Глава 145. Внутри

— Возможно, нам все же удастся отыскать тот легендарный свиток? — вслух произнес Шен. — А что, почему бы и нет? В конце концов, сейчас я — главный герой. Пусть у меня нет ауры неуязвимости и разных других плюшек, мир должен благоволить ко мне! Правда, Волчара?

Волчара, все еще в образе девушки, преданно смотрела на него.

Шен спустился с лестницы и наигранно-бодро окинул взглядом помещение. Муан так и не отозвался, тайного рычага, чтобы открыть проход изнутри, также не было обнаружено, значит — нужно идти вперед. В конце концов, у каждого потайного входа обычно есть выход.

На первый взгляд, дверей нигде не было. С другой стороны, черепа по углам сложены искусно. Определенно, они не принадлежат бедолагам, случайно сюда забредшим и умершим от истощения. Значит, тот, кто все это сложил, как-то отсюда выбрался.

Все это походило на ритуальный зал. Черепа, четырнадцать кругов. Странно, что здесь же стоит статуя «богини». Кто она такая? И почему ее образ все еще кажется знакомым?

Шен подошел к статуе и провел ладонью по камню, стирая многолетний налет.

— Ми Лу? — позвал он. — Это вы, древняя бессмертная?

Он провел пальцами вдоль указующе вытянутой руки и попытался пожать ее. Ничего не произошло, и никакой палец у статуи не отвалился и даже не открутился. Тогда Шен встал вровень со статуей и прикинул, куда именно смотрит и указывает «богиня». Выходило аккурат на один из черных кругов. Хозяин Проклятого пика подошел к нему поближе, надавил ногой, затем встал на него, но ничего не произошло.

— Конечно, было бы странно, если бы все так просто сработало. Если тут проводили ритуалы, нужно как-то обезопасить тайный ход от случайных открытий. Предохранитель должен находиться где-то в другом месте.

Шен продолжил изучение помещения. Он подошел к одной из гор черепов и остановился в задумчивости, раздумывая, может ли это быть какой-то череп. Дотрагиваться до этой пирамиды не хотелось.

С очередным вдохом Шен устало покачнулся и оперся о стену. Перед глазами поплыла темнота, то сгущаясь, то отступая. Измученное тело потряхивало от усталости, к горлу подступил тошнотворный комок.

Шен сполз по стене и сел на пол, пережидая накативший приступ слабости. Он не закрывал глаза, чтобы не провалиться в сон, но словно сумел заснуть с открытыми, потому что, когда очнулся, не смог сообразить, сколько времени прошло: пять минут или пять часов. Волчара все так же сидела на полу с грустным видом. Вряд ли она до сих пор грустила оттого, как плохо поступила с ним.

— О чем ты думаешь? — спросил Шен.

Волчара перевела на него непонимающий взгляд.

— Почему ты сидишь там? — изменил вопрос Шен.

— Это место… кажется мне знакомым…

— Ты была здесь?

— Нет… Оно похоже… ощущением…

Кажется, девушке-Волчаре с трудом давались слова, которые она обычно не использовала. Она словно бы с усилием вспоминала каждое, прежде чем произнести вслух.

Теперь Шен понял, что это все ему напоминает. Подвал под пшеничным полем, где они когда-то нашли Волчару. Там был круг из четырнадцати черепов, и Муан сказал, что это число тьмы. Шен против воли потер ладонь правой руки, где белела выцветшая четырнадцатиконечная звезда.

«Меч души». Когда-то Волчара была девушкой, из души которой сделали меч. Это с самого начала казалось Шену странной идеей. Делать меч из чьей-то души? Материальный предмет из нематериального? Хотя, возможно, меч не был материальным на все сто процентов. Он был как злой дух, обладал сильной энергетикой, чтобы ранить и резать материальные вещи, при этом не являясь изделием из металла. И все же, в чей извращенный ум могла прийти подобная идея?

Как была повреждена душа в процессе создания этого оружия? Пусть Волчара иногда приобретала человеческий облик, она с трудом воспринималась человеком.

Когда-то она сказала, что он спас ее от одиночества.

— Тебе нравится жизнь, которую ты сейчас ведешь? — спросил Шен.

Волчара склонила голову на бок.

— Ты сказала, что не помнишь своей прошлой жизни до поля и луны. Ты хотела бы узнать, кем ты была?

Волчара долго не отвечала, и Шен не мог понять, она обдумывает его вопрос, непонимающе молчит или пытается вспомнить нужные слова для ответа. Наконец, она произнесла:

— Не важно.

— Тебе совсем не интересно?

— Все равно.

Этот ответ звучал вполне осознанно и категорично.

— Что ж, тогда… Тебе нравится жить со мной в черном замке?

— Очень… нравится.

— Хорошо.

Волчара с удивлением посмотрела на него.

Шен чуть ли не с кряхтением поднялся с пола и произнес, не глядя на Волчару:

— Я просто на всякий случай спросил. Мне тоже… нравится. Не думай, что я мог бы тебя так просто отпустить.

Поворачиваясь, он случайно задел носком сапога один из нижних черепов. Тот выкатился, и это нарушило всю конструкцию. С хрустом пирамида рассыпалась, черепа докатились почти до центра помещения. Волчара дернулась в сторону, отскочив к лестнице.

Шен сокрушенно разглядывал беспорядок, осознавая, что глупо было думать, что потайной рычаг может находиться под черепами или являться одним из них. Он вернулся к статуе «богини».

— Кнопка определенно где-то здесь. Волчара, ты уже видела эту бессмертную раньше?

Волчара подошла поближе, склоняя голову то налево, то направо. Шен понял, что она не знает.

Он исследовал другую руку «богини», подергал за нос и волосы, принялся изучать платье. Сбоку на талии скромно выделялся небольшой бант. Шен приложил усилие, и он сместился в сторону. Однако ничего не произошло. Заклинатель непонимающе нахмурился.

— Слушай, Волчара, встань на тот черный круг, — указал он.

Волчара выполнила его распоряжение, а Шен вновь нажал на бант. На сей раз нечто явственно щелкнуло, а через пару секунд пол перед Волчарой и прямо до статуи ушел вниз.

— Наконец-то! — с облегчением воскликнул Шен. — Меня уже порядком утомило здесь находиться. Надеюсь, этот ход ведет наружу, а по пути мы найдем легендарный свиток.

Он подошел к Волчаре и заглянул в проход. Вниз спускалась узкая каменная лестница. Даже свет на ладони Шена не давал возможности рассмотреть, что скрывается в конце спуска. Шен вздохнул и принялся спускаться, радуясь, что с ним есть хотя бы Волчара. Оставшись в одиночестве в таком месте, он чувствовал бы себя гораздо неуютнее.

— Пойдем за мной.

Проход был таким узким, что Шен едва не касался плечами стен. Свет освещал только их и каменную черную лестницу. Казалось, они спускаются к чьей-то могиле. Шен старался выбросить из головы эту ассоциацию.

Когда они спустились уже довольно глубоко, Шен услышал характерный звук закрывающегося прохода.

— Нет-нет-нет! — воскликнул он и бросился вверх, с трудом разминувшись с Волчарой.

Как он и боялся, лестница уходила в сплошной потолок, стыки между плитами были столь плотными, что и ногтем не подковырнешь.

— Да черт побери тебя, Система, с твоими бонусными роялями!! — не выдержал Шен.

Система ожидаемо не отозвалась. Конечно! Она ведь не любит подземелья!

Шен хмуро пошел вниз, вновь с трудом разминулся с Волчарой и стал спускаться дальше. Больше всего сейчас беспокоясь о том, чтобы собственное тело не отказалось верно служить ему. Если он потеряет сознание где-то в подземном тоннеле, он так здесь и останется, и погибнет довольно прозаичным образом, учитывая, что по его душу скопились куда более изощренные способы отправиться на тот свет.

«Волчаре-то что: посидит, погорюет сотню-другую лет, пока очередной болван не спустится сюда и не освободит ее. Или даже…»

Шен подумал о том, что Волчара-то и рада будет разделить с ним вечность. Она ведь пыталась перетянуть его на сторону духов буквально: толкнула в озеро, чтобы убить.

«С этого-то озера все и началось… — неожиданно для себя подумал Шен. — Если бы Волчара не толкнула меня, Муан не полез бы меня спасать и не связал бы случайно наши жизни… Многое изменилось бы без этого события? Он бы все равно проникся ко мне столь… сильными эмоциями?».

Шен усмехнулся.

«Какая глупость! Ты ведь прекрасно знаешь, как возникает симпатия, — обратился он сам к себе. — Вы просто многое пережили вместе. И в какой-то момент все недостатки человека стали достоинствами… Это подходит ко мне? За что вообще он мог меня полюбить? С другой стороны, за что вообще меня можно не любить?»

Тут же перед мысленным взором возник длинный список его недостатков.

Шен споткнулся и чуть не упал, удержавшись рукой за стену. Это оторвало его от отвлеченных мыслей, которые были совсем не к месту и не ко времени.

Он глянул вперед и обомлел: лестницу затапливала вода. Он спустился ниже, надеясь, что ему мерещится. Вода была очень прозрачной, но от цвета лестницы и стен казалась черной. Шен нагнулся к самой кромке воды и посмотрел вперед: дальше лестница заканчивалась и узкий ход продолжался тоннелем. Воздуха между водой и потолком было с локоть.

Шен сел на ступеньку и тупо уставился на воду.

Эмоции раздирали грудь, но он просто смотрел вперед, не в силах ни ругаться, ни плакать.

Подстава за подставой. Да убейте его, чтобы не мучился, если он еще хоть раз решится активировать бонусный рояль для продвижения сюжета!

Все, он сдается! Будет сидеть здесь, пока кто-нибудь не придет и не спасет его. Муан, Ал, кто угодно, пусть даже Админ приходит. Сейчас даже его физиономия порадовала бы больше, чем этот затопленный тоннель.

Белый свет на ладони блестел, отражаясь от воды. Черные стены, уходящие вверх, казалось, смыкаются с двух сторон, словно стенки саркофага.

— И саваном ему будет вода, а надгробием — каменные стены, — тихо пробормотал Шен.

Он устало прислонился виском к стене.

— Волчара, — прикрыв глаза, пробормотал он, — я не обсуждал с тобой тот раз, когда ты столкнула меня в озеро… Ты сказала, что мне будет лучше среди духов… Мне нравятся духи, мне нравится проводить с ними время, но я не хочу умирать. Ты меня понимаешь?

Волчара, сидящая на несколько ступеней выше, уставилась в его макушку.

— Я буду с духами, но я не хочу умирать. Понимаешь?

Шен почти уснул, когда услышал ее голос:

— Понимаю…

Обжегший ноги холод вырвал Шена из липкой дремы, в которой он утопал без возможности выбраться. Шен резко дернулся и открыл глаза. Его тело возмущенно заныло, он чувствовал себя еще более разбитым, чем до того, как провалился в этот полуобморочный сон.

Его ступни ласкала черная вода.

Шен резко подскочил, с трудом сохраняя равновесие, держась за обе стены. Ноги стояли на той же самой ступеньке, что и тогда, когда он засыпал. Но вода приблизилась.

Тоннель постепенно затапливает.

На мгновение сознание Шена затопила паника. Возможно, это заняло больше одного мгновения, секунды две или три… Потом он произнес вслух:

— Так, спокойно. Паника здесь не поможет, увы. Какие варианты? Я могу вернуться выше, но проход закрыт. Возможно, меня все же спасут раньше, чем вода достигнет вершины лестницы, или она не поднимется так высоко. Но даже если и так, если меня не спасут — я буду заперт в ловушке. Другой вариант — попытаться пройти этот тоннель, надеясь, что дальше дорога пойдет вверх и я выберусь. Всегда есть запасной выход, всегда. Разве не так? Но решать нужно немедленно, иначе скоро вариант два станет недоступным — вода и так сократила пространство воздуха над тоннелем наполовину. Оба варианта одинаково рискованные. Но, если я не хочу подохнуть тут вот так, нужно что-то делать. И… и… я лучше поставлю на свою догадку с тоннелем, чем останусь дожидаться своей смерти или спасения, сидя на месте.

Шен сделал шаг вниз и стал в холодную воду. По телу пробежала волна мурашек.

— Волчара, идем, — произнес он и сделал еще несколько шагов вперед.

С каждым последующем шагом он погружался на ступеньку глубже. По колено, пояс, грудь, шею. Еще ступенька вниз. Да когда же закончится эта чертова лестница?!

Хотя Шен знал, когда. Когда над потолком останется прослойка в пятнадцать сантиметров воздуха — тогда лестница закончится.

Сердце бешено ухало в груди. Огонь на ладони уже горел под водой, освещая пространство преломленным светом.

Закончилась лестница. Начался коридор. Ледяная вода обжигала тело. Чтобы достать до прослойки воздуха, Шену приходилось идти на цыпочках, иногда подпрыгивая. Вода, хлестающая по щекам, смешивалась со слезами, текущими из глаз. Вода была очень соленой, словно море разлилось в катакомбах. Шен уже не знал, что произойдет раньше: кончится кислород, или его сердце разорвется в груди.

Стало казаться, что прослойка воздуха становится меньше.

— Волчара! — крикнул Шен, боясь обернуться. — Волчара, ты здесь?

— Здесь… — подтвердил голос.

Шен замер на месте, погрузившись под воду с головой. Голос, произнесший это короткое слово, принадлежал не Волчаре.

Он почувствовал, как холодные тонкие пальцы дотрагиваются до его затылка.

Шен резко обернулся, но сзади никого не было. Он обернулся в другую сторону — Волчары не было нигде. Он встал на цыпочки и задрал голову, чтобы вдохнуть еще воздуха, и понял, что не помнит, с которой стороны пришел. Коридор абсолютно одинаково уходит в обе стороны.

Его пробрал смех. Он давился смешками и водой.

«Всего два варианта! У меня всего лишь два варианта! Какой мне подкинет судьба? С моей удачей, который мне достанется?!»

Шен так разозлился, что, не думая, выбрал направление и стремительно направился вперед.

Он захлебывался водой, забывал вовремя сделать вдох, и все равно, преодолевая сопротивление воды, упрямо шел вперед.

Постепенно уровень воды стал снижаться, тоннель полого поднимался вверх. Шен осознал это обстоятельство только когда вода снизилась до подбородка и стало можно дышать, не подпрыгивая к потолку. Хозяин Проклятого пика еще раз обернулся, но Волчары все еще нигде не было.

— Волчара! Волчара!

Голос звучал глухо, его скрадывала вода. Шен вглядывался в черноту тоннеля, оставленного позади.

— Где ты?

«Волчара дух — она не может умереть», — пришлось напомнить себе.

Эта мысль не слишком успокаивала, ведь он мог придумать добрую сотню способов, как можно навредить духам.

Нужно идти дальше, стоять в холодной воде просто невыносимо. Он точно тогда услышал ответ и почувствовал прикосновение? Шен уже не был уверен, что это не игра его воображения.

Он решил попробовать это еще раз. Отвернулся от того конца тоннеля, откуда пришел, и громко спросил:

— Волчара, ты здесь?

Секунда проходила за секундой, минуя вместе с ударами сердца. Ничего не происходило.

Тогда Шен погасил свет на ладони, оставшись в кромешной темноте.

— Волчара, ты здесь?

Стало всего лишь темно, но, казалось, его голос звучит по-другому. Сердце билось так сильно, что это становилось болезненным.

— Волчара, ты здесь? — в последний раз повторил Шен.

Если сейчас ничего не…

— Здесь…

Шен в полуобороте выкинул руку назад и наткнулся на нечто круглое и склизкое. Он сжал пальцы сильнее, впиваясь в нечто ногтями, чтобы оно не выскользнуло. На второй руке он зажег огонь на ладони и развернулся к существу.

Старейшина пика Черного лотоса сжимал в руке странную тварь, похожую на шарообразную рыбину с маленькими глазами, широким круглым ртом и полупрозрачными нитями-щупальцами, длиной не менее полуметра. Когда Шен схватил рыбину, щупальца стали активно извиваться, потянулись к его руке и принялись переливаться всеми цветами радуги, ярко сияя в воде. Шен пораженно смотрел на эту красоту, пока «эта красота» не обожгла его запястье. Он резко откинул рыбину прочь и потер запястье, на котором остались нитеобразные ожоги.

Отлетевшая в сторону рыбина еще какое-то время сияла, быстро уплывая прочь. Шен подумал, что, должно быть, именно эти нити-щупальца и дотронулись до его шеи тогда, а воображение нарисовало прикосновение мертвенных пальцев.

Хорошо, что он понял, что в этой воде кто-то живет после того, как преодолел самый опасный участок. Если бы он предположил это заранее — мог бы и не отважиться на сей путь.

Однако Волчары все еще не было видно. Но не могла же эта рыбина схарчить духа.

Дальше медлить было опасно — без движения тело околело, ног он почти не чувствовал. Шен постарался как можно стремительнее пойти вперед, решив разбираться с отсутствием Волчары, когда выберется на сушу.

Вода постепенно убывала. Он шел по пояс в воде и чуть ли не плакал от счастья. Как иной раз мало нужно для счастья! С утра у него было столько бед и забот, а сейчас он шел по темному затопленному коридору и чувствовал лишь одно желание: поскорее выбраться на поверхность. Ему даже не нужны были никакие тайные письмена бессмертной Ми Лу, пускай их ищет еще какой-нибудь безумец, а с него хватит.

Испугавшись, Шен резко ощупал свой пояс. Нащупав свиток, он вздохнул с облегчением. Повезло, что знания о мерцающем ядре были написаны на бамбуковых пластинах, он впервые по достоинству оценил этот материал для письма.

Он продолжил путь. Воды было по колено, когда пространство черного коридора перед ним взорвалось розовым светом, а секунду спустя Шен осознал, что смотрит на фламинго. Он был так велик, что закрывал собой практически весь проход.

Система была в отключке и не орала, чтобы он держался от этой странной сущности подальше. Хотя ее потусторонняя природа стала и самого Шена пугать не на шутку. Он замер на месте, глядя на розового фламинго. Если тот вздумает приблизиться — Шен не станет убегать. Но птица тоже замерла, она стояла неестественно бездвижно и ходила слабой рябью.

За последний час Шен, мягко говоря, устал бояться. Он сделал шаг вперед, одновременно протягивая к фламинго руку. В тот же миг тот исчез, чтобы появиться дальше по коридору. Раздосадованно стукнув рукой по бедру, Шен быстро пошел вперед, преодолевая сопротивление воды. Но как бы он ни спешил, когда фламинго, казалось, был уже в досягаемости, стоило ему сделать последний шаг, как тот вновь отдалялся! Догонялки продолжались, пока Шен внезапно для самого себя не сделал последний шаг из тоннеля.

Он вышел в просторный зал и сделал огонь на ладони ярче. Потолок скрывался где-то высоко в темноте, до противоположной стороны зала свет также почти не доставал, Шен не был уверен, видит ли он темные стены впереди. Там, где он стоял, вода плескалась о стены, но постепенно пол поднимался, а к центру помещения с противоположной стороны шел выгнутый мост. По центру над водой располагалась крытая беседка в традиционном стиле.

Фламинго исчез безвозвратно, его нигде не было видно. Шен сделал шаг вперед, желая поскорее выбраться из воды, зацепился за мокрые полы одежды и упал на колени. Ладонями он уперся в пол, свет исчез.

Мир погрузился в непроглядную темноту. Ноги Шена болели от холода и с трудом двигались, ему потребовалось не менее минуты, чтобы вновь привстать на них. Оторвав ладони от пола, он собирался снова зажечь огонь, но тут осознал, что тьма уже не столь кромешна, как казалось прежде. Он видел смутные очертания водной глади. Шен выпрямился и осмотрелся по сторонам.

Со всех сторон в воде мигали голубые огоньки. Они двигались, создавая причудливые притягательные узоры.

Это было очень красиво. Шен замер, восхищенный этим явлением.

Затем он вспомнил, что странная медузаподобная рыбина, чьи нити-щупальца переливались всеми цветами радуги, тоже показалась красивой, пока не ужалила. Шен зажег огонь на ладони и поднес к воде руку, пытаясь разглядеть, что за существа на сей раз скрываются под ней.

Открытие не заставило себя долго ждать: пространство под водой наводнили рыбы размером с голову взрослого человека, чьи широкие пасти венчала череда зубов едва ли не длиннее рыбьего тела. Голубой мерцающий свет исходил из отростка между глазами этих тварей.

Этих рыб было так много, что разминуться с ними не было никакой возможности, они плавали вокруг его ног. Если одна из таких вопьется в ногу, то с таким размером зубов будет способна прокусить ее насквозь. Благо, рыбы пока не спешили нападать, пусть и выглядели как жуткие агрессивные твари. Шен сделал несколько плавных шагов вперед и посмотрел на реакцию рыб. Те все так же спокойно плавали вокруг.

Стараясь не делать резких движений, Шен пошел к беседке. Приблизившись, он понял, что та полностью выполнена из камня. Он схватился за каменное ограждение и, наконец, выбрался из воды.

Он перелез через перила, опустился на лавку и какое-то время просто сидел так, словно устроился на отдых после прогулки. Шен погасил огонь на ладони и смог вновь наблюдать за подводным сиянием огоньков. Несмотря на все трудности, что пришлось преодолеть, само место, где он очутился, казалось сказочным. Теперь, когда он представлял маршрут, путь уже не казался настолько сложным и страшным, но тогда, когда он понятия не имел, что таится в черном зеве длинного коридора, почти целиком заполненного водой, ощущение ужаса перед неизвестным не покидало его.

Что ж, если бы не потеря Волчары, все было бы совсем хорошо.

Именно в этот момент, когда он сидел и размышлял, что же теперь делать, Волчара взяла и вышла из коридора, по которому Шен попал сюда.

Старейшина пика Черного лотоса, устало наблюдающий за снующими под водой огоньками, встрепенулся и зажег огонь на ладони, чтобы убедиться, не мерещится ли ему. Перед ним и в самом деле стояла Волчара.

— Где ты была?! — на весь зал воскликнул он.

— Погналась… за рыбкой… — удрученно протянула та.

Судя по ее безрадостному виду, «рыбку» она так и не поймала.

Шен усиленно хмурился, пытаясь подавить кривящую губы улыбку, но не выдержал и истерично заржал на весь зал.

Волчара пошла к нему, но, сделав шаг, заметила снующую в воде рыбу.

— Волчара, не смей! — приметив ее хищный, двигающийся туда-сюда вслед за выбранной жертвой взгляд, воскликнул Шен. — Иди сюда скорее! Не трогай эту рыбу!

Волчара посмотрела на него обиженно, но подчинилась. Выбравшись в беседку, она внезапно вновь обратилась животной формой. Шен удивленно приподнял бровь.

«Что бы это значило? Силы, влияющие на Волчару, остались позади?»

Он почесал ее за ушком, что было не очень уместно делать, пока она была девушкой.

Ноги хозяина Проклятого пика стали ныть и гореть огнем поменьше, и он решил продолжить путь. Он поднялся на мост и еще раз окинул взглядом подземное озеро. Несмотря на усталость, его настроение отчего-то поднялось. Он подумал, что было бы неплохо показать Муану это чудесное местечко и усмехнулся, представив, как он ведет мечника через затопленный коридор, уверяя, что вот-вот станет получше. Не-ет, Муан точно решит, что он спятил.

Словно подтверждая его догадку о сумасшествии, мимо пронеслась большущая сверкающая оранжевым огнем птица. Шен с трудом увернулся, почувствовав жар на своей щеке. А Волчара подпрыгнула и, взмахнув лапой, зацепила ее длинный хвост.

Птица гаркнула и забилась у земли, Волчара довольно стояла передними лапами на длинном сверкающем хвосте.

— Волчара!.. — воскликнул Шен, собираясь отругать ее, но тут заметил, что что-то привязано к лапе птицы и оборвал себя.

Он быстро наклонился над птицей и аккуратно, стараясь не обжечься, отвязал предмет от лапы. Птица следила за его действиями ярким красным глазом.

— Волчара, отпусти ее, это невежливо, — затем попросил он.

Волчара попятилась, отступив с хвоста феникса, и тот вновь взлетел под потолок, оставив ей на память одно из своих длинных перьев. Дух довольно подцепил его языком и зажал между зубами, но в тот же миг перо обратилось пеплом. Волчара расчихалась.

Шен перевел взгляд на предмет, зажатый в руке. В какой-то момент он реально поверил, что ему повезло и легендарный свиток прилетел прямо в его геройские руки. Однако предмет оказался вовсе не свитком, а древней оттисковой печатью квадратной формы. Шен поднес рисунок оттиска к свету, но не смог разобрать изображение. Киноварно-красные грани камня, из которого была изготовлена печать, кроваво переливались в свете белого огня.

Вздохнув, Шен спрятал печать в карман и продолжил путь.

После исчезновения Шена Ал и Муан помогли Аннис выбраться из ловушки, а сами вместе с настоятелем спустились вниз. Последний выглядел искренне пораженным и заверял, что никакого потайного хода в этой яме отродясь не было или, во всяком случае, тот был сотворен так давно, что сведения о нем утеряны. Раз за разом они обходили все стены, но вокруг была лишь земля — ничего, напоминающего тайный механизм.

Тогда Муан своим сломанным мечом принялся долбить земляную стену. Шен на его глазах провалился туда, словно преграды не существовало. Муан прекрасно осознавал, что без особой техники отыскать проход будет сложно, а рыть землю он может часами. Но это было хоть что-то, он должен был сделать хоть что-то, а это единственное, что приходило на ум.

В то время как старейшина пика Славы направил свою энергию на земляную преграду, Ал обратил взор на настоятеля. Как бы ненароком опустив взгляд на рукоять меча, висящего на поясе, затем главный герой красноречиво посмотрел на главу монастыря.

— Насколько вы уверены в том, что не знаете, что скрывается за этой земляной стеной? — вкрадчиво спросил парень.

Настоятель ощутил неприкрытую угрозу в его тоне. Он склонился в поклоне, выставив соединенные руки перед собой.

— Молодой господин! Я говорю вам чистую правду! Если бы я знал больше — то непременно сказал бы господам заклинателям!

Ал был неудовлетворен таким ответом.

— Мой учитель — прославленный бессмертный старейшина ордена РР, глава пика Черного лотоса. Ты хоть понимаешь, что произойдет, если станет известно, что такой человек попал в вашу ловушку и бесследно растворился? Думаешь, хоть кто-то в ордене РР поверит этому?

Аннис, сидящая сверху у края проема, поразилась сквозившей в словах Ала угрозе и одновременно его сдержанности в эмоциях. Похоже, за эти три месяца Ал сильно повзрослел.

— Я говорю чистую правду! Даже если будете угрожать, или даже пытать меня, я не скажу больше! Я не знаю никакого потайного выхода из этой ямы!

Ал зло уставился на настоятеля, медленно обнажая меч. Тот отступил на несколько шагов, приблизившись к Муану.

— Господин! Господин! Угомоните своего ученика!

Муан прервался, вскинул голову и испытующе поглядел на настоятеля. Если обвинения на самом деле беспочвенны, такое обращение с главой монастыря Дун навеки закроет им путь в библиотеку Кушона. С другой стороны, пока Шен не найдется, ему откровенно плевать насколько грубым он может показаться окружающим. Если этот человек лжет, если Шену сейчас угрожает опасность, а каждое промедление может стоить ему жизни, Муан не погнушается слегка запятнать свою безупречную репутацию.

Старейшина пика Славы поднял голову и обратился к Аннис:

— Пойди к монахам и попроси какие-нибудь инструменты, меч не предназначен для таких дел. Скажи, что настоятель приказал.

— Я сам схожу! — мгновенно вызвался настоятель.

— Не стоит, — упредил его Муан. — Вы будете полезнее нам здесь. Аннис и сама прекрасно справится.

Девушка, мгновение помедлив, кивнула и ушла. Муан перевел взгляд на настоятеля, который жался к стене, напряженно глядя на Ала.

— Разве не вы говорили, что безупречно знаете каждую ловушку в пагоде? — врезав огрызок меча в стену, спросил Муан.

— Я говорил не совсем так, — запротестовал настоятель.

Меч Ала угрожающе приблизился.

— Поймите нас правильно, настоятель, — произнес Муан. — Мы хотим доверять вам. Однако человек, исчезнувший из этой ямы, крайне важен для нас. Если вы думаете, что сейчас мы выходим за рамки приличий, подумайте о том, что будет, если мы так и не найдем его. Прошло уже немало времени. Когда я думаю, что каждую минуту ему может угрожать опасность… Моя выдержка уже на пределе.

— Мастер Муан сдержан и человеколюбив, но я — нет, — твердо добавил Ал, приблизив кончик меча к шее настоятеля. — Я лишь ученик, моя выдержка не столь безупречна. Если моя рука дрогнет, — кончик меча приблизился и коснулся кожи, — я готов понести наказание.

Настоятель вжался в стену и напряженно молчал.

Секунда проходила за секундой, и с каждой ситуация становилась все напряженнее. Муан смотрел на Ала и не мог понять, отлично притворяется тот или в самом деле готов убить человека. Взгляд его казался решительным, и мечник напрягся, готовый в любое мгновение выбить меч из его руки. Одно дело угрожать настоятелю, чтобы тот сознался, совсем другое — попытка его убийства.

Настоятель глубоко вздохнул, во взгляде его вместо испуга стало сквозить высокомерное упрямство. Муан понял, что этот человек больше ничего не скажет. Ал все еще вытягивал меч, хоть это и перестало иметь значение.

Свет, падающий из проема, перекрыла фигура. Муан подумал, что Аннис очень споро исполнила его распоряжение.

— Давай лопаты, — протянул он руку вверх, одновременно отталкивая меч Ала в сторону.

— Лопаты? — удивленно произнес любимый голос. — Кого ты собрался закапывать?

Сердце Муана екнуло, он резко вскинул голову вверх.

Над проемом стоял Шен. Его волосы и одежда были мокрыми, ссадина запеклась на лбу у виска, а цвет кожи казался белесо-голубым. Несмотря на это, глаза его лучились смешинками.

— Учитель!! — потрясенно воскликнул Ал, убирая меч.

— Как ты там оказался?! — отойдя от шока, возмущенно воскликнул Муан. — Почему не отзывался? И почему весь мокрый?!

Он ловко подпрыгнул вверх и выбрался из ямы, запрыгнув на доски прямо перед Шеном. Тому пришлось отклониться, чтобы не столкнуться носом с его непробиваемой головой.

— Я не отзывался? Это ты не отзывался!

Муан схватил его за плечи и только сейчас осознал, что уже какое-то время ощущал его присутствие и озноб, просто был так напряжен, что не обращал внимание.

— Вы все это время были здесь? — уточнил Шен.

— Все это время? — переспросил Муан. — Разве прошло больше четверти часа? Где же еще нам быть?

Шен удивленно приподнял брови. По его ощущениям прошло часов двенадцать. Как только он выбрался на поверхность из гребаных катакомб, Система разразилась криками, что завершена второстепенная арка «Иллюзии внутри». Еще одна, мать ее, второстепенная арка. Как он задолбался выполнять эту второстепенную дичь!

Все произошедшее было иллюзиями? Мокрая одежда, ожог на запястье и печать в кармане свидетельствовали, что иллюзии были вполне материальны. Шен выбрался среди скальных образований в саду монастыря и побрел к пагоде, ожидая, что, несмотря на то, сколько времени прошло, Муан, Ал и Аннис все еще ищут его там. Волчара семенила рядом, виляя хвостом. Он оставил ее у входа в пагоду, памятуя о ловушках, а сам прошел к распахнутому люку и выяснил, что иллюзией, о которой он гадал, было время.

Шен подался вперед и повис на Муане, закинув руку на его плечо. На объятия это не походило — он просто оперся о него, так как ноги почти не держали.

— Я теперь тоже… ненавижу подземелья, — пробормотал он. — Хотя… я нашел чудесное местечко. Покажу его тебе позже…

Муан подхватил его на руки.

— Лекаря! Скорее, зовите лекаря!