Глава 5

Я следовала за ними, восстанавливая силы после утренних фокусов. Расстояние позволяло разглядывать их без лишней суеты. Давненько я не видела людей так близко. Не испуганных торговцев или заблудившихся дровосеков, а таких… живых. Ярких.

Миран и Влас — красавчики, с этим не поспоришь. Первый — с вечными бесятами в глазах, упрямым подбородком и огненным темпераментом, читавшимся в каждом движении, второй — холодный и самоуверенный, с тем самым надменным шармом, что сводит с ума юных дев. Даже Душан сошел бы за симпатягу, подбери он очки в достойной оправе, перестань горбиться и втягивать шею в плечи, словно готовясь к нырку в сугроб. Агнесса… Ну, фифа. Но не противная. Было в ней что-то трогательное и наивное.

Я поймала себя на том, что подошла слишком близко. Опасно! Они маги, в конце концов, а не стадо овец. Вдруг почуют? Увеличив дистанцию, я слилась с тенями, как призрак.

Ближе к обеду неутомимая четверка забрела в глубокий снежный овраг. Стенки его были крутыми, выход — один. Идеальная ловушка. Мой час пробил! Хватит мелких пакостей. Пора заставить их сердца выпрыгнуть через горло…

Пока они спорили, куда идти дальше, я сконцентрировалась, выцеживая из окружающего холода самую его суть. Сугробы на склонах оврага зашевелились, поползли, сформировавшись в три массивные фигуры. Они росли, вытягивались, обретая смутные очертания. Из их ртов выросли острые, как бритва, сосульки-клыки. Пустые глазницы уставились на студентов.

Снежные монстры издали низкий скрежещущий звук и поползли на чужаков, оставляя за собой борозды в снегу. В ту же секунду меня оглушило душераздирающими воплями. Душан визжал громче всех.

А что такого? Они же любят снеговиков… Ха-ха.

Миран среагировал быстрее всех: из его ладони ударила волна жара — в ближайшего монстра, заставляя его шипеть и таять. Агнесса замахала руками, пытаясь развеять второе снежное чудище. Обломалась! Ветер срывал с него клочья снега, не причиняя серьезного вреда. Влас, стиснув зубы, пытался приморозить третью тварь к земле, но та лишь замедлилась, с грохотом ломая ледяные оковы. Так уж повелось, магия льда плохо работала против существ, целиком из него состоящих. Лица студентов побелели, дыхание сбилось. Душан трясся и вопил как резаный.

Но вместе они были сильнее, чем поодиночке. Миран сосредоточил огонь на одном монстре, пока тот не рухнул, растекшись лужей. Влас и Агнесса действовали в слаженном тандеме: он сковывал второго «снеговика» ледяными оковами, а она разрывала его вихрем. Третий, подобравшийся к ним почти вплотную, был добит совместным выбросом энергии. От монстров остались бесформенные груды снега и лужицы.

Душан же не унимался. Стоял, обхватив голову руками, и продолжал верещать.

— Тихо, тихо, — Агнесса подошла к нему и успокаивающе погладила по спине. — Уже всё! Лес просто проверяет серьезность наших намерений. Хочет убедиться, что мы достойны пройти.

Я мысленно закатила глаза до самого затылка. Серьезность намерений. Ага. Конечно. Именно это я и имела в виду, насылая на них подобие снежных зомби.

Душан замолк. Резко развернулся и побрел к выходу из оврага, бросив через плечо:

— Вы как хотите, а я в лагерь.

— Трусишка! — крикнул ему вдогонку Влас, но уже без прежнего задора.

— Иди ты… — донесся скупой, но выразительный ответ Душана, прежде чем тот скрылся среди елей.

Ну, молодец. Поумнел. И дорогу назад найдет: маг земли, внутренний компас у него имеется. Минус еще один. Осталось трое!

Я следила за ними, и тревога начала подтачивать мое злорадство. Они шли почти верным курсом. Если так продолжится, через пару часов ребята выйдут к моей избушке. Пора либо капитально путать тропы, либо наносить серьезный деморализующий удар.

Естественно, я выбрала второе!

Вскоре они устроили привал. Разожгли костер — Миран сделал это одним щелчком, — расстелили плащ и достали припасы. Сели вокруг огня, грея руки, и принялись жевать да болтать. Пахло жареным хлебом и чем-то сладким. Я пристроилась за толстой елью в десятке шагов, прислушиваясь. Ветер доносил обрывки фраз.

— …ну, на вечеринке точно будет круто, — говорил Миран, ломая краюху хлеба.

— Если наша елка будет самой красивой, а праздник — самым веселым, — мечтательно вздохнула Агнесса, — то хозяин Долгой Ночи почтит нас своим присутствием! Со своей верной спутницей.

У меня на все это было одно слово. Тьфу.

— А я его видел, — негромко сказал Влас. Все повернулись к нему. — В детстве.

— Инея? — ахнула Агнесса.

— Нет. Его отца — Мороза. И мать. Тогда еще они отвечали за обновление года.

— Год-то и без них обновится, — пожал плечами Миран.

Между прочим, да! Очевидная же вещь.

— Обновится, конечно, — согласилась Агнесса. — Но будет ли он удачным без семейства магических Повелителей Вьюг? Ну и подарки… Представляете, если кому-то из нас достанется волшебный дар?

Меня передернуло. Словно кто-то провел ледяным гвоздем по позвоночнику.

— Вряд ли мне что-то светит, — буркнул Влас. — Ввиду некоторых, кхм, обстоятельств…

— Каких? — заинтересовался Миран.

— Я в этом году был не очень-то правильным мальчиком, — отмахнулся тот. — Да и мы давно не дети.

— Кроме нас, там полно народу, — не сдавалась Агнесса, и в ее интонациях сквозила неподдельная вера. — Подарок от Владыки Стужи могут получить и не дети! Просто им чаще достается, они самые невинные. Но Иней, бывает, и студентов одаривает, если те заслужат.

Дважды тьфу…

Иней то, Иней се! От этих разговоров у меня закипала кровь, а в голове стучали молоточки. Перед глазами поплыли пятна и встала картина, будто наяву: мои дрожащие от нетерпения руки разрывают сверкающую бумагу, разматывают вьющиеся, словно живые, волшебные ленты… Я сморгнула, прогоняя наваждение. Хватит. С меня довольно!

Ярость, старая, как прошлогодний снег, и горькая, как полынь, поднялась волной, требуя выхода. И она его получила. Закрыв глаза, я выдохнула в лес всю свою досаду, всю накопившуюся злость.

И лес отозвался. Налетел шквальный ветер, с воем пронесся по поляне. Зловещее, пронзительное завывание резало уши и леденило душу. Он ударил в костер, и огонь захлебнулся, погас с шипящим всхлипом. Миран вскочил, водя над ним пальцами. Бесполезно: новую струю тут же задуло. Влас вскинул руки, пытаясь усмирить снегопад, но тот только гуще засыпал черное пятно кострища. Агнесса попробовала изменить направление ветра, однако он был сильнее. Свирепо сорвал с ее головы меховые наушники и унес в темноту.

— Ай… — всхлипнула она. — Ведьма и правда злая… Дальше я не пойду! Вот как можно быть такой ужасной личностью, которая портит другим праздник?!

— Да какая ведьма, — старался перекричать ветер Влас, но его слова тонули в завывании. — Наверняка это духи леса…

Агнесса вытерла слезы и побежала прочь — туда, откуда пришли, подгоняемая все тем же ветром. Влас посмотрел ей вслед, понуро вздохнул и повернулся к Мирану.

— Я не оставлю ее одну. Вдруг заблудится. Особенно в таком состоянии…

— Иди, — пожал плечами Миран, едва различаемый в снежной круговерти. — А я еще тут осмотрюсь.

Влас кивнул и бросился за Агнессой.

Ветер стих так же внезапно, как и налетел. На поляне воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием Мирана и потрескиванием остывающих угольков. Снег медленно оседал.

Что ж. Финальный раунд. Один на один с самым упрямым.