30

— А вот я вовсе не рад видеть тебя, я вообще не могу на тебя смотреть после всего того, что ты натворила. — Я готова была аплодировать до мозолей на руках. Так ее!

— А не твой ли это план был? Я просто воплотила его в жизнь!

— Нет, не мой! Я никогда такого не желал!

— Какая свинячья неблагодарность, ты всегда был таким бесчувственным, я просто тебе помогла, сам бы ты никогда на такое не решился, теперь слышу от тебя такое! А ведь когда-то мы были с тобой заодно.

— Пока ты не предала меня!

Мое сердце резануло, будто бритвой. Ну конечно, двое всесильных! Хозяева гор, сказочные злодеи, не с простой же нечистью подобным водиться! А Зеленая Госпожа, (я не сомневалась, что это она), продолжала мурлыкать:

— Ты, как всегда, все неправильно понял. — Глаза змея сверкнули яростью. — Мы мечтали об одном, думали вместе, планировали и даже хотели претворить в жизнь наши мечты и планы, пока ты все не испортил! В тебя как будто черти вселились! Ты порушил все, что только мог, и наше прекрасное совместное будущее!

— Я никогда не мечтал о том ужасе, что ты сотворила, и до сих пор не могу понять, как тебе такое могло прийти в голову! — прорычал злодей сквозь зубы, глаза его пылали. — Тебе это не сойдет с рук. А что я уж точно никогда не пойму, так это как ты могла подумать, что я соглашусь на подобное…

Я, конечно, не совсем понимала, о чем говорят всесильные, но уж очень завидно было. Наверняка змей никогда так злобно не зыркал на свою бывшую, как на меня. Оно и правильно — она была его пассией, а я так, просто спасательная соломинка, призванная спасти всесильного от надоедливой особы. Когда настырная хозяйка горы отстанет от змея, он выбросит меня так же легко, как и ее. Холоднокровные и златолюбивые, что с них взять?!

Эх, госпожа, не бегала бы ты за этим бессердечным, взяла бы и променяла его, например, на драгоценные камешки. Между прочим, лучшие друзья девушек — брильянты, а не бывшие сказочные ухажеры. А лучшие спутники попаданок — камни перемещения!

Пока я терзалась целым парадом чувств — здесь были зависть пополам с обидой и ревностью, — парочка умудрилась перебрать все темы и по нескольку раз обвинить друг друга во всех смертных грехах, особенно усердствовал злодей, что грело мне душу.

— Нам вообще не стоило быть вместе, это была ошибка, давай раз и навсегда расстанемся! Я буду тебе благодарен, если больше тебя не увижу! И ты оставишь и меня, и мою гору в покое!

— Что ж, расставание так расставание! — явно со стиснутыми зубами проговорила госпожа, а я напряглась. В этом столь легком согласии сквозило холодное, тщательно скрываемое бешенство, помноженное на гарантию мести. — Мне будет тебя не хватать, такого смелого и дерзкого, только слегка неприветливого. Посмотри мне в глаза в последний раз.

Что-то в этой фразе показалось мне странным.

В следующий момент из колодца, к моему ужасу, ударил столб ослепительно яркого зеленого света. Теперь я закрыла рот уже себе, чтобы не завопить от ужаса. Ящерка решила дела проще, напряглась и опала в моем кулаке мертвой тряпочкой, изображая дохлятину и покачиваясь на ветру.

Прямо на моих глазах под воздействием зеленых лучей злодей покрывался коркой камня! Так вот оно как бывает, когда Зеленая Госпожа проклинает тебя своим взглядом! А самое страшное то, что хозяйка медной горы так легко расправилась с всесильным злодеем!

Что же мне теперь делать? Куда бежать? Я боялась даже шевельнуться, чтобы ненароком не привлечь внимание. Ведь Горыныч был единственный, кто мог противостоять хозяйке, а теперь он каменный!

Правда, малахитовым злодей был недолго. Камень, так и не поглотив змея целиком, потек обратно, а те куски, что еще оставались на нем, раскаляясь, отвалились пластами или потекли струйками лавы вниз, настолько был зол злодей, что аж пылал.

— Ты! — уже знакомая мелодия, та же заезженная пластинка. Всесильный моргнул и узнал стоящего перед ним. Хорошо, что это была не я! — Исчезни из моей жизни! Я тебя…

Не дослушав сентенцию, из колодца сверкнул еще более сильный луч зеленого света. Злодей пошатнулся и вновь окаменел.

«Да что же это делается?» — Я заозиралась по сторонам в поисках помощи. Никого, кругом пустота, некого позвать. Ближний змеярин Полоз далеко, да и воевода охраняет входы в гору, а не самого всесильного! Так Зеленая Госпожа враз злодея победит, тем более на этот раз камень почти что сомкнулся, поглотив Змея Горыныча целиком, и задержался на нем на несколько пропущенных ударов моего сердца дольше!

Мои ищущий спасения взгляд обвел округу и ничего не нашел, кроме камня, невинно так лежащего у моих ног.

Злодей вздрогнул, стряхивая с себя остатки малахита, моргнул, дернул головой и уставился в колодец…

— …Ненавижу! — продолжил Горыныч с прерванного полуслова и моргнул. — Ты? — вновь узнал Зеленую Госпожу злодей. — Я же тебе сказал не приближаться к моей горе! — завел старую пластинку холоднокровный и выдержанный.

Я облегченно выдохнула, сползая спиной по камню, и выронила булыжник, которым не знаю, что собиралась сделать. То ли тюкнуть по голове всесильному, то ли его бывшую приложить. Сейчас голос змея звучал так грозно, что от его негодующих криков тряслись в страхе даже горы, и никакой свет на него уже не действовал!

Даже с такого расстояния я увидела перекошенное от досады и недоумения отражение хозяйки горы в колодце.

Лучшая картина для моей души! Только вот следующий кадр мне не понравился. Зленая Госпожа отклонилась назад, на секунду исчезнув из моего поля зрения. Я, наблюдавшая из-за валуна, отчетливо осознала: гадина собирает все силы для решающего удара! А у меня ни сил, ни оружия! Только булыжник в руке! Быстро закинув дохлую ящерку на плечо, словно генерал перевязь, я подняла двумя руками каменюку и, несколько раз покачав ее, зашвырнула вверх и за спину.

В тот самый момент, когда из колодца на всю его ширину шарахнул зеленый луч, булыжник с тихим и аккуратным «бульк» нырнул в самую середку. Деликатный звук падения булыжника никак не соотносился с тем фонтаном тьмы, что вылетел из колодца и облил с ног до головы Горыныча. Обозрев результат, я превратилась в камень без всякого колдовского сглаза, исключительно от своей отчаянной смелости и неминуемых последствий. А их я представляла преотлично! В общем, в этот момент мне перехотелось жить.

Змей Горыныч медленно стер с морды лица струйки тьмы, что рваными лоскутами падали на землю и, как гусеницы, сползались обратно в колодец.

Не дыша, я таилась за валуном, пока злодей изумленно моргал, крутил головой и осознавал, где он находится. А потом всесильного снова заклинило: он моргнул, дернулся, изменился в лице и, как грозовая туча, пополз обратно в терем. Как пить дать: метать громы и молнии в подчиненную нежить, я уже немного разбиралась в многогранном характере злодея. Только когда излучающая злобу фигура хозяина горы скрылась где-то на вершине этой самой горы, я позволила себе выдохнуть и обессиленно сползти спиной по валуну. А также заняться обморочной ящеркой.

Стоило взять несчастную в руку, как та встрепенулась, извернулась и вчистила в кусты, живее всех живых, поочередно перебирая лапами так, что они взлетали выше головы и от скорости сливались в размытый круг. Вся поза зеленой говорила: «Не надо меня больше спасать! Чур! Чур!» В общем, малахитовая ящерка драпала так, как будто за ней черти гнались. Уверена, с такой скоростью она могла бежать даже по воде, как скоростная моторная лодка — не уходя на глубину. Не знаю, кто ее больше испугал — всесильный змей, что не обращается в камень, колодец полный тьмы, Зеленая Госпожа или моя помощь, но готова поклясться, я ее больше не увижу в этой сказке, скорее, ящерка переедет в соседнюю. Я моргнула и окончательно потеряла зеленую из виду.