Глава 115. Безжалостная забота

Черная ночь сменилась предрассветным сумраком. Факел в руке Муана чадил и давал мало света, можно было бы выбросить его — и это почти ничего бы не изменило, но мечник, сосредоточившийся на тянущемся по земле следе, сжимал древце факела до побелевших костяшек и думал лишь о том, что же произошло. Осознание того, что все это расстояние кто-то протащил Шена по земле, заставляло кровь мечника кипеть от негодования. Он хотел бы стремглав броситься вперед, но в сумерках боялся сбиться со следа.

Факел высветил яркий предмет, повисший на нижних ветвях небольшого куста. Муан наклонился и снял с ветки ленточку, которой Шен связывал волосы. Разглядев, Муан сжал ее в кулаке. В его груди тревога смешалась с возрастающим гневом. Этот гнев стал настолько силен, что волной обрушился на всех, хоть как-то причастных к исчезновению Шена. И особенно — на самого Шена.

«Да я тебя просто… НЕНАВИЖУ!»

Этот человек вызывал целую бурю эмоций в его груди. Желание защитить смешивалось с чувством бессилия. Это было то ощущение, которое Муан познал, лишь полюбив Шена. До этого момента в мировоззрении прославленного мечника жила стойкая уверенность, что все на свете достижимо, если приложить должное старание и силу. Конечно, он понимал, что не все события способен контролировать, но с Шеном это было особенно явно и остро, потому что ничто другое не было важно до такой степени. А Шена… он так хотел сжать в объятиях и никогда, ни за что не терять. Но каждый раз, стоит ему подойти чуть ближе, обхватить чуть сильнее, хозяин Проклятого пика как песок ускользает сквозь пальцы. Его невозможно удержать. Что бы Муан ни делал, у него нет совершенно никакой власти, чтобы удержать его. В любой момент может произойти нечто, что отнимет его навсегда.

Шен сказал ему просто наслаждаться, пока дорогой человек рядом, и отпустить, когда тому настанет время уйти. Вот только как бы правильно ни звучали эти слова, они не помогают справиться. Боль от того, что еще не произошло, пугает. Если же это случится на самом деле — Муан не уверен, сможет ли вовсе пережить это.

Наверное, любить кого-то настолько сильно — это безумие.

«Я схожу с ума? — с неким отрешенным осознанием подумал мечник. — Я не понимаю, почему я его так люблю…»

Чувство бессилия приводило его в ярость. Желание защитить смешивалось со злостью, а любовь с ненавистью.

Шен не мог просто посидеть у костра и ничего не делать! Он опять нашел, чем развлечься! Снова! Стоит Муану отвернуться, стоит только на мгновение потерять его из виду, с ним что-то приключается!

Муан зло взмахнул рукой, откинув ленту в сторону. Та медленно спланировала на землю, переливаясь в свете факела. Мечник уставился на эту ленту, упавшую поверх грязных сухих листьев.

Ал собирался пройтись до конца деревни, чтобы убедиться в отсутствии злых духов или другие тварей, а оттуда полететь обратно в орден. Он и так потратил здесь слишком много времени и беспокоился, что учителю надоест ждать и он завершит испытание за двоих, не дав ему показать себя. Однако план не удалось осуществить, потому что в предрассветных сумерках несколько деревенских жителей вновь показалось из своих домов. Ал думал, они вышли благодарить его, и собирался скупо принять благодарности, но у людей были иные планы. Убедившись, что беда миновала, они обратились к молодому заклинателю:

— Молодой господин, вы, должно быть, устали, и мы прощения просим, что досаждаем вам…

— Ничего страшного, — тут же заверил мужчину Ал.

— Благодарю за великодушие, господин заклинатель! Пока вы еще тут, не могли бы оказать нам еще одну услугу?

— Услугу? — напрягся Ал.

— Да вот случилась в нашей деревне еще кой-какая странность. Семья мельника с неделю назад пропала. Вечером были — а утром уже нет. Не знаем мы, что приключилось.

— Может, они уехали? — настороженно предположил Ал.

Он знал, что простые люди всяким обычным вещам способны напридумывать мистических объяснений и таких небылиц, что диву даешься. Поэтому его не слишком прельщало выслушивать байки деревенских жителей, особенно сейчас, когда ему необходимо было вернуться и завершить испытание.

— Да странно все это, — продолжил деревенский. — Мы тоже такое подумали, но согласитесь, странно: не попрощались ни с кем, никому не сказали, собрались под покровом ночи и исчезли? Да и дом открытым оставили, и вещи все на местах. Но и не похоже, чтобы зверье какое поработало. Одно объяснение — злые силы. Мельница-то на окраине стоит, вот до них первых и добрались…

Мужик замолчал, Ал тоже ничего не говорил, нахмурившись.

— Господин заклинатель, может, вы хоть проверите? — с надеждой спросил деревенский. — Может и вправду ничего необычного, так мы хоть вздохнем спокойно. Мой дом следом за мельничьим стоит, так страшно ночью глаза сомкнуть, так и лежу, терзаясь, что же с ними случилось-то.

Ал вздохнул. Он был далеко не уверен в своих способностях распознать то, что приключилось, но, очевидно, уже не мог отказаться. Надеясь, что это не займет много времени и он не найдет ничего необычного, Ал произнес:

- Ведите меня к дому мельника.

Спустя десяток минут Ал с парой деревенских мужиков стояли перед домом мельника. Мельница находилась рядом, и в предрассветной тиши было отчетливо слышно, как колеса загребают воду.

— Идите по домам, — сказал Ал. — Если я что-то найду, то сообщу вам позже.

Деревенские жители уже и так страху за эту ночь натерпелись, а возле покинутой мельницы стало и того жутче, поэтому они без лишних слов кивнули и быстро скрылись в ближайшем доме.

Ал подумал, что они, возможно, будут наблюдать за ним оттуда.

На всякий случай вынув меч из ножен, Ал медленно вошел во внутренний двор. Дверь в дом оказалась не заперта. Внутри царил полумрак, поэтому Ал зажег свечу. Небольшую комнатку осветил слабый оранжевый свет. В доме не чувствовалось присутствия злых духов и негативной энергетики, однако была некая странность, которая не давала Алу уйти, объяснив исчезновение семьи поездкой к родственникам.

Пройдя еще две небольшие комнатки, Ал, наконец, сообразил, что за ощущение он улавливает на уровне чувств. Это был след, энергия которого оказалась Алу знакома. Она очень походила на энергию напавших на учителя на горящем озере сектантов Хладного пламени.

Ал замер на пороге, отчетливо ощущая след, тянущийся вдаль. Он замешкался, размышляя, вернуться ли сейчас в орден и рассказать учителю о своих находках, или же пойти по следу. Однако существовала вероятность, что пока он будет ходить туда-сюда, рассказывая учителю, след растворится, и никто уже не сможет узнать, куда он вел. И это будет ошибкой Ала. Поэтому парень решительно направился вперед, собираясь проверить, куда же ведет этот след.

Уже рассвело, когда Шиан с Шеном на спине спустился со склона, где кончалась территория ордена РР, огражденная барьером. Осень, в которой они находились в области испытания пика Росного ладана, трансформировалась в зиму, стоило только сделать следующий шаг.

— Что? — поразился Шиан. — Что с барьером?

— Я пытался сказать тебе… — пробормотал Шен ему на ухо.

Шиан закрутился вместе с ним, осматриваясь вокруг, и выругался.

— Необходимо действовать незамедлительно! Если в секте каким-то образом поймут, что Демнамелас погиб!.. Ты будешь обречен!

— Давай откажемся от плана. Вдруг они уже узнали…

Шиан на какое-то время задумался, даря Шену надежду. Однако затем вышел на небольшую поляну и послал в ее центр духовную энергию, образующую путевую метку. Знающий форму метки легко определит их местоположение.

— Нет, — произнес Шиан, хотя Шен уже понял ответ. — Это все еще единственный путь. Если мы не рискнем сейчас — потом это станет невозможным.

— Ты ставишь на кон мою жизнь? — спросил Шен, пытаясь разжалобить его или усовестить.

— Ты сам поставил ее на кон, — хладнокровно ответил его брат.

Шиан огляделся по сторонам. Неподалеку лежало поваленное дерево с раскидистыми ветвями. Брат усадил Шена так, чтобы тот опирался спиной о ветку, а сам наклонился к его ноге. Только сейчас Шен обратил внимание, что рана вновь открылась и кровь пропитала сапог. Вкупе всех произошедших событий, это было меньшее, что его тревожило.

Шен с бессильной яростью смотрел, как Шиан стягивает с его ноги сапог и качает головой, глядя на наспех сделанную Алом повязку. Как же он хотел иметь возможность отмотать немного назад и переиграть! Теперь, зная, как все обернется, он бы не сомневаясь обнажил меч и дрался с Шианом, не страшась его ранить! Шиан заслужил получить хорошую взбучку!

Шена никогда в жизни не принуждали вот так, и он не мог принять такие действия «из благих побуждений».

Шиан размотал повязку и приложил к кровоточащей ране ладонь. Шен поморщился. Его раздражал сам факт, что Шиан сначала сделал все, чтобы лишить его возможности использовать духовную энергию, а сейчас вдруг обеспокоился о последствиях. Шен многое отдал бы за то, чтобы иметь возможность ударить его сейчас.

— Думаешь, я буду за это благодарен? — сквозь зубы прошипел он.

— Я делаю это не ради твоей благодарности, — не отрывая глаза от его раны, отозвался Шиан. — Демоны все это побери, я забыл, что теперь не могу делиться с тобой духовной энергией!

Шен на это замечание только криво усмехнулся.

Шиан оторвал длинную полосу от и так видавшей виды одежды Шена и плотно замотал его рану. А затем сел на дерево рядом с ним, притянув его к себе.

— Без духовной энергии твоя сопротивляемость холоду снизилась. Надеюсь, ты не замерзнешь до смерти, пока мы ждем здесь.

Голова Шена склонилась на бок, серые волосы рассыпались по груди Шиана. Невозможность сопротивляться сводила его с ума.

«Это твой истинный облик, Шиан? Таким ты был с настоящим Шеном? Таким ты был, когда он убил тебя?»

— Кстати, я заметил, что в последнее время ваши отношения со старейшиной Муаном заметно потеплели. Что стало тому причиной?

Шен устало прикрыл глаза.

— Разве не ты сам просил его приглядывать за мной?

— Ну… Было такое. Но раньше подобное еще сильнее тебя злило и портило ваши отношения.

Шен ничего не ответил.

— Пожалуйста, — спустя какое-то время прошептал он, — сними оковы. Я никуда не сбегу.

— О, — улыбнулся Шиан и легонько стукнул пальцем по кончику его носа, словно брат всего лишь капризничает, а не мучается из-за блокиратора духовной энергии, — все должно быть натурально. Вряд ли в секте Хладного пламени поверят, что тебя удалось пленить, используя простые методы.

«Черт побери, какой ты продуманный, Шиан!»

Продолжая улыбаться, Шиан порылся в кармане и достал сережки. Поддерживая Шена одной рукой, Шиан быстро надел сережки, и в следующий миг обратился Ми Деми. Это так страшно выглядело, перевоплощение одного в другого, что на мгновение у Шена совсем ум за разум зашел, ему показалось, что Демна-как-его-там никогда и не умирал, это всегда был Шиан, и сейчас он вернул этот облик, чтобы его мучать. Против воли его сильно затрясло.

— Мм? — Шиан почувствовал, как он задрожал. — Что с тобой?

«Он, должно быть, нашел те сережки после того, как я уничтожил Демна-как-его-там, — постарался размышлять здраво Шен. — Это Шиан. Это не то существо».

— Успокойся, — предложил Шиан. — Вот уж не думал, что это небольшое перевоплощение так тебя испугает. Но я ведь не могу передать тебя Летис Лис в своем облике.

Шен все понимал, и сам злился, что так остро отреагировал. Хотя после всего того, что Шиан успел сделать, разве он не в праве немножко остро реагировать?! Если этот человек и хочет помочь, он выбирает наиболее жестокий способ проявления своей заботы!

Спустя какое-то время небо прочертила тень, а на поляну перед ними опустились пятеро заклинателей. Четверо из них несли паланкин, а пятой оказалась Летис Лис. Шен было подумал, что сейчас из паланкина выберется какая-нибудь важная шишка, но этого не произошло. Вместо этого Шиан подхватил его и, дождавшись, пока сектанты поднимут шторку и откроют дверцы, усадил внутрь. В последний раз взглянув на брата, Шиан закрыл дверцы и отвернулся.

В то же мгновение по контуру не паланкина, а клетки, в которой Шен оказался, прошла волна энергии.

«Да что б тебя, Шиан! Ты снова запер меня в клетку!!»

На сей раз в клетку, отрезающую все потоки духовной энергии.

Шен упал на тонкое полотно, устилающее пол клетки, наблюдая, как снаружи за прутьями решетки трепещет на ветру сиреневая шторка. Клетка под ним слабо закачалась, заклинатели секты Хладного пламени поднялись в воздух.

На сей раз он на самом деле попался. Все меньше это казалось планом Шиана по его спасению, и все больше — планом по избавлению от одного неугодного заклинателя.

«Но он ведь не может так поступить… Правда? Не может ведь…»

Ри Ан открыл глаза и уставился в посветлевшее небо. Какое-то время он с непониманием смотрел на черные ветви, перечеркивающие небо над головой, а затем подскочил и чуть зашатался. Он вспомнил, что летел на пик Таящегося ветра рассказать о прорыве защитного барьера. Однако, что произошло и отчего он очнулся в лесу, ученик старейшины пика Славы не понимал. Судя по тому, как болело его тело и кружилась голова, он получил сильный удар духовной энергией и свалился на землю, так и не добравшись до пика Таящегося ветра.

Бледное лицо Ри Ана после того, как он пришел к этому выводу, совершенно потеряло краски. Сколько времени он потерял?! Что сейчас с защитным барьером?! Где его учитель? Что ему делать: лететь на пик Таящегося ветра или же отправиться на его поиски? Уже рассвело, а это значит, что прошло несколько часов с тех пор, как ему было приказано лететь на пик Таящегося ветра. Возможно ли, что старейшины до сих пор не знают о произошедшем? Это казалось Ри Ану маловероятным. И все же он не мог пренебречь прямым распоряжением учителя, поэтому вскочил на меч и, поднявшись выше крон деревьев, осмотрелся и взял курс на пик Таящегося ветра.

С воздуха он заметил старейшину Тельга, идущего по дороге к административному зданию.

— Старейшина Тельг! — закричал Ри Ан еще в полете. — Старейшина Тельг!

Крик привлек внимание старейшины, он остановился и удивленно обернулся. Ри Ан спрыгнул с меча с расстояния пары метров от земли и, приземлившись на одно колено, вскочил и бросился к Тельгу.

— Барьер ордена разрушен!!

И Мори как одержимая проверяла единственный свой маячок, оставшийся в ордене РР, в надежде увидеть Великого Господина. Этим утром ничего не изменилось: стоило ей открыть глаза, первым делом она села в позу для медитаций, отрешившись от своего тела и мыслями унесшись к темному маячку.

— Старейшина Тельг! Старейшина Тельг! Барьер ордена разрушен!! — кричал ученик.

«Барьер ордена разрушен!»

Глаза И Мори распахнулись, зрачки расширились от нахлынувших эмоций. Это ее шанс!

Не медля ни секунды, она взмахнула рукой и послала к ордену РР поисковые маяки. Десятки черных сгустков взмыли в воздух и унеслись к границе ордена. Благо, предусмотрительность И Мори оправдала себя: благодаря тому, что она перебралась под самые границы ордена, как можно ближе к логову врага, сейчас у нее были шансы проникнуть внутрь, пока барьер не восстановили.

Она не боялась прогневать Великого Господина за самоуправство, она просто хотела убедиться, что ему не нужна помощь секты Хладного пламени. Точнее, она желала, чтобы ему потребовалась их помощь. И когда такое произойдет — она будет наготове.

Десятки черных маяков тенями просочились в орден РР и словно ветер стали рыскать в поисках Великого Господина.

Рэн уже какое-то время не мог понять, куда подевался проклятый старейшина. Последнее, что он видел через печати-трансляторы, это как его схватила некая тварь и утащила в лесную тьму. Это могло быть отличным завершением вечера, однако Рэну было необходимо увидеть подробности!

Старейшина пика Росного ладана судорожно пролистывал печать за печатью, проверяя изображение с разных трансляторов, расположенных в лесу, но ни один не показывал того, кого он искал. Он так сосредоточился на этом, что даже не почувствовал, как за его спиной отворилась дверь, лишь только трепещущее пламя свечей заставило его ощутить сквозняк и резко обернуться.

На пороге стоял глава ордена, и Рэн напрягся, почувствовав исходящую от этого человека опасность. Улыбка играла на устах Шиана, однако глаза ледяными иглами вперились в Рэна. Тот ощутил убийственное намеренье.

Рэн никогда прежде не видел этого человека в таком свете. До сего момента Шиан неизменно представлялся ему добродушным, кротким и вежливым — полной противоположностью старейшине пика Черного лотоса, однако то, что он видел сейчас, заставляло поверить, что на самом деле братья не столь далеко ушли друг от друга.

Шиан заговорил первым:

— Как вы поживаете, старейшина Рэн? Я вижу, наблюдаете за своим испытанием…

В его голосе отчетливо звучала издевка. Пусть Рэн и пытался спрятать куклу-Шена и алтарь за своей спиной, он уже понял, что эти вещи не могли укрыться от главы ордена, — он заметил их, стоило ему открыть дверь.

— Это… часть испытания, — попытался объясниться Рэн. — Много разных ловушек, что установлены для повышения сложности…

— Да что вы, — все таким же бесстрастным, но пугающем до дрожи голосом произнес Шиан. — Разрушение барьера является частью испытания?

— Р-разрушение барьера? — так искренне удивился Рэн, словно бы на самом деле ничего про это не знал. — Какое разрушение барьера?

— Слушай сюда! — обнаженный клинок уставился прямо в шею Рэна. — Я еще не разобрался наверняка: ты либо полный кретин, либо это твой хитроумный замысел. И знаешь, для тебя это не имеет большого значения. Если из-за твоих действий что-то пойдет не так и с моим братом что-то случится — ты сдохнешь, и сдохнешь быстрее, чем успеешь сказать «спасите».

Рэн с оторопью уставился на главу ордена. За все то время, что Рэн здесь находился, он ни разу не слышал, чтобы Шиан позволял себе такой тон и такую грубость.

Однако также старейшина пика Росного ладана с облегчением понял, что главе ордена не известно о проклятье, он почему-то связывает угрозу для своего брата с разрушением барьера ордена.

— Если барьер разрушен, нужно немедленно принимать меры… — попытался убедительно сыграть Рэн, но под взглядом главы ордена под конец предложения съехал на блеянье.

— О, я принимаю меры. И эта мера, старейшина Рэн, — последняя.

Шен не мог надолго провалиться в забытье, поэтому был уверен, что прошло не так уж много времени с того момента, как он оказался в этой клетке, но заклинатели опустились на землю. Из-за закрывающей обзор шторки он не мог видеть окружающее пространство, но догадался по изменениям в покачивании паланкина, что теперь сектанты несут его, ступая по земле. Затем они поднялись по ступеням, а следом за этим стало темнее — они вошли внутрь некого здания.

«Мы летели совсем недолго… — спутанным сознанием все еще пытался размышлять Шен. — Значит, это место неподалеку от ордена?.. Что происходит? Ничего такого… ничего подобного не было в новелле… Вообще ничего…»

Спустя какое-то время клетку, наконец, опустили на пол. Шаги отдалились, ненадолго стало тихо, а затем некто приблизился и сдернул с клетки ткань. Шен не мог повернуть голову, чтобы посмотреть, кто стоит перед клеткой, у него не было на это сил. Он не терял сознание и просто лежал, неспособный даже пошевелиться. Серые волосы падали на лицо, прикрывая и так скудный обзор.

Возле клетки кто-то присел, через решетку протянулась рука и поправила его волосы, убрала их с лица, заправив за ухо. Шен увидел, что перед ним сидит Летис Лис.

— А вы сильно изменились с нашей последней встречи, старейшина Шен.

Он бы пообщался с ней, если бы у него была такая возможность, однако эта клетка давила на тело и разум. Мало ему было оков бессмертных, его словно поместили в духовный вакуум, остатки энергии выгорали внутри него, но не были способны сгореть и потухнуть окончательно.

Боль в груди смешивалась с опустошенностью. Он так устал бороться против всего этого мира. Он всего лишь хотел просто жить, гармонично сосуществовать с тем, что его окружает. Но почему-то все вокруг всегда становилось против него, как бы он ни пытался сгладить углы, весь мир, казалось, бил по нему, как… Как по чужеродному элементу?

— Не беспокойтесь. Я сделаю все, как мы условились, — произнесла Летис Лис.

Сердце Шена дрогнуло. Слышать, что Шиан все же не обманул его, было отрадно. Может, все не так плохо, как он успел напридумывать? Может, ему необходимо проявить мужество и перетерпеть? Он слишком остро реагирует?

Дальняя дверь отворилась, и в помещение вошел человек.

— Я услышала, Великий Господин схватил демонического заклинателя! — восторженно произнес голос, по которому Шен смог узнать госпожу Недонебожительницу Мианни Ю.

— Да, — обернувшись к ней, сдержанно произнесла Летис Лис. — Он приказал…

Договорить она не успела: дверь чуть не слетела с петель от удара, в помещение ворвалась И Мори.

— Наш Великий Господин убит! — закричала она. — Барьер ордена пал, и мои энергетические лазутчики смогли проникнуть на территорию ордена! Он погиб! Его тело уничтожено!! Уничтожено тем демоническим заклинателем!!

— Этим демоническим заклинателем? — уточнила Мианни Ю, указывая на лежащего за ними Шена.

И Мори потрясенно замерла, непонимающе уставившись на старейшину пика Черного лотоса.

— Я думала, Великий Господин передал его тебе, — обратилась к Летис Лис Мианни Ю.

— Я… Я… — замешкалась та, подыскивая оправдания. — Я не встречалась с ним лично.

— Хочешь сказать, демонического заклинателя передал кто-то еще? А не ловушка ли это? — Мианни Ю решительно подошла к Шену и присела перед клеткой.

Она протянула руку внутрь и дернула оковы. Те, конечно же, не открылись и не слетели. Учитывая, каким беззащитным становится заклинатель, на которого их надели, было трудно поверить, что у Шена мог быть какой-то план, в результате которого он сам на себя нацепил их и в таком виде проник в секту Хладного пламени.

— Что ж, хорошо, — все еще пылая гневом, произнесла наблюдающая за ее действиями И Мори. — Мы сотрем с лица земли этого заклинателя, отомстив за нашего Господина! А затем найдем новый сосуд для нашего Великого божества!

— Н-но… — вновь неуверенно подала голос Летис Лис. — Его кровь! — придумала она. — Его кровь ведь обладает такими удивительными свойствами! Нам не следует убивать его просто так!

— Точно, — кровожадно улыбнувшись, согласилась Мианни Ю. — Я давно об этом мечтала! Сначала я сцежу всю его кровь!