14

Я бежала по коридорам дворца, сердце колотилось как сумасшедшее. Мысли путались, а в голове стучало только одно: "Бежать, бежать, бежать!". Сад казался единственным спасением, местом, где я могла бы хоть немного прийти в себя.

Но судьба распорядилась иначе. Завернув за угол, я с разбегу врезалась в чью-то мощную фигуру. Сильные руки схватили меня за плечи, не давая упасть. Я подняла глаза и замерла. Передо мной стоял отец Солы, его лицо было хмурым и встревоженным.

— Сола, — его голос прозвучал как гром среди ясного неба. — Это правда? Ты действительно беременна?

Я почувствовала, как краска заливает мои щеки. Покачала головой, не рискуя лгать. Затем, осознав, что не могу объяснить ситуацию словами, начала отчаянно жестикулировать, пытаясь показать, что не могу говорить.

Отец нахмурился еще сильнее, в его глазах мелькнуло понимание, а затем — гнев. Я видела, как желваки заходили на его лице, как сжались его кулаки. Но гнев был направлен не на меня.

— Объясни, — потребовал он, и в его голосе слышалась сдерживаемая ярость.

Я беспомощно развела руками. Как объяснить, если нет возможности говорить?

— Папа? — раздался женский голос, и к нам подошла еще одна белокурая красавица. — Что происходит?

— Тала, — обратился к ней отец, — у тебя есть чем писать?

Тала — так вот как зовут еще одну мою "сестру" — кивнула и протянула мне миниатюрный листок и стилус. Я благодарно улыбнулась ей и быстро написала: "Муж наказал за измену короне. которую я не совершала. Уверена, меня подставили, но сейчас я не могу говорить”.

Отец прочитал написанное, и его лицо исказилось от ярости. Он едва не зарычал, сжимая кулаки так, что костяшки побелели. Но затем, словно вспомнив что-то, вскинул голову к висевшей на стене картине и глубоко вздохнул.

— Это было самое щадящее наказание из всех возможных, — произнес он через мгновение, и в его голосе слышалась странная смесь облегчения и горечи.

Я удивленно посмотрела на него, затем перевела взгляд на Талу. Мы обменялись недоуменными взглядами. Щадящее наказание? Неужели могло быть что-то хуже?

— Папа, о чем ты говоришь? — спросила Тала, озвучивая мой немой вопрос.

Отец покачал головой:

— Не здесь, — он огляделся по сторонам. — Нам нужно поговорить, но не в коридоре. Идемте в мои покои.

Он взял меня под локоть и повел за собой. Тала последовала за нами, ее лицо не скрывало тревоги.

Пока мы шли, я не могла перестать думать о случившемся с Эриданом. Об этой силе говорила Изира? Она способна раздавить человека? А если бы с муженьком что-то случилось? Подумать страшно, что произошло бы тогда. Мне нужно контролировать свои эмоция. Да, Эридан повел себя как распоследний козел и заслуживает хорошего тумака, но точно смерти.

Отец привел нас в небольшой кабинет, обставленный темной, массивной мебелью. Тяжелые шторы на окнах и книжные шкафы, заполненные фолиантами, создавали атмосферу уединенности и секретности. Я невольно поежилась, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

Отец снял сюртук, обнажая свои внушительные плечи, и тяжело опустился в кресло за столом. Я села напротив, крепко сжимая в руках листок бумаги и стилус, словно это было мое единственное оружие. Нервозность накатывала волнами, а в голове крутилась только одна мысль: "Вот сейчас они поймут, что я не настоящая Сола. Что тогда?"

Отец повернулся к Тале:

— Найди Инес и Абиру. Приведи их сюда, — его голос звучал тихо, но в нем чувствовалась сталь. — И убедись, что вас никто не видел.

Тала кивнула и бесшумно выскользнула из комнаты. Как только дверь за ней закрылась, отец повернулся ко мне. Его взгляд был тяжелым, изучающим. Я почувствовала, как по телу пробежала дрожь.

— Сола, — начал он тихо, и я невольно вздрогнула от звука своего… нет, не своего имени. — Я знаю, что последние месяцы были для тебя нелегкими. Этот брак… — он сделал паузу, словно подбирая слова. — Он не был тем, на что мы надеялись.

Я молча кивнула, не зная, что еще делать. Мое сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.

— Но то, что сделал Эридан… — продолжил отец, и его голос задрожал от сдерживаемого гнева. — Лишить тебя голоса… Это жестоко. И все же…

Он замолчал, глядя куда-то мимо меня. В его глазах мелькнула какая-то тень? Это было так неожиданно, что я забыла о своей нервозности и подалась вперед, желая услышать продолжение.

— Все же, — наконец произнес он, — наказание могло быть куда хуже, но принц королевства лунных вод поступил наиболее гуманно, дав тебе еще один шанс.

Еще один шанс? Мне хотелось фыркнуть, но увидев выражение его лица, я поняла, что он на полном серьезе.

А что было бы, если бы наказал по всей строгости? Меня бы здесь не было?

Я почувствовала, как по телу пробежала дрожь.

— Инес прилюдно высекли за более мелкий проступок, — сообщил он с абсолютно пустым взглядом. — Я узнал только через месяц, когда вернулся из королевства золотых полей.

Я шокированно распахнула глаза. Высекли? Как в средневековье? И это принцессу?

Подняла листок бумаги и дрожащей рукой написала на ней:

“Что она сделала?”

Изивор усмехнулся, но во взгляде не было и капли веселья.