Глава 10

Прошла еще неделя.

Согласно сюжету книги, Розалия должна была начать строить мелкие козни Оливии.

Но дни шли, а я ничего не делала. Ни капли яда в её чай, ни подстроенных неудач, ни едких замечаний. Винсент не смотрел на меня с подозрением, слуги не насылали на меня проклятия, хотя, уверена, между собой они обсуждали мою жизнь вдоль и поперёк.

Какая же я молодец! Всё было спокойно. Даже капитана Стэнфорда с его дознавательским прищуром нигде не было видно.

И я даже начала привыкать к размеренности.

Скоро должен был состояться приём с представителями торговой гильдии, и Винсент на одном из наших “семейных завтраков” предложил мне лично заняться подготовкой к мероприятию.

Причём не приказал, а мягко предложил, мотивируя тем, что окружающим будет полезно напомнить, кто хозяйка замка, да и перед визитёрами это будет хорошим знаком — мол, в королевской семье всё хорошо.

Он был прав — моё участие в торжестве действительно играло бы нам на руку, кроме того, это была одна из обязанностей королевы. Но Винсент (какой хороший мужчина) за весь наш брак ни разу не упрекнул меня в неисполнении этих самых обязанностей.

В первый момент я растерялась. Даже в прошлой жизни мне не приходилось организовывать ничего подобного, а здесь я знала об этом только в теории, и то из справочника по этикету. И, честно говоря, особого желания участвовать не было — я так и не наладила контакт со слугами, обращаясь с просьбами только по нужде.

Сейчас же мне открывалась возможность хоть как-то заработать баллов среди подчинённых, а возможно, и встретить доброжелательно настроенных ко мне людей.

Нет, никто в открытую не говорил мне гадостей. Ко мне всегда относились уважительно, исполняли всё по первой просьбе, но, думаю, что окружающие считали меня не от мира сего. Как минимум.

Я согласилась. И, к своему удивлению, вскоре увлеклась: составлять меню, подбирать ткани для украшения зала, продумывать мелочи — оказалось, в этом можно найти удовольствие.

В конце концов, было приятно заниматься чем-то, кроме бесконечных размышлений о том, куда катится моя жизнь.

Сейчас же мы с Винсентом спускались в зал, где должно было пройти мероприятие. Вернее, я направлялась туда одна, а король случайно встретился мне по пути и, предложив свою компанию, взял меня под локоть.

— Ты прекрасно выглядишь, — неожиданно произнёс он, выводя из мыслей. Он слегка помедлил, будто сам удивился, что сказал это вслух, а после добавил чуть скованно:

— Это… просто констатация.

Я удивленно моргнула, посмотрев на него.

— О-о-о… Спасибо…Ваше Величество, — ответила чуть запоздало, не зная, как правильно реагировать.

Он чуть прищурился, и в его лазурных глазах мелькнула искорка смешинки, но в то же время присутствовала неуловимая серьёзность.

— Винсент, — мягко поправил он, кладя свободную ладонь на мою. — Мы же уже обсуждали это. Прошу, называй меня по имени.

— Но…

— Я понимаю, что не достоин твоего расположения, но прошу, Розалия, я бы хотел, чтобы в моём лице ты видела, если не супруга, то друга. Друга, к которому всегда можешь обратиться.

От неожиданности таких признаний я замерла. Это прозвучало так искренне, что заставило моё сердце невольно сжаться. Я внимательно всматривалась в его лицо, пытаясь понять, не ослышалась ли. Но не нашла ни капли лукавства.

И в этот момент я подумала, что, возможно, мы оба нуждаемся в этом — в друге, а не в масках, которые нас окружают. В конце концов, мы с ним в одной лодке.

— Хорошо, Винсент, — спокойно ответила я.

Он кивнул и на миг задержал взгляд на моём лице — не с желанием, не с тоской, а будто просто хотел запомнить выражение моего согласия.

— Кстати, я заметил, что ты ни разу не пользовалась услугами королевского портного. Не желаешь обновить гардероб?

Я взглянула на него с преувеличенной серьёзностью:

— Это больше похоже на тонкий намёк по поводу качества моего гардероба, чем на заботу.

Он нахмурился и скованно откинул упавшую прядь со лба пятернёй:

— Я не это имел в виду. Просто… Ты королева. У тебя должен быть достойный гардероб.

— То есть, сейчас он недостойный?

Винсент тяжело вздохнул и провёл ладонью по лицу:

— Ты намеренно ставишь меня в неловкое положение.

— Разумеется, — я едва сдержала улыбку. — Иначе было бы не так весело.

Уголок его губ дрогнул, и в лице появилась та самая озорная теплота:

— Моя мать пользовалась услугами портного несколько раз за месяц.

— Надеюсь, она не разорила казну.

Он неопределенно пожал плечами.

До зала оставалось несколько шагов, и я даже не подозревала, что моё хорошее настроение вот-вот сгинет в одно мгновение.

Как только мы вошли в помещение, я сразу ощутила это — лёгкий приторный аромат, витавший в воздухе, и едва уловимое першение в носу. Я огляделась и в следующий миг едва сдержалась, чтобы не выругаться.

Повсюду в вазах стояли лилии. Слугам четких указаний по поводу цветов я не давала, рассчитывая обсудить выбор с флористом лично – хотелось моих любимых роз.

Какой был шанс, что из всех цветов мира выберут именно те, на которые у меня аллергия?

Я даже не сразу в это поверила. Может, показалось? Может, свет так падает? Нет. Это были они — белоснежные, раскидистые, с тяжелыми головками, чуть склонёнными к краям ваз. Их густой аромат уже начинал наполнять помещение.

Я резко вдохнула и тут же одёрнула себя, поспешно закрыв нос платочком.

— Что-то не так? — Винсент отозвался почти сразу.

Я повернулась к нему. По всей видимости, выражение моего лица не оставило сомнений — в его чертах тут же появилось напряжение.

— Эти цветы… — сквозь ткань глухо проговорила я. — Это лилии.

Он перевёл взгляд на вазы.

— Да, я вижу. И?

— Я не давала распоряжений относительно них. Флорист должен был дождаться меня. А теперь здесь стоят… — я прерывисто вдохнула, чувствуя, как начинает зудеть кончик носа, — лилии! На которые, между прочим, у меня аллергия!

Лицо Винсента стало мрачнее.

— Ты уверена, что это не ошибка?

— Конечно! Как я могу забыть, на что у меня аллергия?

Он нахмурил брови, что-то прикидывая про себя.

— Выйди на террасу. Не стоит подвергать себя риску. Я разберусь.

— Ох нет, — проговорила я в платок. — Я тоже хочу понять, что происходит.

— Позови сюда старшего слугу, — бросил он одному из стражников у входа.

Винсент окинул зал мрачным взглядом.

— Кто приказал поставить сюда лилии? — фраза прозвучала не громко, но в помещении сразу стало тише. Кто-то даже затаил дыхание.

Подбежавший слуга вздрогнул.

— Я… Я не… — он запнулся, сглотнул так резко, будто воздух застрял в горле, метнул испуганный взгляд в мою сторону, и тут же уставился в пол.

— Говори, — процедил Винсент.

Слугу будто выжали. Он побледнел, губы задрожали.

— Это… это было распоряжение госпожи Оливии, — наконец выдавил он. — Флорист приехал немного раньше, принёс несколько вариантов. Леди Оливия выбрала лилии и отпустила его. Сказала, что вы, Ваше Величество, сделали бы тот же выбор, и не стоит вас отвлекать. Ведь… ведь она так давно с вами…

Винсент напрягся. Рука его дёрнулась, будто он сдерживал порыв что-то опрокинуть.

— И ты даже не подумал уточнить у королевы? — голос стал почти шёпотом, от него веяло льдом. — Вы забыли, кто здесь хозяйка? Почему прислуга не знает про аллергию у своей госпожи?

— П-простите, Ваше Величество! Госпожа Оливия сказала…

В зале повисла мёртвая тишина.

— Немедленно уберите эти цветы, — голосом Винсента можно было резать металл.

Слуга побледнел ещё сильнее, если это было возможно, и торопливо кивнул. Он поспешил к дверям, подзывая остальных.

В зале началась суета. Вазы с лилиями спешно убирали, но их запах уже въелся в воздух. Я чувствовала, как пыльца тонкой плёнкой оседает в носу, вызывая раздражающее першение в горле.

Прижав платок крепче, я старалась дышать через раз.

Как же обидно все обернулось! Я столько сил вложила в подготовку к приёму. Продумывала каждую деталь — от салфеток до рассадки гостей. А всё пошло прахом из-за одной самонадеянной женщины, уверенной, что ей позволено вмешиваться в мои дела.

Ярость в груди вспыхнула с новой силой и я резко повернулась к Винсенту.

— Может, объясните мне, какого чёрта ваша любовница распоряжается здесь как хозяйка? — отчеканила я, глядя ему прямо в глаза. — Да ещё и на правах гостьи?

Он напрягся. Челюсть дёрнулась, жилка на шее запульсировала быстрее. Несколько секунд он молчал, подбирая слова.

Я ждала. Ждала, что он сейчас начнёт оправдывать её, скажет, что она не хотела ничего плохого, попытается замять ситуацию. Но нет.

Он лишь тяжело выдохнул и, стиснув зубы, ответил:

— Она не имела права.

Я приподняла бровь.

— Правда? Неужели? – раздражение всё сильнее закипало внутри.

Винсент вновь перевёл глаза на зал, где слуги в спешке избавлялись от цветов, словно от проклятия. Затем вернулся ко мне.

— Я поговорю с ней. Обозначу границы дозволенного, — тихо, но жёстко сказал он.

— Надеюсь, она вообще слушает, что вы говорите, — ответила я с откровенным скепсисом, скрещивая руки на груди.

Он сдержал раздражение коротким вдохом.

— И со штатом тоже, — добавил после паузы. — Раз уж они забыли, кто здесь хозяйка.