Глава 94. Дух кота

За несколько часов до того.

Админ вынырнул из своих размышлений, когда мимо него на цыпочках пыталась прошмыгнуть молодка.

— Эй, как там тебя, тот демонический заклинатель еще не пойман?

Девушка вздрогнула и, резко развернувшись, тут же склонилась в раболепном поклоне. Человек, которого она видела сейчас перед собой, значительно переменился за эти несколько дней. Выпив жизни нескольких десятков людей, предоставленных ему в качестве подношения адептами Хладного пламени, он окреп телом, более не напоминая болезненного заморыша. А недавно вернулся с прогулки, принеся с собой бессмертный меч такой мощи, что поражала воображение. Воистину их прекрасный Великий Господин.

— Меня зовут И Мори, Великий Господин, — раболепно произнесла девушка.

— Разве я спросил, как тебя зовут?

Девушка в страхе упала на колени и склонилась к полу.

— Простите! Простите меня за вольность, Великий Господин!

— Довольно, — чуть раздраженно помахал рукой тот. — Отвечай на мой вопрос.

— Нет, старейшина Шен… демонический заклинатель еще не пойман.

Админ вздрогнул от неожиданности, но склоненная девушка не заметила этого.

— Как ты его назвала?

— Д-демонический заклинатель… — не понимая, что на сей раз не понравилось ее господину, испуганно произнесла та.

— Старейшина Шен? — переспросил Демнамелас. — Старейшина Шен из ордена РР?

— Д-да… Мы разве раньше не говорили, как его зовут…

Великий Господин цокнул языком и, схватив свой бессмертный меч, бросился прочь. И Мори подняла голову и проводила его удивленным взглядом.

— Куда вы, Великий Господин?..

«Система! — тем временем мысленно кричал тот. — Подскажи мне точное местонахождение Шена! Мне сейчас испортят все веселье!!»

* * *

В безмятежный сон Муана прорвались образы и крики. Почему-то в его сне был этот раздражающий Ал Луар, бедствие среди учеников, совершенно не умеющее подчиняться старшим. Ал раздражающе занимал все пространство, и некоторое время старейшина пика Славы пытался отмахиваться от него, словно от назойливой мухи. А затем все исчезло, а черноту прорезала вспышка резкой, перехватывающей дыхание боли.

Муан подскочил на циновке, переводя дыхание. Боль тут же исчезла, так же внезапно, как и возникла, но у мечника не оставалось заблуждений по этому поводу. Связь давала ему настойчивую подсказку, что кое-кто другой сейчас чувствует себя не лучшим образом. Где он?! Муан обвел взглядом пространство, хотя уже отчетливо ощущал, что Шен находится далеко от места их ночлега.

Злость в груди смешалась с обидой. Сколько еще раз он должен просить? Сколько вынужден демонстрировать, что способен помочь? Что он ХОЧЕТ помочь?

«Как долго мне терпеть подобное пренебрежение?»

Муан схватил меч и выскочил наружу.

* * *

— Ал, ты жив? Эй, Ал…

Главный герой приоткрыл глаза и увидел перед собой обеспокоенное лицо учителя.

— Учитель! — Ал тут же подскочил на колени, чуть не ударив Шена при этом макушкой по носу.

Главный герой принялся суматошно осматриваться по сторонам, а затем перевел взгляд на учителя и окинул того с ног до головы.

— С вами все в порядке?

— Со мной-то да, — вздохнул Шен. — А вот тебе не стоило так делать.

Он еще раз посмотрел в лицо бледного ученика и решил, что попозже объяснит ему, какая это была глупость. Вместо этого он протянул руку и принялся стряхивать серный песок с его щеки.

Ал замер, думая о том, что ради подобного момента мог бы подставиться и под сотню стрел. Но тут лопатку, в которой все еще торчала стрела, свело от боли, и парень невольно пригнулся к земле, пытаясь сдержать стон.

С края кратера стали скатываться мелкие камешки и послышались быстро приближающиеся шаги. Шен тут же схватился за меч, в первое мгновение решив, что нападающие вернулись.

Но, обернувшись, с облегчением увидел спешащего к ним Муана, чья светлая одежда и волосы красиво отражали синее пляшущее пламя.

— Шен! Что у вас здесь происходит?!

Тот все еще сидел перед Алом и озером, пытаясь прийти в себя и не показывать, что и ему самому от нападающих сильно досталось. Благо внешне, особенно в полутьме, этого не было заметно.

Однако стоило Муану приблизиться, как он без лишних слов потянул его на себя, поднимая на ноги, и перекинул его руку через свою шею. На какое-то мгновение Шен повис на нем, словно мешок с картошкой, а Муан второй рукой притянул его, удерживая за талию.

— Вообще-то, это Ал пострадал от нападения. В него стрела попала, — почему-то смутившись, произнес Шен.

— А с тобой все как обычно нормально, да? — уточнил Муан. ‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Шен, не почувствовав подвоха, подтвердил:

— Да.

Стоило ему произнести это, Муан в два раза сильнее сжал руку на его поясе.

— Ну раз так, помоги своему ученику, чего ты ждешь, — ровным голосом произнес старейшина пика Славы, при этом ни на мгновение не ослабляя захват.

Должно быть в обычное время Шен мог бы оттолкнуть его, но не сейчас. Сейчас он бы с трудом стоял без его поддержки.

— Ну хорошо, — смирился он.

— Что «хорошо»?

— Признаю, что тоже пострадал, — тихо пробормотал Шен.

— Учитель?! — тут же вскинул голову Ал, все еще сидящий на земле.

— Но ничего страшного, — тут же заверил Шен. — Просто слегка оглушило из-за взорвавшейся рядом печати.

Муан устало прикрыл глаза, но все же чуть ослабил захват, давая Шену возможность нормально вздохнуть.

— Какого демона вы вообще оказались здесь среди ночи? — спросил старейшина пика Славы, подавая вторую руку Алу.

Главный герой хмуро посмотрел на эту руку и постарался самостоятельно встать на ноги. В итоге его повело в сторону, и он чуть не свалился в озеро, но Муан все же вовремя ухватил его. Так и получилось, что с обеих сторон на старейшине пика Славы повисли «раненные».

— Мой меч, — напомнил Шен.

Муан чуть наклонился в бок, не отпуская его, и Шен рукой подцепил рукоять меча. Затем Муан потащил их к краю кратера. Шен ощущал себя столь смущающе и жалко, что надолго замолчал, сосредоточившись на движении ног. Но Муан практически нес его, прижимая к себе, и носки сапог Шена то волочились по земле, цепляясь за камни, то он успевал все же быстро перебирать ими. Ал, висящий на старейшине пика Славы, не издавал ни звука, а вскоре и вовсе обмяк, не проявляя никакого участия.

— Ал? Ал, ты меня слышишь? — забеспокоился Шен. — Нужно побыстрее доставить его к лекарю, он может потерять много крови!

— Что же все-таки произошло? — спросил Муан.

Он сложил пальцы в управляющем жесте и заставил свой бессмертный меч вылететь из ножен. Затем Муан встал на него, и через мгновение меч тяжело воспарил над землей, медленно унося прочь всех троих. Шен, резко лишившись почвы под ногами, судорожно вцепился в Муана, схватившись за его шею и плечо.

— Я не уроню, не беспокойся, — произнес тот, все так же прижимая его к себе, перехватив одной рукой, и словно не чувствуя особого напряжения.

Шен, однако, ни разу еще не летал над землей, не ощущая под ногами опору в виде меча, поэтому ни на йоту не ослабил свою хватку.

— Произошло? — пытаясь отвлечься от бездны под ногами, переспросил он. — Если коротко, то нападение секты Хладного пламени произошло.

Муан мгновение помолчал, переваривая информацию, а затем попросил:

— А если подробно?

Шен обрисовал произошедшее в нескольких цветастых предложениях.

— И они просто взяли и улетели? — никак не мог поверить Муан.

— Я тоже удивился. И вообще, ты знаешь, кажется, мы несколько переоценили сектантов Хладного пламени. Похоже, их интеллектуальные способности оставляют желать лучшего.

— Почему ты ушел, ничего мне не сказав? — перескочив на другую тему, резко спросил Муан. — Мне теперь что, и ночью спокойно не поспать, беспокоясь, где ты один бродишь?

«Я ушел именно затем, чтобы ты, наконец, нормально поспал, не отвлекаясь на мои кошмары… Да и вообще меня уже что-то начинает напрягать надзор 24/7», — подумал Шен, вслух же сказал:

— Я был не один вообще-то. Ты тут никого третьего не замечаешь?

Муан недовольно искривил губы.

— Я заметил.

Разбуженный в самое темное предрассветное время лекарь оказался не очень доволен, но, благодаря поддержки просьбы серебряным слитком, смирился с необходимостью исполнения своего долга и поспешил к больному. Они расположили Ала в спальне, а сами ожидали в чайной комнате. Спустя какое-то время лекарь вышел, потирая руки.

— Все в порядке с вашим учеником, не стоит так переживать, — произнес он. — Стрела врезалась в лопатку и не задела какие-либо важные органы. Кости у вашего ученика довольно крепкие, так что уже через неделю, думаю, он снова сможет держать в руках меч.

— Спасибо, доктор! — облегченно выдохнул Шен.

— Спасибо… кто? — переспросил тот.

— Спасибо, лекарь, — тут же поправился Шен.

Муан, сидевший возле чайного столика, взирал на этот обмен странными репликами с завидным хладнокровием.

— Солнце еще не взошло, — кивнув, пробурчал лекарь, направляясь к выходу, — смею надеяться, у меня есть еще шанс выспаться. Так что я пойду.

— Не смеем вас задерживать!

Когда за лекарем закрылась дверь, Шен переглянулся с Муаном.

— Пойду посмотрю, как там Ал, — решил хозяин Проклятого пика.

— Погоди. Он все равно, должно быть, еще спит. Да и тебе стоит…

Муан нахмурился. Окинув Шена еще одним придирчивым взглядом, он неожиданно для того сообщил:

— Кстати, несмотря на то что произошло, ты выглядишь здоровее, чем несколько дней назад.

— Эм… спасибо? — не определился, как реагировать на подобное Шен.

— Отбиваясь от секты Хладного пламени, ты использовал свои духовные силы… Отбросим пока тот факт, что старейшина Заг четко объяснил тебе, что ты не должен пользоваться ими, если не желаешь умереть… — Муан, похоже, все это время тщательно сдерживал раздражение. — Но ты использовал их, и все еще бодро говоришь со мной. Как такое возможно?

— А ты бы предпочел, чтобы я вяло молчал?

Муан не оценил его иронию.

— Отбросим то, что предпочел бы я, это не имеет значения. Вопрос в том, как в принципе это возможно. Все это время ты не мог толком пользоваться своими духовными силами, а теперь вдруг для тебя это стало обычным делом.

— Я никогда не притворялся, если ты об этом! — вспыхнул Шен, который никак не мог понять, в чем его обвиняют. В том, что он стал себя лучше чувствовать, что ли?

— Я не об этом! Просто объясни все толком!

— Что объяснить? Я сам не знаю! Мне стало лучше после возвращения нашей связи… Наверное. Ты ведь не объяснил мне, что произошло, сказал, что «не помнишь», — с определенной долей обвинения произнес Шен. — А потом… Наверное, моя ментальная рана вылечилась. Духовные силы перестали на нее оттягиваться, и я снова могу ими пользоваться.

— Но старейшина Заг говорил, несколько лет…

— Много он знает, этот старейшина!

В чайной комнате воцарилось молчание.

— Так значит, все в порядке? — затем спросил Муан.

Шен пожал плечами.

— Я чувствую себя куда лучше, это так. Больше тебе не нужно так со мной носиться, не отходить ни на шаг и всякое такое, — Шен улыбнулся ему, чуть склонив голову на бок. — Похоже, теперь я не так уж сильно угрожаю твоей жизни, — довольно закончил он.

Когда Муан услышал эти слова, его лицо лишь потемнело. Однако вместо ответа он перегнулся через стол и ухватился за запястье Шена. Забывшись, он схватил его за правую руку, и, только притянув к себе, вспомнил, что именно на эту руку пришелся его удар. Однако теперь об этом напоминал лишь легкий тонкий шрам, пересекающий запястье. Муан аккуратно провел по нему большим пальцем, и Шен дернул руку на себя, ведь это было очень щекотно. Муан удержал его руку и, больше не отвлекаясь, приложил пальцы, прислушиваясь к его пульсу. Шен вздохнул, смирившись, и застыл без движения.

Так прошло довольно много времени, пока старейшина пика Черного лотоса вдруг не почувствовал, что от пальцев Муана по телу распространяется приятная энергия.

— Что ты делаешь?

— Делюсь духовной энергией конечно же, — спокойно произнес тот, ни на мгновение не прекращая.

— Я тебя об этом не просил!

— Конечно, не просил, — фыркнул Муан, не прекращая передачу. — Ты ведь только на смертном одре признаешься, что чувствуешь себя не очень хорошо!

— Со мной все нормально! Подумаешь, один раз ударило печатью против злых духов. Это и нападением-то толком назвать нельзя! Так, глупость какая-то…

Муан гневно посмотрел на него, все-таки прекращая делиться энергией.

— Когда ты, наконец, запомнишь, что я ощущаю то, что с тобой происходит?! Пусть сам я чувствую это и не в полной мере, но я вполне способен оценить твое состояние! Хватит строить здесь невесть что!

Шена это уязвило до глубины души.

— Я не строю! — возмущенно воскликнул он, подскакивая на ноги. — Если я говорю, что ничего серьезного — значит, так и есть! Какого черта, я должен перестраивать свое представление о степени ранений исходя из твоих ощущений? Или ты обяжешь бежать к тебе и докладывать о разбитом колене или занозе в пальце?

Муан промолчал, хотя в душе его бы этот вариант вполне устроил. Шен по его лицу понял, о чем тот думает.

Почему это так напрягает?!

— Я так понимаю, тебе о моем самочувствии известно даже лучше меня самого. Мое мнение на этот счет тебя не слишком интересует. Так что больше мы можем не говорить на эту тему.

Произнеся это, он развернулся и пошел в соседнюю комнату, проверить, как там Ал.

Главный герой лежал на боку, укрытый одеялом. Его правое плечо было полностью замотано бинтами, сквозь которые в районе лопатки уже проступило маленькое пятнышко крови. Шен присел рядом с ним и вздохнул.

«Зачем ты подставился? Разве не было тысячи и одного способа, как защититься от стрел без ранения?»

«Наконец-то я смог вас защитить…» Перед глазами возникло то его отчаянное выражение лица. О боги, это все вина Шена! Он так довел главного героя, что тот предпочел словить стрелу, только бы наказать себя за «раны, нанесенные учителю». Шен устало потер лоб. Он вдруг почувствовал, что больше всего мечтает сейчас вернуться в свой черный замок и не видеть никого из них. Ни Муана, с которым то и дело ссорится несмотря на нежелание этого, ни Ала, который готов себя покалечить, только бы получить внимание учителя. Он на самом деле… морально… очень устал.

«Система, почему ты никак не отреагировала на то, что Ал больше не желает быть моим учеником?»

[…]

«Система… Скажи мне честно, начисляемые тобой баллы вообще имеют какое-то значение?»

[Имеют], - на сей раз тут же отозвалась та.

«Система! Система, пожалуйста, объясни мне, что происходит!» — в отчаянии подумал Шен.

[Я… Я не…]

— Учитель.

Ал резко схватил его за руку и притянул к себе, словно боясь, что это сон и учитель сейчас исчезнет.

— Все хорошо, я здесь, — вздохнул тот и свободной рукой принялся успокаивающе гладить его по золотистым волосам.

— Учитель, вам больно? Вы пострадали? — тихо прошептал Ал.

«Если ты прекратишь выкручивать мою руку, мне, конечно, станет менее больно, — подумал Шен. — Ну да ладно».

— Со мной все в порядке, — успокаивающе произнес он. — Ты очень помог мне…

На деле — никак, кроме пары синяков на спине и головной боли из-за ранения ученика, но Шен осознавал, что сейчас у того слишком хрупкое эмоциональное состояние, чтобы вываливать на него правду-матку.

— Спи, — вздохнул Шен. — Я посижу с тобой.

Ал удовлетворенно вздохнул, прикрыв глаза и положив щеку на его руку, которую не выпускал.

Муан, пришедший спать около часа спустя, увидел довольно уютную картину: Ал спал щекой на руке Шена, а тот свернулся рядом с ним, уткнувшись в его светлую макушку и все еще во сне слегка поглаживая второй рукой его волосы. Но, несмотря на то что картина походила на сцену «уснувший отец, успокаивающий сынишку», Муан все равно аккуратно извлек руку Шена из-под щеки Ала, а самого его подхватил на руки. Уставший Шен не проснулся, а только пробормотал во сне нечто невнятное. Муан перенес его на соседнюю циновку, подложил под его голову небольшую подушку и накрыл одеялом. После чего улегся рядом между ним и Алом.

«Теперь я понял, — шептал в его сне вкрадчивый голос, — что это за связь. Твоя кровь бурлит в моих венах… Как ты умудрился… стать таким деликатесом?»

Теперь страшная сущность в его сне обрела форму: она выглядела как тот силуэт в свете синих языков пламени, теперь ее голос звучал как те два слова: «Немедленно стоять». Теперь у человека были длинные белые волосы. Хоть Шен все еще не видел его лица.

«Я приду за тобой. Я приду за твоей жизнью. Я приду за всеми твоими принципами. Я приду — и уничтожу тебя, каждый мириад твоей души!»

«Почему?! — хотел бы выкрикнуть Шен, но не мог выдавить ни звука. — За что?! Кто ты такой?! Что ты такое?!»

В его ушах, вокруг него, внутри него зазвучал безумный смех.

Шена трясло. На сей раз он и в самом деле проснулся от собственного крика.

Его лицо заливали пот и слезы. Муан протянул к нему руки, но Шен отбивался, как безумный.

— Оставь меня в покое, слышишь?! Все оставьте!!

— Учитель?

От его крика проснулся Ал, и теперь потрясенно взирал на то, как тот стучит по полу руками и ногами, отбиваясь от невидимых противников.

Наконец, Шен осознал, что сидит на полу, все это время отбиваясь от напавшего на него одеяла. Он замер, обводя взглядом помещение. Ближе к нему сидел Муан, заставший с протянутыми руками, а за ним с циновки поднялся Ал, и сейчас смотрел округлившимися до размера блюдец глазами. Тут дверь отъехала в сторону, и в помещение вбежала Волчара и заглянула заспанная Риту.

— У вас тут все в порядке? — без смущения заглядывая в комнату, поинтересовалась она.

Шен поднялся и медленно прошествовал к выходу. На пороге он остановился, отодвинув Риту в сторону, и произнес:

— Пойду попью водички.

С этими словами он вышел за дверь, а затем, быстро миновав чайную комнату, натянул сапоги и выбежал во двор. Благо в сон он погрузился, не раздеваясь, и сейчас предстал перед слугами господина Нэ, спешащими по утренним делам, во вполне пристойном виде. Разве что волосы всклокочены и лицо немного перекошено.

Стараясь успокоиться, он несколько раз провел рукой по волосам, пытаясь расчесать их с помощью пальцев. «Бессмертный заклинатель восьмидесятого уровня», — хмуро подумал он.

Это было начало третьего дня. Сегодня должен был прилететь Заг с учениками. Шен ждал его, словно спасения: и возможности убраться отсюда, и надежды на получение от него какого-нибудь крепкого седативного, и можно еще снотворного, которое предоставит ему сон без сновидений.

Шен прошелся к господскому дому, приветствуя слуг. Возле задней двери ему встретилась старая дородная служанка, к которой он успел проникнуться ироничной симпатией. Он было хотел поприветствовать ее и удостоиться утренней отповеди, но осекся, так как та выглядела и вела себя странно. Она казалась болезненной: бледная кожа искрила потом, а под глазами залегли густые тени. Служанка воровато глянула по сторонам и, приоткрыв заднюю дверь, проникла внутрь дома. У Шена закралось нехорошее предчувствие. На всякий случай он решил тайно последовать за ней.

Когда он прошел в коридор через заднюю дверь, за которой до того скрылась служанка, его внезапно осенило: вчера она оставалась ждать под горой, когда он повел толпу жителей к телу барышни Эо. Она была достаточно близко, чтобы дух от слуги Чжи, задыхающегося в штольне, переместился в ее тело! Почему он сразу об этом не подумал?!

Увидев край одеяния служанки, скрывшейся за дверью, он последовал за ней. Еще лишь подойдя к двери, он почувствовал смрад разлагающегося тела. Шен резко ворвался внутрь, закрываясь от вони рукавом.

Это оказалась комната зажиточной дамы. Мельком бросив взгляд на убранство, Шен тут же сосредоточил его на трупе в центре комнаты. На полу лежала женщина и, судя по виду тела, умерла она по меньшей мере три дня назад. Вокруг трупа было разлито масло. Шен нерешительно замер, увидев горящую лампу в руках у служанки.

— Это госпожа Нэ? — спросил он, чтобы отвлечь ее.

Служанка рассмеялась, точно безумная. Вместо ответа она кинула лампу себе под ноги. Огонь тут же охватил пол вокруг и полы ее одежды.

— Нет! — воскликнул Шен и попытался оттащить ее от пламени, но дородная служанка с несвойственной ей прытью прыгнула в сторону, попутно поджигая легко воспламеняющиеся предметы.

Шен попытался вырвать ее из пламени и вытащить из комнаты, которая уже почти вся была объята огнем, но служанка невероятно сильно сопротивлялась. Вокруг заклинателя закрутился ворох талисманов, волной они налетели на служанку, выбивая из нее злой дух. Дико заорав, на стену прыгнул большущий черный кот. Оттолкнувшись от стены, он одним резким движением ударил всеми четырьмя лапами в грудь служанки, отпихивая ее в бушующее пламя.

Шен отшатнулся прочь из комнаты, сбивая пламя с рукавов. Он ударился о противоположную стену коридора и осел на пол, потрясенно взирая, как служанка воет, объятая пламенем. Очень скоро этот крик оборвался, а на пол упал обгорелый труп упал.

Талисманы вновь взметнулись вокруг Шена. Черный кот размером с Волчару, пытающийся выпрыгнуть в коридор, оказался полностью облеплен ими. Шен изловчился и ухватил кота за шерсть.

— Ничего не закончилось! Они сторицей ответят за каждую загубленную жизнь! — верещал кот человеческим голосом. — Дрянной заклинатель, ты заодно с убийцами!!

Еще один ворох талисманов облетел вокруг неистово мятущегося духа, облепляя его, но одновременно с этим Катсши ударил Шена лапой, порвав рукав и оставив на предплечье три глубокие царапины. Шен зашипел от боли, а дух, ослабленный талисманами, стал быстро уменьшаться в размерах. Заклинатель выудил из кармана первый попавшийся мешочек, высыпал оттуда монеты и, собственной кровью нарисовав защитные символы, сложил пальцы в особой печати, заставляя ослабленный дух злобного кота залететь в мешочек, а затем завязал тесемки и запечатал его собственной кровью.

К этому времени дым от пожара заполнил весь коридор. Мимо уже бежали слуги с ведрами воды. Шен с трудом поднялся на ноги и вдоль стены поспешил наружу. Споткнувшись на пороге, он угодил прямо в объятия Муана.

Он оттащил Шена подальше, и тот долго кашлял, глотая ртом воздух.

— Я… я поймал злого духа, — отдышавшись, поведал Шен.

— Ты поджег для этого дом? — уточнил Муан.

— Н-нет! Это сделал дух! — слишком эмоционально воскликнул Шен и вновь закашлялся.

— Вернемся во флигель, — решил Муан, вновь подхватывая его под руку.

Он дотащил Шена до флигеля и усадил на крыльцо. К этому времени тот, наконец, прекратил попытки выкашлять собственные легкие и притих.

Муан пошел внутрь на поиски чего-нибудь, что можно использовать хотя бы как временную повязку, а Шен, оставшийся сидеть на крыльце, достал из кармана мешочек, в котором запечатал духа.

— Что же все-таки произошло? — спросил он, сжимая мешочек в руке.

— Этот человек, — перед взором Шена предстал труп госпожи Нэ, полусгнивший в комнате, — провел «аргейм-марет», пожелав навсегда сохранить свою молодость! — зло отозвался плененный дух. — Решил, что жизни четырех дюжин кошек стоят морщин на его лице! Я забрал его жизнь, навеки сохраняя его молодость! Три человека помогали ему совершать «аргейм-марет»! Освободившись от исполнения желания, я убил их всех! Немедленно выпусти меня, заклинатель, я еще не закончил свою месть!! Пособники также получат свое!! Выпусти меня!! Иначе все кошки мира ополчатся против тебя!!

— Прямо-таки угроза века, — усмехнулся Шен.

— Выпусти меня! Выпусти!! Дрянной заклинатель!!

Шен вдруг подумал, что под «пособниками» Катсши мог подразумевать шамана.

Старейшина пика Черного лотоса вскочил на ноги в тот момент, когда Муан вновь показался снаружи, неся кусок цветной ткани и чашку с водой.

— Дай сюда! — тут же отобрал у него из рук Шен. — Я этим займусь. А ты немедленно лети на поиски шамана! Если он заражен, он может распространить заразу!

— Где ж я его теперь найду? — опешил Муан. — Он уехал вчера днем, я даже понятия не имею, в какую сторону.

Шен перевел на него растерянный взгляд.

— С чего ты взял, что он заразился? Успокойся!

— Может, он и рассказал о ритуале? Что мне еще думать? Все другие были заражены и убиты духом!

— Но не дух же заразил их, не так ли? — воззвал к голосу разума Муан.

— Ну… наверное.

— Сядь и успокойся. Дай мне промыть твою руку.

Шен послушно присел на крыльцо, все еще пытаясь мысленно разобраться в происходящем. Муан вновь забрал у него воду и ткань, промыл царапины, нанесенные Катсши, и принялся аккуратно накладывать сверху свою фирменную мазь.

Только спустя продолжительное время Шен, наконец, обратил внимание на то, что он делает, и усмехнулся.

— Шрамы украшают, разве нет?

— Кто тебе сказал такую глупость? — возмутился Муан, не отводя взгляда от царапин.

— Никто. Где-то вычитал.

— Какой-то человек написал глупость, а ты запомнил и повторяешь.

Шен посмотрел на него, удивленно моргнув. Его посетило какое-то странное чувство. Муан сейчас так забавно отчитывал его, очень… по-семейному что ли.

Шен наклонился вперед и положил голову на его колено. Муан так и замер, оторопело разведя руки.

— Что ты делаешь? В тебя вселился дух кота?

— Да, — прикрыв глаза, промурлыкал тот. — Погладь меня.

Муан все еще сидел без движения. Голова хозяина Проклятого пика покоилась на его правом колене. Его волосы закрыли лицо и волной упали на крыльцо, где они сидели.

Муан, чувствуя, как бешено застучало его сердце, медленно опустил руку и провел пальцами по этим волосам. В тот же миг Шен осознал, как странно себя ведет, и резко сел. Муан вновь застыл с протянутой рукой.

— Гм, мрр. То есть, кхм, похоже и в самом деле кот вселился. Пойду, молока поищу, — заявил Шен, поднимаясь и, подхватив лежащую рядом повязку и наматывая ее на руку, быстро пошел прочь.

Он поспешил скрыться от глаз Муана за клубами дыма, все еще идущими от господского дома.

Муан так и остался сидеть на крыльце, не в состоянии осознать произошедшее.