Глава 3. Главная героиня романа

– Еду нужно еще заслужить, – экономка Зорана недовольно поджала губы, когда я подошла к ней наутро. – Слуги обедают в кухне, но преступницу они там видеть не желают. «Просто прекрасно», – я сжала пальцы в кулаки, стараясь держаться и не сказать что-то резкое. – Сегодня ты работаешь в конюшне, – Зорана явно посчитала разговор о еде исчерпанным в отличие от меня. – В ней как раз не хватает рук. После, вечером вычистишь загон для свиней. Дальше… – она окинула меня презрительным взглядом, – посмотрим, на что ты еще годишься. …Конюшня располагалась в самой дальней части парка, там, где заканчивались деревья и начиналась равнина в окружении гор, образовывая своеобразное кольцо. Каменное белоснежное здание с отдельными выходами для каждого из скакунов лишь на первый взгляд казалось красивым и чистым. Внутри пахло резким запахом лошадиного пота, навозом и мочой. Где-то в глубине копыто монотонно ударяло о деревянную перегородку, слышалось всхрапывание. Ни перчаток, ни сапог мне не выдали. Только тяжелое ведро с холодной водой, тряпку и вилы, которыми нужно было сгребать старую солому. Работа продвигалась медленно – лошадей здесь было много. Пот катился по лицу и щипал глаза, грубое платье давно прилипло к телу, натирая до ссадин подмышками. Слепни кружили над головой, садились прямо на шею и жалили в самые уязвимые места. Но гораздо тяжелее были мысли, прочно поселившиеся в моей голове. Меня специально бросали на работу, которую никто не хотел выполнять. Самую унизительную, грязную. Сколько я еще протяну без отдыха и нормального питания? Неделю? Две? Месяц? А если император сочтет, что и этого недостаточно?! «Не смей отчаиваться, – поднялось откуда-то изнутри, и я лишь сильнее стиснула зубы. – Ты справишься. Другой жизни у тебя нет и уже не будет». Чтобы хоть как-то отвлечься, я рассматривала лошадей. Огромные красавцы косились на меня с миндалевидными глазами, позволяя гладить по своим лоснящимся бокам, и делились молчаливой поддержкой. В очередной раз наклонившись к ведру с водой, чтобы прополоскать грязную тряпку, я услышала тяжелые шаги. – Эй, ты. Передо мной стоял мужчина в кожаных штанах, высоких сапогах и простой рубашке с закатанными до локтей рукавами. Крупный, загорелый, с мутными глазами и блуждающей пьяной улыбкой на губах. – Так это тебя прислали на замену? – на меня пахнуло запахом перегара и лука. – А ты красотка, не зря сам принц на тебя запал… Если хочешь условий получше, станешь моей, поняла? Намек был более чем ясен, особенно когда конюх по-хозяйски положил ладонь мне на плечо. – Убери руку. Мужчина лишь похабно ухмыльнулся. – Не трепыхайся, – он рывком развернул меня лицом к стене и прижался сзади. Ведро опрокинулось, и вода разлилась. – Аристократка, значит? Сейчас проверим, чем вы отличаетесь от обычных баб. Грубые пальцы вцепились в подол, пытаясь его задрать. Сердце колотилось как сумасшедшее, внутри все кипело от злости, ужаса, от невозможности поверить, что это происходит со мной. На миг хватка ослабла, когда конюх начал расстегивать штаны, и я метнулась к вилам, оставленным у входа. Мир сузился до одной мысли: успею или нет?! Вцепившись в рукоять обеими руками, я выставила их перед собой, как оружие. Руки подрагивали, в ушах стоял звон, будто под кожей натянули проволоку. – С*ка, ты что творишь?! – Приблизишься – убью, – прошипела я. Видимо, мой безумный вид был красноречивее слов, потому что мужчина попятился и сплюнул себе под ноги. Но перед тем, как уйти, задержался на мне злым многообещающим взглядом. Вроде бы все обошлось, но мерзкое чувство, что меня хотели поиметь как бесправное существо, осталось. И не было никакой гарантии, что это не повторится – с ним или кем-то другим. Я прислонилась к боку лошади, которая мирно жевала, как будто ничего не произошло. Сначала просто стояла, будто окаменев, потом в глазах резко защипало. Плакала я молча, и думала о том, как выбраться из этой клетки-дворца. Или сделать так, чтобы мне поверили – я не Фэйлин и никого не убивала. ***** К вечеру каждая мышца в теле отзывалась тянущей болью. Ладони саднило от мозолей, кожа зудела от грязи и пота. Я продолжала чистить загон для свиней на чистом упрямстве, не обращая внимания на чавкающий под ногами навоз. Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо в золото и багрянец, когда, наконец, закончила работу и брела обратно через парк. Платье было грязным, как и все тело. Нужно было найти хоть какой-то укромный водоем, где можно было помыться. В тот, который облюбовал для себя Кайрос, я по понятным причинам решила больше не ходить. Вокруг раскинулась пышная южная растительность: каменные беседки оплетали розы, цветы глицинии свисали с арок белоснежными гроздьями, источая терпкий, головокружительный аромат. Заходящее солнце, пробиваясь сквозь кружево ветвей, рассыпалось по траве золотыми бликами. Но мне было не до красоты. Внутри смешались усталость, голод, отчаяние и злость. Страха больше не было. Казалось, если я встречу сейчас императора, то выскажу ему все, и плевать на последствия. Откуда-то сбоку слышалось журчание воды, повеяло легкой прохладой, и я ускорила шаг. Дорожка привела меня к фонтану. Из кувшинов, что держали в руках мраморные девы, стекала хрустально-чистая вода, наполняя собой огромную каменную чашу-цветок. Вот только мне не повезло – здесь уже отдыхала стайка девушек в ярких шелковых нарядах. Звонкий беззаботный смех разлетался вокруг, и я с сожалением отступила, намереваясь незаметно уйти. Увы, не получилось. Они уже заметили меня и подошли ближе, брезгливо морщась и обмахиваясь веерами. – О, смотрите, какая встреча, – вперед вышла девушка с густыми каштановыми волосами. Она была по-своему красива: смуглая кожа, точеные скулы и яркие губы. Все портила ненависть, плескавшаяся в жгуче-черных глазах. Я не была уверена наверняка, но, кажется, в книге такая внешность была только у Исары – одной из аристократок, приехавших на свадебный сезон и по совместительству подруги главной героини. Исара ненавидела Фэйлин за интриги, та в ответ не упускала случая ей навредить. Один раз на балу опрокинула на ее платье бокал с вином, и девушка пропустила танец с принцем. – Кто вообще выпустил ее из скотного двора? Ей самое место рядом с вонючими свиньями, – она скривилась, будто увидела какую-то гадость, и другие девушки рассмеялись. И сразу же, не стесняясь, начали меня обсуждать. – Получила то, что заслужила… – Где же ее украшения? Она заменила их антимагическими кандалами?.. – Надо было отдать ее солдатам в казармы, пусть бы развлеклись… Исара стояла, растягивая губы в торжествующей улыбке, и явно наслаждалась своим триумфом. Странное дело. Когда я жадно проглатывала главу за главой той книги, считала Исару хоть и немного резкой, но яркой и смелой. Я восхищалась, как ей удавалось ставить Фэйлин на место и при этом вести себя достойно, не опускаясь до интриг. Даже надеялась, что она выйдет замуж за принца, который оценит ее дерзость и непохожесть на остальных, и «прозреет». Сейчас Исара казалась мне змеей – ее слова буквально сочились ядом. Вот только она не знала, что я не была Фэйлин. – Нет, девушки, она по-прежнему выбирает для себя только лучшее: корыто с отбросами и роль подстилки для конюхов. Аристократки вновь рассмеялись, явно сочтя шутку остроумной. Я стояла с выпрямленной спиной, хотя почти каждая их фраза била в цель. Самым лучшим было развернуться и уйти, но что-то во мне противилось этому. Уйду – они сочтут это слабостью, будут и дальше измываться. К тому же мне хотелось понять, с кем именно я имею дело. Было уже очевидно, что сюжет книги и реальность сильно отличались между собой, как будто автор намеренно не показал, что скрывалось за красивой ширмой. Ашхар ведь в книге тоже был совсем другим! – Ну хватит, – вперед выступила девушка, которая все это время оставалась стоять у фонтана, задумчиво глядя на воду и не принимая участия в травле. Белое шелковое платье подчеркивало соблазнительные изгибы тела: высокую грудь, тонкую талию и округлые бедра. Волны черных как смоль волос обрамляли лицо с фарфоровой кожей, тонкими чертами и выразительными карими глазами с золотистыми крапинками. Голос красавицы был мягким, теплым – в нем не было ни злости, ни злорадства. Только усталость и легкая грусть. Кажется, я на несколько секунд позабыла, как дышать, понимая, кого именно вижу перед собой. Ралия. Главная героиня романа. Та, за которую я болела всей душой, надеясь на их с Ашхаром счастье. Неудивительно, что император выделил ее среди других – эта девушка была не только удивительно красива, но и очень добра. Неизменно держалась спокойно и с достоинством, не участвуя в склоках и интригах. Она единственная, кто не испытывал ненависти к Фэйлин, хотя та пыталась вредить ей даже больше, чем другим. Как и остальные, Ралия приехала на брачный сезон, который устраивали во дворце ежегодно. Но этот был особенным: жену искал сам император, и девицы со всех уголков империи Астерион устремились в столицу, надеясь, что он выберет именно их. У Ралии и Фэйлин шансов было больше, чем у остальных, потому что, в отличие от других девушек, они обладали магией. Какой именно – оставалось загадкой. Я вообще подозревала по нескольким брошенным Ралией фразам, что она попаданка, но тщательно скрывает это. Увы, к моменту, когда автор забросил писать книгу, этот момент прояснить так и не удалось. – Она уже наказана императором, Исара, но это не повод вести себя так. – Ты ее защищаешь? – Исара обернулась к подруге, удивленно вскинув бровь. – После всего, что она тебе сделала? Ралия покачала головой, бросив на меня короткий взгляд. – Думаю, нам стоит продолжить прогулку в другом месте. – Согласна, здесь стало просто невыносимо, – Исара направилась было в сторону, но в глазах ее на миг мелькнуло что-то злое. Я невольно напряглась, вот только сделать уже ничего не успела – она неожиданно сильно толкнула меня в плечо. Раздался плеск, и я полетела в воду, оказавшуюся ледяной. Глубина здесь была небольшая – примерно по грудь, и я сразу же выплыла и встала на ноги. Смех стал громче – девицы, так и не успевшие уйти, теперь вовсю обсуждали мой жалкий внешний вид. Вода стекала с мокрых волос, облепивших лицо, расчерчивала по щекам влажные дорожки, будто я плакала, но это было не так. Я с ненавистью смотрела на Исару и больше всего на свете мечтала ей отомстить. Или это снова были не мои мысли, а Фэйлин? – Гадина, – прошептала я одними губами, но Исара услышала. Она чуть прищурилась и уже открыла рот, собираясь что-то сказать, но тут же закрыла его. Смех и разговоры разом стихли, одна из девушек ойкнула, прикрыв рот веером. И время остановилось. Застыло. Сжалось. Замерло. На дорожке послышались шаги – тяжелые, уверенные, мужские. Вокруг медленно разливалась давящая, ломающая волю сила. Говорят, своей смерти лучше смотреть в лицо. Я знала, кто стоит у меня за спиной, и медленно обернулась, чтобы встретиться с бушующим льдом в сапфирово-синих глазах. Взгляды столкнулись. Мой, настороженный, нервный, и его, уверенный, властный. Надменное лицо императора не выражало абсолютно никаких эмоций, но я точно знала – это маска. Зверь, скрывающийся под ней, мечтает меня растерзать. И теперь… Что будет теперь, когда мы снова встретились? Он упивается моим унижением? Или только начал? – Вытащить, – раздался холодный голос Ашхара, и ко мне шагнули уже знакомые драконы в черных кожаных доспехах. ***** Грубые руки, не церемонясь, рывком вытащили меня из фонтана – мокрую, дрожащую от холода. Вода вперемешку с грязью стекала по платью, оставляя за собой темные разводы. Я попыталась вырваться, но хватка палачей Ашхара была железной – меня просто поволокли по земле. – Аккуратнее, она все же женщина, – раздался позади растерянный голос Ралии. Кто-то тихо ахнул. «Кажется, главная героиня впервые усомнилась в благородстве своего героя», – хмыкнула я, и тут же закашлялась, поперхнувшись воздухом. Ашхар никак не отреагировал на ее слова. Он просто стоял и с ледяной невозмутимостью наблюдал за происходящим. В сапфировых глазах не было даже презрения, только бесконечный холод. Драконы бросили меня к его ногам и отошли, равнодушно застыв неподалеку. Я смотрела на императора снизу вверх, чувствуя, как нечеловеческий взгляд проникает под кожу сотней ледяных игл. Изучая. Проверяя, не сломалась ли я. – Что. Здесь. Произошло? – он медленно повел головой. Девушки, сбившиеся в стайку, украдкой покосились на Исару. – Император, – Ралия сделала шаг вперед, – позвольте, я объясню. Произошло недоразумение… Но, прежде чем она успела добавить что-то еще, ее перебила я. – Я случайно упала в фонтан. Я знала, что играю с огнем: он мог наказать даже за то, что открыла рот. Но мне нужно было, чтобы он усомнился, поверил, что я не Фэйлин, раз выгородила обидчицу. – Оставьте нас, – раздался повелительный голос, и девушки потянулись прочь. Краем глаза я заметила, что Ралия уходит последней. Воцарилась звенящая тишина. – Думаешь, я поверю в этот бред? – процедил дракон, обдавая меня холодом. – Лгать мне – это последнее, что ты сделала сегодня добровольно. Стальные пальцы сомкнулись на моем подбородке, жестко фиксируя его и заставляя поднять голову вверх. Во взгляде дракона вспыхнуло что-то темное, и я поняла: он зол, что я все еще не сломалась. – Конор, Вальд. В мои покои ее. Я дернулась и рванулась назад, но меня уже подхватывали чужие руки. Цепные псы императора не давали ни малейшего шанса спастись. – Каждая твоя ложь будет стоить гораздо больше, чем ты способна вынести, – в глазах с узким вертикальным зрачком билось обещание боли. – И расплачиваться начнешь прямо сейчас. ***** Ашхар Пока драконы волокли упирающуюся девчонку, я не чувствовал ничего, кроме глухой ярости. За то, что посмела открыть свой поганый рот. Что вообще попалась мне на глаза сегодня – в день, когда похоронил брата. …Первый луч рассвета прорезал тьму, когда я поднял Дахара на вершину Гаран-Кхала – священной горы, чьи скалы помнили рев первых драконов. Там, где тысячи лет назад возвышался храм, остался лишь гладкий каменный алтарь, на котором теперь лежало его тело. Мы не хороним мертвых. Мы возвращаем их в небо. Я стоял над ним, сжимая рукоять ритуального клинка до побелевших костяшек пальцев. Последний штрих – и древняя магия вспыхнула по черному камню. Пламя взметнулось, охватывая плоть, и из жара вырвался крылатый силуэт, взмывая в облака. И в этот же миг солнце поднялось из-за гор, окрасив их золотым сиянием. Драконы не умирают, их дух возвращается в небытие, чтобы однажды снова найти себе тело. Что я почувствовал? Облегчение, что он свободен. И боль – лютую, как сталь, вонзающуюся под ребра. Ближе брата у меня не было никого. Ни одна женщина не могла заменить уз крови и прожитые бок о бок годы. Сегодня… я остался один. Я шел по парку, не желая никого видеть, пока не почувствовал знакомый запах. Легкий, чистый, как аромат цветов после дождя. Как вообще эта лживая девка может пахнуть фиалками? Дерьмо. Выходя к фонтану, я уже знал, кого увижу. Не ожидал лишь того, что она рискнет играть и здесь. Решит, что я поверю – она пыталась выгородить обидчицу. Не вышло. Стоило ей обернуться – и я увидел презрение, смешанное с вызовом. Ненависть, сверкавшую в ее голубых глазах. Ни капли смирения, ни тени страха. Мог бы убить ее прямо там, одним движением. Но смерть – это милость. А милостей я не раздаю. Вместо этого она узнает, что значит быть во власти дракона.