Глава 15. Поселок

Дианора.

Голова раскалывалась. Ко лбу прикоснулось что-то приятно прохладное, а потом рядом зазвучал знакомый голос.

— Давай же, Ди, открой глаза. Ты сильно напугала меня, милая.

Голос принадлежал Кастиану, а вот интонация…

Я распахнула глаза, чтобы убедиться, что ещё не отправилась к Солнцеликой, и наткнулась на зелёные глаза.

— Хорошо, что ты очнулась, радость моя. Выпей, и станет легче.

С улыбкой принц протянул мне стакан с водой и ласково погладил по щеке.

— Там что, яд? Или я уже умерла? — хрипло переспросила, с подозрением глядя на кружку.

Отвечать на выпад мой “заботливый спаситель” не стал. Глупо улыбнулся, а потом посмотрел куда-то в сторону.

— Ну что вы, леди, это отвар из корня имбиря и разнотравья. Он придаст сил и поможет с мигренью, — прозвучал голос откуда-то из-за ширмы.

Первым делом я проверила медальон.

Только сейчас до затуманенного разума дошло, что мы вовсе не в пещере и не в моем дворце.

Судя по балкам и запаху трав, от которого щипало в носу, принц привез меня в посёлок, к лекарю-зельевару.

— Леди Диана ещё не пришла в себя, не обижайтесь, Дармут, — с излишним нажимом произнес мой спутник, крепко сжимая мою руку.

Судя по имени, лекарь не знал, кого лечил.

— Ну что вы, принц Кастиан, я всё понимаю. Моя хижина — совсем не то место, где желает проснуться юная аристократка. Однако до дворца Ветров далеко, а на границе с землями ведьмы другого лекаря не найти.

Сказано это было почти с иронией, а потом из-за ширмы показался и сам лекарь. Седые волосы, кривая улыбка и почти бесцветные голубые глаза.

Кастиан не рискнул ехать в один из моих посёлков и доставил меня в пограничную деревню Залива Ветров.

— Что со мной? Что-то серьёзное?

Изображая покорность и смирение, я взяла кубок и сделала вид, что пью. На самом деле тщательно принюхалась, пытаясь понять, чем именно меня пытались напоить эти двое.

— Всё в порядке, милая. Раз ты очнулась, мы можем возвращаться в особняк, — снова вместо лекаря ответил принц.

Он прожигал меня взглядом и с силой сжимал мою руку, словно требуя молчать и играть роль аристократки.

— Как скажете, Ваше Высочество.

Пришлось постараться, чтобы изобразить смущение. Однако, в отличие от гнусного мага, я не умела так искусно притворяться.

Назвать его “милый” или как-то ещё ласково язык не поворачивался.

Кастиан, кажется, это понял. Наклонился, будто собираясь поцеловать меня в лоб, но тут же скользнул к уху.

— Притворяйся получше. Учитывая то, что случилось, ты и правда моя любовница, — едва слышно прошептал он.

Вот теперь я покраснела. По-настоящему.

То, что произошло в пещере, впервые отозвалось стыдом, а Кастиан удовлетворенно улыбнулся и откинулся на стул, продолжая сжимать мою ладонь.

Лекарь суетился, складывал в мешочек какие-то травы, отмерял бальзам для головы, готовил отвар от жара. Судя по всему, на золото наследник не поскупился.

Как и на угрозы.

Уже выходя со мной на улицу, он ещё раз осмотрел хижину лекаря, затем обвел взглядом посёлок.

— Вы же понимаете, что причину моего визита разглашать не стоит. Как и то, что я был со спутницей, — холодно произнес он, отсыпая несколько монет старику.

— Ну что вы, Ваше Высочество, разве я стал бы судачить о наследнике? Наш посёлок далёкий, сюда даже стража короля не заезжает, — кривая улыбка и всё ещё протянутая рука никак не вязались с добродушным тоном.

— Королю и моей невесте тем более не стоит знать, что я был тут не один, — сквозь зубы почти прорычал Кастиан.

Да, единственное, в чём был хорош наследник Ветров, — это в интригах.

Я бы уже запугала старика магией и заставила молчать. Но принц действовал иначе: отсчитывал монеты, пока беловолосый маг не сжал их в кулаке и не спрятал в карман.

— Желаю вам и вашей спутнице приятного пути. Жаль, никто не узнает, что вы почтили меня своим присутствием, — пролебезил мужчина, затем потёр седую бороду и скрылся в доме.

***

Первые полчаса мы с Кастианом ехали молча, потом меня начало мутить, и он свернул на опушку.

Это всё ещё была территория Залива, но вечером патруль не станет съезжать с дороги.

Пока я бродила по роще, слушая, как хрустит хвоя под сапогами, принц устало прислонился к дереву.

— Дианора, от твоего мелькания тошнить начинает уже меня. Какой тьмы ты вообще полезла к воде?

Кастиан явно был недоволен тем, что пришлось показаться со мной в посёлке.

Боялся, что доложат королю? Или опасался слухов, будто он изменяет невесте?

Это было почти комично. Когда-то он изменял мне с ней, а теперь наоборот. И то, что случилось в пещере, не спишешь ни на магию, ни на действие зелья.

— Не волнуйся, принц. Ты всегда можешь сослаться на то, что я очаровала тебя и напоила зельем. Я никому не скажу, что ты обезумел и потерял контроль, стоило мне тебя поцеловать.

Отгоняя тошноту, я пыталась уколоть его словами. И в этот раз попала.

Кастиан выпрямился. Зелёные глаза блеснули в сгущающихся сумерках, кулаки сжались до хруста.

— Это и была магия!

Тон прозвучал почти угрожающе. Но я не боялась Кастиана. Не сегодня.

Если бы он хотел мне навредить, просто оставил бы тонуть.

Он не знал, что магия не даст мне погибнуть, а значит вполне мог попытаться — в надежде быстрее заполучить трон.

— Да, я заметила, когда мы ею обменялись. Клятва работает иначе, и ты это знаешь.

Теперь он действительно разозлился. Резко шагнул вперёд и вжал меня в дерево.

— Не заставляй меня жалеть, что не оставил тебя в пещере, — процедил он, обдавая дыханием мое лицо.

Эта игра даже забавляла — злить его и смотреть, как вспыхивает лицо.

Или это так действовал отвар лекаря?

Когда взгляд скользнул к его сжатым губам, я вдруг поняла: не все травы я распознала по запаху.

Но делать было нечего. Отвар не опасен… но, похоже, слегка дурманит.

— А если я тебя снова поцелую… ты снова сделаешь мне приятно, как в пещере?

Это было совсем не то, что я собиралась сказать.

Но язык будто онемел, и с него слетали бесстыдные, неправильные слова.

Глаза принца, наполненные яростью, округлились от шока, а потом он отпрянул от меня, будто обжегся.

— Похоже, ты ударилась сильнее, чем сказал этот шарлатан, — он запустил пальцы в волосы.

Теперь он ходил по поляне, а я следила взглядом.

В голове стояла странная дымка, фигура Кастиана слегка расплывалась. Однако это не мешало любоваться его плечами. Рельефными мышцами, перекатывающимися под рубашкой, когда он потирал подбородок и устало тёр лицо.

— Такой красивый, когда злой… — вздохнула я и присела прямо под деревом.

— Мраков жулик… чем он тебя напоил?

В ответ я начала перечислять травы, которые распознала в отваре, и Кастиан выругался еще громче.

— И корень серебрина тебя не смутил? В отваре от головной боли и тошноты?

— Его используют в зельях от истерии и для крепкого сна. Он не опасен.

— Мг. А ещё он туманит рассудок и заставляет тебя нести чушь, Дианора. Поехали. Нужно как можно скорее вернуться в замок и уложить тебя спать.

Подхватив меня на руки и не дождавшись ответа, принц запрыгнул в седло.

В этот раз он усадил меня перед собой. Горячая грудь щекотала спину, по телу бродили странные ощущения — туман, предвкушение и отголоски воспоминаний.

Я помню, как прижималась крепче, как принц часто и хрипло вздыхал. А потом развернулась и уткнулась носом в его шею.

— Ты пахнешь морем и солью…

Шёпот заставил его замереть, а потом я не удержалась и провела языком по коже. На вкус Кастиан был таким же. Солёный, слегка горьковатый, с отголосками хвои.

Даже рычал и бранился почти как грозовое море.

— Завтра ты будешь жалеть обо всём, что сейчас творишь, ведьма.

— Хм… может быть. А может, я вообще ничего не вспомню. Серебрин, как правило, стирает воспоминания о приступах. Будет казаться, что всё было сном.

Лошадь Кастиана резко замедлилась. Он отстранил меня и посмотрел в глаза. Мысль о том, что я могу ничего не вспомнить, явно зацепила.

Я думала, он жалеет, что я не стану сгорать от стыда после своего поведения. Но, похоже, в его голове созрела совсем другая идея.

— Раз ты ничего не вспомнишь, давай сыграем в игру. Я задаю вопрос, и если ты отвечаешь, я исполняю одно твоё желание.

Тон стал тягучим, низким, завлекающим.

По телу разлилась сладкая истома, а на губах сама собой появилась глупая улыбка.

— Я люблю игры… Значит, пока я отвечаю, ты будешь делать мне приятно? — прошептала я, проводя ногтем по его рубашке.

Принц лукаво улыбнулся и коснулся моих губ.

— Так приятно, как ты позволишь, моя одурманенная ведьма.

***

Лошадь едва передвигала копытами, и это мерное покачивание расслабляло, клонило в сон.

Сквозь пелену голос Кастиана звучал почти как эхо в пустом замке.

Сначала были какие-то глупые вопросы о спрятанных в детстве игрушках. Создавалось ощущение, что принц меня проверяет и спрашивает о том, на что точно знает ответ.

Когда мы заехали в лес неподалеку от дворца, прозвучал уже совсем не невинный вопрос.

— Где ты прячешь Светлую? — прошептал он, коснувшись моего уха.

С губ сорвался тихий смешок, я наклонила голову, подставляя пылающую кожу его губам.

— Она совсем рядом. Но пока я не захочу, ты её не найдёшь. Даже если разберешь замок по камушку и убьёшь ведьму.

Рука, удерживающая мою талию, дрогнула, но губы продолжали скользить по коже.

— Ты позволишь ей открыть Колыбель или снова придумаешь уловку, чтобы не выполнять уговор?

Это не было тайной, и в обмен на поцелуй я легко ответила и на это.

— Открою. В следующее затмение. Дольше тянуть нельзя.

Ответ сорвался сам, и принц не сдержал вздоха облегчения.

Его дыхание обжигало шею, а поцелуи становились всё более настойчивыми, спускаясь ниже, к плечу, пока ладонь медленно и неотвратимо скользила к моему бедру.

Прикрыв глаза, я наслаждалась странными ощущениями и почти поверила, что на этом расспросы закончились.

Но затем прозвучало то, после чего игра перестала казаться забавной.

— Зачем ты убила мою мать?

Он сказал это тем же тоном, всё так же касаясь губами шеи, но поцелуи вдруг стали ощущаться как ножи.

Дымка рассеялась мгновенно. Магия взвилась, поднимая голову, тело застыло.

Я помнила ту ночь. Пусть не отчётливо, больше как кошмарный сон, но помнила.

Королеву Красилу, которая отдала последние капли магии, спасая меня от северянина. И кинжал в моей руке, когда Кастиан примчался с отрядом.

Ночь, топот копыт и его рука, сжимающая мою ногу. Он ни разу не спросил, что произошло. Никто не спросил, даже мой собственный отец.

Они решили, что я была ребёнком и ничего не смогу вспомнить. Сами придумали удобную ложь и решили не травмировать напуганную девочку.

Но я больше не девочка. И вопрос наконец прозвучал.

— Останови, Кастиан. Нам пора поговорить.

Голос звучал твёрдо, холодно, как дамасская сталь, сверкающая в ледяной стене.

Принц замер, медленно убрал руку, затем отстранился. По одному взгляду он понял, что ведьма вернулась.

— В отваре не было серебрина? — напряженно уточнил он, будто это что-то меняло.

— Был. Но на меня не действуют яды, дурман и прочие пакости. Видимо, лекарь решил угодить принцу и сделать его игрушку покорной и услужливой.

На губах появилась улыбка. Я уверенно спрыгнула с лошади. Мир качнулся, но я устояла.

Мы были в Лесном королевстве. А значит, я могла колдовать, не опасаясь патрулей Залива.

Посреди леса вырос трон. Я указала Кастиану на камень напротив.

— Это была проверка, которую ты не прошёл, Кастиан. А теперь нам стоит кое-что обсудить. В том числе твоё наказание.

Я села, трон вспыхнул, а принц медленно спустился с коня.

— И какое же наказание ты придумаешь мне за попытку узнать правду?

Он прожигал меня взглядом, но всё же сел и склонил голову.

— Худшее из тех, что ты заслужил, Кастиан. Я дам тебе правду, которую ты жаждешь. Вот только она тебе не понравится.