Глава 21.

Не знаю, сколько я пролежала вот так без чувств. Мне снились странные картины. То лицо Горана, то Лиры. Затем из темноты появилась Катерина и Игнат. Оба смотрели на меня со страхом и надеждой, а чей-то важный голос говорил:

- Что вы хотите? Практикантка Туманова едва осталась жива. Кто ее только обучал? Она ведь отдала почти всю свою силу, а что маг без силы?

Маг без силы может умереть. Это я знала прекрасно и хотела произнести слова вслух, но снова оказалась окутанная тьмой, такой спасительной, такой сладкой. Там было уютно и хорошо.

Затем мне снилось, будто я лежу в лодке, и лодка несет меня по спокойной реке. А над головой опрокинулось небо и вокруг тепло, как летом. Нет снега, нет метели и пронизывающего ветра. Нет ничего, что напоминало бы о севере.

Здесь было уютно и хорошо.

Как дома.

Дома?

Я открыла глаза и тут же закрыла их, ощутив невыносимую резь.

Комната, в которой я очнулась, была залита теплым, солнечным светом, а слух уловил мягкий треск огня в камине и чей-то женский, незнакомый голос, вдруг произнес:

- О! княжна! Вы очнулись!

Княжна?

Я снова попыталась открыть глаза, когда услышала еще один голос, совсем тоненький и такой родной, что сердцу сделалось больно.

- Алекса! Алекса!

На грудь опустилось что-то тяжелое. Меня обняли детские ручки, а еще чей-то голос требовательно произнес:

- Ну же, Варвара, вы что стоите столбом. Немедленно закройте шторами окна. Неужели не видите, что у госпожи Александры болят от солнца глаза!

- Да, Ваша Светлость!

Прозвучали шаги и миг спустя свет в комнате стал тусклым, а я сделала еще одну попытку и, наконец, смогла открыть глаза и оглядеться.

Я лежала на постели. Рядом, склонив к моей груди голову и обхватив меня своими ручонками, стоял Алеша. Еще дальше, почти у изножья, находилась моя …

- Матушка? – я удивленно моргнула. – Вы?

Она взволнованно всплеснула руками и подошла, присев на стул, стоявший подле кровати. Заглянула мне в глаза и прошептала:

- Боги, Алекса! Я так рада, что ты проснулась!

На ее глазах заблестели слезы, а я по-прежнему ничего не понимала. Ни как попала домой, ни куда делась крепость и все ее обитатели.

- Алекса! Алекса! – Лешка посмотрел на меня. В его глазах была тоска. Я подняла руку, оказавшуюся очень слабой, и коснулась щеки брата.

- Ну и чего ревешь, Туманов? Будущий князь и наследник рода не должен плакать, - сказала, обращаясь к нему.

- Алеша, - наша Елена Петровна взглянула на сына, - ступай к отцу. Сообщи ему радостную новость, что Алекса пришла в себя.

Мальчик шмыгнул носом, бросил на меня быстрый взгляд, но ослушаться не посмел.

Я же крепко задумалась о том, что произошло со мной. Последнее, что помню, это странные сны, наполненные знакомыми образами и лицами. И река… Да, река отчего-то запомнилась ярче всего.

- Попозже я расскажу тебе о драконах и о своих приключениях, - добавила, улыбаясь Лешке.

Тот кивнул, совсем не по благородному вытер рукавом нос и направился к двери. Матушка выпроводила следом и служанку, одарив ее одним взглядом, после чего обратила свой взор на меня.

- Вот и хорошо, что ты снова дома, Алекса, - сказала мама.

Я приподнялась на руках и села, откинувшись на подушку за спиной. Взглянула на мать и спросила:

- Что произошло?

Взгляд княгини Тумановой потемнел.

- Что произошло, ты спрашиваешь? Боже, мы тут жили в теплоте и уюте, пока ты, глупая девчонка, прозябала на этом проклятом севере! – в порыве чувств матушка прошлась по комнате от кровати до окна и обратно. Затем встала, взирая на меня, словно конвоир. Она всегда отличалась стойкостью характера при все ее кажущейся любезности и мягкости. Но меня-то, ее дочь, не обмануть. В княгине был стержень и сила воли.

- Как я оказалась здесь? – воспользовавшись заминкой у матери, решилась на вопрос.

- Боги, мы вовремя успели. И все спасибо Марку. Если бы не он! – княгиня покачала головой. – Несколько дней назад мы получили письмо. Его принес нам лакей Вознесенских. Марк прислал им письмо, в которое вложил послание для нас, где рассказал, какие ужасы творятся на вашей, так называемой, практике.

Я сглотнула, ощутив дурноту.

Марк! Ну, конечно же! Кто, как не он, мог поступить так гадко! А ведь этого стоило ожидать. Он предупреждал меня, что не отступится.

- Петруша тут же поспешил к царю. Попросил разрешение отправиться в крепость Серебряную, чтобы навестить тебя и проверить, правдивы ли слова Вознесенского. И да, я была полностью на его стороне. Да и как могло быть иначе! – матушка всплеснула руками и подошла ко мне, присев на край кровати. Затем бережно взяла мою руку в свои и поднесла к губам. – Бедная моя девочка! Сколько ужасов тебе пришлось пережить!

Я на миг прикрыла глаза.

Мама сказала, несколько дней? Это что, получается, я тут лежу уже давно?

Решив пока повременить с вопросами, дождалась, когда матушка заговорит снова. Ждать пришлось недолго. Княгиня Туманова и сама спешила выплеснуть свои эмоции и переживания продолжив:

- Ты же знаешь, положение нашего рода таково, что наш государь пошел ему навстречу. Уже спустя несколько часов был открыт портал и твой отец в сопровождении нескольких опричников, поспешил на север. Дальше я знаю только с его слов. Петруша рассказал, какой там холод и ужас. Рассказал и то, что, когда прибыл в крепость, нашел тебя лежащей без сознания в лазарете. Можешь представить весь тот ужас, который мы пережили?

Матушка посмотрела на меня, а я моргнула и спросила:

- А капитан Джурич? Командующий Воронцов? Что с ними?

Мама пожала плечами.

- Не знаю никого с такими именами. Да мне и дела нет до того, что там происходит с этими людьми. Главное, что ты теперь дома и в безопасности. Твой отец, да продлят боги его жизнь, уже обо всем договорился. Вас с Марком перевели назад в столицу. И никто даже возразить не посмел! Так что, доченька, ты теперь в безопасности, дома, с нами. Отец уже договорился о том, что ты будешь заканчивать практику в одном из лучших салонов красоты в нашем городе. Там…

- Мама! – простонала я и закрыла глаза.

Княгиня тут же вскочила на ноги и было схватила в руки колокольчик, но я уже смотрела на нее.

- Не надо, матушка!

- Тебе разве не сделалось дурно? – взволнованно проговорила она.

Я не успела ответить. В комнату вошел отец. Он не постучал, просто вошел, стремительный и уверенный. Я взглянула на него и вдруг поняла, до какой степени люблю своих родных. Но еще поняла, что люблю и Горана.

А Марк…

Внутри все скрутило от негодования.

Кажется, он просто меня использовал. Снова. На этот раз, чтобы вернуться в столицу. Не сомневаюсь, что скоро можно ожидать гостей, которые приедут проведать бедную княжну. И эти гости будут Марк и его родители.

Что он там говорил о нас? Что не отступится?

Ну, пусть попробует. Я уже не та глупая Александра, которая последовала за ним на край света. Спасибо, жизнь показала, кто есть кто и все расставила по своим местам. Теперь я точно знаю, чего хочу и кого хочу.

- Саша! – отец опустился на одно колено и завладел моей рукой. Глядел он не так взволнованно, как матушка, но в глубине его взора пряталась тревога, а еще любовь, ко мне, единственной дочери.

- Как ты себя чувствуешь, дорогая? – спросил отец и тут же добавил. – Я распорядился послать за целителем. Он несколько дней не отходил от твоей кровати. Восстанавливал твою силу. Сказал, что еще немного, и ты бы перегорела! – тут отец поднялся на ноги и жестко сказал: - Поверить не могу, что с практикантами поступают подобным образом. Я уже в курсе того, что произошло в крепости.

- Отец, что с командующим Воронцовым и с капитаном Джуричем? – спросила я быстро. Сейчас в первую очередь меня волновало только это.

- Надеюсь, первого отстранят от занимаемой должности. Я уже побеспокоился. А вот капитан, как ты говоришь?

- Джурич, - повторила я, чувствуя, как сердце замерло. – Горан Джурич.

- А… - протянул отец и погладил подбородок. – Это не тот ли джарганец, которого я застал у твоей постели в лазарете? – произнес он и так внимательно посмотрел на меня, что я едва не залилась краской.

Отец может догадаться. Впрочем, я и сама ему об этом расскажу. Но главную новость для себя я уже поняла. И Воронцов и Горан живы. Это самое главное!

Сердцу сразу сделалось легче. Я даже улыбнулась, что не укрылось от внимания князя.

Он прищурил глаза и произнес:

- Кстати, я тут поговорил с Вознесенским… Марк осознал то, что был неправ. Он сказал, что принесет тебе свои извинения официально и что все еще надеется, что ты простишь его и снова согласишься принять его руку и сердце.

- Нет! – вырвалось прежде, чем я успела что-то подумать.

Матушка сдавленно охнула, а отец застыл, рассматривая меня так, будто впервые видел.

- Нет? – спросил он.

- Нет, нет и еще раз, нет, - произнесла уже решительно.

- Милая, да у тебя не иначе, как горячка началась! – матушка прижала ладони к щекам. – Срочно надо позвать лекаря.

- Это не горячка, - я вздохнула. – Мой разум чист как никогда. Но хочу вам сразу сказать, что за Марка я не выйду. Никогда! – закончила твердо.

- Но как? Если бы не он, ты бы до сих пор оставалась там, на этом севере, больная и беспомощная, - матушка не могла поверить и принять мои слова. Она смотрела на меня так, как смотрят на тех, кто не в состоянии что-то понимать. Но знала бы она, насколько я уверена в своих словах и в решении.

- Если бы не Марк, дорогая, наша Сашенька и не оказалась бы на севере, - проговорил вдруг отец и меня немного удивила его защита. Появилось ощущение, что он проверяет меня на прочность. Но так ли это?

- Боги, да хватит уже вспоминать то, что было. Главное, дети снова дома, в безопасности. Саша у нас добрая. Она ведь простит Марка, не так ли? – мама взглянула мне в глаза, но, кажется, не поняла ответный взгляд, потому что продолжила. – Алекса, Вознесенские отличная партия. Пусть они не так состоятельны, как мы…

Отец покосился на супругу и мама, к моему удивлению, замолчала.

- Саше нужен покой, - сказал отец. – Пусть поспит. Надо распорядиться, чтобы ей принесли бульон и воду. Целитель, конечно, поддерживал в ней силы, но магия это одно, а настоящая еда, совсем другое. Ее ничто не заменит.

Мама кивнула и потянулась за колокольчиком, чтобы вызвать слугу. Я же посмотрела в глаза отцу, но он лишь улыбнулся и произнес:

- Твои друзья передают тебе привет. Утром пришли письма. От некоей госпожи по фамилии Золотова и господина Назарова. Я велю принести их тебе вечером. Сейчас отдыхай.

- Отец, - я подалась вперед.

Он вопросительно изогнул бровь.

- Надерлат… знаешь ли ты, удалось ли нам уничтожить его?

- Не знаю, что это такое, или кто это такой. Но командующий крепостью просил передать тебе огромное спасибо за то, что спасла их, - просто ответил папа и добавил, - спи. Это для тебя сейчас самое необходимое. Выпьешь бульон и ложись. А там, как будут силы, поговорим.

- Хорошо, - ответила слабо и сползла с подушки, приняв лежачее положение.

Отец был прав. Я оказалась еще слишком слаба и уснула до того, как принесли обещанный бульон и до того, как прибыл лекарь.