Глава 19. Архитектор теней

Ашхар Девушка так и не решилась мне признаться. Жаль… Был уверен, что достаточно приручил ее, чтобы расслабилась и начала доверять. Ошибался. Иномирянка сопротивлялась с отчаянием дикого зверька, попавшего в капкан. Замирала в моих объятиях, смотря широко распахнутыми глазами. Отрицала то, что происходит между нами. Не так-то легко сопротивляться притяжению истинной пары, но ей это каким-то образом удалось. И это… уязвляло. Чем больше находился с ней, тем сильнее меня тянуло. С каждым днем, с каждым часом ее легкий запах фиалок все глубже проникал внутрь. Зверь бесновался, требуя скорее присвоить самку, чтобы точно знала, кому принадлежит, и не пыталась больше прятаться. Ему было плевать, какие секреты она скрывает. Плевать вообще на все. Его вели лишь голые инстинкты. Приходилось прикладывать огромные усилия, чтобы удержать контроль и не сорваться. Не напугать истинную. Других женщин он воспринимать перестал, так что я распустил гарем, заплатив девицам щедрые отступные. Давно хотел это сделать, еще после смерти отца, когда его ненужное «наследство» перешло ко мне. Мне нужна была только одна женщина. До сих пор помнил, как потемнело в глазах, когда увидел хрупкую фигурку, лежавшую среди обломков камней в одном из коридоров. Бледную, почти не дышащую, с закрытыми глазами. Зверь раздирал изнутри острыми когтями и рвался наружу, желая только одного… Убивать. Каждого, кто хоть как-то причастен. Кто посмел обидеть словом или взглядом. Но гораздо сильнее грызло собственное чувство вины. Не принимал. Не ценил. Унижал. Так и не сказал, что она моя истинная пара. Для драконов нет никаких условностей, но я забыл, что она иномирянка. К тому же в прошлом ей, судя по всему, не повезло, вместо мужика попался полный урод. Я тоже оказался не лучше. Подхватив Фэйлин на руки, бережно нес ее по пустынным коридорам дворца, всматриваясь в тонкие черты лица. Глупец. Нужно было сразу удалять ее из дворца, а не делать приманкой. Не уберег. Недооценил угрозу, уверенный, что все держу под контролем. И вот расплата. Счастье, что она успела среагировать. Тот, кто использовал боевую магию, бил наверняка – я узнал заклинание по характерным остаточным следам. Но везение имеет свойство рано или поздно заканчиваться, а моя истинная всего лишь слабый человек. Силы я смогу передать ей только после свадебного обряда. Значит, действовать придется жестко и быстро. Шаги гулким эхом разносились под сводами темницы. Где-то с потолка капала вода, с монотонным звуком ударяясь о железную плошку. Пахло сыростью, плесенью, мочой и страхом. Но даже среди них я ощущал запах, который вел меня по невидимой нити… Мерзкий запах предательства. – Император. Конор и Вальд охраняли нужную дверь, не смея смотреть в глаза. Оба чувствовали себя виноватыми: вместо того, чтобы следовать за девчонкой, бросились ко мне на помощь. Потеряли ее из виду. Нарушили приказ. Но с ними я разберусь позже. – Свободны оба. Шагнув в допросную, оглянулся, убеждаясь, что к пыткам они еще не приступали. Это радовало. Из этой падали я выбью всю информацию сам. До последней крупицы. Под сводчатым потолком прямо в камень было ввинчено кольцо с продетой через него толстой цепью, к которой крепились кандалы. Простая, примитивная конструкция, но вместе с тем действенная. На войне часто приходилось развязывать языки упрямцам – как чужим, так и своим, решившим предать императора. Руки дракона были вздернуты так высоко, что мышцы на плечах натянулись канатами. Спутанные пепельные волосы рассыпались по груди и плечам, но даже сейчас, спустя двое суток заточения, бирюзовые глаза смотрели с плохо скрываемым вызовом. – Решил, наконец, навестить старого друга? – хрипло произнес Кайрос, настороженно следя за каждым моим движением. Да, друг, ты все правильно понял. На твоем месте я бы тоже опасался. Я подошел к стене, на которой были развешены устрашающего вида орудия: разномастные железные щипцы, кожаные плети с зазубренными лезвиями, тиски, шипастые обручи. Обычно этой психологической обработки хватало для того, чтобы заключенные выкладывали всю правду – даже ту, что у них не просили. – Может, расскажешь, чем я заслужил такую милость? – На нее вчера напали, – процедил я, молниеносно разворачиваясь и успевая заметить, как в глазах дракона что-то мелькнуло. Сожаление? Беспокойство? Страх? Нет, страха там точно не было. – Как она? Я стиснул кулаки с такой силой, что костяшки пальцев хрустнули. Он. Спрашивает. Как. Она. Тот, кто готов был трахнуть мою невесту у меня за спиной, маскируя это тем, что наблюдает за ней по моему заданию. Плел интриги. Спелся с Ралией. Явно что-то знал о смерти Дахара. Убью. Кулак попал точно в цель, и я закрыл глаза, усилием воли туша холодную ярость. Удовлетворения это не принесло. – Странно то, что ты не спросил, кто на нее напал. Кайрос смотрел исподлобья, но прямо. На скуле медленно наливался синяк – удар пришелся по касательной, в последний момент я все же заставил себя остановиться. – Если бы знал точно, то рассказал. – Интересная формулировка. – Я не отрицаю, что… был увлечен Фэйлин. Она понравилась мне сразу, как только приехала во дворец. – Хочешь сказать, что приметил ее раньше Дахара? – Ты становишься удивительно слеп, когда дело касается брата, – Кайрос криво усмехнулся. – Дахар никогда не интересовался Фэйлин, как и она им. Единственное, что их связывало – это взаимная ненависть. Ненависть… Тот первый бал запомнился очень хорошо. Разряженные невесты, хлопающие ресницами в притворном смущении. Как обычно – ничего нового, ну разве что брюнетка держалась особняком. Дахар и Кайрос стояли рядом, с ленивыми улыбками наблюдая за попытками девиц их обольстить. А потом в зал вошла она. Последняя. Светловолосая девушка в алом платье. Вошла так, как будто это был не бал, а война. С решимостью и вызовом глядя на Дахара. Краем глаза отметил, как по лицу брата скользнула тень, а Кайрос перестал улыбаться и подобрался. Думал, девчонка просто ловко поймала его на крючок своим эффектным появлением, и равнодушно отвернулся. Еще одна охотница за милостями принца, которые он щедро дарит каждую ночь. Ничего интересного, разница лишь в тактике. Но брат неожиданно увлекся ей. Настолько, что на все лады описывал достоинства. Прекрасно помнил наш с ним последний разговор. Он пытался обратить на нее мое внимание. Мое. Внимание. Ревностью. Зачем отдавать ту, в которой ты заинтересован сам? Я смотрел на бывшего друга, чувствуя, как внутри что-то рвется – по живому, с кровью и плотью, обнажая ужасную правду. Факты выстраивались совсем в другом порядке, словно кто-то встряхнул шахматную доску с расставленными на ней фигурками. И получилась… совсем другая картина. Чудовищная. Абсолютно дикая. Дахар был со мной на войне несколько лет, но иногда отлучался на несколько дней – говорил, что проведать отца. Он был здесь примерно в то же время, когда Лаэрты привозили маленькую Фэйлин и отец одел на нее наш родовой медальон. Мог отлучиться и для того, чтобы их убить. Вот только что-то в его плане пошло не так, и девочка осталась жива. Или он передумал ее убивать. Вместо этого придумал пытку поизощреннее – для меня лично. Теперь слишком многое виделось под другим углом. И те несколько раз, что чудом остался жив в сражениях, когда мне в спину прилетали боевые заклинания. И наемные убийцы из своих. Все эти годы был уверен, что их подкупили псы, пытающиеся расшатать власть в Астерионе и развязавшие войну. И никогда бы не подумал, что нож в спину воткнет мне собственный брат. Взбалмошный, легкомысленный, прожигающий жизнь в попойках и оргиях с красивыми девицами. Отец уверял, что мальчик нагуляется и повзрослеет. Попросил взять его в военный поход, чтобы увидел – жизнь состоит не только из праздных развлечений. Вроде бы помогло. Дахар стал серьезнее, собраннее. Не учел лишь одного. Мальчик давно повзрослел и точно знал чего хотел. Убить меня и занять трон. Бездна! Понять это оказалось легче, чем принять тот факт, что много лет наше общение строилось исключительно на лжи. Я обманывался, как глупец, занятый сначала войной, потом государственными делами. – Ты сказал… был увлечен? Кайрос внезапно зло оскалился, став напоминать того, кем, собственно, и являлся – ядовитого дракона. – Думаю, ты и сам знаешь ответ на этот вопрос. Теперь в ее теле живет другая девушка. – Почему ты раньше мне не сказал? – А ты бы поверил? Не в моих правилах делиться догадками. Архитектор теней приносит своему императору только факты, – он иронично скривил губы. – И у тебя не было ни единого факта, кроме догадок? – прорычал я, чувствуя, что Кайрос снова что-то не договаривает. Дракон вскинул на меня мрачный взгляд. – Что ты хочешь знать? – Расскажи мне о той ночи, когда убили Дахара. В допросной повисла тишина – такая громкая, что было слышно, как в соседней камере скребется крыса. Кайрос медленно закрыл и открыл глаза. – Значит, Ралия к тебе уже приходила, – сделал он правильные выводы. – Хорошо. Я расскажу все, что знаю. Но не уверен, что тебе понравится правда о твоей избраннице.