Глава 18.

Джарганский царь решил задержаться в крепости на несколько дней. Никто из нас, практикантов, не знал причины и на следующее утро Стефан Миловицкий, как и прошлым вечером, восседал на почетном месте, сместив нашего командующего.

За его спиной все так же стояли телохранители, мрачные и взирающие на все вокруг с опасным видом. Сам царь вполне мило беседовал с Воронцовым и наш завтрак снова был более чем полным. Вместо привычной каши, сдобренной маслом, на столе красовались горки блинов, кувшины со сметаной и варенье в глиняных глубоких мисках. Так что, в каком-то смысле, приезд джарганского царя был для нас подобно празднику. Воронцов явно распорядился кормить так не столько нас, сколько магов Миловицкого, дабы не ударить лицом в грязь перед, пусть и северным, но царем.

Я завтракала неспешно. Отчего-то отчаянно хотелось на тренировку и невольно ловила себя на мысли, что хочу снова увидеть Джурича. Как-то по теплому мы попрактиковались в прошлый раз. Хотелось повторения пройденного и, что уж греха таить, мне нравилась та сила, которая начала постепенно просыпаться внутри.

Видимо, для меня мало быть одним целителем. Все же, человек, или маг, устроен так, что всегда стремится к лучшему и это, я считала, не грех. Особенно, если стремление позже пойдет во благо окружающим, а не только мне самой.

- Никогда бы не подумала, что мне так понравится учиться боевой магии, - запив очередной блинчик травяным чаем, Катерина отставила прочь тарелку и взглянула сначала на меня, а затем в сторону стола, где сидел командный состав крепости.

Я знала, на кого она смотрит. На своего Николая.

Катя пока сдерживала себя, но я уже почти предвкушала, как она скоро начнет говорить о нем чаще и чаще. А если между ними все сладится, то берегитесь мои уши!

И все же, я была рада за подругу. Любовь – всегда хорошо, даже неразделенная. Потому что сердце человека не может без любви. Так что я ей даже чуточку завидовала.

- О, гляди-ка, - шепнула Золотова и легко толкнула меня локтем. – Капитан Джурич, кажется, на тебя смотрит. Нет, нет! Точно смотрит, да так пристально! Ты ему точно нравишься, Александра.

Я удержалась от желания проверить слова Катерины. Осталась сидеть с прямой спиной и продолжала есть.

- Сила воли, - с пониманием и уважением произнесла целительница, когда в разговор вмешался Игнат.

- Что это вы там шепчетесь, девушки? Может, поделитесь?

Катя вздернула подбородок и фыркнув, ответила:

- Много будешь знать, скоро состаришься, - после чего поднялась из-за стола с намерением отнести грязную тарелку.

Я дернула ее за рукав бросив:

- Подожди. Вместе пойдем, - и расправившись с последним ароматным блином, тоже выбралась из-за стола.

Проходя мимо боевиков, вдруг увидела, как Вознесенский, сидевший теперь лицом к нашему столу, вскинул руку, словно привлекая мое внимание.

И ведь привлек же.

Изогнув бровь, я гордо прошествовала мимо. Еще не хватало, чтобы я остановилась рядом с ним и заговорила. Нам уже давно не о чем разговаривать.

Мы поставили грязную посуду на специальный стол и с Катериной направились к выходу, но не успели сделать и несколько шагов по коридору, когда нас догнал громкий окрик.

- Алекса! Стой! Надо поговорить!

Марк, поняла я.

Катя обернулась и посмотрела на боевика. Судя по частому и тяжелому стуку его сапог, он за нами бежал, но мне отчаянно не хотелось останавливаться и уж тем более разговаривать с ним. Как-то наши беседы ни к чему хорошему пока не приводили.

Но я остановилась. Точнее, меня вынудили это сделать.

- Да стой же! Что, не слышишь, как зову тебя? – Марк схватил меня за руку вынуждая остановиться. Затем развернул к себе лицом и посмотрел глаза в глаза.

Золотова тоже остановилась и вопросительно посмотрела на меня.

- Поговорим? – предложил Вознесенский.

- Нам не о чем, - я высвободила руку, но молодой маг снова поймал ее в плен.

- Эй! Не наглей, боевик! – тут же ощетинилась Катерина, но я лишь посмотрела на нее и произнесла:

- Все в порядке.

Княжич с довольным видом покосился на Золотову, а я сказала:

- Говори то, что собирался. Мне пора на тренировку.

- Не при свидетелях, - ответил княжич. – Да и тебе пока некуда спешить. Твой куратор еще за столом сидит с нашим гостем и беседует. Так что время есть.

Я вздохнула, а Катерина потянула меня за рукав спросив:

- Мы идем?

- Ты иди. Я сейчас выслушаю то, что мне хочет сказать практикант Вознесенский, и быстро тебя догоню.

Золотова кивнула, хотя по выражению ее лица было заметно, как сильно ей не хочется оставлять нас наедине. Но я и не думала уединяться. Если княжич желает мне что-то сообщить, пусть говорит здесь и сейчас. Нам никто пока не помешает. Коридор пуст.

- Ну, как знаешь, - быстро произнесла подруга и ушла, а я позволила Марку отвести себя в сторону к стене. Там встала, перекрестив руки на груди, и вопросительно посмотрела на бывшего жениха.

- Что тебе надо? – прозвучало грубо. Даже сама не ожидала, что смогу говорить так. На меня это было не похоже, и Марк прищурил глаза, тоже недовольный началом беседы. – Почему ты меня преследуешь? Не ты ли сам сказал, что между нами ничего нет? Чего хочешь теперь?

- Я расстался с Натальей, - ответил молодой боевик.

- Сочувствую, - ответила я.

- Ради тебя, - удивил меня княжич. Наверное, удивление было очень выразительным, потому что он даже приподнял брови, а я вдруг увидела краем глаза, как тени в коридоре будто бы пришли в движение. Казалось, по каменному полу стал стелиться прозрачный туман и мне не стоило особого труда понять, что происходит.

Горан! Это точно его рук дело!

Присматривает? Опекает?

В груди растеклось приятное тепло.

- Скажи, Алекса, ты дашь мне еще один шанс теперь, когда я свободен и все осознал? – вдруг прямо спросил Вознесенский.

- Шанс?

- Наши родители будут довольны. Я уже все продумал, и мы…

- Нет! – нарушая все правила приличия и, не позволив княжичу договорить, грубо его перебила. – Нет, нет и еще раз, нет. Ты сделал свой выбор, я его приняла. Мы уже это обсуждали, а я не меняю своих решений.

- Ты не могла разлюбить меня. Ты за мной приехала в эту дыру!

Он точно не хотел верить услышанному.

- Не могла? – я сделала усилие, чтобы не сорваться на резкий крик. – Очень даже могла. Между нами ничего нет и не может быть, Марк. А теперь оставь меня. И больше, прошу, не заговаривай на эту тему. Давай сделаем вид, что мы друг друга не знаем. Я…

Он качнулся вперед, не позволяя мне закончить фразу. Сильная рука легла за затылок. Одним движением молодой маг притянул меня к себе, а затем и сам прижался всем телом, словно это могло как-то помочь переубедить меня в его намерениях.

Боги, да он поцеловать меня хотел и поцеловал бы, не вмешайся чужая магия.

Губы Вознесенского не успели коснуться моих, когда какая-то сила оторвала мага от меня. Я увидела тьму, оплетавшую плечи и руки княжича. Увидела, как его буквально отшвырнуло прочь, а затем тьма соткалась вокруг меня, словно защитный купол, и из колебаний теней вышла высокая фигура капитана.

Глаза Марка расширились. Он распрямил спину, встав ровно, и гордо вскинул подбородок, но во взоре читалось непонимание происходящего.

- Практикантка Туманова, у вас все в порядке? – спокойно спросил капитан, но при этом мужчина смотрел только на Вознесенского.

- Да, господин капитан, - ответила я спокойно. Внутри все ликовало. Поцелуй, о котором я когда-то так глупо мечтала, не состоялся и хвала за это всем богам. Подумать только, прежде я отдала бы все на свете, лишь бы Марк коснулся меня, прижался губами, а сегодня испытала только неприязнь и толику отвращения.

- Мне кажется, нам с вами пора на занятия, - быстро сказал Джурич и только теперь обернувшись, посмотрел на меня.

Темные глаза были удивительно спокойными, но тьма клубилась вокруг рук джарганца, и я почти физически ощущала напряжение, исходящее от него.

- Мы не закончили, - произнес было Марк, но вовремя опомнился, вспомнив, что говорит в присутствии старшего по званию.

- Мы, - я выдержала паузу, - закончили, господин Вознесенский.

Мне хотелось добавить ему еще немного неприятных слов, часть из которых были крепкими и неподобающими для воспитанной девушки. Но сдержалась. И не потому, что постеснялась Горана. Нет. Я просто не хотела опускаться на уровень Марка.

Джурич сделал приглашающий жест рукой, и я прошла вперед, минуя бывшего жениха.

- Мы еще поговорим, - сказал уверенно последний. Он явно плохо осознавал отказ. Неужели решил, будто я кокетничаю или играю с ним? О, оказывается, он плохо разбирается в людях.

- Я всегда добиваюсь своего, - добавил тихо Марк уже в спину нам с капитаном.

Я не обернулась. Лишь вздрогнула, когда горец пошел рядом, задев меня мимолетно рукой.

Его тени исчезли, спрятались. А я шла и чувствовала себя немного счастливее, потому что сегодня поняла то, в чем прежде сомневалась.

Я небезразлична капитану.

- Благодарю за помощь, - проговорила тихо, не глядя на своего спасителя.

Он не ответил и лишь мимолетно улыбнулся так, будто ему были приятны мои слова.

Нет, можно было все списать на его благородство, но мне хотелось верить в лучшее и верить своим глазам.

************

Погода за прошедшие сутки не претерпела разительных изменений. Все также непрерывно дул северный ветер и все так же с неба падал и падал холодный снег.

Расчищенный на рассвете двор снова покрылся воздушным белым ковром, который сейчас упрямо трамбовали мои ноги. Натянув на голову капюшон, я следовала за своим куратором, отвернув голову в сторону, чтобы колючий снег не слепил глаза, когда внимание невольно привлекла группа военных из обоза джарганского царя.

Я даже запнулась, рассматривая людей. Воины, среди которых большую часть составляли маги, несли куда-то охапку горящих углей, прикрытых магическим куполом. Но мое внимание привлек не этот факт, а один из мужчин, державший на плече тяжелые носилки.

И пусть на нем была новенькая форма, а лицо гладко выбрито, я точно узнала этого человека и проследив взглядом за тем, куда он направляется еще с тройкой джарганцев, в несколько шагов догнала горца.

- Капитан! – я потянула его за рукав.

Он резко обернулся и внимательно взглянул мне в глаза.

Чтобы не кричать, соперничая голосом с ветром, я подошла ближе, став почти вплотную к мужчине и запрокинув голову, громко произнесла:

- Капитан, вы помните охотника, который недавно убежал из крепости?

Еще бы он не помнил.

Темный взгляд сверкнул, а губы дрогнули, ответив:

- Да.

- Я только что видела его среди людей джарганского царя! – выпалила бодро, полная уверенности в том, что видела и что говорю.

- Уверены? – спокойно спросил Джурич.

Вместо ответа кивнула.

- Где? – только и спросил капитан.

Я подняла руку и указала нужное направление. Горан внимательно посмотрел на меня, будто о чем-то размышляя, затем произнес:

- Хорошо. Я, кажется, понял. Идите за мной, Туманова, - и развернувшись, сменил направление. И вскоре мы оказались перед загоном, где обитали драконы.

На снегу совсем не было следов. Ветер слишком быстро заметал их, но капитан был вероятно уверен в том, куда именно направились люди Миловицкого. Он решительно открыл дверь и вошел в загон, где пахло драконами, огнем и самую малость, сеном. Здесь было более чем тепло, и я перевела дыхание, отогреваясь от стужи. Затем, оглядевшись, увидела четверых военных царя. Они устанавливали носилки над наспех сооруженным костром, горевшим из земляной ямы. Джурич знаком велел мне ждать, а сам направился прямиком к сородичам, которые, отряхивая с мундиров снег, о чем-то говорили с подоспевшим смотрителем загона, старым магом драконоборцем.

- О, господин капитан! – Обухов на миг прижал к груди ладонь, а на его губах заиграла улыбка.

- Доброе утро, Мирон, - кивнул приветливо старику Горан и оба привлекли внимание джарганцев, двое из которых принялись открывать стоявшую на носилках черную чашу, погруженную в угли и похожую на обожженный горшок с крышкой. Я даже вытянула шею, чтобы разглядеть то, что находилось внутри, хотя уже и так понимала, что увижу.

Конечно же, это было яйцо дракона. И как я только раньше не догадалась.

Получается, Стефан везет с собой драконью кладку?

Затем подняла взгляд и оглядела царских людей, сразу же заметив охотника, который, как полагаю, таковым не являлся.

Мужчина тоже заметил нас с капитаном. Сначала он вздрогнул, затем бросил быстрый взгляд в сторону выхода, но уже спустя секунду обреченно вздохнул и понурил плечи.

- Поговорим? – просто спросил Горан, обращаясь к мужчине, и добавил что-то уже на джарганском, который я, увы, не понимала.

- Асса э, тун ра, - ответил ему «охотник» и Джурич указал собеседнику в сторону выхода, после чего обратился ко мне. – Я прошу меня простить. Разговор не займет много времени. Уже скоро, практикантка Туманова, мы приступим к занятиям.

- Конечно, - только и кивнула в ответ и капитан, скользнув взглядом по моему лицу, развернулся и направился к джарганцу, поджидавшему его у дверей.

Они не стали выходить на снег. Горан просто взмахнул рукой и обоих оплела тьма. Не сомневаюсь, мне не удастся услышать ни словечка. И даже, если бы я что-то услышала, то ничегошеньки бы не поняла. Поэтому, чтобы хоть как-то отвлечься, посмотрела на оставшихся людей царя, которые высыпали угли в яму, прежде сунув в нее извлеченное из горшка яйцо.

Господин Обухов с интересом наблюдал за происходящим. Он стоял близко к пламени и, казалось, совсем не боялся ярких обжигающих языков, то и дело вырывавшихся из костра. Я подошла к нему, но встала чуть поодаль. Взглянула на алые угли и спросила:

- Кто вылупится из яйца? Какой дракон?

Обухов обернулся. Джарганцы тоже посмотрели на меня. Один улыбнулся, второй, бородатый, даже подмигнул, но как-то по-доброму, отчего я совсем не обиделась на подобную фамильярность. Что взять с солдат?

- Вы целитель, не так ли? – спросил драконоборец. – Я вспомнил вас. Вы тогда спасли юношу-практиканта, на которого напал надерлат.

- Да, - просто ответила я.

- Вы сильный целитель, - крякнул довольно старик и, наконец, ответил на мой вопрос. – Я впервые на своей памяти вижу такое яйцо. Прежде читал лишь в книгах. Это очень, - он сделал выразительную паузу, - очень редкий дракон. Признаться, я и не мог подумать, что они еще существуют.

- Абла ис тара ук бартазар ин, - сказал бородатый джарганец и улыбнулся.

- Ничего не понимаю, - пробормотала я.

- Я, увы, тоже, - развел руками мой собеседник. – Могу лишь предположить, что сказал горец.

- Он сказал, что это редкий Чернокрылый из подвида туманных драконов, - проговорил третий джарганец, молчавший до сих пор.

Кажется, он знал наш язык.

- Да, он самый, - кивнул Обухов и, склонившись ближе к пламени, добавил, - я бы многое отдал, чтобы увидеть, как проклевывается этот малыш.

- Чтобы он первым увидел тебя и счел за хозяина? – тут же рассмеялся солдат. – Нет, это яйцо - подарок для вашего царя.

Обухов кивнул с таким видом, словно одобрял подарок. А я, признаться, представления даже не имела, как может выглядеть дракон, столь редкий, что я о нем даже не слышала. Не то, чтобы я очень интересовалась драконами, но основные виды знала.

Мы еще немного постояли над костром, в котором находилось яйцо, а затем тьма окружавшая джарганца развеялась и Джурич подошел ко мне.

- Идемте, Туманова, - сказал он спокойно.

Я кивнула и направилась следом за куратором, но не могла не отметить раздраженного и отчасти подавленного взгляда джарганца, с которым Горан разговаривал наедине.

Интересно, о чем они говорили? Еще интересно, как и почему он сбежал? А еще более любопытно, почему вернулся?

Мне казалось, что капитан Джурич знает ответы на эти вопросы.

- Могу я попросить вас, практикантка Туманова, не рассказывать о том, что вы видели сегодня и что узнали нашего беглого пленника. Я могу дать вам слово, что он не замышляет ничего дурного против нашей страны и людей, живущих в крепости.

Я встретила его вопросительный взгляд. О, думаю, он видел, как много вопросов вертится у меня на языке, а еще больше – в голове. Но я знала, что даже если и спрошу, не получу ответ. А потому лишь кивнула сказав:

- Я верю вам, капитан, и буду молчать. Даю слово.

Он усмехнулся. Темный взгляд скользнул по моей щеке и так ощутимо задержался на губах, что я невольно затаила дыхание.

- Благодарю, - секунду спустя сказал мужчина и мы вышли из загона.

************

Стоило признаться, разговор с соплеменником поколебал его спокойствие. Горан пытался быть прежним и пытался сосредоточиться на занятии, тем более, что ему нравилось заниматься с Тумановой. Он получал почти истинное удовольствие, когда их силы переплетаясь становились единым целым. Но мысли то и дело отвлекали, дергали прочь, вытягивали из омута кажущегося спокойствия.

Он не знал, что делать. Ничего не предпринимать? Наверное, да. Этот человек, которого в крепости знали как охотника, на самом деле был Адхар Веронич, капитан охраны при царе Стефане, его брате. На первый взгляд преданный своему делу и своему царю, но на деле…

На деле все было иначе. Не так, как казалось.

- Атакуйте, Туманова! – прогоняя мысли, велел Горан и выставил блок, усилив его тьмой.

Девушка стояла в нескольких шагах от него. Ее глаза горели, сила наполняла тонкие руки, которые были сильны иными умениями. А он смотрел на нее и восхищался, чувствуя, как сердце все сильнее и сильнее бьется в груди. Понимая, как сильно сегодня хотел оказаться на месте Вознесенского.

«Интересно, она меня тоже оттолкнула бы, как этого мальчишку-практиканта?» - терзала его мысль.

Он хотел надеяться, что нет. Ведь она совсем иначе смотрела на него. Или он просто видел то, чего так отчаянно желал всей душой.

Удар! Еще удар!

Щит ощутимо прогнулся. Воздух над головой зарябил и Джурич улыбнулся, выпуская еще больше тьмы, что вырывалась из него с завидной легкостью. Сила переполняла тело, кипела в жилах.

Не только он дополнял Александру, но и она сама дополняла его. Вместе они были огромной силой и наступит день, когда он расскажет ей об этом. Но не раньше, чем она примет свет и поймет, как им управлять.

- Туманова, бейте сильнее! – крикнул он и вытянул руки вперед, раскрыв ладони перед девушкой.

Щит завибрировал и стал почти черным, а когда она снова ударила, Горан с удивлением увидел яркую трещину, похожую на росчерк молнии, которая расколола его тьму.

- Отлично, - проговорил он и резко опустив руки позволил тьме немного обиженно забраться под кожу. – На сегодня, наверное, все. Вы слишком быстро продвигаетесь на наших занятиях. И слишком много используете магию. Это чревато истощением. Поэтому я буду контролировать данный процесс.

Она отряхнула руки, словно на ладони прилипли крошки, и взглянув на него быстро спросила:

- Но другие еще занимаются.

- Мне все равно, что делают другие. Они отличаются. Их магия не идет ни в какое сравнение с вашей. Так что сейчас надеваем плащи и возвращаемся в крепость, - ответил он и шагнув вперед наклонился, подхватывая со снега плащ целительницы. Она удивленно моргнула, но позволила ему набросить плащ ей на плечи и тут Горан не удержавшись, легко коснулся тыльной стороной ладони ее щеки. Ее кожа была такой нежной и такой теплой, что по телу пробежала сладостная волна, но мужчина тут же уронил руку, едва встретил вопросительный взгляд Тумановой.

«И чем ты теперь лучше Вознесенского?» – укорил он себя.

- Закутайтесь плотнее. Холодно, - сорвавшиеся с губ слова показались такими же морозными, как и воздух, звеневший вокруг. Затем поднял свой плащ, магией стряхнул налипший снег и быстро надел.

- Идемте, - сказал уже спокойнее, взяв контроль над своими эмоциями.

Они шли через снег и мимо практикующихся магов. Уже в крепости Джурич попрощался с девушкой и поднялся к себе. Сбросил верхнюю одежду и повесив сушиться перед растопленным камином, сам опустился на низкий табурет, вытянув к огню длинные ноги и ощущая, как усталость, словно чьи-то тяжелые руки опустилась на плечи.

Теперь, когда он остался один, можно было и подумать о том, что узнал сегодня. А заодно сопоставить сведения с теми, которые знал прежде.

Горан прикрыл глаза и позволил себе расслабиться. Он очень редко делал это и только наедине с самим собой. Вот и сейчас он вспомнил все.

Образы, словно иллюстрации из дорогих книг, мелькали перед воображаемым зрением. Он видел снег и раненого охотника. В тот день Джурич отправился с дозором обойти границу близ крепости.

Капитана Веронича он узнал сразу, хотя они не виделись добрый десяток лет. Адхар изменился. Густая борода делала его старше, но помыслы капитана оставались все теми же, что и при первой встрече после долгой разлуки. Тогда они поговорили мало, зато основательно. И никто не смог им помешать. Джурич не просто так попросил в качестве целителя Туманову.

Ему крайне необходимо было, чтобы разговор состоялся инкогнито. Все так и вышло. Александра не знала джарганский, в отличие от Дельмар.

«Как ты нашел меня?» – спросил тогда Горан у пленника.

«Земля слухами полнится. Мои люди искали вас везде, ваше высочество. И нашли. А я пришел поговорить».

Но в тот день они не поговорили. Слишком быстро явился Воронцов, а после его пыток Адхар ни на что не был способен.

Горан вздохнул и открыл глаза. Зачем-то сполз с табурета на шкуру и облокотившись на первый, продолжил вспоминать.

Следующий разговор состоялся в день, когда он отпустил Веронича. Несмотря ни на что, он об этом не жалел, по крайней мере до тех пор, пока, уходя через тайный лаз в стене, капитан Веронич не оглянулся и не сказал:

«Нам нужен новый царь, мой царевич!»

«Я не пойду против брата», - просто ответил Джурич.

«Он пытался вас убить!» – удивленно воскликнул капитан царской стражи, чем едва не привлек к себе внимание.

«Я не стану уподобляться Стефану. Иначе, чем я буду лучше него? Уходи, - велел Горан. – Уходи и не возвращайся».

Веронич бросился прочь, но сделав несколько шагов, резко развернулся и что-то сказал.

Ветер быстро подхватил его слова и понес прочь. Джурич мысленно выругался и поднял голову, глядя на крепостную стену. Но сегодня магам, населявшим форт, было не до беглеца. Но пока бежал назад к крепости, в голове пульсировали слова, брошенные Адхаром и он пытался не принять их правдивости.

«Стефан не наш царь! Народ Джаргана не потерпит бастарда на престоле! А я сделаю все, чтобы люди узнали правду».

Горан стиснул зубы и поднялся на ноги.

Проклятые мысли.

Проклятая память.

Он не вернется назад к прежней жизни. Она слишком полна интригами, ложью и грязью. Возможно, ему даже в какой-то степени следует поблагодарить брата за то, что отнял трон. Конечно, не именно он. Его мать, которую Джурич искренне ненавидел всем сердцем. Она стояла за всем. За его разбитой судьбой, которую он только теперь собрал по кускам, по осколкам. Она родила его отцу, царю Йовану, бастарда до того, как на свет появился законнорожденный наследник. Она стала его законной женой, когда родная мать Милоша умерла, пытаясь произвести на свет еще одного сына для своего супруга. Да, Валиса Зеневич хитрая и коварная женщина. Но стоило отдать должное ее уму и тому, как она возвела на трон единственного сына.

Если бы не мнимая гибель Милоша, Стефан никогда не увидел бы трон.

Валиса постаралась. О, она всегда была сильна в интригах. Плела их словно самый умелый паук.

Понимая, что не в силах сегодня собраться с мыслями, Джурич снова оделся и вышел из покоев, запечатав дверь магией.

Нет, сегодня ему не уснуть.

Он быстро покинул крепость и, закутавшись в плащ, толком не успевший просохнуть, поднялся на стену.

Дозорные, увидев старшего по званию, тут же вытянулись в струнку. Горан кивнул им и двинулся вдоль стены, уже понимая, что сегодня проведет ночь здесь.

И не потому, что намерен поддаться уговорам Веронича. Напротив, он искал в себе силы забыть прошлое снова и вернуться к прежней жизни, едва царский обоз отправится в Атрон.

***********

Не знаю, что произошло, но утром меня впервые не раздражал звук гонга. Более того, я поднялась задолго до его истошного крика, способного, кажется, поднять из могилы даже мертвеца.

Не раздражала и снежная погода. Она была точно такая же, как и всегда. Изменилась я. Точнее, изменилось что-то во мне. Я научилась увидеть хорошее в этом заснеженном краю, и сердце ликовало от одной мысли, что этим утром мы снова с Джуричем будем заниматься магией.

Стоило признать, что мне нравились не только наши уроки. Здесь было нечто большее. Нечто настолько глубокое, о чем я пока не желала задумываться, решив, что пусть на этот раз все идет своим чередом, так, как надо. Так, как будет правильно.

- О, смотрю наша княжна уже перышки почистила и готова к труду и обороне, - сонно проговорила Катерина, поднимая голову от подушки, едва вопль гонга стих.

Лира, уже стоявшая на ногах и потягивавшаяся так непринужденно, будто не была нашей старшей, бросила:

- После тренировок все ко мне. Сегодня варим яды. Я должна знать, что вы умеете сделать из самого простого набора трав и как сможете приготовить противоядие.

- Вот как? – Катя откинула одеяло и села. Ее волосы были похожи на стог сена: всклоченные, нечесаные. Видимо, подруге снился очень неспокойный сон, но я сама спала так сладко, что и не заметила ничего особенного.

- Интересно, вы нас заставите яды на себе пробовать? – спросила Золотова поднимаясь на ноги.

- Нет. На ваших коллегах. Так оно будет правильнее, - хмыкнула Дельмар и направилась в ванную комнату, а я поправила мундир и покосилась на подругу, слушая, как за дверью плещется вода.

- И что такого тебе снилось, а? – тихо спросила у Катерины.

- А что не так? – целительница подозрительно прищурила глаза.

- Твои волосы. Они в жутком беспорядке и ждут не дождутся свидания с гребнем, - пошутила я.

Катя подняла руки и ощупала голову, сейчас более похожую на разоренное птичье гнездо. А едва старшая целительница покинула ванную, опрометью бросилась к зеркалу и секунду спустя я услышала ее разочарованный вздох.

- Ну вот! Колтун! И как я только умудрилась?

Она продолжила возмущаться, только совсем тихо, когда в дверь настойчиво постучали.

- Кто? – холодно бросила Дельмар, надевая мундир и застегивая пуговицы на груди.

- Максим Стужин, госпожа целитель! – последовал ответ. – У меня срочное послание вам.

- Ну, заходи, если срочное, - быстро ответила женщина и дверь открылась, впуская одного из практикантов. Вид у него был крайне взволнованный. Глаза странно поблескивали, и я заподозрила, что послание, действительно, важное, или необычное.

- Что уже приключилось? – уточнила Дельмар, после того, как Стужин отдал ей честь, приветствуя как старшего по званию.

- Мы нашли мальчика. Джарганского ребенка. Кажется, нет, точно, его зовут Тиян.

Мы с Лирой переглянулись и почти одновременно шагнули к выходу. Немного опомнившись, я замедлила шаг, позволяя женщине выйти первой, а затем направилась следом, когда она призывно махнула рукой, словно приказывая идти за ней.

Я пошла с охотой, понимая, что моя сила, возможно, может пригодиться, хотя теперь, когда мы больше не подпитываем детей после гибели надерлата, Лира и сама полна магии. И все же… Если она велела идти следом, значит, так надо.

- Как и, главное, где вы нашли ребенка? – быстро спросила старшая целительница у нашего провожатого. – В каком он состоянии? Жив?

Максим только плечами пожал. Мол, увидите – узнаете.

- Предупреждаю, там зрелище то еще, - сказал он тихо, когда мы преодолели коридор и спустились вниз.

- Что это значит? – спросила Дельмар, но тут же замолчала, заметив внизу Молотова. Кажется, сержант поджидал именно нас. Он отдал короткие распоряжения старшему из практикантов-боевиков и встретил нас взглядом.

- Что случилось, Миша? Мальчик, я так понимаю, не в лазарете? – тут же обратилась Лира к Молотову. То, как она неформально обратилась к сержанту, навело меня на мысль, что они, вероятнее всего, дружны.

- Мы решили оставить его в том состоянии, в котором нашли. – Быстро ответил мужчина.

- И где вы его нашли? – уточнила Дельмар.

Молотов взмахом руки велел принести всем нам плащи и уже минуту спустя вместе с сержантом и несколькими его людьми, мы покинули крепость, а затем вышли и за высокие стены, ступая через метель по почти занесенной тропинке, оставленной чьими-то сапогами. Судя по всему, перед нами прошло достаточное количество людей, поскольку тропинка показалась мне внушительной.

Ступая позади Лиры, я куталась в плащ. Ветер выл особенно злобно, а мороз то и дело щипал щеки, когда тропинка завела нас в лес. Под покровом высоких деревьев стало намного тише и самую малость темнее. Я сразу увидела группу военных, среди которых были главнокомандующий крепостью, капитан Джурич и сам его царское величество царь Стефан Миловицкий.

Нас ждали.

Лира остановилась подле Воронцова и выжидательно посмотрела на него.

- Вот почему мы не могли найти мальчишку, - проговорил мужчина, словно отвечая на молчаливый вопрос старшей целительницы. – Он все это время был здесь, - добавил командующий и указал рукой на невысокий холм, который я сперва приняла за простой сугроб. Теперь же сугроб был наполовину разрыт и под снегом зияла то ли дыра, то ли нора. И все это походило на дома, которые мы нашли в деревне джарганцев.

- Спустимся и сами все увидите, - произнес Воронцов.

Я невольно покосилась на Горана. Он встретил мой взгляд, но никак не выказал эмоций.

- Александра, идите за мной. Думаю, мне понадобится ваша помощь, - велела Дельмар и следом за Воронцовым полезла в темный лаз.

Мне ничего не оставалось, как последовать за ней.

Там, внизу, под холмом снега, оказался настоящий джарганский дом, этакая землянка, врытая в землю по самые окна, круглые и крошечные. Но в отличие от уже увиденных мною ранее домов, у этого были необычайно высокие, для подобной постройки, потолки. Как минимум три метра, если не больше. Но поразило даже не это.

- Какая гадость, - произнесла Дельмар и все же в ее голосе не прозвучало брезгливости. А я прикрыла ладонью рот, радуясь тому, что еще не успела позавтракать.

- Вы в порядке, практикантка Туманова? – прозвучал голос капитана Джурича за спиной. Его рука опустилась мне на плечо.

- Да, - ответила не оглядываясь. Сделала глубокий вдох и снова посмотрела на жуткого вида кокон, в котором, словно бабочка с запеленатыми крыльями, висел Тиан.

Дельмар подошла ближе к паутине. Осмотрела ее и изрекла явную истину:

- Это творение лап надерлата. Надо же, как любопытно. Я догадывалась, что он имеет нечто общее с паукообразными.

- Госпожа, - напомнила я еле слышно. – Мальчик!

- Да, да, - кивнула целительница и обернувшись к горцу велела, - извольте дать огня, капитан.

Капитан изволил и миг спустя внутреннее помещение осветило магическое пламя.

Дельмар перехватила его и направила так, чтобы огонь осветил ребенка. Затем подняла руку и протянула ее к Воронцову.

- Нож, господин командующий. Мне нужен нож, раскаленный добела.

Юрий достал из-за пояса короткие ножны. Сверкнула сталь и мужчина, крепко взяв рукоять пальцами, другой рукой вызвал пламя и принялся греть лезвие.

- Вот эта нить поддерживает жизнь мальчика, - Лира качнулась в сторону, провела рукой по липкой паутине, толстой, как мои пальцы. – Паутина просто пропитана жизненной силой. Полагаю, наш друг надерлат питал ее, пока воровал у нас жизненные ресурсы. Очень запасливый был хищник. Но благодаря этой его запасливости мальчик остался жив. – Она обернулась и взглянула на Воронцова. – Он не стал убивать ребенка. Возможно, решил, что сможет использовать его и позже. В итоге, тварь сдохла, а магия осталась.

- Готово, - командующий передал целительнице нож, и она приняла его, после чего разрезала несколько нитей, удерживавших Тиана. Мальчишка повалился вперед и был пойман Гораном на руки. Я тотчас бросилась к нему. Джурич опустился на одно колено, устраивая мальчика на руках так, чтобы мне было удобнее его осмотреть. И, пока Лира изучала паутину, я простерла ладони над Тианом и облегченно перевела дыхание, когда поняла, что с мальчиком все в порядке. Он просто спал.

- Господин командующий, проверьте ребенка, - произнес Джурич. – Не хочется принести еще одного надерлата в крепость.

Воронцов усмехнулся, но сделал так, как попросил капитан.

- Уходим, - велела Лира, закончив изучать то, что ее так заинтересовало. – Капитан Джурич, когда мы покинем этот дом, сожгите здесь все дотла, - она не попросила. Она приказала и капитан, кивнув, выбрался первым наружу. Там он передал мальчика одному из практикантов Молотова и дождавшись, когда остальные покинут землянку, наклонился к темному ходу.

Я не видела, что и как он сделал. Услышала лишь, как гулко застонало что-то под землей. Сугроб осел и провалился внутрь. Снег на его поверхности принялся быстро таять, а Горан, повернувшись к нам, замер, ожидая дальнейших приказаний.

- Возвращаемся в крепость, - распорядился Воронцов, покосившись на царя.

Стефан все это время стоял в обществе своих телохранителей и молча взирал на происходящее. Словам Воронцова он явно обрадовался и первым направился назад, по почти затянувшейся, тропинке.

Госпожа Дельмар велела мне держаться Джурича, а сама догнала царя джарганцев и до меня донесся обрывок ее фразы:

- Как… шли… Это же ….Я знаю…

Метель срывала слова, перепутывала буквы и просто веселилась, кружа хлопья, так похожие на гигантских мух. А я шла рядом с горцем и испытывала удивительное облегчение из-за того, что мы нашли мальчика. А еще было просто приятно вот так идти рядом с капитаном. И пусть вокруг бушует непогода. Если на сердце покой, то никакая гроза и ветер не разрушат это маленькое счастье.

***********

Мы явились к завтраку, когда обеденный зал почти опустел. Практиканты и старшие офицеры приступили к своим обязанностям. Целители во главе с Лирой, отказавшейся есть, поспешили на занятие по изготовлению ядов. Мне было выделено полчаса, для того, чтобы поесть и Дельмар велела подниматься наверх в учебную комнату. Практику во дворе перенесли на послеобеденное время. Почему, я не знала. Но подчинилась приказу, как и остальные.

Отчего-то я чувствовала себя крайне неловко, пока сидела одна за длинным столом, за которым обычно было шумно и людно. То и дело косилась на главнокомандующего – тот восседал рядом с джарганским царем и оба вели тихую беседу, пока телохранители последнего несли свой пост за спиной Стефана.

Сидел там и Джурич. Он показался мне задумчивым и немного отстраненным. Впрочем, разбираться в настроении горца не было времени. Сократив выделенные полчаса до пятнадцати минут, за которые успела вполне насытиться и выпить чаю, я поспешно покинула зал и поспешила присоединиться к остальным практикантам-целителям.

Когда вошла в учебный зал, там уже царило оживление. Ко мне мигом подскочил Игнат и бодро заявил:

- Лира загадала ту еще головоломку. Мы с тобой в паре, Туманова. Так что давай, мне нужны твои мозги.

Я усмехнулась.

- Звучит очень пугающе, - сказала парню, но он ловко подхватил меня под руку и отвел к нашему столику, лавируя между остальным практикантами.

Я увидела Катю. Она махнула мне рукой в знак приветствия, а затем склонилась над какими-то травами, отбирая целые цветы и бросая их в ступку к своему напарнику.

Дельмар стояла в самом конце комнаты, прислонившись бедром к столу, и взирала на нас с таким видом, словно ничего этим утром не произошло, и мы не нашли Тиана.

Если бы я не знала ее, то могла бы призадуматься. Но Лира была крайне ответственным старшим целителем. А значит, можно было предположить, что мальчик находится в тепле и безопасности. Что и говорить, надерлата больше не было. А запасливость чудовища сохранила ребенку жизнь, что не могло не радовать в данном случае. Потому что я, признаться, опасалась, что мы не найдем мальчика живым. Если вообще найдем.

Но, слава всем богам, эта история закончилась благополучно и можно было со спокойной совестью приступать к изготовлению яда.

- Итак, что у нас за рецепт? – спросила я, оглядев наш стол, еще пустующий. Не было на нем ничегошеньки, кроме медного котла объемом на литр.

- Дельмар сказала поэкспериментировать. Создать яд и противоядие к нему. А так как мы с тобой в паре, Александра, то я прошу тебя быть более бдительной. Мне еще дорога моя жизнь, - быстро ответил парень.

- Если не доверяешь мне, стоило выбрать другого напарника, - ответила Игнату, но он лишь глаза округлил.

- В том-то и дело, что я доверяю здесь только тебе. Другие меня точно отравят, - он рассмеялся и спросил, - итак, что будем готовить.

- Какого рода яд требуется? – спросила осторожно. – Дельмар дала четкие указания или…

- Яд должен быть изготовлен из растительных компонентов и убивать в течение десяти минут, - улыбка парня погасла. Кажется, яды ему совсем не нравились. – Он должен вызвать судороги, затем кому и смерть, - совсем скис Игнат.

- Ага, - я призадумалась. Яды никогда не любила. Всегда считала себя магом, который должен спасать, а не убивать. Но так как целители часто спасали тех, кого отравили, то изучение этого неприятного момента в науке целительства не удалось избежать. Возможно, все к лучшему.

Я перебрала в памяти интересные яды, понимая, что экспериментировать придется на Игнате. Тут он прав. У меня больше шансов, что я приготовлю хороший яд и еще более лучшее противоядие. Кажется, у моего напарника с ядами в академии было не очень.

- Так, - произнесла быстро. – Нужны полотнянка, зернистые ядра черной орхидеи, семицветный валиск и капля растительного масла ожигара.

Игнат кивнул.

- Это для яда, - добавила я. – Ты ищи их, а я подберу то, что потребуется для противоядия. Итак, - велела, взглянув на парня, - расходимся и работаем.

- Хорошо, - только и кивнул он и первым направился к полкам с сушёными травами.

**********

Когда из зала ушли практиканты боевики, которые ходили за Тияном вместе с командующим и остальными, на несколько минут в помещении воцарилась почти полная тишина. Стало тихо настолько, что даже стал слышен ветер, продолжавший бушевать за стенами крепости.

Стефан Миловицкий отставил от себя опустевшее блюдо и поднялся на ноги, взглянув сначала на командующего Воронцова, а затем и на капитана Джурича, не успевшего покинуть зал до неприятного разговора. Наверное, Горан бы ушел, если бы не знал, что беседы не избежать.

- Господин главнокомандующий, - начал спокойно царь. – Завтра утром решено, что мы покинем ваш гостеприимный дом. Пора отправиться в Атрон. Полагаю, нас уже заждались. Я бы хотел попросить, чтобы сегодня днем вы отправили мое послание через портал, дабы сообщить своему владыке, что он может встретить нас уже утром в столице.

- Хорошо, - кивнул Воронцов и взглянул на Стефана. Вид у джарганского царя говорил о том, что это не конец разговора, а самое начало.

Миловицкий обернулся к Джуричу и взглядом велел ему подойти ближе. Горану этот взгляд не понравился, но он приблизился, скрестив руки на груди. Затем проследил, как Стефан поднимает руки вверх и встряхивает небрежно кистями рук, создавая купол тишины. Теперь никто не услышит то, о чем говорят те, кто находится внутри.

Джурич понял, что сейчас все и решится.

Миловицкий решил задействовать командующего, но не учел одного – Юрий на стороне Горана. Да, пусть Воронцов не знает всей правды, но он ему не враг. Совсем не враг.

- Господин командующий. Я должен говорить с вами начистоту. Поэтому не желаю свидетелей. Не то, чтобы я не доверял своим телохранителям. Напротив. Но именно данный разговор требует конфиденциальности. Надеюсь, вы понимаете меня?

Воронцов бросил быстрый взгляд на горца и кивнул, заметив, насколько напряженным стало лицо капитана.

- Дело в том, что в этой крепости я оказался не просто так. Я приехал за ним, - Стефан встал так, чтобы видеть одновременно и брата и командующего.

Воронцов молчал. Джурич тоже. И тогда Миловицкий продолжил.

- Навряд ли вы в курсе того, кем является ваш капитан? – спросил он.

Воронцов покачал головой.

- У меня есть предположения. До нашей встречи я сомневался в их правильности. Теперь, как мне кажется, знаю.

Мужчины застыли. В глазах джарганского царя сверкнуло нечто сродни удовольствию. Он медленно кивнул.

- Вижу. Знаете.

- Стефан, - быстро произнес Горан. – Юрий был тем человеком, который спас меня в детстве. Он тот, кому я обязан своей жизнью.

- Я нашел Горана израненным мальчишкой в лесах Джаргара. Он не должен был выжить, но выжил. Помогли целители и его собственная сила воли, и тяга к жизни. Когда мальчик пришел в себя, он ничего не рассказал о своем прошлом. Все, что мы смогли узнать – его имя – Горан Джурич.

- Гораном звали нашего прадеда, - быстро произнес Стефан. – А Джурич – фамилия рода его матери, не так ли, брат? – взглянул на капитана царь.

На лице Воронцова не дернулся ни единый мускул. Горан заметил это почти с облегчением.

Он никогда не лгал старшему другу, но и не говорил правды. Воронцов не стал допытываться у найденыша, кто он и откуда, и кто пытался его убить. А Джурич сам не захотел говорить.

- Что-то подобное я и предполагал, - спустя минуту размышлений сказал главнокомандующий. – Не думаю, что вы двое откроете мне причины произошедшего. Вопросов много.

- Я отвечу на них позже, - быстро произнес Горан. – Мы еще поговорим, - твердо заверил он Воронцова. – Наедине.

- Хорошо. У вас есть на все про все этот день, точнее, его остаток, - важно заметил Стефан. – Затем капитан Джурич поедет со мной в качестве моего младшего брата и царевича Джаргана. – Он так выразительно посмотрел на горца, что Горан едва устоял на месте. Только темные глаза мужчины опасно сверкнули.

- Я уже дал свой ответ и не намерен его менять, - холодно произнес Джурич.

- Твой старший по званию, которому ты приносил клятву, может заставить тебя сделать это, не так ли? Ты ведь ответственный до кончиков волос. Я знаю таких людей. Наш отец был таким. Если господин Воронцов отдаст приказ, ты не нарушишь слово.

- Он не сделает так, - усмехнулся Горан.

Стефан лишь пожал плечами и посмотрел на Юрия, явно ожидая увидеть понимание в его взоре.

- Вы же разумный человек, Воронцов? И прекрасно понимаете, что капитан Джурич, - тут он сделал значительную паузу, успел оправить ворот на своей царской форме, расшитой золотыми драконами на плечах и груди, и только потом продолжил, поправив себя самого, - Милош Миловицкий рожден для большего, чем быть обычным капитаном в крепости, расположенной у черта на куличках. В его жилах течет чистая и благородная кровь рода Миловицких. И если он сам не осознает своей значимости и роли в нашей семье, то, возможно, вы, как старший и как человек, к словам которого Милош прислушивается, объясните ему истину?

Джурич покосился на Воронцова, который лишь покачал головой, глядя в свою очередь на царя.

- Боюсь, что не вправе решать судьбу Горана, - заявил он. – Пусть он сделает это сам. Я уверен, что если Горан…

- Милош, - поправил командующего Стефан.

- Горан, - упрямо повторил Воронцов, - так вот, если он сам не желает менять свою судьбу, то я не стану приказывать ему. Я знаю капитана много лет и уверен, что он примет правильное решение.

Командующий мог и хотел сказать больше. Но не сказал.

Вопросы множились в его голове. Первым и самым важным был вопрос, почему Стефан, если знал о брате, раньше не прибыл за ним. Хотя тут он допускал, что джарганский царь считал брата мертвым. Но тогда второй важный вопрос: почему сам Горан не вернулся на родину и не попытался занять принадлежавшее ему по праву место и положение?

Юрий вздохнул. Посмотрел на капитана и тихо сказал:

- Решай сам. Захочешь уйти – уйдешь. Я верну тебе данную клятву. Но захочешь остаться и тут не стану чинить препятствий.

Джурич ответил не раздумывая.

- Нет. Я уже принял решение.

Миловицкий даже пятнами пошел, услышав ответ от обоих своих собеседников. На миг он упрямо поджал губы. Взгляд его стал убийственно мрачным. Затем он взял себя в руки и с величественностью, достойной царя, проговорил:

- Хорошо. Я услышал вас. Но не думай, Милош, что я отступлю. Уже завтра я предстану перед царем Атрона и поверь мне, он найдет способ избавить тебя от клятвы и вернуть в Джарган.

Услышав эти слова, Горан лишь поклонился и произнес:

- Спасибо за честность, царь. Я оценил.

- Просто я не желаю действовать за твоей спиной. Я не моя мать. – Смерив брата надменным взглядом, Стефан щелчком убрал купол и отошел от стола. Его телохранители тенями двинулись следом. И тут Джурич не выдержав, шагнул за братом. В несколько шагов догнал его, склонился ближе и негромко спросил:

- Одно я не знаю до сих пор. Скажи, раз уж решил быть откровенным!

Миловицкий резко остановился и оглянулся на капитана. Затем сделал знак насторожившимся телохранителям, чтобы не вмешивались.

- Спрашивай, - милостиво ответил он.

- Почему меня не искали? – спросил Горан так тихо, чтобы никто, кроме него, не смог услышать. – Почему отец не искал меня?

Стефан вздохнул и ответил.

- Все просто. Для него ты умер. Был другой ребенок, очень на тебя похожий. Матушка постаралась, подготовилась. Немного магии и дело сделано. Ты умер, а я – наследник, царевич, - сказал он, после чего, развернувшись, направился прочь.