Глава 17

— Милорд! Проснитесь, милорд! Проснитесь!

Георг испуганно подскочил на постели, выхватывая из-под подушки короткий острый клинок с рукоятью, инкрустированной кроваво-красными рубинами. Теперь, после исчезновения супруги, он всегда спал с оружием. Филиппу, так и не удалось выяснить, что же произошло в ту роковую ночь, а значит, в любой момент можно было ожидать какого-нибудь подвоха. Поэтому Георг даже во сне всегда был настороже.

Но сейчас увидев перепуганные глаза своего лакея, которого он схватил за горло и приставил острие клинка, мужчина расслабился, опустил оружие и встревоженно спросил:

— Что случилось?! Что-то с Авророй?

— Милорд, отпустите, прошу вас, — хрипло прошептал перепуганный лакей. — Господин Филипп приказал вас разбудить.

— Филипп?!

Бросив взгляд на часы, Георг соскочил с кровати. Уже была глубокая ночь, и он понимал — случилось что-то очень важное, раз его посмели разбудить в такое позднее время.

— Где он?

— Ждет вас в вашем кабинете, — тут же последовал незамедлительный ответ. — Он попросил, чтобы вы спустились.

— Передай ему, я скоро буду.

Лакей поклонился и поспешил выполнять указание, опасаясь вызвать гнев своего короля.

Георг накинул черный шелковый халат и вышел из комнаты. Но перед тем как спуститься, невольно бросил тревожный взгляд на спальню дочери. Охрана стояла у дверей, будто каменные статуи. Но Георг давно уже никому не доверял. При появлении короля стража поклонилась и автоматически прижала правую руку к сердцу, таким образом, выказывая своему правителю почет и преданность.

Георг кивнул и открыл дверь. В игровой комнате в кресле дремала одна из девушек служанок, которая при его появлении встрепенулась.

— Тшшш, — он приложил палец к губам и прошел в спальню. Аврора сладко спала, обняв двумя руками тонкое розовое одеяло. При появлении отца она неосознанно поморщилась, пробормотала что-то невнятное, и перевернулась на другой бок.

Мужчина наклонился и осторожно поцеловал свою девочку, облегченно вздохнув. Он безумно боялся ее потерять, и с этим ничего было невозможно сделать, страх оказался сильнее его.

Удостоверившись, что с дочерью все в порядке, Георг направился к Филиппу.

— Что случилось? — спросил он, открыв дверь, а затем остолбенел на пороге, увидев Злату. Внутри него все сжалось. Сердце на мгновение замерло, а потом ускоренно забилось. Мужчина смотрел на жену и не верил своим глазам. В голове промелькнула страшная мысль о том, что это всего лишь сон.

Его дорогая, любимая, родная Злата стояла у окна. На ней был необычный наряд — какая-то полоска ткани на груди, неприлично оголенный живот, необычная юбка, состоявшая из множества узких полос, через которые было видно стройные длинные ноги. Георг сказал бы так: сейчас его жена больше раздета, чем одета.

— Любимый, — Злата шагнула к нему. Ее глаза были наполнены слезами. — Мой родной…

Мужчина, осознав, что все происходящее не сон, быстро преодолел разделяющее их расстояние и заключил супругу в объятия.

— Любимая, — выдохнул он, крепко прижимая жену к себе, — единственная моя…

Молодая женщина, обнимая мужа, молча глотала слезы, не до конца веря в то, что ей удалось совершить практически невозможное — вырваться из плена чуждого ей мира нагов.

— Моя любимая, родная, дорогая девочка, — Георг сильно зажмурился, чувствуя, как его сердце наполняют безграничная нежность и счастье. Ему казалось, что за спиной распахнулись белоснежные крылья, и он вот-вот взлетит от переполнявших его чувств. Тяжелые невидимые болезненные цепи потери и страха пали, и ему, казалось, что он вновь научился дышать. Коктейль эмоций переполнял, и чтобы хоть как-то их выразить, он крепко сжал жену в объятиях и, уткнувшись лицом в ее макушку, выдохнул:

— Где же ты пропадала столько времени, милая?

Злата чуть отодвинулась. Вглядываясь в лицо любимого человека, не замечая своих слез, она хрипло прошептала:

— Мне нужно столько тебе рассказать, родной. Если бы ты только знал…

И тут Георг заметил, что на небольшом диванчике сидит незнакомая темноволосая женщина, а рядом с ней стоит явно ошарашенный Филипп, у которого нервно дергается веко.

— Познакомься, это моя подруга, Асияна, — тихо сказала Злата, когда осознала на кого ее муж смотрит. Мужчина, обнимая жену одной рукой за плечи, чуть поклонился и представился:

— Георг Второй, леди. Рад нашему знакомству. Прошу прощения за неподобающий внешний вид.

Девушка поднялась, низко поклонилась и замерла, будто фарфоровая статуэтка.

Георг обменялся непонимающим взглядом с Филиппом, а Злата подошла к подруге и обняла ее:

— Моя, хорошая…

И тут девушка внезапно заплакала навзрыд.

— Асияна, родная, не плачь.

— Он погиб, понимаешь, — она проговорила сквозь слезы. — Погиб… Как же так…Злата… До счастья оставался лишь шаг, один только шаг… Мы так мечтали об этом, так стремились, строили планы, и у нас все получилось… Как же… Почему…

Девушка горько зарыдала. Злата плача вместе с ней, посмотрела на мужа:

— Позови доктора.

— Сейчас приведу его, — внезапно сказал Филипп и быстро покинул кабинет. Он был потрясен случившимся. И никак не мог осознать того, что произошло. Пропавшая королева появилась из ниоткуда, посреди ночи в сопровождении странной девушки и раненого мужчины, который почти сразу умер. Он не посмел спросить, что случилось, и его эта ситуация тревожила. Внезапно осознав, что совершил глупость, оставив своего короля наедине с женщинами, он отдал стражнику приказ позвать лекаря, а сам поспешил вернуться.

— Сейчас доктор придёт, — сообщил он Георгу, который стоял у окна, бросив мельком взгляд на заплаканную Злату, успокаивающую в своих объятиях подругу, и совершенно не обращающую внимание на окружающих и все происходящее вокруг. Мужчина подошёл к своему королю, и тихо спросил:

— Милорд какие-нибудь указания будут?

— Объясни мне, что происходит, — прошептал Георг.

— Не знаю, — развел руками Филипп. — Стражник обнаружил миледи, девушку и мёртвого мужчину в саду, и сразу сообщил мне, а я вам. Впервые я не знаю, что сказать. Допрашивать королеву без вашего разрешения я не посмел.

— Асияна эта… У нее шок. Позаботься о покоях для девушки и поставь самых надежных стражников у дверей, заодно усиль охрану у покоев Авроры. Не хочу сюрпризов, — немного подумав, тихо отдал приказ Георг.

— Слушаюсь, — Филипп поспешил выполнять указания.

***

Злата сидел на постели подруги, держа ее за руку. Под воздействием сильнейшего успокаивающего Асияну сморил тяжелый лекарственный сон, но даже во сне она продолжала всхлипывать. Злата могла только догадываться, что она испытывает. Смерть Анвара стала для всех огромным потрясением. Кто его убил? Рамис? Наги из стражи? Хотя, на самом деле, это было и неважно. Самое страшное, что мужчина погиб. Ее друзья, так стремившиеся к свободе, больше никогда не смогут быть вместе.

Злата тяжело вздохнула. Бросив взгляд за окно, поняла — уже светает. Удостоверившись, что подруга спит достаточно крепко, она поднялась. В соседней комнате ее ожидал муж, которому надо было как-то все объяснить.

Едва девушка вышла за дверь спальни, сразу увидела сидящего на невысоком диванчике Георга. При ее появлении он поднялся и шагнул к ней:

— Все в порядке?

— Да, — кивнула Злата. — Пусть придёт служанка. Не хочу оставлять Асияну одну.

— Конечно, — Георг внезапно обнял жену и прошептал. — Это действительно ты?

— Да, любимый, — ответила девушка, крепко прижимаясь к мужу. — Если бы ты знал, как я соскучилась.

— Расскажешь, что произошло?

— Конечно, — она кивнула. — Ты должен знать все.

— Тогда идем!

Войдя в их с мужем спальню, Злата замерла на пороге, вспомнив их последнюю ночь, проведенную вместе. Безграничная нежность переполнила ее сердце, и она невольно крепче сжала руку Георга.

— Родная, что-то не так?

— Нет, — девушка покачала головой, а потом предложила. — Давай выйдем на террасу? Если ты, конечно, не против?

— Хорошо.

В воздухе витал невероятный аромат приближающейся грозы. Предрассветное небо было свинцовым. Серые тучи казались тяжелыми, грозными и очень тревожными.

Злата, положив руки на перила, молча рассматривать ночной сад, пытаясь собраться с мыслями и начать этот непростой разговор. Георг встал позади нее и, обняв за талию, прижал к своей груди. Он не торопил жену, понимая, что она сама все объяснит, когда найдет подходящие слова, а сейчас мужчина просто наслаждался ее близостью, ее таким родным до боли запахом.

— Не знаю с чего начать, — вздохнула Злата. — Так все сложно…

— Начни сначала, любимая, — прошептал Георг. — Я приму любую правду. Мы вместе справимся со всем, главное, что теперь ты рядом.

— Помнишь, на празднике в честь нашей свадьбы я случайно порезала руку? — спросила девушка.

— Да.

— С того момента все и началось. Мне стали сниться странные необычные сны, так похожие на явь. В них незнакомый мужской голос раз за разом маняще меня звал, искажая мое имя. С-с-слата… С-с-слата… С-с-слата… Настойчивый шелестящий звук расползался повсюду, проникая в самый центр подсознания, пробуждая меня ото сна. Мы ждем тебя! Ты нужна нам! С-с-слата-хаян… Сначала это был только сон, повторяющийся почти каждую ночь, а затем я стала слышать странный зов и днем.

— Родная, — Георг выдохнул и прижал жену еще крепче к себе. — Почему ты ничего не рассказала мне?

— Прости. Но я опасалась, что ты не поверишь, и мои сны истолкуешь как бред сумасшедшей. Согласись, слышать посторонние голоса, плохой признак.

Прежде чем Георг нашел что ответить, Злата обернулась и, заглянув ему в глаза, искренне произнесла:

— Я была не права, и поверь, уже осознала свою ошибку. То время, что мы были в разлуке, оказалось для меня самым страшным.

Георг нежно погладил ее по щеке и выдохнул:

— Без тебя эта жизнь потеряла для меня все краски, и если бы не Аврора…

— Как наша девочка? Так по ней соскучилась, — Злата прижала руки к груди. — Если бы ты только знал, как я ее люблю.

— Она будет безмерно счастлива, когда узнает, что ее мама вернулась, — улыбнулся Георг, погладив Злату по щеке. — Знаешь, малышка очень по тебе скучала, ухаживала за твоими розами, и никто не мог переубедить ее, что это работа садовника, а еще… Представляешь, у нас произошли странные события. В саду появилось жуткое чудовище, огромная золотисто-желтая змея, которую наша дочь почему-то совсем не боится и называет твоим именем. Доктор сказал, что так подсознание девочки реагирует на отсутствие матери. Теперь же все изменится. Ты вновь с нами…

— Не торопись, — осторожно произнесла Злата, со страхом думая о том, какая реакция может быть у Георга, когда он узнает правду. — Сначала выслушай меня.

— Почему ты так говоришь? — тревожно спросил мужчина, и в его взгляде появилось непонимание.

— Необычные сны сводили меня с ума, повторяясь, раз за разом, и я никак не могла найти покоя, они будоражили мой разум, вызывая страх и манили меня за собой- продолжила свой рассказ Злата. — И той ночью, я всё-таки решилась пойти на зов и выяснить, что происходит. Голос привел меня в сад, а потом земля под моими ногами разверзлась…, и я оказалась в другом мире.

Девушка замолчала, давая мужу возможность, осознать услышанное.

— Ты это серьезно? — хрипло уточнил Георг.

— Да, — кивнула Злата. — В это трудно поверить, но я действительно оказалась в другом мире и, более того, в нем проживают не люди, а наги.

— Наги?! Мифические существа? Родная, — Георг развернул ее к себе и встряхнул за плечи. — Ты понимаешь, о чем говоришь?

— Я не лгу, поверь мне, и не сошла с ума.

Уже понимая, что она говорит правду, мужчина оторопел. Не давая ему опомниться, Злата продолжила:

-Этот мир принадлежит нагам, странным существам, имеющим два облика: полузмеи и полулюди. Но самое удивительное, что я являюсь их правящей принцессой.

— В смысле? — прохрипел Георг.

— Как выяснилось Лея и Орландо Меллин не были моими родителями. Они нашли корзину с младенцем на берегу моря и удочерили девочку, меня.

— Ты в этом уверена? Сама подумай, откуда у кромки воды на побережье мог взяться ребенок? — в голосе мужчины звенели сомнения, а его объятия ослабли.

Злата понимала, муж ей не верит, и решила, что он может не дослушать ее рассказ до конца, поэтому опустив многие детали, стала спешно говорить:

— Прошу, не перебивай. Просто выслушай…, девушка вздохнула. — Как выяснилось, мой настоящий отец являлся правителем расы нагов, и из-за войны с арханидами, странными существами в виде пауков, был вынужден спрятать единственную дочь в мире людей. Меня подобрала молодая бездетная пара, которая дала мне любовь, дом и свое имя. И, наверное, я никогда не узнала, страшной правды, если бы в тот вечер не порезала руку. Оказывается, мой народ все это время искал меня… Это долго и муторно все объяснять, но важно одно, в тот момент, когда моя кровь окропила землю, наги, поняли, где я нахожусь. Забегу немного вперед, и сразу скажу, мои настоящие родители погибли, осталась только бабушка Эббе, которая не сдавалась, и все это время продолжала поиски внучки.

У Георга как-то нервно дернулось веко на глазу, что не укрылось от Златы.

— Для чего? — прохрипел Георг. Его голос совсем изменился, и в нем явно проскальзывали нотки недоверия.

— Потому что я, как наследница правящего рода, должна была взойти на трон и подарить расе нового правителя мужского пола. Мне даже будущего супруга подобрали — Рамиса, нага из старинного древнего богатого рода, идеально подходящего мне по все параметрам, по мнению бабушки, — Злата почувствовала, как на ее талии по-собственнически сжались руки мужа, и девушка вновь посмотрела на сад, в котором уже погасли огни. Сейчас он казался каким-то тревожным. — Эббе сама решила, что он станет моим мужем, и мое мнение никого не интересовало. Меня просто поставили перед фактом.

— Почему ты не вернулась сразу? Я с ума сходил, пока люди Филиппа перерывали королевство.

— Не могла.

— Почему?

— Двери между мирами я смогла открывать только тогда, когда моя вторая сущность проснулась. И то… как сказать открывать…

Злата не таясь, рассказала мужу об особенностях нагов, священном камне, и о том, что посещала его мир в странном и непривычном облике. Когда девушка замолчала, лицо ее муж было бледным. Да и говорить мог с трудом, изрекая отдельные звуки:

— Ка…?

— Это не…?

— Ты со…?

— Этого не может быть…

Злата обернулась к мужу и осторожно, почти невесомо, погладила его по щеке:

— Любимый, каждое мое слово — правдиво, уж поверь. Асияна — нагиня из моего мира. Именно с ее помощью, я нашла осколок священного камня, который Эббе тщательно прятала, и мы наконец-то смогли переместиться домой. Ее возлюбленный Анвар погиб в процессе перехода, закрывая нас от преследователей — бабушкиных верных стражей. И если честно, я теперь не знаю, что будет дальше.

Георг положил ей ладони на плече и, осторожно заглянув Злате в глаза, как-то потерянно спросил:

— Родная, разве ты сама не понимаешь, что твои слова… Ну это не может быть правдой! Такого просто не бывает!

— И, тем не менее, в моих словах нет лжи, — девушка покачала головой. — Я рассказала тебе все как есть на самом деле. Страшное опасное чудовище, которое ты хочешь истребить в своем саду — это я! Понимаешь, моя раса не могла посещать наш мир, потому что без священного камня, наги могут сюда являться исключительно в виде змей. И … я искала осколок, а тем временем приходила к тебе во сне, и к Авроре…

— Родная, — Георг сжал девушку в объятиях, — скажи, что ты все выдумала!

— Нет, — покачала головой, — то страшное чудовище, которое ты так хочешь уничтожить — это я.

— Не может быть…

— И тем не менее, это так. Я могу тебе в мелких подробностях рассказать, как ты вошел в оранжерею, как увидел нас с Авророй, что ты сказал своим людям. Поверь, та змея, которую ты приказал убить, это я… Другая оболочка, форма, но это была я…

Георг молчал, и никак не мог поверить в то, что услышал. Он нахмурился, и как-то растерянно уточнил:

— Я правильно тебя понял, что ты не человек, а нагиня? И в любой момент можешь обратиться в змею?

— Не совсем так, — покачала головой Злата. — Я нашла осколок священного камня. Вот он, — девушка показала на амулет на своей груди, — и теперь обладаю двумя обликами. Именно благодаря ему я здесь.

Мужчина перестал обнимать ее и даже невольно как-то отстранился.

Девушка заглянула ему в глаза и увидела в них абсолютную растерянность и некий холод. Злата невольно отшатнулась. Самые страшные ее опасения стали сбываться. Видимо, Георг был не готов принять ее такую, какая она есть. Жена нагиня была ему не нужна, а значит… Девушка едва не заплакала.

— Я все понимаю, — тихо произнесла она, пытаясь сдержать слезы. — О моем внезапном возвращении почти никто не знает. Уверена, Филипп сможет сделать так, что его люди будут молчать. Как только Асияна проснется, и я уеду, и обещаю, что никогда тебя больше не потревожу. С этой минуты ты можешь считать себя свободным от уз брака. Прошу только об одном позволь мне увидеть Аврору. Я должна ее обнять напоследок и попрощаться с моей девочкой.

Злата сняла с пальца обручальное кольцо и протянула его мужу:

— Возьми!

Она смотрела Георгу в глаза и мысленно прощалась с ним. Несмотря ни на что девушка его очень любила, поэтому даже сейчас искала ему оправдания:

— Я прекрасно понимаю, ты не можешь принять меня, как жену, после того, что узнал… Возьми!

Георг перевел взгляд на обручальное кольцо, которое когда-то сам одел Злате. Перед глазами замелькали самые счастливые моменты их совместной жизни: первая встреча, свадьба, свадебное путешествие, все дни и ночи…

К мужчине пришло осознание, что вся его жизнь со Златой была наполнена счастьем, и ему на самом деле совершенно неважно человек она или нет, потому что он любит ее любую.

Георг взял в руку кольцо, вновь одел его девушке на палец и заявил:

— Я никогда и никуда тебя не отпущу. Ты моя, вся моя, и неважно есть у тебя хвост или нет…

Георг обнял жену и поцеловал ее, выплескивая все эмоции, накопившееся за прошедшее время. Злата, ошалев от напора и даже некой грубости, на секунду растерялась, а потом сама крепко обняла мужа, отвечая на его поцелуй. Сладкий водоворот желания и страсти охватил обоих, и отрезвление пришло в тот момент, когда крепкая мужская ладонь скользнула Злате под узкую полоску на груди. Разорвав поцелуй, глядя в затуманенные от страсти глаза Георга, она прошептала:

— Не здесь…

— Ты моя, а я весь твой. Мы одно целое, родная!

Злата ответила мужу счастливым смехом. Мужчина подхватил ее на руки и закружил:

— Люблю! Как же я тебя люблю!

И им казалось, что все невзгоды остались позади… Но они ошибались.

Ослепительная яркая молния вспорола темное небо, деля его на две части. И тут же, резко и пугающе, как выстрел, прогремел гром. Затем поднялся непонятно откуда взявшийся ветер. А потом послышался жуткий страшный треск, и сад наполнился жуткими огромными нагами. Злата ахнула и прижалась к мужу, и тут же раздался зловещий крик Эббе:

— С-с-слата!