Глава 3. Винсент.

Я стоял в приёмном зале родового замка Де Нортов, ожидая свою невесту.

Невесту — как звучит-то.

По правую руку от меня стоял архиепископ, сжимающий в тонких пальцах золотой посох с выгравированными молитвами. Он прибыл подтвердить нашу помолвку, но, казалось, мыслями уже был где-то между уставами церкви и бесконечными богослужениями.

Было решено совместить помолвку со знакомством, без излишеств. Для новоиспечённого короля многодневное празднование — слишком расточительно. Достаточно и дня самой свадьбы.

Я молча наблюдал за беседой, позволяя будущему тестю проявить себя. Кристофер де Норт обладал редким даром — говорить много, не сказав лишнего. Он ловко обходил острые углы, представляя дочь в выгодном свете, а затем мягко переходил к темам, которые действительно имели значение: земля, армия, торговые пути.

С таким подходом я всё больше симпатизировал этой семье. В Де Норте чувствовался не только опытный дипломат, но и человек, привыкший выигрывать. А именно такие союзники мне и нужны.

Сказать, что я нервничал — значит солгать. Волнение обычно было мне не свойственно, но лёгкое любопытство, почти детское — да.

Я знал о будущей жене не больше остальных: наследница старинного, хоть и не слишком влиятельного рода, так удачно имеющего земли и личные войска на границе страны. Образованная, воспитанная, немного капризная — по слухам. И, конечно, красивая.

Странно, но за все эти годы мы ни разу не столкнулись на светских приемах, хотя её отец был частым гостем на советах.

Я медленно провел пальцами по рукаву камзола и перевёл взгляд на дубовые двери. Конечно, в юности я мечтал, что женюсь по любви. Это казалось естественным, даже правильным. Но реальность диктовала иные правила: любовь — роскошь. Союзы заключаются разумом, не сердцем.

Мысли о браке не вызывали ни радости, ни тоски. Только интерес. Какая она — девушка, с которой мне предстоит жить?

Двери распахнулись.

Она осторожно вошла. Не сутулилась, не прятала взгляда, но и дерзкой не выглядела. А вот напряжённая осанка её выдавала — девушка волновалась.

Изящная. Не хрупкая, но утонченная. Я невольно отметил плавность движений, тонкие запястья, изящность рук.

Но больше всего — глаза.

Серые, стальные, живые. Я ожидал мягкого оттенка — голубого, карего, может быть, зелёного.Но её глаза были холодного цвета, похожие на полированные клинки. Красивые, проницательные. Те, что не поддаются сиюминутному впечатлению.

Невольно я отметил, как аккуратны её черты: высокие скулы, прямой, но не строгий нос, манящие губы, сейчас чуть сжатые, но не в напряжении — скорее, в сдержанной сосредоточенности. Она явно нервничала, понимая, что этот момент многое решает.

Её голос был приятным. Сдержанный, вежливый, без лести. Она старалась казаться спокойной, но волнение всё же выдавало её.

Я поймал себя на мысли, что стараюсь ей понравиться. Странно, обычно это не я добиваюсь расположения. Но в её взгляде не было восторга, она не искала моей одобрительной улыбки. Казалось, она просто приняла неизбежное и теперь следовала установленным правилам, не выражая ни протеста, ни радости.

Как будто всё это... не особенно ей нужно.

Это пробуждало азарт. Настоящий, живой интерес. Что ж, кто бы мог подумать — мне придется завоевывать собственную невесту.

—Надеюсь, леди Розалия, вас заранее предупредили о моём ужасном характере? — спросил я с лёгкой улыбкой.

Она чуть приподняла бровь, но быстро взяла себя в руки.

—В самом деле? — её голос был ровным, но в глазах мелькнула непонятная мне эмоция.

—О да. Я капризен, требователен и совершенно невыносим, — с самым серьёзным видом ответил я.

Она едва заметно улыбнулась. Этого было достаточно.

—Хорошо, что вы предупредили, Ваше Величество. Я буду морально готовиться..

Я тихо рассмеялся.

Мой взгляд скользнул к её родителям. Их манеры были безупречны, но напряжение читалось в каждом жесте. Кристофер держал бокал, и его рука едва заметно дрожала. Жозефина всё время украдкой посматривала на дочь, словно проверяя: справляется ли она.

Я знал, для них этот брак — и честь, и испытание. Стать королевской семьёй — значит не только возвыситься, но и нести бремя.

Архиепископ склонился ко мне и тихо произнёс:

—Их род известен преданностью короне. Девушка воспитана в духе благородства. Этот союз принесет стабильность. Вы получите достойную королеву, Ваше Величество.

Я кивнул, не сводя глаз с Розалии.

Она становилась для меня загадкой. Робость, благородство, холодная красота… Всё это складывалось в образ, который хотелось разгадать.

Признаю, мне повезло.

Могло быть хуже, намного. Брак без симпатии, без малейшего притяжения — у королей это случается чаще, чем любовь. Но сейчас, глядя на Розалию, я надеялся, что всё может сложиться лучше, чем я ожидал.

Когда зашла речь о парности… Воспоминания сжали нутро. Розалия тут ни при чём, нет. Просто старая рана всё ещё болела.

Мне рассказывали, что до матери отец любил женщину по имени Кинарет — сильную колдунью. Но из-за её происхождения он не мог быть с ней. Их разлучила судьба… и его истинная пара. Отец оставил Кинарет, без сожалений. А она... не простила. Много лет спустя она одурманила стражника, и тот убил мою мать.А после этого отец, потерявший свою пару, медленно угасал у меня на глазах.

Я мысленно одернул себя.

Моё личное мнение, моё желание или нежелание — всё это вторично. Я женюсь не для собственного удовольствия, а ради стабильности королевства.

И всё же, глядя на Розалию, я спрашивал себя:

Кем она станет для меня?

Я никогда не был склонен к сентиментальности. Но в ней было что-то, из-за чего взгляд задерживался дольше, чем следовало бы.

Спасибо, что читаете! Очень рада видеть вас в своей новой истории ‍❤️‍ Если вам нравится — добавляйте в библиотеку, ставьте звёздочки, делитесь впечатлениями в комментариях. Всё это невероятно вдохновляет и помогает книге расти!

Так же буду рада видеть вас в своем ТГ канале.