Глава 20 · Худший из ответов

Пока Гуся по третьему кругу эмоционально рассказывает о том, как им удалось поставить на место «прокурорских дочек», Дуся, широко открыв глаза, поглощает оливье.

– …я добилась, чтобы пост старосты перешел ко мне. Теперь в нашей группе будут верховодить справедливость и равенство, – тычет указательным пальцем в потолок Гуся.

– А что у тебя за компромат на них? – Дуся нетерпеливо ерзает на стуле.

Гуся потирает руки.

– На самом деле его немного. Они прогуливали пары, притворяясь больными, и подделывали справки в фотошопе. А еще они покупали готовые рефераты, эссе и исследовательские проекты, выдавая за свои.

– Это же нечестно! – возмущается Дуся, задыхаясь от несправедливости. – Кто-то ночами сидит учится, а они просто купили и… и…

Гуся кладет руку ей на плечо и мягко похлопывает, успокаивая.

– Им это с рук не сойдет. Когда-нибудь они закончат учебу и пойдут работать, там и вскроются все пробелы в знаниях. И никакой папа уже не поможет, плохого сотрудника не станут терпеть. Вот тогда-то они пожалеют, что не учились должным образом.

Согласно киваю.

– Если они не исправятся, так и останутся «прокурорскими дочками», сами ничего не добьются. Вот будет смех, если Гуся лет через пятнадцать станет их начальницей!

Возвращаюсь к «Гранатовому браслету» и без аппетита поддеваю багровые зерна. До чего странный салат. Похож на селедку под шубой, только вместо рыбы – гранат.

Дуся двигается ближе ко мне.

– Так, с Гусей и ее стрелкой мы разобрались, у тебя там что?

Красноречиво вздохнув, отпихиваю от себя тарелку. Как бы я ни любила декабрьскую репетицию Нового года в семье Гусевых, сейчас мне кусок в горло не лезет.

Первым делом показываю подругам фотографию, сделанную Ликой, и переписку в классном чате. Гуся и Дуся, отвесив челюсти, подаются вперед, напрочь забыв об оливье. Описываю во всех красках мои ночные муки выбора, происшествие в библиотеке и вялое свидание со Святом.

– …с Бережным все решено. Мои чувства безвозвратно остыли, и он это принял. А вот что делать с Лешей – это вопрос…

– Что-что, поговорить с ним! – пихает меня локтем Дуся, подбадривая. – Пиши прямо сейчас.

Гуся протестующе машет руками.

– Не надо ничего писать! Такое нужно обсуждать лично.

Встряхиваю головой. У меня и без того слишком много противоречивых мыслей, еще и девчонки добавляют.

– Сейчас отправлю ему сообщение и предложу встретиться во дворе, – решаю я. Немного подумав, бормочу: – И что писать?

Дуся тут же советует:

– Напиши, что он все не так понял и ты хочешь объясниться.

Гуся возражает:

– Это будет выглядеть, будто ты его добить хочешь. Напиши что-то с намеком на позитив.

– Например? – выгибаю брови, нервно сжимая смартфон потными от волнения руками.

Задумавшись, Гуся предлагает:

– Скажи, что у тебя для него приятный сюрприз.

– Но у меня нет для него никакого сюрприза.

Она отмахивается:

– Ты сама как сюрприз.

Поджимаю губы, раздумывая. Звучит сомнительно, но не так уж и плохо.

– А что мне ему сказать при встрече?

Меня охватывает паника. Если еще с утра мне было достаточно просто согласиться пойти с ним на свидание, этим самым решив все вопросы и недомолвки, то сейчас я должна признаться ему в ответных чувствах. По переписке это было бы проще. Можно спокойно все обдумать, переписать текст и, решившись, отправить. Но как сказать то же самое лично? Я же родной язык забуду, когда увижу его печальные глаза!

Дуся пожимает плечами и запускает ложку в салатницу с «Мимозой».

– Сориентируешься на месте. Что толку заранее репетировать? Все равно растеряешься.

Прозвучало совсем не ободряюще, но зато правдиво.

Варвара Салия: Леш, мне очень-очень неловко за сегодня. Давай встретимся? У меня для тебя кое-что есть. Тебе понравится

Откладываю смартфон и в напряжении смотрю на него, будто ответ может меня укусить. Гуся и Дуся тоже не отводят от него взгляд, но экран все такой же черный. Кажется, что прошла целая вечность, но на деле всего минута. Не выдержав, хватаю смартфон и проверяю диалог. Леша онлайн, но сообщение не прочитано. Не верю, что он проигнорировал его! Как пить дать прочитал в уведомлениях и теперь специально не открывает диалоговое окно. Стратегия «призрака» уровня «мастер».

– Может, у него интернет глючит? – пробует утешить Дуся.

– Или смартфон! – подхватывает Гуся. – Помните, на мой старый не приходили уведомления?

Сокрушенно качаю головой.

– Все он видит, просто не хочет разговаривать.

– Может, он продумывает, что ответить? – предполагает Дуся.

– Или исполняет танец маленьких утят от счастья, что ты ему написала, – неестественно улыбается Гуся. Они всячески стараются меня поддержать, но настроение даже не на нуле, а в минусе.

– Давайте о чем-нибудь другом, – прошу я, все также сверля взглядом экран.

– Давай, – соглашается Гуся. – Поговорим о «Тайном Санте»?

Надо же, я о нем и забыла. Совсем скоро последний день в четверти, когда мы должны принести в школу подарки.

Подпираю щеку рукой. А ведь если подумать, именно с «Тайного Санты» все и началось. Моя одержимость билетами на рок-спектакль привела меня на подработку и столкнула лбами с Лешей. Тогда-то он открылся для меня с другой стороны. Все такой же шебутной и веселый, но искренний, добрый и честный. И никакой он не шут гороховый, как я считала последние девять с половиной лет.

И вот я сижу и пялюсь в черный экран, чувствуя себя героиней подростковой драмы. Сценарист где-то за кадром недовольно шуршит бумагами: «Ну что это за главная героиня, даже не может дождаться ответа!»

– А что о нем говорить? – бурчу я, пододвинув к себе тарелку и начав отделять гранатовые зерна от салата.

– Ты же еще не успела купить билеты, верно? – подсказывает Гуся. – Что будешь дарить вместо них?

Я задумываюсь. Эта мысль мне даже в голову не приходила.

– Ну… Я уже пообещала билеты… – неуверенно протягиваю я.

Дуся фыркает:

– Кому пообещала? Сама себе? Варь, не дури, ты не обязана держать слово.

– Вот-вот, – согласно кивает Гуся. – Раньше билеты были инвестицией в ваши со Святом отношения, а сейчас они – неразумная трата денег.

– Ты его поставишь в неловкое положение, – поддакивает Дуся. – Бережной не дурак, он знает, сколько стоят билеты. Он человек чести, и даже если ты не сознаешься, он проведет целое расследование, чтобы узнать, кто был его Сантой. Представь, как ему будет неудобно принимать такой дорогой подарок. Он будет чувствовать себя обязанным. Оно тебе нужно?

Мотаю головой из стороны в сторону. Теперь, когда нас со Святом не связывает ничего, кроме учебы в одном классе, мне от него ничего не нужно. Подруги правы, такой подарок слишком дорогой, особенно для нашего возраста. Подумать только, я собиралась пустить на билеты почти всю зарплату! Целый месяц подработки ради того, чтобы угодить парню, к которому у меня остыли чувства.

Деньги не даются легко, и потому бездумно разбрасываться ими уже не хочется. Теперь, когда я знаю их настоящую цену, импульсивные покупки утратили для меня всякий смысл. Поймала себя на том, что стала дольше выбирать: внимательно изучаю товар, читаю отзывы, взвешиваю за и против – и только потом решаю, покупать или нет. Тратить свои, честно заработанные, на всякую ерунду, которой и так полно в ящиках, просто жалко. Странно даже вспоминать, как раньше я могла так легкомысленно расходовать деньги.

Новый год уже на носу, а у меня до сих пор не куплено ни одного подарка. Лучше бы ночью я составляла не таблицу плюсов и минусов мальчиков, а список новогодних подарков. Мне ведь столько всего нужно! Родителям, Нике с Ромой, Гусе и Дусе, Святу… и, главное, Леше. Восемь подарков! Бережной обойдется без билетов на рок-спектакль – это слишком щедро для одноклассника.

– Шоколадка, бенгальские огни, теплые носки, набор магнитных закладок и открытка, – решаю я. Жаль, правда, что уже купила конверт для билетов, теперь его ни туда, ни сюда. Если только не приспособить его под открытку или другой подарок подходящего размера.

Гуся и Дуся поднимают большие пальцы, одобряя этот вариант. Для школьного «Тайного Санты» самое то. Недорого и со вкусом.

Мы пускаемся в обсуждение подарков. Я выясняю, что Дуся хотела бы получить многоразовую грелку для рук, а Гуся – конституцию в красивой обложке. Я же всячески намекаю на ароматическую свечу и набор стикеров для блокнота.

Это помогает мне отвлечься, но лишь на короткое время. Когда у каждой из нас составлен список подарков, я снова проверяю диалог с Лешей – он по-прежнему онлайн, но сообщение все так же не прочитано. Теперь ясно наверняка – он не хочет со мной разговаривать.

Скомканно попрощавшись с подругами, выскакиваю на улицу. Ветер усилился и хлещет меня по щекам, будто журя. Сунув руки в карманы, спешу домой, надеясь пересечься с Лешей. Может, он как раз выйдет выносить мусор или выбежит в магазин за сладостями к чаю?

Иду как в бреду, не замечая ни лиц, ни улиц, – только шаги глухо отдаются в голове: один, два, три… На седьмом сбиваюсь и начинаю с начала. Ника уверяла, что этот метод – считать шаги – заглушает тревогу. В июне он действительно помог мне вытеснить навязчивые мысли и переживания в ожидании результатов выпускных экзаменов. Сейчас это не работает. Мысли о Леше не дают мне покоя. Как он там? О чем думает? Проклинает меня, ругает или страдает?

Снова сбиваюсь с подсчета, когда замечаю во дворе фигуру. Сердце вмиг подскакивает, и я хочу побежать навстречу, но судьба дает мне щелбан в виде очередного порыва ветра. Это не Леша, а всего лишь Лика выгуливает собаку.

Пока лифт с лязгом поднимается, я думаю, а вдруг Леша разочаровался во мне и не сможет простить? Неожиданно понимаю, что не хочу его потерять.

Когда ищу в рюкзаке ключи, чувствую вибрацию фитнес-браслета. Тут же бросаю рюкзак на пол и дрожащими руками достаю смартфон из кармана дубленки и чуть ли не роняю его от трепета. Но это всего лишь предупреждение от приложения погоды о шквалистом ветре. Спасибо, уже в курсе.

Захожу домой, на автомате стягиваю ботинки и вешаю дубленку на крючок. Мама выглядывает из кухни в фартуке поверх брюк и блузки. Наверное, только-только вернулась с работы и сразу взялась за ужин.

– Ты где пропадала? – спрашивает она, глядя на рюкзак у моих ног.

– У Гуси была.

Мама всплескивает руками:

– Поди наелась, теперь голубцы не будешь.

– Буду-буду, – ворчу я, хотя аппетита как не было, так и нет. Просто не хочу препираться.

Мама всматривается в меня, и ее недовольный взгляд меняется на встревоженный:

– Ты чего такая мрачная? Что-то случилось? Что-то в школе?

– У Гуси проблемы в колледже, мы их обсуждали, – выкручиваюсь я.

– Все так серьезно?

– Нет, мы уже нашли решение, – заверяю ее, чтобы уйти от лишних расспросов.

– Тогда иди за уроки, чтобы не сидеть с ними допоздна. Я тебя позову к ужину.

Киваю и безропотно иду в гостиную. Переодевшись, раскладываю на журнальном столике учебники, хотя мне совсем не до уроков, когда в душе настоящая вьюга. Мысли беспорядочно кружатся, как снежинки. Они больно впиваются прямо в сердце, оставляя шрамы.

Я снова проверяю смартфон – тишина. Мне всего лишь нужно, чтобы Леша написал. Одно слово или смайлик. Что угодно! Потому что его молчание – это тоже ответ. Худший из всех возможных.