Глава 43. Развод по-кошачьи и не только

Кто бы знал, как трудно, решившись поговорить с девушкой, которая тебе нравится, обнаружить, что она уходит куда-то с другим!

Иван в воскресенье вернулся в Москву поздно, решил пообщаться с Ариной в понедельник, но задержался на работе, вернулся вообще глубокой ночью, во вторник всё повторилось, а вот в среду он окончательно решился на разговор, даже вернулся в более-менее нормальное время, и вот, нате вам, её уводит под ручку бобёр!

– Оглядывается ещё… – процедил Болотников, очень хмуро провожая взглядом эту пару.

Виктор и правда оглянулся пару раз, словно почуяв чужой взгляд, усадил Арину на переднее сидение автомобиля и уехал, оставив во дворе дома очень недружественно настроенного Ивана.

Знал бы Ваня, что ехали-то они вовсе не на свидание, а к Арининой родне, его настроение наверняка было бы куда лучше, только узнать ему это было неоткуда, вот и оставалось думать о том, что он всё упустил и опоздал.

Арина вернулась одна – камера исправно показала, как она выходит из лифта и идёт к двери.

– Сейчас позвонить ей? Или не надо? – Иван топтался в прихожей, пока не наступил на хвост Дарёне.

Такая вопиющая бестактность была наказана быстро и неотвратимо!

– Аййй, ну когтями-то зачем? Я же не специально! Ну, прости! Да ладно тебе, – все уговоры были бесполезны, а развод по-кошачьи и раздел имущества – глобален и жёсток.

Дарёна демонстративно делала вид, что не видит негодяя-хозяина, а стоило ему отвести от неё взгляд, уволокла в неизвестном направлении Ивановские наушники, и пока он их разыскивал, в то же загадочное место с её помощью «удалились» зарядка от смартфона и запасные ключи от машины.

– У тебя совести нет! Я ж ненарочно, а ты? Ты специально вредничаешь! – Иван старательно отвлекался от своих невесёлых мыслей и так в этом преуспел, что даже почти убедил себя, что ему и кошки хватает – да от неё одной с ума сойти можно!

А потом выяснилось, что Дарёнка сделала большую ошибку – надо было вовсе не вышеупомянутые предметы уволакивать, а эту плоскую вредную штуку, которая так дорога Ивану, что он даже на кошку может внимания не обратить, когда эта пакость трезвонит и что-то противно квакает на разные голоса.

Вот и теперь… Иван искал Дарёнины тайные места, зазвонивший смартфон цапнул машинально, не глядя на экран, а когда узнал голос, было уже поздно…

– Чего ты хотела? – сухо спросил он.

Она всегда хотела одного – денег. Да, говорила многое, и что приехать надо, и что он должен крышу отремонтировать, и дом, а ещё помогать её младшим детям и ей самой, и…

Но всё это сводилось к одному – пришли денег, и побольше!

– Раз ты сын, то ты обязан матери помогать! – это бронебойный довод у Раисы Ивановны Болотниковой всегда был наготове, как кольт у ковбоев во времена Дикого Запада.

Иван наизусть знал всё, что она сейчас скажет – что он обязан, что должен, что она не спала ночей, здоровье потеряла, пока его рожала да растила, что он там, в своей Москве, зажрался совсем, раз родную мать видеть не хочет.

– Ещё и Кирка тебя с толку сбивает, – шипела в трубке женщина, которая была только рада избавиться от ненужного сына, отправив его одного в Москву на поиски двоюродного дяди, которого он никогда не видел. – Наворовал себе, а с семьёй не делится!

– Так… – Иван, каким бы ни был уставшим и расстроенным, такое никому не спускал. – Я тебе уже говорил, если начинаешь про дядю гадости говорить, лучше мне не звони! Ничего не дам!

Он отключил смартфон с верещащим внутри динамика голосом Раисы, которую и матерью-то называть не очень получалось, а потом решил:

– Пойду пройдусь!

В трёхстах девяносто пяти километрах к северу от Москвы Раиса Ивановна сердито хлопнула ладонью по столу:

– Главное-то я ему не успела сказать! Тьфу, надо было с этого начинать. Ну ладно попозже перезвоню!

Со стороны Иван, конечно, себя видеть не мог, но выглядел так, словно на нём повисла половина Уральского хребта!

– Вань! Ваааняяя! – знакомый голос отвлёк Болотникова от крайне невесёлых мыслей, и он обнаружил Арину, которая вышла из магазина с пакетом продуктов и направлялась домой. – Привет! Ой, а ты чего такой? Что-то случилось?

– Ничего, – хмуро буркнул Иван, пребывая в уверенности, что теперь в его жизни уже ничего хорошего не будет.

Он машинально забрал у Арины пакет и пошёл рядом с ней, всё с тем же мрачнейшим настроением.

– Вань… извини, что лезу, но у тебя точно всё в порядке? – у Арины было чудесное настроение, она решила, что имеет право сходить в магазин, купить что-нибудь вкусное, чтобы ещё больше его улучшить, и наткнулась на чрезвычайно расстроенного чем-то Ивана.

– Нормально всё, – пробухтел сосед.

– А у меня праздник! – похвасталась Арина. – Я сегодня развелась! Ну то есть ещё месяц на оформление, но так – разведена. Сергей пытался уговорить судью дать время на примирение, но я показала документы о том, что на меня покушались его любовница и его дед, так что судья даже слушать его не стал!

– Поздравляю, – отозвался Иван ещё более мрачно, хотя, казалось, куда уж дальше-то!

– Спасибо… – растерялась Арина. – Я что-то не то сказала?

– Нет, всё правильно. Всё так, как и должно быть! – Иван рассудил, что теперь-то, с учётом того, что Арина уже почти свободна, бобёр время даром терять не станет.

Разумеется, читать его мысли Арина не могла, но тот факт, что тут что-то сильно не так, её смущал.

– Вань… я решила отпраздновать свой развод. Так, может, ты ко мне присоединишься? – несмело предложила она.

– А чего ты с этим… бобром не отпраздновала?

– C кем? А! С Витей? Так он-то тут при чём? – удивилась Арина. – Он вообще к моей родственнице поехал.

– К какой ещё родственнице? – слабо удивился Иван.

– Ой, да я ж тебе ничего не рассказывала ещё! Это дочь Алевтины, ну, тётю мою ты, небось, помнишь, да? Так вот мы тут в субботу её дочь и внучку от мужа увезли! А Витя… она ему, по-моему, очень понравилась, вот он и попросил меня с ним туда съездить.

– Погоди… я что-то не успеваю! Какая дочь, какой муж? – недоумевал Иван.

– Вань, да что же тут такого сложного? – Арина, рассказывая о приключениях недавнего времени, и домой дошла, и Тасю изловила на пороге, и Ивана с сумкой в квартиру впустила, отобрав у него продукты, а то он, похоже, с ними сроднился, а потом как-то неловко, боком опустился на стул и так и остался сидеть.

– Вот и получается, что Витя к ней поехал! Не к тётушке же моей… – рассмеялась Арина. – Кстати, тётя вся в лютом шоке!

– Почему?

– Оказывается, она решила, что Виктор мне очень подходит, вот и развела бурную деятельность, чтобы нас получше познакомить, а он взял и к Ане приехал… Короче, тётя в раздрае. Ну, ничего-ничего, насколько я её знаю, у неё это быстро пройдёт!

– Тётя… ладно тётя! А тебе самой-то он нравился? – вдруг очень серьёзно спросил Иван.

– Он хороший… – улыбнулась Арина. – Порядочный и надёжный. Вот бы он и правда с Анечкой был. Ну это уж они сами разберутся! – уверенно закончила Арина, усилием воли загоняя подальше в закоулки натуры тётушкино стремление углубиться в чужие отношения.

Она даже погордилась собой немного – вон как славно получилось ни к кому не лезть! И тут сообразила, что Иван смотрит на неё с каким-то странноватым выражением на лице.

– Ты чего?

– Я-то? Да так… я просто думал, что ты в него влюбилась, – выдал Иван.

– Да ладно? Неужели? – легкомысленно отмахнулась Арина. – Нет уж, хватит с меня! Я вот только-только развожусь и новую жизнь начинаю! Так ты со мной это отпразднуешь или нет?

– Само собой, – кивнул Иван, ощущая, что жизнь-то налаживается!

– Тогда приноси пользу обществу! Подержи Алиску, потому что она у нас теперь ныряет в холодильник, стоит его только открыть. Вон, смотри!

Иван обернулся и увидел, что упорная Алиса сидит на подоконнике и то так, то этак прикладывает лапу к дверце холодильника, застенчиво намекая, что вот она тут стучит, стучит, а вредный агрегат никак не открывается.

– Вот! Вот так холодильники и доводят честных кошек! – констатировала Арина. – Так что фиксируй дитятко. О! Ты даже улыбаться начал…

Попробуй тут не улыбнись, когда из рук выворачивается возмущённая кошачья особа повышенной пролазности, пусть и мелкая, зато очень целеустремлённая. У ног чёрным лохматым мячиком подскакивает Тася, а Арина, оказывается, вовсе не собирается встречаться с бобром. Пусть даже преуспевающим, деловитым и состоятельным.

Несмотря на уже довольно поздний вечер, жизнь как-то посветлела, расцвела и обрела приятные перспективы.

Иван уже решился было заговорить на интересующую его тему, как в дверь позвонили.

– Странно, и кто это в такое время? – удивилась Арина, подходя к двери. – О! Мама? Папа?

На лестничной клетке действительно обнаружились её родители с чрезвычайно взволнованными лицами. Иван, который вышел за ней в прихожую, услышав, кто пришёл, бесшумно вернулся обратно в кухню.

Арина открыла дверь и заторопилась:

– Мам, папа, что случилось? Что-то с нашими? – после смерти «папиного» деда она очень волновалась о самочувствии маминых родителей.

– С кем? А! С бабушкой и дедом? Нет-нет, с ними всё нормально! Родная, мы только что узнали, что Виктор приехал к тобой к Ане, а потом ты уехала одна… Вы поссорились? Он тебя расстроил? Алевтина мямлила что-то НАСТОЛЬКО странное, что я уже и не знала, что думать! Я не припомню, чтобы она когда-то раньше так себя вела! Я тебе звонила, звонила, а ты трубку не берёшь.

Арину разобрал смех. Она прекрасно поняла, почему у обычно отчаянно решительной тётушки случился такой… завороток языка.

– Мам! Телефон у меня на зарядке, я его просто не слышала, и никто меня не расстроил! И я же вам уже говорила, что Виктору Аня понравилась… ну, понятно, что для тёти Алевтины это неожиданно. С одной стороны, она радуется – по крайней мере, Ане будет проще понять, что на её паразите-муже свет клином не сошёлся. А с другой – она же думает, что я обижусь… Вот чудачка какая!

– Свет, я тебе говорил, что всё нормально… – Игорь Васильевич успокаивающе погладил жену по плечу.

– Да… ты говорил! Ты и тогда, когда её Сергей в сумасшествии чуть не обвинил, тоже много чего говорил! – припомнила мужу Светлана. – А Алевтине я всё выскажу! Что за ерунду устроила?

С этими словами Светлана прошла вперёд, намереваясь сесть на банкетку под вешалкой и снять сапоги, невольно заглянула в кухню и уставилась на…

– Добрый вечер! – поздоровался вежливый Иван, на шее которого картинно возлежала Алиса, а на коленях приплясывала Тася, которой Болотников не давал спрыгнуть и помчаться приставать к гостям.

– Добрый, – неуверенно согласилась Светлана Петровна. – Арина, это же тот самый Иван, о котором твоя тётя УПОМИНАЛА? – тоном человека, предполагающего самое худшее из всего плохого, что могло случиться, протянула Светлана.

– Да, мамочка, тот самый, у которого дядя был другом деда, и в квартире которого я жила, пока расследовали покушение на мою жизнь. Он же первый доказал мне, что ничего я с вещами не творю и с ума не схожу, а ещё спас от Озёрова! – нахмурившуюся и грозную Арину Иван не видел – она стояла в прихожей, зато видели её родители.

Видели, многое хотели сказать, но…

Но как-то очень уж решительно выглядела их маленькая и нежная девочка! А потом… и правда, суждения Алевтины этим вечером были низведены до «нижеплинтусного состояния», зато разговор с дочкой, случившийся на днях, родители прекрасно помнили. Да и заслуги этого самого Ивана забывать было глупо – он действительно очень помог их дочери.

– Так, Иван, добрый вечер, рад вас видеть! – Игорь Васильевич шагнул в кухню, обменялся рукопожатием с Иваном, а потом прихватил жену под руку и потянул к выходу. – И поехали мы! Свет, мы ПОЕХАЛИ!

– Ой, да… извини, Ариша, это я просто очень испугалась. Понимаешь, я за эти дни столько всего пережила, что чуть сама с ума не сошла! А тут ещё Алевтина со своими глупостями! Иван, я тоже была… рада вас видеть. До свидания!

Иваново «до свидания» она расслышала уже на лестничной клетке, благо Игорь Васильевич целенаправленно буксировал жену к лифту.

– Слушай, ты можешь притормозить свою кузину, чтобы она хоть немного к окружающим не лезла, а? – вздохнул он. – И не делай такое лицо! Арина уже взрослая, сама разберётся, как, для чего и зачем ей нужен этот парень. Или вовсе не нужен!

– Игорь, да что между ними может быть общего, а? Она – архитектор, он – охранник! Семью его мы не знаем, финансовое положение не знаем, ничего не знаем!

– Свет… позволь тебе напомнить, с Сергеем мы знали всё это, верно? И со всей семьёй мы знакомы, и о доходах наслышаны были, и по положению и образованию он был хорош, и знали они друг друга с детства, можно сказать, росли вместе! Общего куча, а что в результате?

Мужская логика в исполнении супруга Светлану всегда как-то успокаивала. Вот вам ворох какой-то информации, круто замешанной на эмоциях, приправленной догадками, слухами, волнениями и прочими важными деталями. И она в нём буквально тонет! А Игорь взял, покопался в этом ворохе, выудил оттуда её саму, встряхнул оставшееся, отмёл с сторону несущественное, и вот уже всё гораздо спокойнее, разумнее, и волноваться как бы не о чем… Нет, в данном-то случае, есть о чём, конечно, но это можно и отложить, а не прямо сейчас устраивать эмоциональный караул и ужас.

– А вот с Алевтиной я всё-таки поругаюсь! – сделала не очень логичный, но вполне понятный вывод Светлана. – Я из-за её лепета: «ой, что-то такое, ой, что-то не этакое, ой, я надеюсь, с Ариночкой будет всё хорошо» чуть не поседела!

Арина долго, педантично и кропотливо закрывала входную дверь – давала себе время, чтобы хоть немного ушла с лица эта дурацкая краснота.

– Что за издевательство, а? Как полыхнёт на физиономии, так вся прямо как помидор! – злилась она. – Приходи же ты в себя, курица глупая! Из-за чего я так реагирую? Ну, родители придумали себе то, чего нет, ну, Иван тут… и что? Я совсем недавно вообще жила с ним в одной квартире!

Она развернулась было в сторону кухни, но оказалось, что Иван уже за её спиной.

– У тебя всё в порядке? – уточнил он.

– Ой, Вань, а я тебя не услышала! Да, всё отлично! – очень содержательно доложила Арина. – Извини за этот рейд… Они вообще-то так раньше не делали, ну… когда я от них уехала.

– Наверное, дело в том, что ты с мужем жила, а сейчас одна, вот они и волнуются, – рассудительно сказал Иван.

– Наверное… ладно, пошли на кухню. Надеюсь, сегодня больше никто не придёт!

Больше никто не пришёл, только загудел смартфон Ивана, на который Болотников мрачно покосился, а потом… решительно отключил и отбросил в сторону.