Глава 134. Приглашение в Павильон Утешений
«Да заткнись ты!» — разозлился Шен.
От этого перечисления только голова пошла кругом, да колени задрожали. Они и так находились посреди недоброго леса, Ал куда-то пропал, было далеко не самое лучшее время, чтобы перечислять все эти арки!
«Это все твоя вина! К какому хаосу все это приведет?!»
[Моя вина?] — возмутилась Система. — [Я пыталась спасти вашу жизнь!]
Шен ничего не ответил. Спорить было бесполезно, и он был тронут благими намереньями Системы, однако вскоре предстояло как-то разгребать последствия, и было бы здорово не умереть в процессе!
— Ал! — закричал Шен. — Ал!
Конечно же, этот чертов главный герой не отозвался. Без огня разглядеть что-либо было трудно, привыкшие к свету глаза отказывались видеть в темноте даже контуры.
— Вытяни вперед руку ладонью вверх, — попросил Шен.
Муан выполнил просьбу, не совсем понимая, зачем это делает.
Шен подул на его ладошку, и на ней затрепетал небольшой белый огонек. Рука мечника дрогнула, но он быстро справился с эмоциями.
— Как ты это сделал?! — только воскликнул он.
— Сам не знаю. Эффект экстремальной ситуации, должно быть.
— Что? — недоуменно переспросил Муан.
— Ну, знаешь, есть мнение, что в экстремальной ситуации человек способен на то, что в обычной жизни не мог или не умел делать. Экстремальная ситуация — это когда есть угроза жизни, своей или близких, и действовать нужно быстро.
Муан только хмыкнул, усвоив информацию и разглядывая огонек на ладони.
— Странно, что я совсем ничего не делаю для его поддержания, — заметил он.
— И мою духовную силу, перетекающую через тебя, не ощущаешь?
— А ведь и правда! Невероятно! Если бы это было в сфере моих интересов, за такое открытие мое имя могло бы прославиться в веках.
— У тебя еще будет шанс прославить свое имя в веках, — усмехнулся Шен. — А теперь — держись крепче.
Муан посильнее обхватил его шею свободной рукой, а Шен слегка оттолкнулся и запрыгнул на высокий монолит. Огонь на ладони Муана разгорелся ярче, освещая большое пространство. Шен с Муаном на спине обернулся вокруг, но не заметил ни намека на присутствие Ала.
— Что, если его утащили эти же плотоядные растения? — с тревогой предположил Шен. — В какой стороне искать?
Муан молчал. После того, как сам так нелепо попался, он не мог оспаривать опасность этих мелких растительных тварей.
— Ал! — звал Шен. — Ал, пожалуйста, отзовись! Ал!
«Система, прошу тебя, скажи, где он!»
Система не отозвалась.
«Система! Ты перечислила чертовых два десятка названий арок (которые я все равно не запомнил), а то, что действительно важно, говорить отказываешься!!»
Услышав эту претензию, Система тихо фыркнула, но все же отозвалась:
[Идите назад по тропе, и у последнего камня сверните направо.]
Шен тут же слетел с монолита и быстро зашагал в указанном направлении.
Расстроенный Ал пошел по тропе, в тайне надеясь, что на него вновь попытаются напасть эти мерзкие ветки, однако этого не произошло. Видимо Шен здорово испугал их, когда сжег несколько деревьев. Вконец раздосадованный, Ал спрятался за возвышающимся монолитом.
Вскоре донесся голос Шена, зовущего его. Ал почувствовал удовлетворение. Наконец-то мысли учителя заняты им. Он улыбнулся, но не спешил выходить из своего укрытия. Если сделать это слишком поспешно, Шен вновь переключит свое внимание на бедненького раненного Муана, такого мелкого и ни на что не годного, ха.
Да, нужно показать Шену, что Муан и в самом деле ни на что не годен. Не способен защитить себя, и, уж конечно, не способен защитить учителя. Идея пришла вместе с шипением, возникшем у правого уха.
— Ал! — Шен быстро шел по тропинке. — Ал, ты здесь?
Он обогнул последний монолит и остановился, чуть не налетев на своего ученика.
— Что случилось?! Ты почему не отзывался?!
— Простите, учитель, — Ал покаянно опустил голову. — Мне показалось, что здесь кто-то есть.
— Кто здесь еще может быть, кроме этих монстрообразных корней?!
Ал выглядел растерянным.
— Ладно, — раздраженно выдохнул Шен. — Больше не отходи от нас ни на шаг, понял?
— Конечно, — легко согласился ученик.
Шен настороженно осмотрелся по сторонам. Как-то было странно, что Ал так просто нашелся.
Итак, из вариантов оставалось либо продолжать поиски города, либо возвращаться в хибару старика. Еще не известно, что из этого представляет меньшую опасность: старик определенно не прост, да и отправил их к обезглавленным трупам и плотоядным деревьям вряд ли с благими намереньями.
— Кстати не думаю, что тех людей убили корни, — словно продолжая прерванную беседу, внезапно сообщил Шен. — Более походит на то, что трупы здесь скинули, и их темная энергия обратила в монстров ближайшие к яме деревья.
— Я тоже так думаю, — согласился Муан.
— Может быть, это тот старикан их убил? Может, он думал, что нас прикончат корни, а он придет поутру, отрубит наши головы, а тела скинет в яму? — предположил Ал.
— Пока рано делать выводы, но эта версия не лишена права на существование, — вздохнул Шен и повернул направо.
— Куда ты идешь? — возмутился Муан.
— Вниз с горы.
— Ты в своем уме? Мы понятия не имеем, далеко ли город! И куда идти представление тоже имеем весьма смутное!
— Разбираться со стариком я тоже не намерен. Мы не знаем, не демон ли он. Это рискованно. Лучше отойдем подальше от этих камней, разведем костер и дождемся рассвета!
— А как же… — Муан немного замялся, но все же продолжил: — А как же змеи?
— Ну… я надеюсь, что они поостерегутся. Змеи имеют инстинкт самосохранения и не будут нападать без особой на то причины. Просто проверим место, где остановимся, а костер отпугнет незваных гостей.
Рассуждения были не лишены здравого зерна, поэтому больше никто спорить не стал.
Отойдя на приличное расстояние от камней, Шен присмотрел маленькую поляну, где можно было разжечь костер, не боясь поджечь окрестные деревья. Он внимательно осмотрел поляну, прибив траву, и усадил Муана под дерево. Как только они прервали соприкосновение, огонек на ладони Муана исчез. Через мгновение Шен зажег огонь на собственной ладони.
Ал тоже удерживал огонек, поэтому поляна, на которой они остановились, оказалась освещена немногим хуже, чем днем.
Учитель с учеником быстро собрали хворост, и вскоре в центре поляны пылал теплый уютный костер. Казалось, языки пламени уносят вверх не только снопы искр, но и большую часть тревог этой бесконечной ночи.
Муан поднялся на ноги и, немного пошатываясь, подошел и встал рядом с Шеном. Тот посмотрел на него, а затем перевел взгляд на застывшего с другой стороны Ала.
— Укладывайтесь спать, — произнес он, а сам отошел, чтобы начертить защитный контур вокруг их вынужденной стоянки.
Меча для этого у него не было, поэтому пришлось врезать контур в землю с помощью духовной энергии. Процесс этот был энергозатратный, зато быстрый, ведь альтернативой оставалось лишь черчение палочкой.
Когда Шен вернулся к огню, он застал Муана и Ала сидящими перед костром в полной гнетущей тишине.
Закатив глаза и мысленно попросив у богов сил, он сделал вид, что не замечает никакого напряжения, и деланно спокойно произнес:
— Отчего сидите? Ложитесь, рассвет через несколько часов. Я все равно не смогу уснуть, так что посижу на страже.
Муан с сомнением посмотрел на него, но не стал спорить. Видя такую покладистость, Шен только тихо выдохнул. Тревога в его сердце лишь нарастала, и становилось все труднее держать ее под контролем.
Ал еще какое-то время сидел перед костром, а затем также лег, пожелав учителю спокойной ночи. Да, спокойный остаток этой ночи — вот все, чего желал Шен. Он сел в позу для медитации и сделал глубокий вдох.
План Ала по привлечению внимания был прост и надежен. Он собирался дождаться, пока старейшина Муан крепко заснет, и подкинуть пойманную змею к Шену. Тот, скорее всего, испугается до полусмерти, и тогда Ал выступит вперед и спасет его. Муан точно не успеет вовремя отреагировать, и вся признательность и внимание учителя достанется только ему.
Защищающий их Шен был хорош, но куда больше Алу нравился Шен, цепляющийся за него и просящий защитить. И пусть этот образ он видел только в своих снах, он непременно воплотится в реальность.
Ал посмотрел на Шена сквозь прикрытые ресницы. Тот сидел с прямой спиной, уставившись на огонь. Прошло уже довольно много времени после того, как они с Муаном легли спать, прославленный мечник глубоко заснул и тихо посапывал. Пора было приступать к осуществлению своего плана. Ал позволил змее чуть выползти из рукава, и с помощью небольшого направленного импульса духовной энергии подкинул ее вперед и вверх так, что спустя мгновение она приземлилась точно на колени Шена.
Тот резко дернулся и мгновенно побледнел чуть ли не до голубизны. Он замер, его рот чуть приоткрылся, а губы задрожали, но он не смог выдавить из себя ни звука. Змея кольцами извивалась на его коленях и тихо недовольно шипела. Дыхание Шена стало рваным, а глаза увлажнились, постепенно на щеках стал появляться лихорадочный румянец. Шен выглядел восхитительно-беспомощным в эти мгновения. Ал залюбовался, предвкушая свой выход.
И только он намеревался сделать вид, что неожиданно проснулся, и сыграть спасителя, как вроде бы крепко спящий Муан в следующее мгновение метнулся к Шену и молниеносно схватил змею. Тварь тут же кольцами обвила его руку, но вскоре обмякла, так как Муан сжал ее голову с такой силой, что она размозжилась в кашу.
Шен все еще сидел, не двигаясь, делая короткие рваные вдохи. Кислород не мог проникнуть в его легкие, а из слезящихся застывших глаз стали скатываться слезы.
Брезгливо освободив руку от змеи, Муан скинул тушку в костер.
— Шен, — мечник приблизился к нему и, встав на колени, заглянул в глаза, — все в порядке, змейки больше нет. Ее больше нет, все хорошо.
Ал пораженно взирал на эту картину. Да как так?! Как спящий беспробудным сном Муан Гай смог так молниеносно отреагировать?! Это ведь попросту невозможно!
— У тебя кровь, — заметил Шен и, наконец, смог сделать полноценный вдох. — Она тебя укусила?!
Муан перевел взгляд на ладонь, а затем вытер ту о траву.
— Нет. Просто кости в кожу впились.
«Она теперь тоже стала не такая прочная, как раньше, — недовольно добавил он мысленно. — Но как змеюка вообще оказалась у тебя на коленях!? Упала с дерева?»
Муан поднял голову, но над тем местом, где они сидели, не было нависающих веток.
«Не знаю, она словно по воздуху прилетела!»
Летающие змеи — это было что-то новенькое! Тело все еще подрагивало от ударившего в кровь адреналина. Шен обхватил себя руками и на мгновение прикрыл глаза.
Муан напряженно наблюдал за ним. Больше всего хотелось заключить его в свои объятия и шептать на ухо, что все в порядке, все уже закончилось и никакая демонова змея больше не посмеет испугать его. Но настолько открыто проявлять свои чувства под пристальным взглядом этого мелкого засранца — ученика Шена — не следовало, Шен же будет первым, кто возмутится. И все же… А не пошел бы этот ученик к черту? Муан уже потянулся было к старейшине пика Черного лотоса, когда тот, решив, что успокоить дрожащее тело поможет легкая физическая нагрузка, вскочил на ноги.
— Небо светлеет, — громко заявил он. — Очевидно, уснуть уже не получится, так что собираемся и выходим!
В предрассветных сумерках они молча продвигались по лесу. Вся фигура Шена источала нервозность и раздражение, и никто не пытался пока с ним говорить, даже мысленно. Шен производил очень много шума: ломал сухие ветки, пыхтел, сбрасывал камни со склона носками сапог. Ал и Муан, идущие за ним, настороженно осматривались по сторонам, опасаясь, что он может привлечь ненужное внимание.
К тому времени, как заклинатели выбрались на дорогу, совсем рассвело. Довольно широкий тракт тянулся вдаль ровной линией, и Шен от радости готов был чуть ли не целовать дорожную пыль.
Кто бы мог подумать, что прогулка по лесу может выдаться настолько неприятной!
— Ровная дорога, — бормотал Шен. — Как я, оказывается, люблю ровные дороги!
Постепенно он полностью успокоился и повеселел. Дождавшись этого момента, Муан осторожно мысленно спросил:
«Ты не думаешь, что это Ал мог подбросить змею?»
Шен настолько оторопел от вопроса, что не сразу смог ответить. Только спустя некоторое время он осознал, что Муан говорит серьезно.
«Что за странные предположения? Зачем ему это?»
«Не знаю, но как еще объяснить, что она внезапно появилась? С дерева она упасть не могла, и прилететь, очевидно, тоже».
«Предположение, что змею подкинул Ал, такое же невероятное как то, что она прилетела по воздуху или соткалась прямо на моих коленях! Даже нет, более невероятное. Назови мне хоть одну причину, по какой он мог поступить так. Он ведь знает, что я их боюсь».
«Возможно, именно поэтому», — хладнокровно заметил Муан.
«Нет, — Шен еще раз вспомнил ту ситуацию, — это невозможно. Какая нелепость. Почему ты предполагаешь подобное?»
«Потому что он странно смотрел на тебя», — так же спокойно отозвался Муан.
Шен почувствовал, что его мозг близок к тому, чтобы взорваться. Как он устал от постоянных конфронтаций прославленного мечника и своего ученика… Он не вмешивался, думая, что Муан сам в состоянии разобраться с Алом. Думал, что, вероятно, Муан по-своему тренирует парня, соглашаясь на спарринги. Но это уже ни в какие ворота не лезет! Это противостояние уже явно переходит все границы здравого смысла! И если Муан не может понять, что это становится проблемой, и разобраться с ней соответственно, Шен сам разберется!
С трудом подавив раздражение, чтобы не начать отчитывать обоих прямо сейчас, Шен ускорил шаг. Он настолько ушел в свои мысли, чтобы не слушать того, что говорит Муан, что не заметил, как к ним приблизился экипаж. Только когда лошади проскакали мимо, а колеса едва не задели прославленного хозяина Проклятого пика, Шен вернулся в реальность и возмущенно завопил, чтобы «гребаный кучер разлепил свои слепые глаза!».
После этого выкрика одно из задних колес экипажа резко подломилось. Шен от этого неожиданного совпадения чуть вздрогнул и смущенно подумал, что, должно быть, чересчур эмоционально отреагировал. Экипаж остановился как влитой. Шен переглянулся с Муаном и Алом и пошел вперед, чувствуя толику вины за случившееся.
— Вам помочь? — спросил Шен.
Обогнув повозку и подняв взгляд на возницу, он на мгновение обомлел. В свете ярких утренних лучей ему показалось, что у возницы отсутствует голова.
Затем, присмотревшись, Шен понял, что такой эффект создается из-за широкополой шляпы, на которую накинут плащ.
Тонкая изящная ручка откинула полог в сторону, и из экипажа выглянула миловидная барышня. Шен смутился, подумав, что играть роль степенного прославленного заклинателя после того, как ругался на всю дорогу, будет немного сложно.
Девушка окинула его оценивающим взглядом, а затем с грустью в голосе произнесла:
— Похоже, колесо сломалось. Надо же, какое невезение, мы не доехали до Хэфаня всего ничего! Кажется, я могу видеть отсюда городские ворота…
Шен с досадой подумал, что в подобной ситуации у него не много вариантов, если он хочет сохранить лицо.
— Мы поможем вам починить повозку, — улыбнувшись, предложил он. — Я, правда, раньше с подобным дел не имел, но уверяю, хотя бы до городских ворот вы доедете. Меня зовут Шен, я странствующий заклинатель, а это мои ученики, — Шен предостерегающе зыркнул на Муана.
— Заклинатель? Вот как? Какая неожиданность. Не часто встретишь пришлых заклинателей в наших краях. Меня зовут То Лиян, я хозяйка Павильона Утешений.
Пока они говорили, возничий спрыгнул с козел и, деловито осмотрев повозку со всех сторон, присел возле подломившегося колеса. Он явно был не склонным к праздным разговорам человеком. Шен перевел на колесо озадаченный взгляд, не представляя, как такое чинится.
«Я слышал, неподалеку от города Хэфань находится горная усадьба клана Тихих цветов», — мысленно произнес Муан.
«Отлично! — воодушевился Шен. — Разве они не должны нам после того, как мы спасли Сагона Роя? Попросим у них помочь нам добраться до ордена!»
— Треснула внутренняя ось, — неожиданно зычным голосом заявил возница. — Господа заклинатели, поддержите немного, я прилажу. До павильона доедем, а там чинить нужно будет, госпожа!
— Делай, что нужно, — махнула рукой То Лиян, не вылезая из повозки.
Шен взялся, где было велено, Муан и Ал поддержали с другой стороны, и вместе они приподняли повозку. Возница быстро приладил колесо, постучал немного, обвязал и отошел, удовлетворенно потирая руки.
— Уже все готово? — барышня Лиян выглянула из повозки. — Как хорошо! Спасибо за помощь, господа заклинатели! Вы направляетесь в город? Садитесь, мы вас подвезем!
Возница красноречиво кашлянул.
— Думаю, не стоит, — догадавшись о причинах его недовольства, возразил Шен. — От увеличившейся нагрузки колесо может вновь подломиться. Тут недалеко, не беспокойтесь о нас.
— О, я как-то об этом не подумала. Тогда в городе непременно заходите в Павильон Утешений! Вас ждет бесплатный обед и постель!
— Спасибо, это очень любезно с вашей стороны. Непременно зайдем, — Шен поклонился, провожая повозку взглядом.
— Думаю, нам и без Павильона Утешений будет, чем заняться, — когда экипаж отъехал, недовольно буркнул Муан.
Шен немного удивился, чего это он отказывается от бесплатного ночлега, но спорить не стал.
Пусть стена давно появилась в поле их видимости, топать до города пришлось еще по меньшей мере три четверти часа. Наконец, стена закрыла собой вид на пагоду, значительно возвышающуюся над остальным городом.
Стена города Хэфань ни в какое сравнение не шла с той, что окружала столицу, была скорее условной, не огибала город, а только отделяла его от разветвлявшегося прямо перед воротами тракта. К тому времени, как Шен, Муан и Ал подошли к городу, они уже были далеко не единственными путниками, с разных дорог стекались повозки и пеший люд, многие выезжали из города.
Шен рассеянно осматривал окрестности, ни на чем не задерживая взгляда, пока не разглядел небольшие деревянные клетушки, вывешенные прямо над городскими воротами. Внутри каждой клетушки была заперта отрубленная человеческая голова. Приблизившись к воротам, можно было различить гул мух, летающих возле клеток, а также с порывом ветра уловить неприятный душок.
Лицо Шена окаменело, Муан перекосился от отвращения, а Ал брезгливо сморщил нос. Они, таращась, миновали ворота, с трудом отведя взгляд от разлагающихся на солнце человеческих голов.
Вопреки ожиданиям, город казался празднично оживлен, ничего не свидетельствовало о том, что здесь кто-то скорбит о покойных. Шен немного успокоился и подумал, что это могут быть разбойники, казненные и вывешенные на всеобщее обозрение в назидание.
Заклинатели окунулись в оживление торговых улиц.
— Холодная лапша! — кричал торговец. — Холодная лапша под кунжутным соусом!
Шен почувствовал, что очень хочет холодную лапшу под кунжутным соусом.
— Рулеты с корнем лотоса! Холодные рулеты с корнем лотоса!
Шен бы и от рулетов не отказался.
— Лунные пирожные с полынью и мятой! Налетай на лунные пирожные!
Как бы Шену хотелось налететь на лунные пирожные…
Он привык обходиться без пищи длительное время, но отчего-то именно сейчас захотелось засесть в какой-нибудь лавке и попробовать что-нибудь местное. Исключительно в познавательных целях.
— Похоже на Праздник Холодной пищи, — внезапно определил Муан. — Значит, сейчас начало третьего лунного месяца.
— Теперь осталось только с годом определиться, — отозвался Шен, осматриваясь по сторонам.
Они прошли вперед, и Муан уже собирался было рассказать, что такое Праздник Холодной пищи, но его опередил Ал:
— Праздник Холодной пищи отмечается четыре дня. Считается, что в эти дни много лет назад в столице разразился ужасный пожар, она почти вся выгорела дотла. С тех пор в память о трагедии в эти дни запрещено разжигать огонь и готовить горячую еду.
— Очень познавательно, спасибо, Ал, — отозвался Шен, настороженно посматривая на ближайшую лавку.
Муан недоуменно нахмурился. Почему это ученик Шена рассказывает тому о подобных вещах, словно тот вчера родился? Не может же он тоже быть посвящен в то, что Шен — не совсем тот Шен, которого все знали?
— Год Змеи, — наконец, оторвав взгляд от лавки, уверенно произнес старейшина пика Черного лотоса.
— Откуда ты… — начал Муан, но тут же понял, посмотрев туда, куда до этого пялился Шен.
Лавка торговала различными поделками и украшениями, и очень многие из них были в форме змей. Учитывая, что новый год наступил не так уж давно, ушлые торговцы распродавали подобные символические воплощения, сулящие удачу.
«Какой был предыдущий год?» — мысленно уточнил Шен, стараясь не смотреть на лавки со змеями.
«Все правильно, предыдущим был год Дракона. Это значит, что мы пропустили около трех месяцев».
Даже это казалось ужасающе долгим сроком. Как там Глубинная тьма? Да и имеет ли Шен над ней былую власть, если печать исчезла?
Впрочем, разве сейчас хоть один город жил бы мирной жизнью, если бы Глубинная тьма вырвалась на свободу? Маловероятно, чтобы об этом по меньшей мере не судачили на каждом шагу.
— Нужно поскорее узнать, где находится та горная усадьба, — решительно произнес Шен.
Он подошел к ближайшей лавке и спросил у торговца дорогу к клану Тихого цветка.
«Тихих цветов», — мысленно поправил Муан.
Стоило Шену приблизиться, торговец повел носом и брезгливо скривился. На подобное поведение было трудно не обратить внимания. Шен уже давно пообвыкся с тем, как они выглядят после ночной прогулки по лесу, но, видимо, запах от их одежд после посещения ямы с мертвецами все же сильнее, чем он думал. Негоже в таком виде показываться перед кланом заклинателей.
— Тогда, любезный, подскажите лучше, где находится Павильон Утешений?
Торговец, казалось, уже готов был взорваться от того, что бродяги околачиваются возле его лавки, но последний вопрос переполнил чашу его хрупкого терпения:
— Проходимцы! — заорал он. — Бесстыдники! Я честный семьянин, пошли прочь отсюда!
Шен несколько оторопел от столь бурной реакции. Пусть от него и пованивает гнильцой, с какой стати это делает его бесстыдником? Что там навоображал этот странный человек?
«Обойдемся без этого павильона», — кривясь в своей яркой, еще немного детской манере, буркнул Муан.
«От меня воняет мертвечиной! Денег у нас нет, так что единственный способ привести в порядок одежду — это воспользоваться щедрым предложением госпожи Лиян. К тому же, вам с Алом не мешает подкрепиться».
Муан вынужден был согласиться с разумностью его доводов, хоть менее хмурым выглядеть не стал.
Следующий прохожий, к которому Шен обратился, заулыбался и махнул рукой куда-то на восток. Пройдя несколько кварталов, старейшина пика Черного лотоса вновь уточнил направление, и на сей раз оказалось, что они практически у цели.
Только зайдя во внутренний двор Павильона Утешений, Шен стал догадываться, что это за заведение и почему Муан не был доволен его идеей воспользоваться щедрым приглашением госпожи То Лиян.
Слуга у входа встретил гостей и, учтиво поклонившись, проводил в общий зал. Мимо проплыли несколько разодетых прелестниц, со стороны донесся громкий смех. Шен обернулся в ту сторону и увидел, как мужик с похабным взглядом быстро скользит рукой по обнаженной ножке смеющейся девушки, которая пытается отвлечь его от этих вызывающих действий пиалой вина. В другой стороне зала несколько девиц исполняют танец перед группой зрителей, одобрительно свистящих и хлопающих.
— Чего желают господа? — поклонился слуга, отвлекая Шена от изучения зала. — Будете отдыхать в общем зале или предпочитаете отдельную ложу?
— Нас пригласила госпожа То Лиян, — справившись с удивлением, произнес Шен. — Будьте любезны сообщить ей, что пришли заклинатели, с которыми ей довелось познакомиться этим утром на дороге к Хэфаню.
Слуга еще раз поклонился и удалился. С расположенной по центру лестницы в общий зал спустились четыре роскошно одетых барышни. Одна из них казалась особенно хороша, она словно излучала особую ауру, и взгляды всех присутствующих против воли приковались к ней. Затем к девушкам подошел молодой мужчина, походящий на охранника или сопровождающего, и они все вместе направились к выходу из павильона.
— Здесь столько красивых девушек…
«А ты кого ожидал? Красивых парней? Или некрасивых девушек?» — все еще недовольно хмурясь, поддел Муан.
«Я никого не ожидал! — честно отозвался Шен. — Я не знал, что за заведение скрывается под названием «Павильон Утешений»!»
«Не знал? — удивился Муан. — Хм. Теперь знаешь. Раз так, тогда пошли отсюда».
«Куда? Нам все еще обещана еда! К тому же, в подобном месте точно должны быть комнаты на ночь. Если повезет — мы сможем выторговать одну бесплатно».
«Тебя вообще не смущает ночевать в подобном месте? И хватит пялиться по сторонам — это неприлично!»
Шен перевел на мини-Муана удивленный взгляд и заметил, что щеки мечника пунцовеют.
«А чего такого? — со злорадным ехидством поддел его Шен. — Не думаю, что кто-то здесь против взглядов. В конце концов, услаждать чужой взор — это ведь часть их работы. И не такие уж на них откровенные наряды, чтобы так смущаться. Погляди на Ала, вот он явно не похож на человека, который не знает, куда деть глаза. — Шен и Муан одновременно посмотрели на ученика, а тот, свою очередь, спокойным взглядом обводил зал, скучающе подперев щеку рукой. — Ну надо же, ты из нас самый старший, а смущаешься больше всех!»
Тут Муан резко перестал смущаться и вытаращился на Шена.
«Погоди! Что значит «самый старший»?! Сколько тебе лет?!»
Шен не выдержал и рассмеялся, повалившись животом на столешницу.
В этот момент вернулся слуга и, перекрикивая его смех, попросил господ следовать за ним.
Их проводили в дальнюю комнату, где за сервированном к чаю столиком ждала госпожа То Лиян. Шен в который раз поразился, как такая юная госпожа может быть владелицей заведения подобного рода.
— Добро пожаловать в Павильон Утешений! — воскликнула она, жестом приглашая заклинателей присаживаться.
Пока все усаживались, То Лиян разлила чай по пиалам, а Шену еще и пиалу лично подала, изящным движением обнажив запястье. Старейшина пика Черного лотоса пригубил чай и понял, что это вовсе не чай, а вино. Увидев его удивленное выражение лица, То Лиян пояснила:
— Проходит Праздник Холодной пищи, мы не можем заварить свежего чая. Прошу вас отведать нашего цветочного вина, Павильон Утешений сам изготавливает этот сорт.
— Кхм, благодарю. Но моим ученикам еще рано…
Шен посмотрел на Муана, но тот демонстративно прихлебнул вино. Шен перевел взгляд на Ала, но пиала перед тем давно пустовала.
— Хорошо, — вздохнул хозяин Проклятого пика. — Но больше им не наливайте.
— Конечно-конечно, — улыбнулась и склонила голову То Лиян. — Господа показались мне достаточно взрослыми, простите мою ошибку.
— Ничего страшного, — тут же заверил ее Шен, размышляя, как бы потактичнее перейти к цели визита.
Однако То Лиян сама избавила его от этих мук:
— На самом деле, я пригасила вас не без умысла. Дело в том, что у меня есть одно затруднение, разрешить которое под силу лишь заклинателям. Это такая удача, что нам довелось встретиться!
— Вот как? Но разве Хэфань не находится под защитой заклинательского клана Тихих цветов?
— Да, это так. Горная усадьба Тихих цветов следит за порядками в городе, но с недавнего времени за все частные обращения необходимо платить.
«Какая удача, что они настолько скупые!» — подумал Шен и тут же вслух воскликнул:
— Если дело нам по силам, мы готовы работать за еду и кров! Мы проделали долгий путь, и наши средства…
«Не слишком ли ты снизил цену наших услуг?»
«Нам просто нужно немного отдохнуть, отстирать вещи и поесть! Походя разберемся с проблемой этой барышни, и предстанем перед заклинателями клана Тихих цветов чинно и благородно!» — отмахнулся Шен.
«Пусть так…» — нехотя согласился Муан.
— О, не беспокойтесь, можете пользоваться нашим гостеприимством, сколько вам будет угодно, — улыбнулась барышня Лиян.
— Так что за работа у вас для заклинателей?
— Начну с того, что дела у Павильона Утешений в последнее время шли хорошо, и мы всерьез задумались о расширении и постройке нового, более удобного здания. Место было выбрано идеальное для отдыха, совсем рядом с городом, но в прекрасном живописном месте на пути к горной усадьбе. Там должны были отдыхать наши самые состоятельные гости. Месяц назад мы приступили к строительству, и все шло хорошо, пока не стали возводить… кхм, — девушка понизила голос почти до шепота, — четвертый этаж. Мы планировали построить роскошное шестиэтажное здание, единственное в своем роде в Хэфане, но…
Неожиданно с улицы раздались удары гонга, такие громкие, что даже в дальней комнате павильона были хорошо слышны. Звуки то приближались, то отдалялись, словно бьющий в гонг человек расхаживал туда-сюда по улице.
— Ох, время молитвы! — воскликнула То Лиян и подскочила на ноги. — Прошу, подождите буквально несколько минут!
— Конечно…
Девушка отошла к восточной стене, опустилась на колени, воздев руки вверх, и легла на пол, бормоча что-то себе под нос, подвигала руками из стороны в сторону, затем вновь поднялась и повторила все то же самое еще дважды. После чего вернулась к столику и невозмутимо уселась на подушку.
Судя по лицам Муана и Ала, Шен был не единственным, кому показалось это странным.
— Так вот, говорят, на (четвертом) этаже, — она вновь очень тихо произнесла число, вернувшись к прерванному разговору, — видели призраков. Несколько наших работников пропали без вести, с одним произошел несчастный случай, а остальные отказались продолжать строительство. Нам необходимо провести ритуал изгнания, иначе никто не вернется в то здание, некоторые уже окрестили его проклятым. Мы затратили очень много денег на строительство, если оно не окупится… Всем моим девочкам придется жить впроголодь и работать на износ…
— Вы можете подробнее описать призраки, что там видели? У них есть какие-то отличительные приметы? Или легенда?
— На самом деле… Есть кое-что. Мы начали строительство не на пустом месте, там был заброшенный участок. Говорят, раньше там жила семья, но где они сейчас — я не знаю. Начиная строительство, мы думали, что они переехали из Хэфаня. Если задержаться на участке после захода солнца, можно услышать детские голоса, как будто зовущие кого-то… Многие говорят, что слышали топот ног на (четвертом) этаже, словно бегают дети. Один мужчина, работавший на стройке, упал с недостроенной лоджии (четвертого) этажа и сломал обе ноги. Он клянется, что кто-то толкнул его в спину, однако рядом с ним точно никого не было. Это случилось во время обеда, остальные работники были внизу, и каждый друг друга видел. Другие работники с тех пор боятся возвращаться к строительству, по городу разносятся слухи, что в Павильоне Утешений появился призрак, некоторые нерадивые люди не понимают, о чем говорят, и у нас теперь и здесь меньше гостей.
— Говорите, больше всего странностей происходит ночью? — задумчиво проговорил Шен. — В таком случае давайте так: предоставьте нам место для отдыха, обед и воду для умывания, а после захода солнца мы проверим вашу стройку и разберемся, если будет с чем.
То Лиян, напряженно хмурящая брови после своего рассказа, вздохнула с облегчением и улыбнулась.
— Конечно, господа, — с благодарностью склонила голову она. — Комната для вас уже готова, слуги принесут воду, но, должна вас предупредить, что из-за Праздника Холодной пищи сегодня мы не можем подогреть ее. Фонари также не будут гореть по всему городу…
— Ничего страшного, — заверил ее Шен.
То Лиян поклонилась и встала из-за стола.
— Идемте за мной.
[Найдено задание «Проверить павильон призраков»! Принято задание «Проверить павильон призраков»! +10 баллов к умению вести переговоры главному герою Шену!]
До ушей вновь донеслась приятная музыка, стоило им выйти в коридор. То Лиян кликнула служанку и приказала той подготовить для господ заклинателей чистую воду для омовения, после чего повела их наверх.
Комната, которую им предоставили, находилась в самом конце коридора, была просторной, но очень скудно обставленной, даже кроватей не было, только матрасы на полу.
— Прошу прощения, что не можем разместить вас с большим комфортом, — склонила голову То Лиян.
— Ничего. Нам главное, чтобы была крыша над головой, — заверил ее Шен.
То Лиян ушла, а вскоре слуги принесли большую бочку воды и несколько бадей. Установив все за ширмой, они поклонились и удалились.
Шен подошел к бочке и засунул в воду палец. Как и предполагалось, вода оказалась ледяная.
— Можно нагреть ее с помощью талисманов, это ведь не будет нарушением безогненного режима, — придумал он.
— Для этого нужно сперва найти где-то бумагу для талисманов, — возразил Муан. — Ни к чему лишние хлопоты, мы же не нежные барышни.
Шен ничего не ответил, хотя мысль о том, что кое-кто здесь выглядит довольно нежно, проскользнула в его сознании.
Ал на это замечание уменьшенного мечника презрительно хмыкнул. Муан сделал вид, что ничего не заметил, а вот Шен здорово разозлился.
— Хорошо, — улыбнувшись, произнес он. — Тогда ты пока приводи себя в порядок, а я пойду узнаю насчет еды.
— Я пойду с вами, — тут же вызвался Ал.
На это Шен и рассчитывал. Наконец-то он улучил возможность поговорить со своим учеником наедине.
Шен молча спустился на первый этаж, зная, что Ал идет вслед за ним. Там ученик немного замешкался, отвлекшись на прелестных работниц Павильона Утешений, но Шен взял его под локоть и отвел во внутренний двор, где отпустил и развернул к себе.
Ал был немного удивлен его действиями, но в чем-то даже рад. До того самого момента, как не услышал слова учителя и тон, которым они были сказаны:
— Скажи мне, Ал, как так вышло, что ты, среди ночи, без согласия старейшины пика Славы, решил с ним подраться, прибегнув к бесчестным уловкам?
Ал оторопело посмотрел на него, в первое мгновение не понимая, о чем толкует Шен.
Видя, что ученик прикидывается идиотом, Шен дал подсказку:
— Равный бой? А чем он в обычной ситуации был «не равным»? Или ты думаешь, возраст или навыки старейшины пика Славы, отточенные годами тренировок, это что-то, что можно отобрать для «равного» боя? Надеяться, что он не сможет использовать свои умения — это, по-твоему, справедливое сражение?
— Я просто хотел победить его… Доказать, что я сильнее… — потрясенный такой отповедью, пролепетал парень.
— Ты не сильнее! Ты не докажешь, что ты сильнее, стараясь победить любой ценой! — взорвался Шен. — Прибегать к уловкам, пытаться уменьшить его обычные возможности — это бесчестно и такую победу никто за победу не примет вовсе! Открыто бросить вызов, сразиться, когда противник будет полностью готов к схватке — вот это честный бой. Мне приходится объяснять тебе это! В твои годы учитель объясняет тебе такие вещи! Ты сам не понимаешь, как бесчестны твои уловки?
— Я не знал, что сделает та фея! — возмущенно воскликнул Ал. — Она лишь сказала, что это будет равное сражение! Я и не думал, что она решит уменьшить Муана!
— Старейшину Муана! Ты забываешься. Муан Гай — один из старейшин ордена, обращайся к нему соответственно! Твое поведение в последнее время переходит все границы! И какого черта ты вообще метишь победить старейшину пика Славы? Противники твоего уровня уже закончились? Так я буду твоим противником.
— Учитель!
— Замолчи. Я запрещаю тебе даже думать о том, чтобы вызвать старейшину Муана на бой. Я не желаю краснеть и позориться из-за того, что мой ученик не представляет значения слова «уважение». Будешь делать то, что я скажу, и никакого самоуправства. Все ясно?
Ал молча опустил голову, его глаза пылали затаенным гневом.
— Еще раз замечу, что ты обращаешься к старейшине пика Славы без должного уважения — предупреждением ты не отделаешься.
Ал все же не выдержал, играя свою роль пай-мальчика в глазах Шена, поднял на него горящий злостью взгляд.
— И что вы сделаете? — процедил он.
Шен заледенел под этим взглядом, превратившись в источающую холод и презрение статую.
— Не советую тебе проверять.
Ал еще пару секунд вглядывался в его глаза, силясь разглядеть что-то за их черным блеском, а затем развернулся и бросился прочь. Только когда ученик скрылся за воротами Павильона Утешений, Шен выдохнул и устало опустил плечи.
«Боги-боги, что выросло — то выросло, как теперь это исправить?» — подумал он.
[-100 баллов к взаимоотношениям между главными героями. -10 баллов к самомнению главного героя Луара. +50 баллов к заносчивости главного героя Луара.]
Шен прислонился к колонне и тоскливо вздохнул.