Глава 20.

Остаток дня и вплоть до самого ужина я была сама не своя. Катерина сразу заметила странность в моем поведении и, едва мы отправились в общую комнату, чтобы умыться и спуститься к ужину освеженными и бодрыми, спросила:

- Что с тобой?

Я равнодушно пожала плечами, но Золотова не унималась.

- Да ладно, рассказывай! Я же вижу. Пока здесь нет Дельмар, можем поговорить.

Взглянув на подругу, я, кажется, глупо улыбнулась, и Катя хихикнула, словно девчонка, высказав свои предположения:

- Ну вот! Я уже догадываюсь, что произошло. Вот неспроста вы там сегодня с капитаном Джуричем уединились в созданной им тьме. Я ведь угадала? Да?

Ее улыбка подкупала. Внутри что-то рвалось наружу, светлое, счастливое. Хотелось этим поделиться. Хотелось просто выговориться, чтобы выслушали без советов, без упреков или даже поздравлений. Хотелось просто человеческого общения.

- Да я вижу, что ты ему нравишься, - не дождавшись ответа, продолжила подруга. – И, смею предположить, что он тоже нравится тебе, да?

Я кивнула.

- Вот ты загадочная, княжна. Выговорись, станет легче. А я потом расскажу тебе, как у меня обстоят дела с Соколом.

- С Соколом? – удивленно переспросила девушку.

- Да, - она лукаво улыбнулась. – Я теперь называю его так. Ну не Коленькой же мне его величать? А Сокол птица благородная. Звучит.

- Значит между вами что-то происходит? – предположила спокойно

Катя кивнула и залилась краской так, что теперь ее щеки могли поспорить своим цветом с самым ярким маком.

- Симпатия обоюдная, - сказала девушка и я улыбнулась, осознавая, как хорошо ее сейчас понимаю.

Мы переглянулись, затем поднялись на ноги и направились к выходу.

В коридоре столкнулись с Игнатом. Парень шел бодрой и легкой походкой, насвистывая в тишине какую-то мелодию. Рядом с ним шагали еще несколько целителей, но стоило нам поравняться с Игнатом, как он тут же оставил приятелей и присоединился к нам проговорив:

- Вы сегодня чудо, как хороши, девушки. Просто цветете и пахнете. Неужели, скоро весна?

Катя, которая не всегда переносила юмор нашего общего друга, тут же фыркнула.

- Зима на носу, Игнат! Выгляни в окно, какая весна? А еще лучше загляни в календарь.

- Да здесь вечная зима, - ничуть не обидевшись на слова Золотовой, произнес парень. – Зато вы выглядите ну точно будто запахло цветами и выглянуло солнце. Посмотреть приятно.

- Ну, поглядел и радуйся, - улыбнулась Катерина, а я вдруг призадумалась о том, что эти двое, возможно, могли бы составить друг другу пару, не появись в сердце подруги интереса к капитану Соколову. Эти перепалки, Катины подколки и прочее наводили на определенные мысли, но я не стала вмешиваться. Пусть сами разбираются, только мне отчего-то кажется, что Игнату наша Катерина тоже небезразлична.

Внизу, в общем зале, где уже были накрыты столы, царил шум. Практиканты занимали свои места. Джарганские дети над чем-то заливисто смеялись. Лира, как и прежде, возглавляла их стол по той причине, что знала язык и могла поговорить с детьми и дать ответы на их вопросы.

Я скользнула взглядом по залу. Как-то сразу заметила Марка. Впрочем, не заметить его было бы крайне сложно. Молодой практикант пристально смотрел на меня, выделяя из остальных целителей. Но по его лицу было не понять, о чем он думает и чем вызван интерес.

Поспешно отвернувшись, направилась к своему столу и уже сидя рядом с Золотовой вдруг поняла, что больше ничего, вот совершенно ничего, не испытываю к бывшему жениху. Более того, я просто рада, что он – бывший.

Как же хорошо, что Марк выбрал Наталью. Ведь если бы не его влюбленность в девушку -драконоборца, я сейчас вполне могла бы уже быть его женой. И, боюсь, этот союз не принес бы долгожданного счастья ни мне, ни Вознесенскому.

Мы просто разные. Другие.

Я любила образ, который сама создала. Я была готова стать его женой, что, скорее всего, и сыграло свою роль в моих чувствах к княжичу. Сейчас глаза открылись. Я со стыдом осознавала, насколько слепа была. Он ведь никогда не любил меня. И, боюсь, даже не уважал.

Почему теперь решил вернуть все назад, не знаю и, по правде говоря, знать не хочу.

- Сегодня ужин гораздо скромнее, - заметила Катерина, отвлекая меня от пустых размышлений.

- Да, - кивнула с благодарностью, а затем посмотрела на гречневую кашу с добрым куском хорошо прожаренной оленины.

Кажется, маги – боевики выходили за пределы крепости на охоту. Я, видимо, пропустила этот момент. Зато теперь у нас была сытная еда.

- И почему только цари любят оленину? – спросил Игнат, сидевший напротив. – Мне вот больше по душе свининка.

- Они еще и перепелов костлявых любят, - подхватил тему разговора Ваня, до сих пор сидевший молча. – А что там есть здоровому мужчине? Я кости не уважаю, - он усмехнулся, и они с Назаровым затеяли долгий спор, а я бросила быстрый взгляд на стол с командным составом, где сидел Горан. Немного удивилась, заметив, что на столе стоит непривычный бочонок какого-то спиртного. Вероятно, вина, или пива. Скорее всего, это наш командующий угощал царя. А может и наоборот?

Впрочем, разве важны подобные мелочи?

Я взглянула на капитана Джурича и сердце едва не пропустило удар, когда поняла, что он тоже смотрит на меня.

Неловко улыбнувшись, первой отвела глаза и вспомнила тьму, окутавшую нас и свой первый поцелуй, такой сладкий, что я даже представить себе не могла, насколько это может быть приятно.

- Надо сходить, проведать мальчика, - сказала я, повернувшись к Катерине.

- А? – только и спросила подруга. Кажется, не одна я витала в облаках.

- Я говорю о Тиане.

- О, - Катя кивнула. – Он еще не пришел в себя. Слишком долго пробыл в паутине этой твари.

- Я уверена, что Дельмар быстро поставит его на ноги, - заметила осторожно и принялась за еду.

***********

Горан не сразу понял, что его насторожило тем вечером.

Казалось бы, ужин протекал спокойно, царь вел пространственные беседы с Воронцовым, а его телохранители стояли на прежнем месте. И все же, что-то было не так.

Джурич попытался отвлечься. Он не понимал, откуда это чувство угрозы. Стефан утром должен уехать и Горан был уверен, что брат не станет заставлять его ехать с собой. Не завтра и не силой, потому что силой его не взять.

Слишком сильна была его тьма, царившая внутри. А уж теперь, когда между ним и Александрой все встало на свои места, его калеными щипцами из крепости не вырвешь.

Нет, Стефану придется искать другие варианты для договора и союза с Атроном. Горан намеревался составить собственное счастье и для него это счастье заключалось в Александре.

Никакие царевны ему и даром не нужны. Видят боги, он до сих пор не отошел от их сегодняшней тренировки. Тело напряжено, как тетива, а кровь кипит под кожей, стоит лишь вспомнить ее взгляд, прикосновение нежных рук и губы, такие желанные, такие сладкие, что целуя их забываешь обо всем на свете.

Мужчина поднял взгляд и устремил его на длинный стол, который занимали целители. Саша была там, сидела, среди своих друзей и Горану вдруг отчаянно захотелось сидеть рядом с ней, а не здесь, пусть и на почетном месте.

Соседство с братом будило неприятное чувство отторжения. И пусть Стефан не обращал на него внимания, Горан точно знал, что джарганский царь следит за ним. Возможно, чужими глазами, но следит.

После ужина, закончившегося стремительно, Горан успел увидеть, как Александра и ее подруга, кажется, Золотова, покинули зал. К его удовольствию, в этот раз практикант Вознесенский не стал преследовать девушку. Он вышел вместе с практикантами. Но чтобы быть спокойным за Сашу, Джурич выпустил тьму и направил ее следом за девушкой.

Так он узнал, что она пошла навестить найденного в логове надерлата мальчика.

Присутствия Марка рядом не обнаружилось и Горан вернул тьму на место.

- Наш светлый царь прислал ответ, - услышал он голос Воронцова. – Утром, как вы и просили, я отправил письмо в столицу в царские хоромы. И уже сегодня получил ответ о том, что вас будут ждать в десять утра. Мои маги настроят портал прямо во двор перед царским дворцом. Так что переход будет быстрым и безопасным.

Стефан выслушал командующего и коротко кивнул.

- Благодарю. И за гостеприимство тоже.

Джурич поднялся из-за стола с твердым намерением уйти, когда царственный брат окликнул его, позвав по имени. Не по-новому, к которому Горан привык, как к собственному, а по имени, данному ему отцом и матерью.

- Не передумал, Милош? – спросил Миловицкий. – Я ведь от своего не отступлю. Мне нужен этот союз.

- Не передумал, - излишне резко ответил капитан, повернувшись к брату.

- Тогда, уж прости, мне придется действовать иначе. Полагаю, прямой приказ от своего атронского царя ты не посмеешь проигнорировать?

Губы Стефана тронула надменная улыбка и он снова обратился к Воронцову, добавив:

- А теперь пойдемте к вам. Нам еще стоит обсудить перемещение детей в мою столицу.

- Да, - ответил командующий и первым вышел в зал, лавируя между столами, за которыми еще сидели практиканты.

Завидев идущего царя, все начали подниматься со своих мест, но Стефан, с непонятной благодушной улыбкой, проговорил, вскинув в стороны руки:

- Продолжайте ужинать. Никаких церемоний сегодня, господа маги.

Джурич покосился на брата, решив дождаться, пока тот покинет зал вместе с Юрием, а уже после намеревался идти с проверкой дозорных, когда в глаза ему бросилось нечто, заставившее сердце сжаться в неприятном предчувствии.

Он слишком хорошо знал своего спасителя. Воронцов никогда не прикасался к практикантам, если завершал трапезу раньше и уходил в силу обстоятельств или по важной причине.

Он всегда шел прямо, порой, заложив руки за спину, или позволяя одной свободно свисать вдоль тела, а другую положив на пояс с ножнами, в которых, даже в безопасности за стенами крепости, всегда носил острый нож.

А сегодня Воронцов шел и будто намеренно касался молодых магов. То одного, то другого. То мимолетно проводил по плечу, то, словно качнувшись в сторону, касался руки.

Никто не заметил. А если и заметил, то решил, что командующий в кои-то веки позволил себе выпить не травяного настоя или чаю, а чего-то покрепче. Сегодня на столе офицеров стояло пиво. А перед Миловицким – бутылка старого доброго Лирейского игристого – угощение из личных запасов хозяина крепости.

Горан прищурил взгляд. Внутри шевельнулось что-то неприятное. Он спустился следом и пошел на расстоянии от командующего и брата.

Телохранители Стефана заметили Джурича и оглянулись, но к этому времени он уже свернул в коридор, ведущий в лазарет.

Был только один человек, который мог помочь ему в данной ситуации. И именно этого человека горцу менее всего хотелось вовлекать в свои подозрения.

А еще он отчаянно хотел ошибаться. И все же, не удержавшись, вскинул руку и швырнул крошечную тень на стену, проследив за тем, как она, подобно неприметной юркой змейке, последовала за Миловицким и Воронцовым. Сам же джарганец поспешил к Александре, точно зная, где может найти ее в эту самую минуту.

И он не ошибся.

***********

Тиян выглядел вполне здоровым. Когда мы с Катей пришли в лазарет, то нашли мальчика лежащим на постели и укрытым теплыми одеялами. Подле него сидел один из целителей, просто приглядывал. А завидев нас Касьян улыбнулся и встал со стула, приветливо кивнув.

- Пришли проведать нашего больного? – спросил шутливо парень.

- Мы в какой-то степени ответственны за него, - ответила Катя, пока я, склонившись над ребенком, рассматривала спокойные черты его лица.

Мальчик выглядел вполне здоровым и, скорее всего, должен проснуться с часу на час. Крайний срок – завтра.

Отчего-то вспомнила, как он прикоснулся ко мне, казалось, целую вечность назад, оставив свою метку и как потом Воронцов силой света выжигал ее из меня.

Поежившись, распрямила спину и уже было повернулась к Золотовой, но тут краем глаза заметила движение и отреагировала на него.

Дверь в лазарет снова открылась. Вошедшим оказался Горан и то, как он взглянул на меня, а затем поманил рукой, вызвало невольное опасение.

- Практикантка Туманова! – позвал мужчина.

Катя, болтавшая с Касьяном, тоже заметила капитана, но лишь улыбнулась мне, видимо, подозревая нечто особенно романтическое. Я же предполагала совсем другую причину.

Что-то случилось. Вижу по глазам Джурича. И это что-то, кажется, плохое.

- Да, господин капитан, - приблизившись, встала рядом.

- Мне нужна ваша помощь, Туманова, - сказал он и, взяв меня за руку, вывел из лазарета, прикрыв за нами дверь и отрезая от любопытных ушей Катерины.

- Что случилось? – спросила спокойно.

- Мне крайне необходимо, чтобы вы пошли со мной к Воронцову. Вы должны проверить его светом, - заявил Горан.

- Что? – я искренне удивилась. – Но зачем и… - сглотнув, продолжила, - у меня нет возможности контролировать свет. Я не обладаю талантами командующего.

- Я помогу. Это крайне необходимо, - быстро ответил горец.

Я выдержала паузу, отметив, что на миг взгляд капитана словно стал отсутствующим. Он на секунду застыл, затем моргнул и снова сконцентрировал на мне внимание.

- Неужели вы предполагаете, что надерлат остался жив? – высказала я то, что первым пришло в голову.

Джурич кивнул.

- Идемте и ничего не бойтесь. Вам ничто не будет грозить. Клянусь, - сказал он и взял меня за руку. Не сопротивляясь, подчинилась мужчине. К тому же, вот так чувствовать его прикосновение оказалось очень приятно. Пальцы у Джурича были сильными, а рука теплой. Сильное пожатие обожгло и взволновало меня. А затем мы почти побежали, но едва оказавшись на лестнице, остановились, да так неожиданно, что я едва не налетела на широкую спину капитана. Он снова смотрел куда-то вдаль, после чего произнес несколько слов на родном джарганском языке и поспешил выше.

Сердце полнилось тревогой, но я почему-то была твердо уверена в горце. И верила его словам о том, что мне ничего рядом с ним не грозит.

А еще я думала о том, что ведь, действительно, главнокомандующий был единственным после боя, кого не проверили светом. По той лишь одной причине, что никто, кроме Воронцова, данной силой не обладал. Точнее, у меня она была, но пользоваться ею я пока не умела.

Джурич сказал, что поможет. И я знала, что так оно и будет.

Вот мы уже и у кабинета. Горан замер перед дверью и мне показалось, что он медлит перед тем, как постучать. Я заметила, что тени, царившие в коридоре, прятавшиеся в дальних углах и танцующие за кругом света, который дарили магические светильники, вдруг потянулись к джарганцу. И тут он резко ударил силой в дверь. Тьма сорвалась с его рук и засов, на который оказалась заперта преграда, не выдержал. С глухим ударом дверь распахнулась, припечатавшись в стену. Горан ворвался в кабинет старшего по званию, вместе с этим проникновением нарушая, скорее всего, добрый десяток свода правил, царивших в крепости. Но я вошла следом за ним и увидела странную картину, от которой что-то внутри сжалось в тугой ком.

Джарганский царь сидел на месте, которое обычно занимал командующий, а Воронцов, стоя рядом с ним, держал свою руку на его плече.

И все бы ничего. Даже бледное лицо царя Стефана не напугало бы меня, если бы не вид двух телохранителей, лежавших без движения на полу.

Воронцов резко вскинул голову, а капитан застыл, глядя пристально на старшего по званию. Я стояла за спиной Горана и взирала на эту непонятную сцену.

- Что происходит? – спросил быстро Воронцов. – Что…

Джурич не позволил ему ответить. Но прежде, чем нанести первый удар, он развернулся ко мне и вдруг толкнул рукой в грудь, отчего я отлетела назад и, наверное, упала бы, не подхвати меня густая тьма, оказавшаяся вполне плотной. Не окружи она меня в подобие кокона.

Голос Джурича словно шепнул на ухо: «Жди!» - а затем все звуки поглотила тьма и я осталась в ней, пытаясь понять, что же произошло.

************

За спиной Горана клубилась тьма. В ней он спрятал самое ценное, что было в его жизни. Кроме того, Джурич догадывался, что ему нужно сделать, чтобы избавиться от надерлата и теперь до конца.

Стефан сидел на месте Воронцова и, казалось, ничего не видел и не слышал, а сам главнокомандующий сразу перешел к делу, атаковав Джурича, едва тот успел спрятать Александру.

Магия у Воронцова была сильна и, что было еще более неприятно, она могла поспорить своей силой с его собственной тьмой.

Когда-то давно Горан тренировался с Юрием. Именно Воронцов был тем человеком, который позволил капитану развить свой дар. И вот теперь судьба столкнула их двоих, превратив из друзей в противников.

Джурич понимал, ему противостоит не сам командующий, а существо, которое пряталось внутри Юрия.

Сколько же он ждал! Сколько прятался, затаившись в командующем. Не питался, отрезав себя от всех источников жизненной энергии. Все для того, чтобы они расслабились и решили, будто он мертв. Будто проблемы и опасности больше нет.

Горан вскинул руки и ударил в ответ, стараясь не задеть венценосного брата. Воронцов с легкостью ушел от тьмы, ударившей черной волной. Стена за его спиной подозрительно хрустнула и посыпался то ли песок, то ли крошка.

Воронцов ударил в ответ. Столб света был для Горана опаснее ножа. Он резко прогнулся назад, уходя от тьмы и тоже швырнул в противника силой. В этот раз это был огонь и старший в крепости, явно не ожидавший подвоха, дернулся в сторону, когда пламя опалило его плечо, оставив черный след на темно-синем мундире.

- Убьешь меня, убьешь и его, - проговорил командующий, глядя в глаза джарганца.

- Зачем тебе Воронцов? -спросил Горан. – Зачем тебе Стефан?

Юрий не ответил. Жестокая улыбка украсила его губы, а за ней последовал еще один всплеск силы.

Джурич успел увернуться, но свет разрезал ткань на его руке задев кожу. Вмиг ткань мундира окрасилась в темное. Горан раскинул в стороны руки и сделал шаг назад, будто отступая, после чего с силой соединил ладони и кокон, защищавший и прятавший Туманову, отлетел к стене и растворился в ней.

Воронцов это оценил, и капитан догадался, что следующим ударом был бы удар по Саше. А этого он допустить не мог.

- Думаешь, обхитрил? – рассмеялся Юрий злым и чужим смехом. Капитан лишь покачал головой, а противник вскинул руки и в Горана полетели, одна за другой, светлые полосы магии. Он выставил щит, но щит оказался уязвим против такой силы. Джурич отразил удар, затем еще один. Прогнулся, пропуская свет над головой, прыгнул в сторону, уходя от атаки. Надерлат словно бы и пытался его прикончить и в то же время играл, как кошка играет с мышью. Внутри же стучала дотошная мысль, что он что-то упустил.

Джурич собрал в единое тени и нанес ответный удар. Тень поплыла сплошным живым маревом, заполнив пространство от пола до потолка кабинета. Целая стена обрушилась на командующего. Она должна была смять надерлата, уничтожить его. Горан остановил удар в самую последнюю секунду и опустился на одно колено, понимая, что силы истощаются.

Кажется, или командующий и из него тянет свою мощь?

Он только что мог убить Юрия, но не посмел, потому что понял – убьет он только друга, надерлат сможет вырваться. Это следовало сделать иначе.

Мрак осыпался пеплом к ногам Воронцова. Главнокомандующий шагнул вперед. Его рука обхватила капитана за шею и с удивительной легкостью подняла над полом, когда за спиной послышались шаги и кто-то на джарганском произнес:

- Нет. Его трогать нельзя! Убей Стефана.

Во взоре Воронцова промелькнуло искреннее сожаление, когда он разжал пальцы. Джурич упал на пол, ухитрившись почти сразу подняться на ноги и пошатнувшись от охватившей его слабости.

Надерлат продолжал пить его силу, в то время, как его собственная, становилась все мощнее.

Он повернулся к Миловицкому и подошел ближе, склонившись над царем Джаргана.

Горан обернулся, чтобы увидеть того, кто только что спас ему жизнь. И того, кто повелевал тварью. И почему-то почти не удивился, увидев Адхара.

- Ты? – спросил Джурич, хотя понял, что в глубине души догадывался о том, кто стоит за нападением. Но не мог поверить.

- Я, - спокойно ответил Веронич и закрыл за собой дверь.

Надерлат навис над Стефаном, продолжавшим сидеть неподвижно. Сила вытекала из Горана. Ему еще приходилось удерживать защиту на Саше, которая тоже тянула магию.

Сейчас ему придется сделать то, чего он и боялся. Но другого выхода просто нет.

- Зачем? – только и спросил Горан, глядя на Адхара, который пристально смотрел ему в глаза. – Это ты пробудил эту тварь?

- Я, - ответил спокойно джарганец. – Нам нужен истинный царь. Ты! Когда я нашел тебя в этой крепости, то решил действовать. Об этой твари я узнал давно. Все же, быть приближенным к самому царю – значит, иметь доступ ко многим нужным вещам. В частности, к большой библиотеке. Древняя книга, которая едва не рассыпалась в моих руках пеплом, открыла мне место спячки такого чудовища, - Адхар покосился на Воронцова, который, будто бы и не замечая, терзал Стефана, медленно вытягивая его жизнь. – Затем слухи донесли мне о том, где ты находишься. Скажу сразу, не я один искал тебя, царевич. Мне помог наш царь-самозванец. Это он пытался найти тебя, когда узнал о том, что ты, возможно, остался жив. Его матушка проболталась. Впрочем, чего только не сделаешь на старости лет, когда ум покидает голову, - улыбнулся Веронич.

Джурич бросил взгляд на брата, но пока не действовал. Он собирал силы, чтобы сделать то, чего от него не ожидали. И отчаянно надеялся, что сможет.

- Пробуждение надарлата стоило многих жизней, но я не жалею, - проговорил Адхар. – Мы нашли логово неподалеку от горной гряды. Там же поблизости оказалась маленькая деревенька, что было очень кстати. Надерлату нужна была кровь. Определенный обряд.

- Ты убил всех взрослых в деревне, - проговорил Джурич осипшим от ужаса голосом.

- За все надо платить, мой царевич. Что такое жизни этих людей, если есть важная цель? – произнес спокойно Адхар. – Стефан слабый царь. Никудышный, как и ваш общий отец. Он не понимает, что Джарган должен не преклоняться, не идти на глупые союзы. У нас драконы. Много драконов и мы можем быть сильнее. Мы должны быть сильнее. Завоевать больше земель, лучших, чем то, что мы имеем сейчас. Ты, Милош Миловицкий, обладаешь огромной силой и вместе мы сделаем нашу родину лучше, сильнее. Нас должны и будут бояться. Никаких союзов! Только сила!

Горан сделал глубокий вдох.

Ему нужно, чтобы все получилось. Тогда он спасет Воронцова и уничтожит этого безумца. А еще… спасет брата. Кажется, Стефан не участвовал в кознях своей матери. Джурич понял, что хочет в это верить.

- Если, мой царевич, ты откажешься встать на место брата, у меня всегда есть надерлат и он подчиняется мне. Только мне.

Капитан на миг прикрыл глаза. Теперь ему многое стало понятно. И нападение на крепость больше двух месяцев назад. Жестокое убийство людей, живших в поселении.

Адхар и его приспешники пытались развязать войну. А Стефан, оказывается, желал мира, пусть и таким неподходящим способом.

Веронич все рассчитал, кроме неповиновения надерлата, который, оказавшись в крепости, принялся за магов.

Джурич открыл глаза и с холодной ненавистью посмотрел на говорившего. Теперь он жалел, что когда-то его отпустил. Но больше он не повторит подобной ошибки. Поэтому сначала надо уничтожить надерлата, а уже затем расправиться и с Адхаром.

- Итак, что ты выбираешь, Милош Миловицкий? Править великой страной, которую мы создадим вместе, или стать марионеткой в моих руках? Вместилищем для надерлата?

- Ты наивно полагаешь, что вечно сможешь контролировать эту тварь, - ответил Джурич и распрямил спину.

- Это означает «нет»? – спокойно спросил Веронич.

- Нет, - резко ответил Горан и до того, как Адхар призвал надерлата, прыгнул во тьму, поднявшуюся за спиной. Миг и он очутился в коконе рядом с Сашей. Неловко упал, ощущая себя непривычно слабым. Еще и кокон тянул из него силу, помимо монстра.

Туманова было открыла рот, явно недовольная тем, что ее заперли во тьме, но едва увидела состояние капитана, как тут же бросилась к нему.

- Горан! – воскликнула она и даже не потрудилась поправить себя обычным: «Господин капитан», которое он почти ненавидел. Но как же чудесно звучало его имя на ее губах!

Он нашел в себе силы подняться на ноги и распрямил спину, взглянув на Александру.

- Мне нужна твоя магия, - сказал он быстро. – Наша магия, - почти сразу поправил сам себя.

Она на миг сдвинула брови, словно раздумывая над его словами, и Джурич уже стал ждать расспросов и, возможно, упреков, но девушка внезапно кивнула.

- Хорошо. Говори, что делать.

Он улыбнулся, думая о том, какая чудесная вышла бы из Тумановой царица. Но почти сразу отмел эти мысли прочь, потому что знал и то, что не станет претендовать на престол. Ему не нужна власть. От нее только горе и слезы. Он просто хочет жить с любимой женщиной. Просыпаться каждое утро, сжимая ее в объятиях, целуя, любя. Хочет растить общих детей, которые обязательно будут как две капли воды похожи на нее. Хочет мира в душе и тепла в сердце, а став царем, или даже царевичем, он невольно окажется затянут в бесконечные интриги, где нет места любви. Нет. Он больше не Милош Миловицкий. Он Горан Джурич, капитан крепости Серебряная. А царевич Милош давно умер и тело его стало прахом.

- Александра, я прошу довериться мне. Это очень важно, - проговорил капитан и тут же почувствовал, как горячая ладонь девушки коснулась его щеки и тут же во тьме вспыхнул свет. Ее свет. Такой яркий, что он невольно зажмурил глаза и, подняв свою руку, накрыл ее ладонь своей, выпуская последние силы и раскрывая кокон тьмы.

************

Когда Горан появился во тьме, я вскинула руки, выпуская из себя свет. Пусть он едва мерцал, но вполне смог осветить лицо джарганца, и я невольно вскрикнула, осознав, что Горан выглядит иначе, чем прежде. Он шагнул ко мне, а затем на миг наклонился вперед, словно превозмогая боль.

Все слова, роившиеся прежде в моей голове, слова немного возмущенные и, самую малость, капризные, исчезли, будто их и не было. Я бросилась к горцу, но прежде чем смогла подставить ему плечо, как мужчина распрямил спину и взглянул на меня взглядом, в котором плескалась тьма.

Более того, его глаза меня напугали, потому что в них совсем не было белка – одна сплошная тьма.

- Не бойтесь, Александра, - он шагнул ко мне. – Снимите метку.

- Я не умею! – воскликнула, но подошла к капитану, сокращая расстояние между нами.

- Надерлат тянет из меня силу, - просто объяснил Джурич. – Вы сможете, - добавил он и потянулся ко мне.

Внутри пойманной птицей забился страх, но я тут же напомнила себе, что не имею права бояться. Я – целитель и сейчас предо мной человек, который нуждается в помощи. Более того, это не просто человек, это мужчина, которого я люблю.

Осознание этого всколыхнуло что-то в груди. Я решительно приняла руку Джурича и посмотрела в его глаза, затуманенные тьмой. Он моргнул и поморщился. По лицу пробежала тень, и я прошептала:

- Я сделаю все, что смогу.

- Я помогу вам, - шепнул он и тьма потянулась ко мне, заструилась по руке, согревая чужим теплом. Внутри что-то проснулось, потянулось и ожило. Свет, прежде едва мерцавший, поднялся выше и перетек на руку горца. Миг и Горан стиснул зубы от боли, повалившись на одно колено. Я испуганно вскрикнула, но продолжила удерживать капитана, пока он сам не разжал пальцы, выдохнув так резко, что я предположила страшное.

- Горан! – ахнув, опустилась на колено и тут тьма вокруг нас содрогнулась. Раздался тонкий свист и над головой пролетело нечто блестящее. Затем еще и еще.

Джурич обхватил меня руками и прижал к себе, а я ухитрилась запрокинуть голову и увидела, что тьму, словно масло ножом, режет свет.

- Это надерлат, - шепнул Горан.

Я прижалась щекой к его лбу и закрыла глаза, выпуская магию, исцеляя мужчину. Я делилась с ним своей силой, а он не сопротивлялся, лишь дышал часто и хрипло.

- Ты поможешь мне, - не спросил, сказал капитан.

- Как?

- Я знаю, как уничтожить надерлата, - ответил он. – Просто расслабься и доверься мне!

Кивнув, позволила поднять себя и поставить на ноги. Я даже упустила момент, когда мы с Джуричем перешли на «ты», но тут джарганец взмахнул свободной рукой и тьма рассеялась, а мы оказались в самом центре в кабинете главнокомандующего и Воронцов стоял перед нами, жутко скаля зубы.

За его спиной я разглядела Адхара, а еще дальше, за столом, свесив на грудь голову, сидел джарганский царь.

- Думал, спрячешься? – проревел Воронцов.

Джурич яростно потянул из меня силу. Я ощутила боль во всем теле. Невольно издала вскрик и миг спустя оказалась спрятанной за спину капитану. Он встал передо мной, закрывая собой от командующего, но при этом держал за руку и тянул, тянул магию, так, что кожа покрылась мурашками, а ноги сделались ватными, будто лишенными притока крови.

И тут Горан ударил. В яростной волне переплелись наши силы: его темная, завитая в тугую широкую ленту, и моя, яркая, почти слепящая, своим светом способная поспорить с самым ясным солнечным днем.

Удар сшиб командующего с ног. Воронцов отлетел к столу и упал на него. Джурич потянул меня следом и прижал мою ладонь, все еще сиявшую, к груди Воронцова, одновременно с этим швырнув куда-то в сторону сгусток тьмы, принявший форму черной губительной стрелы.

Я не успела увидеть, кого ударил капитан. Услышала лишь хриплый вздох и догадалась, что Горан обезвредил Адхара. Все это промелькнуло у меня перед глазами и осталось почти незамеченным, потому что под моей рукой тело Воронцова дрогнуло и что-то жуткое, сродни тьме Джурича, принялось подниматься вверх, отделяясь от командующего.

- Саша, назад! – Горан потянул меня в сторону и закрыл собой. Но переполненная любопытством, я все же выглянула за плечо мужчины и испуганно ахнула, увидев самую жуткую тварь, восседавшую на столе прямо на груди Воронцова.

Она была огромного размера с большой уродливой головой, увенчанной красными сверкающими глазами. К толстому телу крепились волосатые лапы, а из приоткрытой пасти на стол капала слюна. Ума не приложить, как это нечто могло слиться с телом Воронцова, а прежде занимало тело маленького ребенка!

Джурич вскинул голову и ударил магией в тот момент, когда тварь, оттолкнувшись всеми лапами, прыгнула.

Я зажмурилась и обхватила Горана за талию, прижавшись лицом к его спине, отпуская магию, отдавая последние силы капитану. Миг спустя нас отшвырнуло назад. Даже не знаю, как Горан ухитрился поменяться со мной местами, но о стену спиной ударилась не я, а он. Рядом на каменный пол с глухим шлепком упало что-то огромное и тяжелое. Затем раздался чей-то крик и шум торопливых шагов.

Я моргнула, приподняв голову, чувствуя себя так, будто в теле не осталось ни капли силы. Глаза налились свинцом и все, что я успела разглядеть – это лицо госпожи Дельмар и фигуры людей, заполнявших кабинет Воронцова.

Дальше все скрыла тьма.