Глава 28 · Персиковый источник

ЧАСТЬ 7

Взгляд карих глаз в тусклом свете зажжённых талисманов обжигал злобой. Бай напоминал свирепое животное, выжидающее удачный момент, чтобы наброситься на любого, кто рискнёт подойти к нему поближе. Он стоял на коленях с поднятыми над головой руками, которые удерживали крепкие наручи и цепи.

– С какой целью ты сюда явился, укушенный?

Бай игнорировал уже не первый вопрос. И хуже всего то, что он полностью сосредоточился на Чэнь Син, которая подпирала спиной холодную стену и старалась лишний раз не отсвечивать. Она с той же пристальностью смотрела в ответ, гадая, действительно ли Бай выследил их или же сгенерировался в Персиковом источнике как «двигатель сюжета» от Системы?

Сердце забилось быстрее от волнения, побудив Чэнь Син впиться пальцами в предплечья.

«Вот почему те оборотни сказали, что поторопились… Они должны были идти с Баем. Их изначальной целью были не мы, их изначальной целью был Персиковый источник, – в нервном напряжении размышляла Чэнь Син. – Но зачем им это? Оборотни не смогли бы сюда попасть, но вот Бай…»

– Вы знаете друг друга? – спросила И Сылин.

Отвлёкшись от мыслей, Чэнь Син ответила не сразу. Взвесив все за и против, она постаралась оставаться максимально безучастной.

– Он напал на деревню, сжёг местных жителей и натравил на меня животных. Мы с одним из мастеров духовной школы выполняли заказ – охотились на нечисть.

Об истинных мотивах и целях оборотней она подумает попозже. Чэнь Син не хотела упоминать, что Бай столкнул её со скалы. Ей тогда хватило осуждений с подозрениями со стороны Тэ Синя. У местных жителей тоже мог возникнуть вопрос, почему какому-то укушенному удалось подкрасться к совершенствующемуся мастеру и столкнуть его в пропасть. Чэнь Син, признаться, тоже хотела об этом узнать.

– Можете что-то о нём рассказать?

«Теперь меня допрашивать будут?» – подумала Чэнь Син, продолжая буравить Бая немигающим взглядом. Она покачала головой и сообщила:

– Немного. Подчиняет обычных животных, способен разрабатывать стратегии – отпустил одного из крестьян как наживку, чтобы заманить меня в деревню. До этого нагнал на деревню тварей, чтобы сельчане призвали заклинателей на помощь.

– Хитрость и подлость… Вот уж точно у лис ничему хорошему не научишься.

Чэнь Син кинула нечитаемый взгляд на И Сылин, в душе усмехнувшись её наивности. Ну или слепой убеждённости. Хитрость и подлость являлись прямым следствием острого ума, отличительной чертой людей, способных использовать любую возможность ради достижения цели. Для Чэнь Син это, скорее, положительные качества. Только вряд ли сборище праведников разделяло её мировоззрение, поэтому она предпочла промолчать.

Но Бай что-то разглядел в её взгляде. Вероятно, презрение, отчего хмыкнул.

– Смешно тебе? – по-своему истолковала его реакцию И Сылин. – Тебе лучше начать говорить. Пусть ты и укушенный, но ты человек. Людям мы всегда даём шанс. Поведай нам о своих замыслах, и тогда мы просто выпроводим тебя прочь из Персикового источника. Откажешь – нам придётся вытянуть из тебя ответы. Мы не любим прибегать к насилию, но ты служишь силам тьмы.

Чэнь Син оставалась сдержанной, однако при упоминании сил тьмы чуть не закатила глаза. Благо, сдержалась и только выразительно глянула в потолок. Бай вновь хмыкнул. Похоже, её поведение веселило его.

– Значит, не собираешься говорить. Тогда нам следует продемонстрировать тебе наши намерения.

Один из присутствующих заклинателей протянул И Сылин ивовую розгу. Несмотря на то что палочка не выглядела страшным оружием, наверняка имелся подвох. Возможно, по голой спине ею бить весьма болезненно.

– Госпожа Чэнь, разогрейте нашего гостя. Он явно вот-вот уснёт.

Скосив взгляд на протянутую розгу, Чэнь Син удивлённо изогнула бровь, но не спешила принимать орудие пыток. Она подняла глаза на И Сылин, терпеливо ожидающую её дальнейшей реакции. Чэнь Син осмотрелась и зацепилась взглядом за Жань Шао.

«Всё, что вы сделаете, будет оцениваться госпожой И», – вспомнились его слова по дороге в камеру содержания.

Вот, значит, как обстояли дела. Наивно было полагать, что местные жители бегали с животными по лесам да распевали песенки на манер сказочных принцесс и принцев. Несмотря на демонстрируемую собранность, сердце обожгло волнением. Чэнь Син приняла розгу и почувствовала тепло духовной энергии – похоже, это ивовая лоза из сердца Персикового источника. Значит, удары от неё повреждали не только тело, но и задевали духовные каналы.

Задумчиво покрутив розгу, Чэнь Син спросила:

– Что конкретно от меня требуется?

– Показать укушенному, что мы настроены серьёзно. Не беспокойтесь, госпожа Чэнь, если потребуется, мы вас остановим.

«Любопытное понимание конкретики», – разочарованно подумала Чэнь Син.

Честно говоря, это совсем не то, с чем она желала столкнуться, оставаясь в Персиковом источнике. Речь ведь шла не про контролируемую БДСМ-сессию, где здоровье человека оставалось приоритетом. Здесь же целью было причинение вреда, а не удовлетворение мазохистских потребностей. А Бай явно не похож на мазохиста, хоть и выглядел весьма провокационно.

Сердце быстрее забилось от волнения. Чэнь Син не нравилось то, к чему её склоняли.

«Эй, Система, могу я без последствий отказаться от этого сомнительного мероприятия?»

Однако Система молчала, поэтому Чэнь Син пришлось самостоятельно решать возникшую дилемму. Крепче сжав розгу, она встала напротив Бая, который не переставал следить за ней прожигающим взглядом.

– Если не начнёшь говорить, я тебя высеку. Думаю, и так понятно, что ты пришёл сюда за каким-то священным артефактом или за силой. Просто подтверди их догадки. Зачем страдать?

– Не сможешь.

Чэнь Син удивлённо захлопала ресницами.

Хмыкнув и сменив выражение лица на циничное, Бай с явным пренебрежением бросил:

– Такая, как ты, ничего сама не сможет сделать. Если и причинит вред, то только чужими руками. Лицемерная женщина.

Пожалуй, это самое длинное предложение, которое довелось от него услышать за их короткую историю знакомства. Тем не менее Чэнь Син поняла – ну или думала, что поняла, – что Бай имел в виду случай с той знахаркой, смерть которой она допустила. Крепче сжав рукоять розги, Чэнь Син почувствовала нервозность. Мало того что на неё прямо-таки пялились заклинатели Персикового источника, так ещё и Бай поднял её на смех.

Даже не зная, как автор разыгрывал эти сцены по сюжету, Чэнь Син предположила, что оригинальная героиня либо отказалась причинять вред Баю, либо делала это через огромные усилия. А затем убежала и ещё долго сотрясалась от слёз и угрызения совести. Честно говоря, Чэнь Син тоже хотелось убежать. Она не хотела вредить человеку, потому что не видела в этом для себя никакой пользы. Однако провокационный, даже насмешливый взгляд Бая, а также выжидающее поведение И Сылин заставили её сердце вспыхнуть.

Не забывайте, что нанесение вреда здоровью фаворита чревато штрафами… Система просит не причинять фавориту серьёзных увечий.

Вот так новости. И что ей теперь делать?

Все смотрели и думали, что у неё кишка тонка. Возможно, и тонка. Но, припомнив ту ночь, когда её чуть насмерть не загрызли волки, осознав, что она осталась в Персиковом источнике совершенно одна без намёка на поддержку и защиту, Чэнь Син испытала губительную смесь отчаяния и злости.

Ещё и эта просьба Системы. Именно просьба.

«То есть меня эти твои фавориты могут кошмарить, а я в ответ с них должна пылинки сдувать?»

Стараясь выглядеть сдержанной, она до боли в костяшках сжала розгу. Медленным шагом обойдя Бая и встав позади, Чэнь Син сдавленно выдохнула и дрогнувшим голосом спросила:

– Думаешь, мне смелости не хватит?

Вскинув руку и хлёстко нанеся первый удар, Чэнь Син заставила Бая дёрнуться и зашипеть не то от боли, не то от удивления. Несмотря на звонкий звук, вышло весьма неуклюже. Чэнь Син не знала, сколько силы следовало вложить в удар, но стоило попробовать, и в ней вспыхнул азарт. Ещё крепче сжав рукоять, она беспощадно нанесла три удара подряд.

Теперь Баю было не до смеха. Цепи зазвенели от натяжения, стоны, смешанные со злобным рычанием, саднили горло.

Наблюдая за тем, как на рубахе начали проступать алые пятна, Чэнь Син почувствовала, как по её телу пробежали невидимые иголки. Почему она оказалась в такой ситуации? Её не терзали моральные догмы, ей хотелось причинить боль человеку, находящемуся перед ней. Он хотел заставить её сдаться, пожертвовать собой ради незнакомки и теперь смел называть лицемерной.

Да, Чэнь Син действительно лицемерна. Потому что одно лицо сменилось другим.

Эта Система с её правилами… это ведь даже не настоящие люди! Художественный вымысел! А если нет, то тем более нельзя позволять врагу запугивать себя.

Скривившись, она опустила розгу на спину Бая с куда большей силой, вынудив его дёрнуться и сдавленно замычать. На его обнажённых предплечьях заиграли мышцы, пальцы сжались в кулаки. Этими руками он без труда мог сломать ей шею… так же легко, как сломал шею той женщины.

Нос обжёг кисло-сладкий запах крови и пота.

Ощущая, как её руки начинали подрагивать не то от нервозности, не то от нарастающей злости, Чэнь Син сдерживалась из последних сил, чтобы не выплеснуть все свои эмоции на Бая. Она не знала его, видела только раз, но почему-то тело реагировало так, словно ненавидело его уже очень давно. Неужели это отголосок памяти оригинальной героини? Если так, то почему она так ненавидела Бая? Или же это страх и ужас, оттого что она причиняла ему боль? А если нет, то что?

– Говори.

Фраза, брошенная с сухой раздражительностью, не поколебала Бая. Он перевёл дух и глухо засмеялся. Звучало невероятно провокационно. Чэнь Син стоило немалых трудов, чтобы не поддаться раздражению.

Система сообщает пользователю, что в дальнейшем с него будут сняты баллы за жестокое обращение с фаворитом. Система настоятельно рекомендует перестать издеваться над ним.

Хотелось бы…

Этого ведь достаточно? От неё наконец отстанут? Но, посмотрев на И Сылин и отметив её пугающее спокойствие… Она наблюдала за происходящим, как за театральным действом, и Чэнь Син ощутила стойкое желание замахнуться розгой и ударить эту женщину.

Почему она не говорит ей остановиться? Почему не скажет, что этого достаточно для проверки? Почему первое, что ей пришлось делать, – это пытать другого человека, доказывая не пойми что?

Жар начал пульсировать внутри тела с такой силой, что Чэнь Син уже не осознавала происходящего. Она не позволяла ему вырваться наружу в виде гневных криков и желания забить Бая до смерти. Но это чувство сжигало изнутри, пьянило и дурманило.

Понимая, что этот цирк мог продолжаться бесконечно, Чэнь Син схватила Бая за волосы и задрала ему голову. Теперь он не поскупился яростно оскалиться и со злостью дикого зверя обжечь её взглядом.

– Говори.

– Начни умолять меня, желательно на коленях, тогда я подумаю.

По спине разлилась обжигающая волна жара, зрачки сузились от хлынувшего в кровь адреналина, побуждая Чэнь Син отпустить Бая и, обойдя стороной, со всей силы ударить его розгой по лицу. Звонкий шлепок рассёк щёку, из которой хлынула кровь, и задел плечи. Кожа разошлась багровыми линиями, с которых потекли тонкие багровые ручьи.

Взревев и отвернувшись, Бай дёрнулся и опрокинулся под силой удара. Но злость помогла ему удержаться на коленях. Кинув в Чэнь Син разъярённый взгляд, он тут же подскочил на ноги и метнулся к ней. Стоящие неподалёку хранители отреагировали молниеносно, но Чэнь Син оказалась не менее решительной. Вложив в правую ногу немало духовной энергии, она пинком в живот отбросила Бая.

– Госпожа Чэнь, хватит! – Жань Шао подскочил к ней, ухватил за плечи и оттащил прочь от пленника. – Отдайте мне розгу, больше не нужно…

Ему пришлось вырвать орудие пыток из руки Чэнь Син. Не сводя озлобленного взгляда с Бая, она позволила вывести себя из камеры, мимолётно поймав на себе оценивающий, вдумчивый взгляд И Сылин.

Жань Шао не просто вёл, он почти толкал её прочь по коридору и в итоге завёл в пустующую камеру.

– Госпожа Чэнь, успокойтесь. Звучит глупо, но сделайте глубокий вдох и выдох – это поможет. Сфокусируйтесь на тепле, исходящем от моих рук. Не поддавайтесь огню источника.

Как бы сильно ни хотелось Чэнь Син ударить заодно и Жань Шао, она нервно кивнула и глубоко задышала, сосредотачиваясь на пульсирующем тепле, исходящем от его ладоней. Постепенно пылающая ярость в груди успокаивалась, вот только ей на смену начало приходить отвратительное ощущение беспомощности. Часто вздыхая и вздрагивая, Чэнь Син разлепила веки и непонимающе посмотрела на Жань Шао.

– Так лучше?

– Я… я не… Откуда?.. – уронив взгляд к подрагивающим рукам, Чэнь Син в растерянности пробормотала: – Откуда взялась такая злость? Она возникла буквально из ничего. Не понимаю…

– Таков побочный эффект силы, даруемой Персиковым источником, – с долей прискорбия вздохнул Жань Шао. – Мы не позволили вам уйти не столько потому, что эта сила является мощным оружием. А потому что она дестабилизирует человека, обостряя все его чувства, рефлексы. Весь организм обращается в оголённый нерв.

– И это… пройдёт?

– … – Жань Шао не то что не сразу ответил, он не нашёл сил посмотреть в глаза Чэнь Син. – Вы научитесь этим управлять. Мы научим вас.

Чэнь Син потребовалось несколько мгновений, чтобы сложить мозаику в единую картину. Отшатнувшись, она с разочарованием посмотрела на Жань Шао.

– Вы меня отсюда не выпустите.

– Мы не знаем. Были сомнения, но то, что мы увидели сейчас, говорит о том, что вы получили не просто насыщение концентрированной духовной энергией. Госпожа Чэнь, – подняв на неё взгляд, Жань Шао спросил: – Вы ведь сделали что-то из тех трёх вариантов, верно?

Будучи дезориентированной и растерянной, она промолчала и лишь подтвердила его опасения. Чуть обойдя её стороной и проведя ладонью над телом, словно пытаясь найти источник тепла, Жань Шао остановился у её поясницы и слегка дотронулся пальцами.

– Здесь. Вы что-то подобрали и спрятали здесь. И теперь это стало частью вас.

– И что теперь?

– Наказывать вас бессмысленно. Единственный выход для нас всех – обучить вас и сделать одной из хранителей. По сути, вам выпала огромная честь. Это шанс даже не на одну жизнь, а на несколько жизней. Вы уже заинтересовали госпожу И, она намерена взять вас в ученики. Думаю, то, что вы продемонстрировали только что, лишь сильнее расположит её к вам – она считает сильной чертой характера возможность закрывать глаза на жалость в нужный момент. Однако… не хотели бы вы стать моей ученицей?

Чэнь Син даже не сразу поняла вопрос.

– Чего?

– Единственный ученик, которого я брал в своей жизни, это Тэ Синь. И у меня осталось стойкое чувство, что я разочаровал его, не оправдал надежд. Даже по прошествии стольких лет это терзает меня, а когда мы встретились вновь… оказывается, терзает намного сильнее, чем я ожидал. Считайте это некой прихотью. Если вы окажете мне такую честь, я постараюсь не подвести вас.

От столь быстрой смены темы разговора у Чэнь Син несколько спутались мысли.

– Благодарю, господин Жань. Могу я… обдумать ваше предложение?

– Конечно, я вас не тороплю. Даже если вы откажете, я всё равно буду рад помогать вам.

– Да. Благодарю…

– Проводить вас?

– Нет, я помню дорогу, я… мне нужно побыть одной.

Последние шаги до своей скромной хижины Чэнь Син преодолевала с остановками чуть ли не по несколько фэнь. Несмотря на то что дождь давно закончился, в воздухе стоял стойкий запах влаги и листвы, солнце скатывалось за горизонт, нагоняя мрак. Не обращая внимания на живность, она рухнула на кровать. Сил хватило, только чтобы снять обувь.

Мерзкое чувство. По телу продолжала разливаться энергия, покалывающая плоть изнутри. Чэнь Син всегда гордилась своей сдержанностью, во всяком случае, в критических ситуациях она могла остановить порывы эмоций, оставляя голову холодной. Да, зачастую сердце хотело выпрыгнуть из груди – то от страха, то от злости, – но в ней всегда жила мысль, напоминающая о последствиях. Сейчас её не остановило даже это. Она напрочь лишилась самоконтроля на ровном месте.

«Система, покажи мне оповещения и общий статус».

Чэнь Син с горечью на сердце уставилась в оранжевое окно, наблюдая сообщения в духе: вы разозлили Бая, отношения с Баем ухудшились, Бай испытывает к вам неприязнь. Но среди негатива она отметила несколько строчек, которые не позволили ей уж совсем расстроиться:

И Сылин оценила вашу решимость и безжалостность. Отношения улучшились, награда: 1 очко влияния. Вы смогли заинтересовать Жань Шао. Открыта бонусная опция – предложение об обучении. Отношения улучшились. Награда: 1 очко влияния.

Означало ли это, что Чэнь Син действительно могла остаться здесь? Обучаться у И Сылин или Жань Шао, махнуть рукой на чёртову духовную школу и людей, которым не было до неё дела.

Пользователь не может остаться в Персиковом источнике. Все сюжетные задания…

Чэнь Син закрыла глаза. Она не желала видеть, слушать Систему. На кой чёрт нужно развивать сюжет в том ключе, который задумал автор? Почему, обладая свободой воли, не дать ей, да и другим персонажам действовать самим по себе? Зачем ей возвращаться в тот мир, где у неё никого нет? Кому там нужна Чэнь Син? Почему она просто не могла остаться здесь? Проверка И Сылин её не смутила, всё казалось вполне обоснованным, а расположение Жань Шао подкупало…

В уголках глаз образовалась влага. Плакать не хотелось, но от нахлынувшей грусти стало не по себе. К тому же, помня слова Жань Шао о бесконтрольности духовной энергии, к которой следовало привыкнуть, Чэнь Син лишь сильнее негодовала.

«Система, я ведь могу навредить людям, если покину Персиковый источник. Может, ты мне дашь хотя бы несколько месяцев, чтобы я обуздала эту силу?»

По сюжету главная героиня должна выбраться из Персикового источника за двадцать дней. За каждый лишний день, проведённый здесь, будет впоследствии наложен штраф.

Чэнь Син вздохнула.

На кровать запрыгнула Маоми и, принюхавшись, забралась к ней на грудь, потопталась и улеглась. От неё исходило успокаивающее тепло.

«А зачем вообще героине возвращаться обратно? Кому она там нужна?»

По сюжету главная героиня хотела быть с близкими ей людьми.

Чэнь Син фыркнула.

«Близкими? И кто ей близок? По оригинальному сюжету она не брала в ученики Хиро, сторонилась Шани. Сого даже свою кошку тут забыл, что уж говорить про Чэнь Син? Разве что Фэй, наверное, привязан к своей наставнице…»

По сюжету главная героиня испытывала сильную привязанность к мастеру Юань Юню.

«А мастер Юань Юнь хоть что-то кроме снисхождения и насмешливости к ней испытывал?»

На этот вопрос Система предпочла ничего не отвечать. Возможно, автор веб-романа впоследствии и показал развитие главной героини, как она образумилась и, перестав бегать за Юань Юнем, обратила внимание на хорошего парня. На того, кто ценил бы её. Только кто в этом цирке хоть немного напоминал адекватного партнёра? Единственный мужчина, который произвёл на неё положительное впечатление, это Жань Шао!

Со стороны донеслось поскуливание. Обернувшись, Чэнь Син заметила своего нового четвероногого друга, на которого с брезгливым прищуром покосилась Маоми. Лис довольно забавно тявкал, только Чэнь Син не понимала, что это означало. Протянув руку и позволив ему дотронуться влажным носом до пальца, она устало вздохнула.

– Ты ведь в курсе, что именно из-за тебя меня отсюда, похоже, не выпустят, да? – спросила она у лиса, который открыл пасть и продолжил издавать странные, но довольно милые звуки. – Зачем ты принёс мне эту ветку? Ты местный подхалим, что ли? Работаешь на И Сылин и вербуешь для неё людей?

Лис фыркнул.

– Ты ведь не можешь стать моим хранителем, ни одно животное не может… Скорее всего из-за печати на ожоге. Нехорошее у меня предчувствие…

Подобравшись ближе и оперевшись передними лапками о кровать, лис заставил Маоми угрожающе зашипеть. Однако это его не отпугнуло, а только побудило заскулить сильнее.

– Скажи честно, ты ведь оборотень, да? Наглотался тут святой воды, вот и не фонишь тёмной энергией. Думаешь, что, весь милый и пушистый, поэтому поверю тебе? – Но, глядя на то, что лис куда сильнее оказался озадачен шипящей Маоми, а не её рассуждениями, Чэнь Син тяжко вздохнула. – Наверное, надо придумать тебе имя. Имя… рыжик… мистер-я-найду-тебе-проблемы… Горишь алым, как и моя жо… кхм… Ладно, будешь Тон… Хун… хон… Хон как-то лучше звучит. Тонхон[68]. Чего голову ломать? Авторское имя. Не одному же Хиро аки «Си О» страдать от глупости своего мастера, верно?

Расслабившись, Чэнь Син приласкала Маоми, отчего та удовлетворённо замурчала. Обычно от неё такой покладистости не дождёшься. Вероятно, сказывалось отсутствие Сого. Но развить мысль не удалось, так как на кровать вдруг запрыгнул Тонхон. Всё бы ничего, если бы Маоми не подскочила на лапы с разъярённым рыком, отдавив живот Чэнь Син. Две грозные силы уже хотели схлестнуться в поединке, но Чэнь Син – внезапно для самой себя – громко крикнула, перепугав зверей. Она схватила обоих за загривок, прижала Маоми к груди, а Тонхона смяла под мышкой и рыкнула:

– Лежать. Без боя. Успокоились. Иначе выкину вас на улицу. Боже…

И к чему в итоге скатилась её жизнь?..

Уснуть Чэнь Син не удалось, однако два живых шерстяных комка под боком помогли почувствовать хоть небольшую долю уюта. Глядя в потолок, она размышляла над дальнейшим планом действий. Система дала ей двадцать дней на то, чтобы выбраться из Персикового источника, и отсчёт уже шёл.

Чэнь Син не спешила покидать Персиковый источник по двум причинам: её энергия оставалась нестабильной и, чтобы выбраться, требовалось продумать свои действия. Обдумывая план на протяжении двух недель, она сомневалась в каждой детали и по итогу пришла к неутешительному выводу, что одной ей не сбежать. Тонхон и Маоми не в счёт. Против хранителей у неё не было шансов. Как минимум, потому, что они все разом будут охотиться только за ней.

Медитации, купания в целительном источнике и тренировки помогли Чэнь Син укрепить дух, она ощущала, как стабилизируется её энергия. Тонхон и Маоми продолжали бегать подле неё, изредка к ней заглядывали И Сылин и Жань Шао на светский разговор, чтобы проверить самочувствие. Она даже пару раз тренировалась с Жань Шао. Во время их визитов Чэнь Син всё сильнее проникалась к этим людям симпатией, отчего следом шло горькое послевкусие уныния.

Людям, к которым она привязывалась, так или иначе суждено исчезнуть из её жизни. К тому же она ещё и должна предать их доверие. Сама. Будь прокляты эта Система и сюжет… Либо так, либо смерть от обнуления баллов. Что-что, а умирать Чэнь Син не хотелось.

Хотя, честно говоря, умереть она могла еще в процессе реализации своего плана. Подавив свою ауру, Чэнь Син проникла в лабиринт пещер, предназначенный для содержания узников. Одиноко стоящий охранник лишь поклонился ей – похоже, ни у кого не возникало мысли, что кто-то намеревался прийти со злым умыслом.

Как она и ожидала, хранители не проявили к Баю сострадания. Он по-прежнему находился в своей камере, но хотя бы нормально сидел на циновке, а не с задранными над головой руками на четвереньках. Тем не менее его запястья всё ещё удерживали массивные наручи. Чэнь Син опасалась, что любое духовное вмешательство может оповестить И Сылин или Жань Шао о вторжении. Их присутствия хотелось избежать.

– Ты там не помер? – спросила Чэнь Син, привлекая внимание.

В полумраке мелькнуло два глаза. То ли дело в скудном освещении, то ли в самочувствии, но Бай выглядел отвратно. Рана на его лице запеклась, но не зажила, что натолкнуло на мысль о цепях, блокирующих доступ к духовной энергии. Учитывая, что в Персиковом источнике довольно плотная концентрация духовных частиц, а Бай так вообще тяготел сильнее к тёмной ци… поразительно, как он до сих пор пребывал в сознании.

– Зачем ты сюда пришёл?

Ответа не последовало. Что ж, ожидаемо.

– Ладно. А что заставит тебя выбраться отсюда?

В этот раз во взгляде Бая промелькнула лёгкая заинтересованность. Он молчал, Чэнь Син тоже не спешила раскрывать все карты.

– Сильно головой ударилась, похоже.

Настал черёд Чэнь Син изгибать брови в недоумении и держать язык за зубами.

– Ха, – тихо выдохнул Бай, закинув голову и уперевшись макушкой в стену. – Да-а. Сильно. Но зато забавно теперь за тобой наблюдать. Вызываешь любопытство.

Не сказать что Чэнь Син понимала, о чём толковал Бай, но она рискнула сделать предположение:

– Мы с тобой уже не впервые встречаемся?

– Ха. Действительно сильно головой ударилась. Теперь понятно.

– Что понятно?

– Либо ты и правда всё забыла, либо ты не Чэнь Син. Вот что понятно.

Сердце пропустило удар. Вот такого поворота она не ожидала, благо, что хоть умение держать лицо не подвело её. Получается, оригинальная героиня ранее сталкивалась с Баем? Тогда какого чёрта об этом не упоминалось в веб-романе?

– Мне что, всех запоминать на своём пути? – наобум ляпнула она.

– Значит, действительно не помнишь?.. Хм.

Не то интерес, не то сомнение отчётливо проскользнуло во взгляде Бая, вызывая у Чэнь Син нервозность. Вот она – неожиданная переменная, которую она не учла. Но в данной ситуации это не играло никакой роли.

– Я задала вопрос. Ответишь?

– А к чему этот вопрос?

– Если хочешь выбраться, ответишь.

Теперь Бай смотрел на неё с возросшей настороженностью. Прищурившись, он уточнил:

– Не боишься, что я сверну тебе шею, как только рискнёшь подойти?

– С твоим-то запасом духовной энергии я бы побаивалась далеко не этого.

– Да что ты?

– А что я?

Парирование вопроса в ироничной форме вызвало у Бая недоумение. Смотря на Чэнь Син, словно на умалишённую, он хмыкнул и небрежно бросил:

– Выпустишь меня, возможно, скажу.

– Так нам с тобой не договориться.

– Тогда проваливай.

– В том-то и суть, что без тебя у меня есть шанс свалить, а вот у тебя без меня – ни единого.

– И чего тогда дева поднебесья торгуется с этим недостойным, словно бабка на базаре?

– С того, что она может кинуть этого недостойного для отвлечения внимания на растерзание хранителям. Разделить силы противника – один из ключевых способов одолеть его.

– Это ты с куда большим успехом сыграешь роль приманки для отвлечения внимания, чем я.

Чэнь Син вдруг стало смешно. Хмыкнув и одарив Бая снисходительной улыбкой, она ответила:

– Разыграем сценку, где злобный дикарь будет носиться за сердобольной барышней, сжалившейся и ступившей к нему в камеру, чтобы исцелить раны? Как-то не укладывается в сюжет, учитывая, что эта самая барышня и выпорола злобного дикаря.

Бай не оценил её юмора и скривился. В жесте читалась не столько злоба, сколько угрюмое раздражение.

Достав из длинного рукава небольшую керамическую бутыль с привязанными посередине талисманами, Чэнь Син дотронулась до барьера. Он никого не пропускал ни внутрь, ни наружу, однако она прекрасно помнила, что хранители могли свободно перемещаться через него. Значит, они могли влиять на структуру барьера, менять плотность духовных частиц. Ей пришлось потратить несколько мгновений, чтобы подстроиться под материю барьера и кинуть Баю бутыль.

– Там вода из исцеляющего источника. Пролей её на раны. Насчёт того, можно её пить или нет – я не знаю, не пробовала.

– Жалеешь меня?

– Подстрекаю стать сообщником в побеге.

– Зачем тебе сбегать? Стать хранителем – огромная честь для заклинателя.

– А не хочешь для начала ответить, зачем ты пришёл в Персиковый источник? – риторично поинтересовалась Чэнь Син, ожидаемо получив в ответ молчание. Указав на бутыль в руках Бая, она добавила: – К ней привязана печать, ослабляющая структуру барьера, талисман для подавления наручей, а ещё план пещер. Использовать печать и талисман можно лишь раз. Через три часа буду ждать тебя в месте, отмеченном крестиком. Сделай нам обоим одолжение и выбирайся из камеры. А будем работать вместе или нет – решать уже тебе.