Глава 43

С момента, когда я поймала Марлин на пороге супруга, прошло чуть больше двух недель. Я активно занималась делами, регулярно выезжала в будущий приют, который спешно переоборудовали под новое назначение.

Там уже разместили четырех девушек, которые приехали из графства Корбетт, а еще кухарку, которую я нашла в столице.

В идеале воспитанники будут помогать в готовке и сами убирать свои комнаты, да и не только. Но один взрослый на кухне должен быть. А то они, чего доброго, весь особняк взорвут. Дети же.

Да, здесь нет газовых плит, но это не помешает инициативным подросткам взорвать что-нибудь. Магическая взрывчатка есть, так что они найдут способ.

Я не так давно вернулась во дворец и разбирала прическу, которую навертели мне новые камеристки, когда в дверь постучали.

Что еще случилось?

— Войдите.

В комнату вплыл мой благоверный, которого я все это время успешно избегала, хоть это и было сложно. Не практически, нет. Я всегда могла воспользоваться своими иллюзиями, чтобы избежать нежелательной встречи. Но психологически.

Очень хотелось оправдать его.

Это была случайность. Я не так все поняла. Это она его целовала, а не он ее. И вообще, я делаю из мухи слона.

Но при виде него в груди что-то болезненно сжималось. Если где-то в мире и есть женщины, которые могут «быть мудрее» и не ревновать к таким дамам как Марлин, то я не относилась к их числу.

Супруг подошел поближе, остановился, уставившись на меня со смесью каких-то странных эмоций. Но ничего не сказал.

Я сидела к нему спиной и смотрела через зеркало. Невежливо, но поворачиваться я не спешила. Зеркало было хоть какой-то преградой. Казалось, если я загляну ему в глаза напрямую, то не выдержу и расплачусь.

— Что ты здесь делаешь?

— Решил, что нужно возвращать должок. Ты столько раз врывалась в мои покои, что мне просто необходимо ответить тем же.

— Тогда не по канону. Зря стучал перед тем, как войти.

— Может быть мне еще подождать, пока ты мыться начнешь, прежде чем врываться к тебе? — Ухмыльнулся Эйнар.

Я хлопнула глазами. Кто его покусал, что он шутить начал? Ну не Марлин же в самом деле. От той ничем хорошим не заразишься.

— Это лишнее, — ответила я холодно.

— Что с тобой происходит? Ты избегаешь меня, сильно изменилась. Если у тебя какие-то проблемы, если кто-то снова обижает, строит козни, то…

— То что? Пожаловаться тебе? Обойдусь. Ты здесь временно. Наладишь работу, поставишь управляемых людей на все ключевые посты и уедешь обратно в свою империю.

Он опустил взгляд и ничего не ответил. Потому что это было правдой.

Мы оба знали, что нас ждет развод. Так что нечего тешить себя напрасными иллюзиями.

— Мне нужно учиться отстаивать свои права самостоятельно. Без твоей поддержки.

Сказала и начала так энергично расчесывать свои бедные волосы, что рисковала проститься с половиной шевелюры. Правда, проститься для начала пришлось с расческой.

Не выдержав издевательства, она вылетела из моих рук, упав на ковер рядом со мной.

Сделав вид, что ничего не произошло, я схватила другую и продолжила занятие. Правда уже не так агрессивно. Волосы все же было жаль.

Эйнар еще секунду продолжал смотреть на меня, а потом внезапно сделал пару шагов ко мне и, встав на одно колено, поднял расческу, протянув мне.

— Я не позволю кому-либо обижать тебя, — сказал он тихо. — Если не хочешь говорить, я узнаю сам.

— Говорила уже, да ты не веришь. И вообще, если хочешь найти тех, кто меня обижает, далеко ходить не нужно. В зеркало загляни.

Он не двинулся с места. Все так же стоял на одном колене в полуметре от меня. Но показалось, что его пальцы, сжимающие расческу, начали немного подрагивать.

— Алина, что произошло?

Вопрос поставил меня в тупик. Как на него отвечать?

«Между нами ничего никогда не было кроме пары неловких моментов, но увидев твой поцелуй с другой женщиной, я страдаю так, словно мне любимый муж после двадцати лет брака изменил»…

Как-то не звучит. Глупо все это. Но почему-то отпустить ситуацию не получается. Хочется кричать, бить посуду и плакать в подушку.

Отлично. Ничего лучше не придумала! Еще бы какао, плед и широкий подоконник для атмосферы. Жаль, не осень. Весна в самом разгаре. Даже вездесущая грязь высохла. Кругом цветы и благоухание.

— Ничего, — ответила я, гордо вскинув подбородок. — Ты сказал, что тебе нельзя иметь ничего общего с предательницей империи, я тебя услышала. Иногда я умею быть понятливой.

Он наклонился, став еще ближе. Казалось, еще немного, и он уткнется лбом в мое плечо. Или положит голову мне на колени.

— А у меня, кажется, с этим проблемы, — сказал он так тихо, что я не была уверена, что мне это не послышалось.

Сердце замерло, а пальцы начали мелко дрожать. Здорово-то как. У него пальцы дрожат, у меня. Супружеская пара с ранним Паркинсоном. Хоть картину пиши.

Тряхнув головой, я постаралась выбросить из головы все ненужные мысли и загнала слезы куда-то подальше.

— Ты так и не ответил на мой вопрос. Зачем ты здесь? Что-то нужно?

Эйнар отвел взгляд, потом снова заглянул в мои глаза. И что-то читалось в глубине его зрачков. Гнев? Отчаяние?

— Я скучал.

Прелестно. А я ведь действительно думала, что он другой. Но нет, такой же мужик, как и другие.

Жена для души, любовница для тела. Может, еще несколько есть, исключительно для настроения.

Скорее всего, у них здесь так принято. И я уверена, что большинство аристократок не видели бы проблему в подобных изменах. Но Эйнару не повезло нарваться на попаданку.

— Уходи, — процедила я.

— Алина…

— Если не уйдешь ты, тогда уйду я. Я не хочу находиться с тобой в одной комнате. Не хочу разговаривать. Не хочу слышать тот бред, что ты сегодня несешь. Не хочу тебя видеть и даже дышать одним воздухом с тобой не хочу. Сделай для меня хоть что-то хорошее и уйди, пока я наделала глупостей.

Эти тираду я произносила с закрытыми глазами. Потому что стоило мне открыть их, полились бы слезы. Я была в шаге от того, чтобы даже не расплакаться, а позорно разрыдаться.

Эйнар оказался понятливым. Через минуту я услышала тихие шаги, хлопок двери, и выдохнула.

Слезы все же потекли по щекам. Но их хотя бы никто не видел.