Глава 18. Колыбель

Дианора.

До Тронного зала мы с Кастианом добирались почти ползком.

Наемники Тиманора не только искали меня — они наставили ловушек по всему дворцу.

Оставалось надеяться, что Брайтон вовремя понял, что дело дрянь, сумел обойти ловушки и отвел короля в безопасное место.

Это было правило. Он спасает отца, а потом возвращается за мной. И я очень надеялась, что инстинкты и в этот раз не подвели верного стража.

Тронный зал напоминал руины.

В зале валялись камни, светильники были разбиты, портреты разорваны. Они не просто пришли за ведьмой — они собирались оставить от дворца одни обломки.

— Ублюдки, — прошипел Кастиан, мельком осматривая зал.

Да уж, папочка решил, что если королевство и достанется ему, то править тут будет уже нечем.

Дворец превращали в груду камней, и, судя по звукам, делали это намеренно.

— О, твой отец явно уверен, что у него будет одаренный сын, — ядовито заметила я.

— Я сам разберусь со своей семьёй, ведьма. Веди, — рявкнул принц и подтолкнул меня к самой толстой колонне.

Немного магии и под ногами появилось узкое отверстие.

Мрак, лестница, тёмный коридор.

Наследник Ветров недоверчиво прищурился.

— И ты хочешь сказать, что это вход в Колыбель?

Скептически всматриваясь в темноту, он крепче сжал мою руку, явно ожидая подвоха.

Но никакой ловушки не было. Если бы я хотела избавиться от него, просто оставила бы во дворе. Без магии он был не опаснее ребёнка.

Окинув его холодным взглядом, я кивнула на проход.

— А тебе золотую дверь поставить и дорожку из драгоценных камней выстлать? Не хочешь, оставайся здесь.

Маг отпустил, огляделся и нехотя кивнул, соглашаясь спускаться.

— Иди вперёд. Я запечатаю вход, — спокойно добавила я.

— Я тебе не верю.

Он даже отступил от лестницы. Пришлось подавить тихий смешок.

— Твои проблемы. У тебя есть выбор: познакомиться с людьми короля Тиманора или спуститься в тёмное подземелье со злой ведьмой.

Я даже позволила магии вспыхнуть в глазах, напоминая, что в отличие от него я всё ещё владею силой. И снова этот взгляд, будто он разрывает меня на части, но Кастиан всё же сделал шаг вниз.

Что ж, впервые он выбрал разумно.

А мне это дало возможность оставить небольшой сюрприз для псов, которых нанял его отец.

Они хотели тёмную ведьму — они её получат.

Две зелёные лианы лениво выползли из-под трона, и я бросила в зал ещё сотню золотых капель.

— Связать. Обездвижить, — тихо приказала, после чего запечатала тайный проход.

Допросить наёмников можно и позже.

Сначала нужно убедиться, что всё в порядке с отцом.

***

Я видела, как на руках мага вспыхивают искры, но сила к нему не возвращалась. Как бы он ни пытался разогнать тьму, всё было бесполезно.

— Здесь твои чары бессильны. Даже если бы они у тебя остались. Закрой глаза, — спокойно приказала я.

Послышался тихий вздох, затем зашуршала ткань рубашки. Нехотя, но принц подчинился.

Я приложила ладонь к холодному камню, выпуская каплю света. Яркая вспышка на мгновение ослепила, а затем по стенам поползли золотистые жилы сияния.

Кастиан выдохнул и, опустив руки, огляделся.

— Странная магия, — он провел пальцами по светящемуся узору, пульсирующему в скале.

Нет, она не была странной. Она просто принадлежала мне.

Я не стала ничего объяснять и двинулась вперед. Волнение неприятно покалывало в груди, а подземный путь сегодня казался бесконечным.

Маг следовал тенью. Его шаги то и дело затихали, словно он прислушивался к шепоту камней или предпринимал очередную попытку призвать силу.

Всё такой же упрямый.

Остановившись у узких ступеней, ведущего наверх, я замерла и еще раз посмотрела на спутника. Внутри зрели сомнения.

Может, стоило оглушить его и оставить здесь, пока я со всем разберусь? Если бы не проклятый контракт, я бы, вероятно, так и поступила.

Но я понимала, что сама раздразнила его встречей со Светлой. Теперь он станет только настойчивее и не отступит, пока не доберется до Колыбели. Самое опасное — теперь он знает, где её искать

— Ты ведь не успокоишься, пока не встретишься со Светлой ещё раз? — уточнила я. — Зачем она тебе? Я отпущу её после затмения. Этого мало?

Я всё же попыталась дать ему шанс отступить.

Мужчина напрягся.

— Я искал её несколько лет. И нет, я не отступлю, пока не встречусь с ней.

По вздёрнутому подбородку и напряженному взгляду было ясно — этот упрямый самовлюблённый болван не отступит.

— Не будь ты так влюблен в Сафиру, я бы решила, что ты влюбился в избранницу Солнцеликой, — не удержалась я от язвительности.

Принц помрачнел. В его взгляде промелькнуло что-то опасное, словно я задела открытую рану.

— Не твоё дело, — отрезал он.

— Моё. Если бы она хотела с тобой увидеться, она бы сама тебя нашла.

— Ты её пленила!

Его голос почти сорвался на рык, а я даже не пыталась скрыть улыбку.

— Странно, что за все эти годы она не стремилась к встрече. Или ты решил, что теперь, когда тебя словно вывернули наизнанку, ты стал ей интереснее? С той же грязной душой, но уже без красивого лица?

Кулаки мага сжались, он угрожающе оскалился и сделал шаг вперёд. Я лишь предупреждающе сверкнула глазами, напоминая, что моя магия всё ещё при мне.

Кастиан выдохнул, запустил пальцы в волосы и уперся ладонью в стену.

— Она что-то сломала во мне, слышишь? Я не могу думать ни о ком другом. Назови это любовью, похотью или одержимостью — мне всё равно. Я должен встретиться с ней ещё раз. Если она прикажет, я уйду и больше не побеспокою.

Слова звучали почти как клятва. Но я знала, что скрывается внутри этого мужчины. Он не отпустит то, чего хочет, даже если ему прикажут.

— Оставишь её в покое, несмотря на свою похоть? — тихо переспросила я, едва сдерживая смех.

Кастиан прижал кулак к груди, явно собираясь скрепить свои слова обетом. А вот этого мне точно не нужно.

Зная, как Светлая влияет на мужчин, было бы глупо связывать его еще одной магической привязкой. Да и сила принца в подземелье всё равно не сработает.

— Обойдемся без торжественных заверений, принц Ветров. Прежде чем раздавать обещания, подумай — а способен ли ты их исполнить? — напомнила я ему про договор.

Вот такого он не ждал. Удивленно округлил глаза, а потом опустил голову. Меня же утомила эта перепалка. Он не отступит, значит, в очередной раз получит то, чего желает.

Поднимаясь по лестнице, я уже не стесняясь пустила искры в тайную дверь.

Яркий свет хлынул в коридор, и, забыв о своем спутнике, я рванулась вперёд, перепрыгивая через ступени.

— Брайтон! Отец! — крик сорвался, едва я вынырнула из мраморного пола.

***

Белые колонны, позолота. Это место словно соткано из света.

А в самом центре сидел мой отец и играл с Брайтоном в шахматы.

— Ди, дорогая, я решил, что нам нужно какое-то занятие. Почему так долго? — с улыбкой встретил меня бывший король.

— Я виноват, госпожа, но артефакты… — тут же смущённо замялся страж.

Пробегая мимо своей тени, я сразу обняла старика.

— Ну что ты, девочка. Я в порядке. Смотрю, ты привела гостя. Вы настолько хорошо поладили с Кастианом, что ты решила открыться ему до свадьбы? — он озадаченно посмотрел за моё плечо.

Ах да, гость.

Я совсем забыла о нём, увидев, что отец цел.

Вздохнув, я отстранилась, кивнула Брайтону прикрыть короля, а затем захлопнула люк.

Громко, демонстративно, глядя прямо в глаза принцу. Теперь он не сможет отступить, даже если передумает.

Учуяв подвох, наглец попятился назад.

— Здесь нет Светлой, — прищурившись, он осмотрел зал.

Его мало интересовала сама Колыбель. Он искал девушку и, как обычно, игнорировал очевидное.

— О нет, Кастиан. Светлая здесь, — с улыбкой произнесла я, медленно наступая.

Принц пятился, явно рассчитывая на побег, но выход открывала только моя магия или кулон, который хранился у Брайтона и отца. Чужая сила здесь была мертва.

— Что ты задумала? Это ловушка? — почти рычал он, упираясь спиной в колонну и понимая, что деться ему некуда.

Я лишь криво улыбнулась.

Это могла бы быть ловушка. Клетка для любого мага, который в этих стенах становился беспомощным и немощным как старик. Но нет.

Медленно, не отрывая взгляда от его настороженного лица, я провела пальцем по цепочке и расстегнула замок.

— Это ещё одна правда, которая тебе не понравится, Кастиан.

Кулон оказался в ладони, а волосы начали стремительно светлеть.

Я видела, как взгляд принца скользит по залу, затем замирает на моих волосах.

Лицо, руки, глаза. Я держала на ладони кулон, который мерцал зеленоватыми всполохами, поглощая личину.

— Это какая-то тёмная магия, — почти беззвучно выдохнул наследник.

— Можешь убеждать себя в этом, — грустно улыбнулась я.

Тёмная магия была заключена в кулоне. Та самая тьма, что накрывает континент во время затмения.

Только она могла скрыть мою истинную природу, обмануть даже самого придирчивого мага. Смешаться с моей силой, ослабляя её и выдавая за нечто иное.

Она меняла внешность почти до неузнаваемости. Но только почти. Если присмотреться — это всё ещё я.

Вот только никто не видел Светлую достаточно близко, чтобы уловить сходство. И тем более никто не всматривался в темную ведьму.

Никто, кроме наследного принца Залива Ветров.

Кастиан смотрел на меня и не верил своим глазам. Он часто моргал, словно пытаясь стряхнуть наваждение, и дышал слишком быстро.

Кулон потух, и вместо чёрной копны я коснулась своих золотистых волос, позволяя им засиять. Затем так же спокойно поправила платье.

Кастиан следил за каждым движением, вжимаясь в колонну. Его удивление медленно сменялось ужасом. Затем он снова сужал глаза, будто искал подвох, и проводил рукой по лицу.

Подобная реакция разочаровала. И не только меня.

— Должен признать, я ждал чего-то более бурного, — лениво заметил Брайтон, возвращаясь к шахматной доске.

— Помню, как я упал перед Лавайной на колени. Она была прекрасна, почти как сама богиня. Я долго не верил, что она выбрала меня, и с того самого дня боялся её потерять, — с мягкой улыбкой произнес отец, присаживаясь рядом со стражем.

Кастиан их не слышал.

Он смотрел только на меня, с плохо скрываемым ужасом, снова и снова проводя пальцами по волосам.

— Этого не может быть… Это ловушка. Тёмные чары. Или я лишился рассудка, — глухо повторил он.

Хмыкнув, я перестала ждать осознания. Или того, что он вдруг начнет раскаиваться и падёт к моим ногам.

Слишком глупый и упрямый. Или слишком гордый и самовлюбленный — уже не важно. Я не собиралась тратить на него силы и переубеждать.

Оставив принца с его страхами и сомнениями, я вернулась к отцу.

— Я пробудила вьющегося в тронном зале. Нужно допросить наёмников. Хочу знать, Тиманор действовал один или ему помогли, — коротко обозначила план.

— Желаете, чтобы этим занялся я? — лениво отозвался страж, передвигая фигуру по доске.

Дальше всё выглядело так, будто ничего особенного не произошло.

Словно каждый день кто-то из королей присылает наёмников, а я выпрыгиваю в окно.

Но паники не было. Страха тоже.

Отец в безопасности и цел, а для чужаков дворец станет ловушкой, в которую они сами зашли.

Мы обсуждали возможные угрозы, прикидывали, насколько серьёзно они смогут разрушить дворец.

Вывод был один.

— Будем действовать по обстоятельствам. Если хватит концентрации, чтобы скрыть магию Солнцеликой, я сама их напугаю. В противном случае — будешь действовать ты, — холодно бросила Брайтону.

Сбоку раздался хриплый смех.

Три взгляда одновременно повернулись к принцу. Похоже, он наконец начал приходить в себя.

Сидя у колонны, наследник лихорадочно тёр лицо и улыбался как безумный.

— Вы правда ждёте, что я поверю, будто избранница Солнцеликой будет пытать магов? — прохрипел Кастиан. — Это чистые, невинные создания, посланные Богиней, чтобы нести свет, а не убивать.

Он поднялся и направился ко мне, вынимая из сапога кинжал.

Брайтон дернулся вперед, но я положила ладонь ему на плечо.

— Прости, что разочаровываю, принц. Но да. Светлые больше не невинные девы, что хранят Колыбель. С тех пор как маги объявили на нас и нашу силу охоту, всё изменилось.

— Охоту? — он вскинул взгляд, затем перевёл его на короля.

Непонятно зачем. Искал поддержку? Или пытался уловить реакцию?

Но и здесь его ждало разочарование.

— О, мальчик… ты совсем ничего не знаешь, — вмешался мой отец. — Позволь, я расскажу ему, дорогая, — с мягкой улыбкой добавил он, глядя на меня.

Кастиан замер, затем медленно убрал руку с кинжалом за спину.

Похоже, остатки совести всё же не позволили ему угрожать старику.

Что ж, возможно, хоть кому-то удастся пробить его глухое, упрямое отрицание.

Отец надел маску рассказчика и начал говорить, спокойно, почти отрешённо:

— Раньше избранницами Солнцеликой были послушницы старого монастыря…

***

Всё случилось задолго до разделения Континента Стихий. Точнее… именно из-за того, что произошло тогда, мир раскололся на королевства.

Послушницы не подчинялись власти короны, но обладали особым даром. Светлая магия, способная противостоять любой другой на континенте.

Жаждущий ещё большей силы монарх решил это исправить. Разбавить кровь. Подчинить Светлых себе.

В один день король Континента Стихий объявил, что более достойной жены для его наследников, чем Светлая, не найти. Семь послушниц, семь принцев и семь будущих королевств. Каждый выбрал себе Светлую.

Монастырь закрыли. Девушек насильно выдали замуж, а затем так же насильно заставили рожать наследниц.

Вот только выданные против воли жёны начали рожать сыновей.

Все, кроме одной.

Моей пра-прародительнице повезло с мужем. Остальные же попали в руки алчных тиранов, таких же, как их отец.

Магия Континента Стихий начала слабеть. Именно тогда появилась Колыбель, а наследница Зачарованного Леса стала её хранительницей.

По легенде, все послушницы погибли из-за коварства короля. Но Солнцеликая оставила Колыбель, которую открывают во время затмений, чтобы маги не погрязли во тьме.

Истинную силу королевы и её наследниц научились скрывать. Показывать её лишь супругу. Верному. Преданному. Достаточно сильному, чтобы служить, а не использовать её в своих целях.

— Это невозможно. Архивы, свитки… сам монастырь. Такое просто нельзя было скрыть. Я видел магию Дианоры, и ничего общего со светом в ней нет, — снова упрямо возразил Кастиан.

Отец разочарованно поджал губы, а я зарычала и шагнула прямо на принца.

Подобное упрямство граничило с тупостью. И это бесило.

Особенно здесь, в Колыбели, где нести подобную чушь мог только законченный идиот.

Прежде чем принц успел понять, что происходит, я вырвала из его руки кинжал и вогнала его в мужское плечо.

От шока он даже не вскрикнул. Только смотрел — на нож, на кровь, стекающую по рубашке.

— Ты промахнулась. Сердце ниже и слева, ведьма, — тихо бросил он.

Я лишь провернула клинок в ране. Кастиан скривился, глухо застонав.

— Твоя жажда верить в собственные сказки поражает, Кастиан. Но правда здесь. И правда в том, что ты сам отказался от Светлой. Растоптал её чувства, репутацию, уничтожил королевство. Из-за чего?

Я снова повернула нож, и он застонал уже громче.

Мне не было его жаль. Впервые я пролила чужую кровь и не ощутила ни капли раскаяния. Физическая боль пройдёт. А вот память о его предательстве останется со мной навсегда.

Согнувшись, принц рухнул на колени. Я не ослабила хватку и наклонилась к его уху.

— А теперь слушай правду, Кастиан Ветер. Тогда, ребёнком, я только обрела силу. Да, я вынула кинжал из груди королевы Красилы. Но не для того, чтобы прижечь рану, как всем рассказал мой отец. Я исцелила её. И если бы не яд, она была бы жива.

Я вогнала клинок глубже.

— Но вы ехали слишком долго. А яд действовал слишком быстро. Я была ребёнком. Моей силы не хватило, чтобы его остановить.

Кастиан поднял голову. Забыв о боли, он смотрел мне в глаза.

Не веря. Всё ещё не веря.

— Если бы не яд, твоя мать была бы жива. Благодаря мне ты хотя бы успел с ней проститься, — повторила я и резко выдернула кинжал.

Кровь хлынула. Кастиан застонал и рухнул на пол.

Я слышала, как закашлялся отец в приступе дурноты, как выругался Брайтон.

Но не остановилась.

Опустившись рядом с теряющим сознание магом, я приложила ладонь к его плечу.

Несколько капель силы и от глубокой раны осталась лишь прореха в белой ткани.

— Ты так и не усвоил свой урок, воин. Ты так и не смог стать достойным, — сказала тем же тоном, которым говорила с ним в ту ночь.

Дыхание принца участилось, глаза наполнились осознанием, а рука заметно задрожала.

Да, тёмная магия на такое не способна. Как и сила даже самого талантливого целителя. А что именно сказала ему Светлая, не знал никто, кроме них двоих.

Кажется, упрямство и гордость наконец пали под грузом истины. Словно обрушившийся свод, она раздавила все иллюзии, за которыми Кастиан прятался долгие годы.

Но мне не было дела до его эмоций. Брезгливо отбросив кинжал, я поднялась, очистила платье и руки.

Пол вновь стал светлым.

Камень впитал кровь принца, оставив следы только на нём. Пусть считает это платой за знание, которое получил и которого не достоин.

— Она знала, что ты Светлая, — хриплый шепот прозвучал за спиной.

Неужели наконец дошло.

Поднявшись, он сначала встал на четвереньки, затем, покачиваясь, выпрямился.

Что ж, он не достоин этого ответа. Но королева Красила была одной из немногих, кто знал тайну моей матери… а значит, и мою.

Пусть этот непутёвый наследник наконец поймёт, насколько она его любила и за что отдала жизнь.

— Когда на нас напали, она поняла, что моя мать погибла. В ту ночь она спасала не дочь подруги и не невесту сына. Она спасала континент, защищая последнюю избранницу Солнцеликой. И за это отдала свою магию… и жизнь.

Слова отозвались гулким эхом под сводами, и Кастиан дёрнулся, будто его ударили.

Обессиленно он опустил руку, всё ещё прижатую к месту, где осталась лишь пропитанная кровью ткань, и по его щеке покатилась слеза.

Столько лет он верил в удобную ложь, которая рассыпалась пеплом. Столько лет мстил за то, чего не было.

— Светлая… — он посмотрел на меня почти по-детски.

Даже опустился на колени, словно правда оказалась слишком тяжёлой ношей.

Ещё недавно я почувствовала бы триумф. Сейчас внутри отозвалась лишь глухая брезгливость.

— Ты сам отказался от меня, принц Ветров. Ты хотел услышать мои слова — вот они.

На ладонях вспыхнуло белое пламя, и я подошла к нему вплотную. Мой взгляд, пылающий золотом, встретился с его потускневшими глазами.

— Как только я найду способ сократить срок договора, ты покинешь моё королевство.

Пламя угасло. Наследник опустил голову.

— Как пожелаешь, Светлая, — хрипло выдохнул он.