем? Вот зачем устраиваться, если деньги есть? То есть, пока-то нет, но будут непременно – продаст она комнату, и сразу будут!

– И чего я стану на какую-то тётку ломаться? Обойдутся все! И вообще, у меня муж есть, вот пусть и работает, а я устала… – думала она, встретив покупателей у дома.

Пока они поднимались на лифте, Жанна уже даже придумала, как она Сашку уговорит – скажет, что хочет завести ребёнка, а какие дети, когда работа?

Подходя к нужной квартире, Жанна решила, что с воображением нужно что-то делать – она только подумала про детей Сашке сказать, заводить-то их и вовсе не планирует, а в ушах уже звенит от детских криков!

– Это что? У ваших соседей так шумно? – поморщилась потенциальная покупательница.

– Эээ… – Жанна и хотела бы заверить капризно поморщившуюся тётку в том, что ничего такого страшного, но подошла к двери квартиры и поняла, что нет… вовсе не от соседей это радостное детское повизгивание, а вот из-за этой самой двери, где находится их комната! И даже заверить в незначительности шума у неё не получилось – она дверь открыла и её чуть не снесло звуковой волной.

– Ииии, ловиии, нет, справа!

– Да какой там справа, слева, слева! Вон он! Ура! Поймался!

Зрелище трёх детишечек, старший из которых держал в руках мохнатого паука, а остальные весело скакали вокруг, снесло покупательницу и её мужа с порога, словно их и в природе не было! Только и полетело в спину Жанны злобное шипение с угрозой разместить соответствующий отзыв на площадке объявлений!

– Вы… вы кто такие? Кто вас сюда пустил? Кто вам позволил? – Жанна не боялась игрушек, не любила детей и была крайне разозлена неудачей.

– А вы кто такая? И почему кричите? И с чего решили, что мы тут не имеем права находиться? – старший из детей, мальчишка лет тринадцати, абсолютно не смутился, а наоборот, начал отвечать.

– Я тут живу!

– Так и мы тут живём. Прописаны у папы.

– Какого ещё папы?

– Как нашего папу зовут? Анатолий! – просветил её мальчишка. – Так что мы имеем право тут находиться сколько захотим. И не орите на нас, понятно? – он подбадривающе подтолкнул локтем младших брата и сестру. – Ладно, побежали на кухню, только, чур, опять не выпускать!

Жанна только что зубами не заскрипела!

– Ещё и дети? Да что ж за издевательство-то?

Тут из кухни послышались виноватые попискивания, и в коридор из кухни выбежал паук, оказавшийся вовсе даже не игрушечным!

Жанна отдышалась только у машины…

– Вот мелкие дрянные гaдики! Ну ладно… хорошо! Я приведу покупателей ДО ОБЕДА! Тогда-то они должны быть в школе!

Следующий визит она нанесла через день…

Подходя с покупателем к квартире, Жанна настороженно прислушивалась и косилась на часы – одиннадцать дня.

– Сейчас точно всё у меня получится! – думала она, открывая замок.

– От улыбки станет всем светлей! И слону и даже маааленькой улитке! – напевал кто-то в кухне.

Следом грянул хор из нескольких детских голосов, бодро поведав миру о том, что повсюду на земле электричеством включаются улыбки!

– А почему электричеством? – невольно удивился покупатель за спиной Жанны. – А! Ну да… «будто лампочки включаются улыбки…» Точно! Лампочки – электричество! Это ваши такие креативные?

– Нет! – непонятно, какие именно звуки в слове «нет» могли шипеть, но Жанна как-то ухитрилась изобразить именно шипение!

Она ринулась на кухню и обнаружила двух детишек детсадовского возраста и женщину, которая невозмутимо помешивала овсянку в небольшой кастрюльке.

– А вы ещё кто? – рявкнула она на женщину. – Почему тут опять какие-то дети? Выметайтесь отсюда!

– А почему вы врываетесь в квартиру и повышаете голос? – холодно осведомилась женщина. – Дети тут, потому что зарегистрированы у отца.

– Что вы врёте? Здесь прописаны трое от Анатолия!

– Ну, а это – дети Бориса. Я – его бывшая жена. Тоже иногда тут живу, кстати!

– Да с какого перепуга? – взвизгнула Жанна.

– Ну, так и я тут зарегистрирована! А вот вы кто?

– Я – жена вашего нового соседа!

– А можно ваш паспорт посмотреть?

– С чего бы это?

– С того, что я имею право знать, кто тут ходит и скандалит! Давайте паспорт, быстро! А то сейчас полицию вызову! – спокойная на первый взгляд женщина на глазах превращалась во что-то разъярённо-пугающее.

Жанна презрительно фыркнула и вытащила паспорт.

– Регистрация у вас в Приозерске, – пожала плечами женщина, возвращая паспорт Жанне. – Так что покиньте территорию!

– У меня тут муж прописан!

– Вот с мужем вашим я и буду разговаривать, а не с какой-то хамкой, которая не имеет оснований тут находиться.

Жанне пришлось удалиться, да ещё много чего выслушать от разгневанного покупателя, у которого все планы на день были порушены из-за того, что Жанна могла показать квартиру только утром.

– Ну… ну ладно же! – шипела Жанна, докладывая мужу о том, какие гады его соседи, их жёны и куча детей! – Саш, я придумала! Я пойду к соседям, всех обойду и на этих Толика и Борика жалобу накатаю! Они ж там всех достали! Только… только вот начальница вообще лютует!

– Да пошла она… твоя начальница! – обозлился Сашка.

– Вот и я так думаю! – подхватила Жанна, потирая ладони – к освобождению себя любимой от опостылевшей работы она шла семимильными шагами! – Короче, Саш, если что, я увольняюсь, да?

– Главное, покупателей найди! – велел муж.

На следующий день Жанна прямо с утра торжественно написана заявление об увольнении и отправилась собирать жалобы соседей.

Но… тут её ожидала большая неожиданность!

– Толя и Боря? Знаю конечно! Жаловаться? А по поводу? А вы вообще кто такая? – подозрительно прищурилась на Жанну первая же изловленная при входе в подъезд тётушка.

– Как же! Они какие-то подозрительные! Курят не пойми чего, выпивают, шумят, каких-то жуликов водят! Детей кучи… какие-то бывшие жёны… Хочу собрать жалобы и отнести в полицию! – зачастила Жанна, не подозревая, как ей не повезло попасть на старшую по подъезду, которая дружила с обоими братьями с детства, да ещё муж её частенько ходил в гости к Анатолию и Борису, а её внуки, продолжая традицию бабушки и деда, накрепко сдружились с детьми братьев.

– А паспорт покажите-ка… – потребовала собеседница.

Внимательно прочла, а потом выдала:

– Значит, так, дамочка! – с ходу распалилась тётушка. – А ну пошла отсюда вон! Тут их все знают! Да, музыка у них играет, песни поют. Так мы все к ним в гости ходим! И тоже поём, бывает! И помогают они всем всегда, и никогда никого не обидели! И дети у них замечательные! И жены пусть бывшие, но нормальные, уважительные и нескандальные! А вот вас я вижу первый раз, и, если ещё раз увижу с распространением всякой грязи про приличных и НАШИХ людей, вы сами с нарядом полиции отсюда уедете! За клевету и присесть можно! Понятно? Ишь, ты… заявилась тут вся такая… соседи ей не понравились!

– Ах так… ну ладно! Тогда… тогда я эту комнату продам приехавшим из Азии! Так, чтобы тут у вас сто человек было и все ни в зуб ногой по-русски! Вот тогда и посмотрим, как вы запоёте! – вспылила Жанна.

– Бекхан! Алим! – завопила тётка, отодвигая в сторону Жанну, словно та была тумбочкой. – Мальчики! Тут мне жена нового жильца угрожает, что к нам много каких-то страшных соседей подселит, представляете?

– Да ладно? – удивился первый молодой мужчина, выныривая из машины. – А что так? Уже есть желающие?

– Найду! – фыркнула Жанна.

– Вот, видите! Это она собралась гадости Толику и Боре делать! В полицию на них жалобы собирать пришла!

Вполне безоблачная атмосфера начала как-то темнеть, подмерзать и ёжиться.

– А вот этого делать не надо! – очень вежливо порекомендовал второй. – Нехорошо приличным людям гадости делать. Если они и не станут вам отвечать, тут за них всегда найдутся желающие… понимаете? А если вы неудачно для нас всех продадите комнату, то, поверьте… покупатели сами вас найдут, и очень скоро. Так что лучше деньги с продажи быстро не тратьте – их всё равно придётся возвращать, да ещё, чего доброго, и отступные платить. Это понятно?

– Чё? – Жанна дурой не была, так что, оказавшись между трёх огней, сообразила, что идея получить козыри против соседей провалилась с треском и грохотом.

А мысль подселить в коммуналку среднеазиатский аул, казавшаяся совсем недавно очень удачной, стала какой-то очень рискованной.

Пока она соображала, к небольшому собраньицу у подъезда прибились ещё две тётки, дама с крохотной собачкой, две молодые женщины с детьми, и, выяснив, в чём дело, вся эта толпа загомонила так, что Жанна поняла – пора ей быстро смываться!

***

Ивану откровенно везло! Клиентка на следующий день после «перебора нормы» никуда не поехала, а ещё через день была вынуждена сопровождать отца на какой-то приём. Охрану на него не пускали, поэтому Иван мирно ждал в машине.

– Ну надо же… умеет и трезвой ночи проводить! – удивился он, узрев Алекс с отцом на выходе. – Плывёт как лебедь. И кто бы мог подумать!

Функция Ивана была исключительно декоративной – просто сопроводить Алекс от двери машины до двери помещения.

– Фууух, свезло! Осталось всего-то девять дней! – думал он, возвращаясь домой.

То ли это «фух» было каким-то слишком уж легкомысленным, то ли его «всего-то» обстоятельствам не понравилось, но на следующий вечер, уже только узрев клиентку, он понял – отрываться она собирается за всё «впустую потерянное время».

И точно! С ходу облив охранника ледяным презрением, обшипев его медлительность, метнув в него новую широченную шубу, но уже без пояса и палантина, Александра поспешила кутить с удвоенной силой!

– Во здоровье-то! И ведь непонятно, как ей это удаётся… хотя… может, она только тут отрывается, а в Гонконге работает? – лениво рассуждал Иван. – А какой вестибулярный аппарат! Хоть в космонавты её отправляй – кометы распугивать!

Правда, пока Алекс распугала только двух девиц из своей же компании, заподозрив в том, что они над ней смеялись.

– Вот интересно… и как мне её сейчас успокаивать? Она сегодня заведённая! – размышлял Иван.

И был прав! Алекс сверкала глазами, заливала в себя всё новые порции коктейлей и так явно косилась в его сторону, что Ивану было слегка не по себе.

– Тыкс… кажется, дамочка вошла в раж и выйдет оттуда в аккурат на меня! – осознавал он. – Неприятненько.

Дойдя до нужной кондиции и обнаружив, что вокруг никого из знакомых уже не осталось, Алекс ожидаемо пошла «на вы», цокая каблучками строго в направлении Ивана.

– И всё-таки я везучий! – решил он, когда вместо броска в его физиономию Алекс взмахнула рукой, в которой был зажат бокал, и случайно пролила напиток со льдом себе же под ноги.

Дальнейшее напоминало ловлю футбольного мяча, летящего в ворота. Вратарь, то есть Иван, филигранно поймал верещащий что-то неприличное мяч, ловко закатал и упаковал «это вот всё» в распахнутую широченную шубу, увязав полы и прихватив покрепче получившийся свёрток, уже привычно поволок в машину.

Правда, пока он пристёгивал рычащую Алекс ремнём безопасности, та ухитрилась задеть его по шее острозаточенными когтями, но это было не такой уж и большой потерей – метила-то она по физиономии.