Глава 9

«Тихо шифером шурша, крыша едет не спеша», — вспоминал Виктор детскую поговорку, сжимая в руках руль. Это только у детей «не спеша», а у него сегодня просто полный обвал кровли получился. Это ж надо! Оборотни, оказывается, существуют! Его передёрнуло от воспоминаний. Машину немного качнуло и вильнуло в сторону, — это колесо наехало на небольшой снежный накат. Виктор вернул своё авто на прежний курс и покосился на заднее сидение. Там дремала усталая Маша. Как она сегодня стойко себя вела при разговоре со старостой и врачом! Его мысли вновь вернулись к происшедшему в доме Агафьи.

— Вы поймите, так будет лучше для вас обоих, — угрюмо говорил староста Игнатович. — Не каждый человеческий разум может выдержать такое.

— То есть, хотите сказать, что люди сами по себе ограниченные? — холодно осведомился Виктор.

Их с Машей вот уже почти час уговаривали дать согласие на блокирование памяти. Всего ничего, — просто заменят воспоминания. Уберут всё, что связано с деревней оборотней, а вставят, будто они заблудились и отсиживались в домике лесничего, пока метель не закончилась, и не расчистили дороги.

— Нет, ни в коем случае, — вскинул руки ладонями вперёд Михаил Иванович. — Но оборотни могут по запаху считывать эмоции. И вы в любом случае столкнётесь с нами в городе.

— И что? — подала голос Маша. — Как это может оказать влияние на наш разум?

— Понимаете, — продолжал доктор, — мы никогда не проявляем себя. Чувствуем себе подобных и всех, кто знает о нашем существовании. У таких людей немного меняется запах.

— Ну, вот видите, — всплеснула руками девушка, — значит, есть же всё-таки люди, которые о вас знают?

— Есть, — с неохотой признал Игнатович. — Но эти люди состоят в паре с оборотнем и получают необходимую защиту от притязаний других оборотней.

— Такие союзы возможны?

— Возможны, — с ещё большей неохотой согласился староста. — Такое редко, но бывает. Иваныч, — он умоляюще глянул на доктора, — объясни им!

— Вы, наверное, читали или видели фильмы об оборотнях? — Начал Машин начальник. Получив утвердительные кивки, продолжил: — Тогда вам понятно, что такое истинная пара. И, если в обычной жизни оборотень старается держаться подальше от людей, то, учуяв, что вы в курсе нашего существования, они будут пытаться проверить вас на совместимость. Для оборотня истинная, — это как подарок небес. Это вторая половинка. Это счастье. Это возможность иметь сильное потомство, усилить свой род, возможно, даже вывести в лидеры и основать свой собственный клан. И, поверьте, внимание к вам будет очень… эм… навязчивое.

— Пусть так, — тряхнула каштановой гривой Маша. — Но мы не будем отказываться от этого знания! Я уверена, что мы с Витей не являемся ни чьей парой. Мы — против вмешательства в наши головы!

У Виктора возник вопрос: а почему им, оборотням этим, так важно их согласие? Ну, напоили бы каким-нибудь чаем успокаивающим, вон у Агафьи столько трав в мешочках, да и промыли мозги. Словно почувствовав его мысли, — а может, это так и было, — Игнатович буркнул:

— Если вмешаемся без вашего на то согласия, у вас мозги в кашу превратятся. Что ж мы, нелюди какие? Хотя, — он смущённо кашлянул, — да, нелюди, но не варвары.

— Мы против! — решительно сказал Виктор. — Я сумею постоять за себя и дать защиту Маше!

— Да уж, защитничек нашелси, — проворчала Агафья. Она подпирала могучим плечом стенку и до этого в разговор не вмешивалась.

— Какой есть! — вступилась Маша. — Мы против и всё!

— Ладно, — неожиданно сдался Михаил Иванович. — Но вы должны пообещать нам, что хотя бы раз в месяц будете приезжать сюда на пару дней.

— Зачем?

— Чтобы Игнатович проверил, — нет ли на вас какого-нибудь влияния. Не все члены кланов настроены лояльно к людям.

— Так почему вы им это разрешаете? Почему не пресечёте? — наступала девушка. Ух, воинственная какая!

— Пока это не несёт угрозу жизни и здоровью, пресекать нечего.

На том и порешили. За Машей, как наиболее уязвимой, присмотрит сам доктор. А Виктор уж разберётся со своим окружением. И следующий визит у них наметился как раз на День Святого Валентина. Не любил, и не понимал Виктор этого иностранного праздника, но тут всё совпало, как нельзя удачно. Будут выходные.

В город они уехали под утро.

Виктор отвёз Машу домой, забрал свою кошку и уже заруливал на своё парковочное место, как затрезвонил телефон. Всю дорогу он заряжался и теперь радостно орал на весь подземный гараж.

— Алло, — Виктор перевёл звонок в салон.

— Витька! — не менее радостно заорала на том конце Верка Соболева. — Ты где, зараза холостая, пропадал? Мы тут все чуть с ума не сошли! По всем больницам и моргам искали!

— А разве на работу не сообщили, что я был болен? — он удивился, ведь, по словам Маши, начальник был в курсе.

— Сообщили, — фыркнула одноклассница. — Твои родители сказали, что ты в каком-то пансионате закрытом.

Ага, понятно. Верка и тяжёлую артиллерию пыталась подключить. Кстати, надо позвонить маме.

— Так ты где? — настаивала женщина.

— Я только приехал, — устало выдохнул Виктор. — Я хочу принять душ, поесть и завалиться спать. У меня ещё пара дней больничного.

— Ок! — обрадовалась та. — Буду через 30 минут! Привезу пожрать и на чудовище твоё чёрное жратву прихвачу! Жди!

И отключилась. Вовремя. Планировал отказаться от дармового завтрака, так как совсем не хотелось кого-то видеть в своей квартире. За исключением Маши. Не успел. Соболева, как всегда, просчитала его наперёд.

— Мр-р-р, фр-р-р, — заворчала Аполлинария в переноске.

— Сейчас, дорогушка, — улыбнулся своей любимице Виктор.

Он прекрасно знал, что кошка терпеть не может это пыточное средство передвижения. Привыкшая к свободе, она категорически была против всяких её ограничений, а тут — тесная клетка, пусть и комфортная, как утверждали производители, но Полька явно с ними не согласна.

— Сейчас мы с тобой придём домой, я тебя выпущу, а скоро и тётя Вера прискачет с вкусняшками. Ну, не дуйся, — он заметил, как опасно блеснули кошачьи глаза. — Вера не такая уж и плохая. Тем более, она права: у нас в холодильнике мышь повесилась.

Ему показалось, что кошка насмешливо фыркнула и сморщила нос, словно капризная дочка. Дочка… Наверное, первый раз в жизни Виктору захотелось подержать в руках родной комочек. Жениться, что ли?

Аполлинария элегантно выбралась из недр переноски, демонстративно махнула шикарным хвостом и с достоинством удалилась на кухню. Виктор сел на банкетку тут же, в прихожей и принялся просматривать неотвеченные вызовы на телефоне, стараясь вычленить наиболее важные. В принципе, ничего такого горящего не было. Он набросал несколько сообщений в мессенджер прежде, чем набрать родителям. На том конце провода долго не отвечали, Виктор хмурился и уже начал волноваться, — не случилось ли чего?

— Алло, — наконец услышал мамино, — ты где пропадал? Болезнь не повод забывать о родителях. Что, так трудно было несколько слов сказать? — тут же принялась отчитывать его родительница. — И как ты умудрился заболеть под самый Новый Год? Признавайся, — это ты специально? Чтоб к нам не приезжать?

Мда. Маман оскорбилась не на шутку. Не иначе, как готовила грандиозный приём в надежде окольцевать непутёвого сына, а тут такой облом приключился. Он перевёл вызов на громкую связь, разулся, мягко ступая, прошёл на кухню, где кошка с присущей ей брезгливостью осматривала пустые миски. Татьяна Игоревна, — домработница, — приходила убирать квартиру 2 раза в неделю. Видимо, и на праздники была, о чём свидетельствовали вымытые кошкины плошки и пустой чистый холодильник.

— Вот где ты так умудрился простыть? — донеслось из трубки. — Надо было к нам ехать, я б тебя живо на ноги поставила, и Новый Год встретил бы нормально.

— Ма, всё хорошо. Я попраздновал, — попытался вставить с родительскую заботливую тираду несколько слов.

— Даже та-а-ак? — похоже, маман обиделась. Надо срочно исправлять положение!

— Конечно, в палате-то я не один был! — начал сочинять на ходу Виктор, оправдывая легенду о своём пребывании в пансионате. — Нас было четверо, удалось и посидеть, и поговорить, и познакомиться. В холле даже праздничный фуршет был. А связь там не работала, столб какой-то пьяный водитель снёс, около вышки, что покрывает зону.

— Что, прямо и простой телефонной связи не было, и мобильной? — подозрительно поинтересовалась мама.

— Ма, я не в курсе всех тамошних заморочек, я ж болел! — вывернулся Виктор. Вот, называется, не умеешь врать, так не начинай!

— Ладно, — после некоторого молчания сдалась родительница. В дверь позвонили и она оживилась: — А кто там к тебе пришёл?

— Это моя одноклассница, пришла проведать, — Виктор решил, что упоминание про гостью женщину снизит матушкину заботу о демографии их семейства.

— О, ну, тогда не буду мешать! Отдохни хорошо! — как он и ожидал, маман вдохновилась возможными последствиями визита одноклассницы, и отключилась.

— Фу-у-ух, — выдохнул Виктор. — Пошли встречать Веру! — обратился он к Аполлинарии.

Но та только фыркнула, запрыгнула на подоконник и увлечённо принялась наблюдать за облаками. Мол, встречай сам, я её не звала! Мне и тут хорошо, не скучно.

— Ну, как знаешь! — отмахнулся и поспешил в прихожую.

Верка притащила два здоровенных баула.

— Ты зачем столько припёрла? — опешил Виктор.

— А что, думаешь, не осилим? — сдувая упавшую на лоб прядь волос, выдохнула женщина. — Сейчас по полочкам в холодильник распихаю, дня на два хватит. Я планирую тут у тебя эти два дня просидеть безвылазно. Достало всё на работе. Взяла отгулы.

— Вера, — он с сомнением покачал головой, — тут на неделю хватит, и это с учётом, что нас будет трое.

— А кто третий? — Верка приняла боевую стойку. Она как-то не рассчитывала на компанию!

— Поля.

— Фух, — облегчённо перевела дух. — Я всё время забываю про твою кошку!

— Я с кошкой в комплекте!

— Ладно, — отмахнулась благодетельница. — Иди лучше фильмец какой-нибудь прикольный найди, а я сейчас закусон организую! И нахабу твою шерстяную покормить не забуду, — добавила она, заметив, как Виктор дёрнулся в сторону кошки. — Голодная, небось.

— Как хочешь.

Вскоре в спальне забормотал телевизор, из кухни стали доноситься вкусные запахи, а следом за ними Верка прикатила небольшой сервировочный столик, полностью заставленный тарелками и вазочками. Посередине этой бомбы для желудка гордо высилась бутылка тёмного виски.

— Двигайся, — распорядилась добровольная кормилица, подпихнув Виктора упругим бедром. — И наливай! Отметим прошедший Новый Год, и Рождество заодно.

Есть хотелось. И очень. Он был благодарен своей однокласснице. Несмотря на взбалмошный и жёсткий характер, — вот как могут сочетаться такие качества! — она всегда была готова подставить плечо. Может, поэтому мужья не задерживались у неё? Не каждому мужику понравится, если жена, сломя голову, бежит по первому зову, а то и просто бежит на помощь. Так или иначе, но сейчас Виктор был рад Верке. Он наполнил стопочки коричневым напитком, немного подержал в ладони свою, согревая, и подцепив дольку лимона, дзинькнул о пузатый бочок Веркиной.

— Ну, за всё хорошее! — высказалась та, шумно выдохнула и выпила залпом. Поморщилась. — Никак не могу привыкнуть, что крепкий алкоголь может быть сладковатым. По мне, так лучше нашей водочки ничего нет.

— Так принесла бы водку, — отозвался Виктор и поставил фильм на начало.

Он выбрал фильм про оборотней. Сейчас, когда приоткрылась эта тайная сторона жизни, возникло желание узнать про двуликих больше. Пусть и фэнтези, но ведь не зря говорят: сказка ложь, да в ней намёк.

— О как! — удивилась Верка. Её фарфоровые зубки с хрустом разгрызли маринованный огурчик. — Чего это тебя на такое потянуло? Ты ж больше исторические любил?

— Не нравится? Давай, другое поищем, — нехотя согласился Виктор. Ну, а что? У него ещё два дня больничного, успеет посмотреть.

— Не надо, пусть тарахтит, я только про вампиров не люблю, у меня потом они везде мерещатся. И знаешь, — она придвинула поближе тарелку с мясной нарезкой, — иногда возникают такие мысли, что они и впрямь существуют.

— Кто?

— Ну, вампиры, оборотни, колдуны всякие.

— Вер, ты же взрослая женщина. Какие колдуны? — Виктор уже не рад был, что включил этот фильм.

— Не знаю, насчёт колдунов, но некоторые покупатели точно из клана вампирюг. Только они не кровью питаются, а энергией. Вот, попадётся какая-нибудь истерическая лялечка, все нервы вымотает. Или зануда какая-нибудь. Всего одна за смену, а ты к вечеру уже никакая, голова раскалывается и давление шарахает.

— Та-а-ак, Вер, давай-ка я тебе ещё налью, а то ты всё о своей работе, — усмехнулся Виктор.

В коридоре что-то грохнулось. Верка было кинулась посмотреть, но он её остановил:

— Это Полька свою переноску с банкетки шандарахнула.

— Откуда такая уверенность? — прищурилась женщина.

— Вер, я же опытный котовладелец.

— И?

— Да я уже на слух узнаю что, где и какого фига эта пушистая сумасбродка расколотила. И даже по звуку лап определю, куда смылась, — ухмыльнулся Виктор. — Вот сейчас она сидит над переноской и мстительно грызёт застёжку.

— Проверим? — с азартом спросила Верка.

Не дожидаясь пока любовник даст отмашку, она тихо на цыпочках прокралась к двери, аккуратно выглянула и с недоумением констатировала:

— Ты прав. Сидит и грызёт. А глаза хитрющие! Слушай, — тут же обеспокоилась, — может, запрём её на кухне? Я вообще-то на продолжение банкета рассчитываю, не улыбается мне оргазм получать параллельно со шкодой твоей кошки.

— Ве-е-ер, — закатил глаза Виктор. — Я после болезни, сил маловато.

— Ойц, — игриво цокнула языком женщина, — я тебя мигом приведу в рабочее состояние! Жди! Я в душ!

Ну, вот всем Верка хороша, только слова «нет» не понимает. Хотя… А чего, собственно, он ерепенится? Это же просто дружеский секс. В первый раз, что ли? Может, у барышни стресс, или нехватка мужских гормонов в организме. А она — баба хорошая. Надо уважить.

Виктор вздохнул, сунул в рот листик ветчины, взял 2 полотенца и пошёл следом за одноклассницей, по совместительству, — любовницей без обязательств. Во всяком случае, с его стороны. А что она там себе надумала, так кто их, женщин, разберёт?