Глава 13 · Наагашехская тюрьма
Дари и компания котов ожидали наагашейда в спальне, заняв ложе целиком. В последние дни они делали именно так: не заходили в покои вместе с повелителем, а ждали его. Больно уж Дари нравилось, когда владыка заползал в комнату, окидывал их нарочито недовольным взглядом и, тихо жалуясь на судьбу, переодевался ко сну. А затем, распихивая их, забирался в самый центр ложа и, вытянув хвост или свернув его кольцами, засыпал. Это были любимейшие моменты Дари. Глядя на уставшего нага в окружении котов, она испытывала приступы щемящей нежности. Наагашейд казался ей в таком виде куда ближе, чем обычно, и даже немного ранимым. Именно в эти моменты в кошке просыпалось яркое желание позаботиться о нём.
Сегодня Дари была твёрдо настроена держать себя в узде и не испытывать никакой нежности и приливов заботы. Она в очередной раз убедилась, что к наагашейду нельзя привязываться. Это будет односторонняя привязанность, без отдачи с его стороны. А ей уже неприятно его лёгкое пренебрежение и внимание к другим женщинам. Кошка решительно мотнула головой.
Один из котов, которого Дари для себя обозвала Большим Красавчиком, зубасто зевнул. Что-то наагашейд задерживается. Позже полуночи он в последнее время не возвращался. Дари посмотрела на двух других котов, Изящного Красавчика и Красавчика-Плута, которые преспокойно спали, устроив попы на подушках.
Кошка прищурилась. В голову ей пришла одна мысль. А что, если доблестный повелитель пошёл по бабам, то есть по нагиням? Не зря же он сегодня к ним приползал. Наверняка принюхивался. Дари грозно нахмурилась и поднялась. А не прогуляться ли ей с инспекцией? Если чей-то чёрный хвост мелькнёт рядом с нежными девочками, то она озаботится тем, чтобы в нём появились несколько новых проплешин. Старые-то уже обросли чешуёй.
Стража у дверей покоев одарила её лишь мимолётным вниманием. Раньше они охраняли комнаты, если в них был наагашейд. Но после случая с появлением горбатого среди белого дня пост у покоев стали нести круглосуточно. Тем более сейчас, когда во дворце полно чужих.
Дари миновала коридор и вышла на лестницу, намереваясь спуститься на четвёртый ярус, где расположили прибывших наагаришей и некоторых наагалеев. Начнёт проверку оттуда, а если владыка там не обнаружится, то пойдёт и по другим гостевым покоям.
Но только начав спуск, кошка замерла, прислушиваясь к раздающимся внизу обеспокоенным голосам. Ничего не поняв, она в два прыжка оказалась на лестничном пролёте и увидела нескольких нагов во главе с Роашем и наагалеем Эошем. На неё никто не обратил внимания. Все с испугом и паникой смотрели в тёмное ответвление коридора. Роаш и наагалей Эош что-то делали, но из-за спин остальных Дари ничего не было видно.
Протиснувшись между хвостами нагов, кошка пробралась в первые ряды, но почти тут же сделала один шаг назад. От ужаса. В серовато-прозрачной сфере извивались три нага, четвёртый уже не шевелился. Выпучив глаза, они хватали ртами воздух, задыхаясь. Дари сообразила, что их запихнули в сферу, которая ничего не пропускает и не выпускает, и у них заканчивается воздух. Хвосты их дёргались в предагонии. Роаш и наагалей Эош яростно пытались стереть въевшиеся в камень витиеватые письмена. Наагалей старательно шкрябал по полу кинжалом, чтобы хоть царапину оставить. На его руке уже были сломаны два когтя. Дари решительно растолкала всех, проигнорировав возмущённые и взбешённые взгляды, и провела когтями по камню, оставляя четыре глубокие борозды, перечеркнувшие письмена. Сфера тут же распалась, и задыхающиеся наги с жадностью захватали ртами воздух, кашляя и давясь от собственной жадности.
Наагалей без всякой бережности растолкал их и бросился к неподвижному нагу. Глаза у того закатились, а лицо приобрело слегка синюшный оттенок. Дари с ужасом поняла, что он мёртв. Какая жуткая смерть! Наагалей приложил руку к груди мертвеца, и от ладони пошло лёгкое голубоватое свечение. Грудную клетку неожиданно сдавило, а затем она поднялась вверх, и наг вдруг хрипло и страшно втянул в себя воздух и забился, распахнув глаза. Наагалей схватил его за плечи, удерживая на месте, и велел:
– Дыши медленнее! Глубже и медленнее!
Наг не понимал его и продолжал жадно хватать воздух губами. Но постепенно его дыхание выровнялось. И Дари поняла, что сама почти не дышала, наблюдая за сценой воскрешения. Она и раньше очень уважала наагалея Эоша, но сейчас к уважению прибавилось восхищение.
На её голову легла ладонь Роаша. Она повернулась к нему и столкнулась с требовательным взглядом.
– Владыка у себя? – спросил он по-нордасски.
Кошка нерешительно мотнула головой. Может, пока она тут ходила, он уже приполз в свои покои.
– Нужно немедленно доложить ему о случившемся, – сказал наагариш и направился вверх по лестнице. Кошка поспешила за ним.
В покоях владыки не было. В кабинете тоже. И библиотеку он не посещал. К поискам повелителя присоединились стражники, дежурившие у покоев. Встревоженная Дари позвала котов. Сейчас она была бы рада, найдись наагашейд в покоях одной из нагинь. У неё появилось плохое предчувствие.
Запах наагашейда она с котами смогла проследить до лестничного пролёта на четвёртом ярусе, где только что освободили пленённую стражу. Здесь запах обрывался. И это пугало. Куда мог исчезнуть такой большой наг? Обеспокоенно бегая по всему дворцу, Дари обнаружила запах ещё в одном месте: в тёмном пыльном закутке на втором ярусе. Запах вёл на маленькую лестницу, ведущую к неприметному выходу в парк. Следуя по нему, кошка прошла вдоль стены дворца, два раза поворачивая за угол и пришла к воротам. Запах уходил за них.
Кошка окончательно испугалась и бросилась к Роашу. Он как раз тоже выползал из-за угла дворца вместе с двумя охранниками. Они так же следовали по запаху. Наагариш был мрачен как грозовая туча. Наагашейда они не нашли. Владыка вполне мог уйти куда-то сам, в тот же бордель: он не обязан отчитываться. Но чутьё подсказывало Роашу, что случилось плохое. Как объяснить, что запах владыки оборвался в одном месте, а потом откуда ни возьмись появился в совершенно другом? И оборвался именно там, где нашли запертых в смертельной ловушке стражников. Если бы их нашли хотя бы получасом позже, то даже наагалей Эош не смог бы помочь.
– О том, что владыка исчез, никому ни слова! – велел наагариш стражникам.
Наги серьёзно кивнули. Если владыка и правда исчез, то это очень плохо. Во дворце полно гостей. Начнётся суматоха и паника. Мало ли что могут сотворить десять амбициозных наагаришей, находящихся на одной территории.
– Дари, сбегай за Ваашем. – Роаш был вынужден обратиться за помощью к своей подопечной. – Он мне нужен.
Рассказать о случившемся он мог только проверенному нагу. За прошедшее время он успел проникнуться доверием к Ваашу. Пока о предположительной пропаже повелителя знали только четверо: он, Дари и ещё двое нагов. Прежде чем расширять круг осведомлённых, следует убедиться, что наагашейд действительно исчез.
– Вааша можно найти в доме с голубыми занавесями, – сообщил Роаш.
В голове Дари мелькнула и исчезла мысль, что Вааш всё же тот ещё жук. Охрану в поместье увеличили! Как же! Он просто хотел после посещения дочери в бордель пойти и отдохнуть и потому не желал, чтобы Дари сопровождала его. Но мысль промелькнула и исчезла. Сейчас у неё были другие заботы.
Рыкнув на котов, она быстро полезла на стену, надеясь, что «свита» поймёт и останется здесь. Вроде бы никто за ней не последовал.
* * *
В бордель Дари забралась уже знакомым путём: через окно. Но в этот раз она ни чуточки не скрывалась и ничего не боялась.
Запах нага она ощутила сразу же и метнулась к соответствующей двери. Вовремя проснувшееся чувство такта не позволило ей вломиться в комнату. И она просто очень громко и хрипло замяукала. Сперва ничего не произошло, но буквально через пару десятков секунд раздался недовольный голос Вааша.
– Дариласка?!
Дверь распахнулась, и на пороге возник могучий наг, завёрнутый в простыню. Он хмуро воззрился на неё. Кошка возбуждённо покрутилась на месте, ещё раз замяукала и зубами потянула его за простыню. Недовольство на лице нага сменилось беспокойством.
– Случилось что-то? – спросил он.
Кошка активно закивала.
– Я щас!
И наг скрылся за дверью, полуприкрыв её. Дари в оставшуюся щёлку увидела широкую кровать и рыжую кудрявую женщину, которая соблазнительно улыбалась и что-то говорила Ваашу. Она была полностью нага́ и ничуточки этого не стеснялась. Напротив, приняла самую завлекательную позу и с удовольствием оглаживала собственную грудь и живот. Кошка смущённо отступила в сторону. Дверь распахнулась, и в коридор выполз Вааш, на ходу натягивая рубашку.
– Куда? – коротко спросил он.
Кошка метнулась на выход. Для разнообразия через дверь.
* * *
Когда они оказались во дворце, Роаш отвёл Вааша в сторону и коротко и тихо обрисовал ситуацию. Вааш так же коротко и тихо ругнулся и пополз поднимать каких-то «надёжных» нагов для подмоги. Они ещё раз обшарили весь дворец, как бы невзначай поспрашивали у охраны, не проползал ли мимо них владыка, и перешли в парк. Дари с котами активно участвовала в поисках.
В парке они ничего не нашли. Вернулись к воротам. Запах уводил за стены. Вааш почесал голову, подозвал к себе двух знакомцев и отправил одного из них в бордель – вдруг они с повелителем разминулись, – а второго по главной улице с предупреждением для стражи, что наагашейд может проехать мимо. Типа, будьте бдительны. Если владыка где-то уже проезжал, то стражники обязательно об этом проболтаются в ответ на предупреждение.
Сам он вместе с Роашем и парой нагов из личной охраны наагашейда остался во дворце, пытаясь разобраться в странном исчезновении запаха владыки на лестничной площадке четвёртого яруса. Дари отвязалась от них и вместе с котами двинулась на второй ярус, где в тёмном закутке она обнаружила ранее запах повелителя. Почему-то ей казалось, что он исчез с четвёртого яруса и появился здесь. Непонятно только как. Магические перемещения из одной точки в другую существовали, но все они невероятно сложные, энергоёмкие и привязаны к определённому месту. При этом довольно нестабильны и небезопасны, поэтому площадок для перемещений давно уже не делали. Оставались только старые, но в Нордасе, например, уже ни одной нет.
Единственное иное перемещение, которое когда-либо Дари видела своими глазами, – это странное появление и исчезновение горбатого. И при мысли об этом неизвестном пакостнике её настроение опускалось ещё ниже.
На месте она обнаружила то, на что не обратила в спешке внимания прошлый раз: другие запахи. Один из них оказался знакомым, но Дари не могла вспомнить, кому он принадлежит. Возможно, хозяин запаха просто недавно был здесь, и его появление в этом месте не имеет отношение к исчезновению наагашейда. Но Дари всё же решила проверить и выяснить, кто он вообще такой.
Уходя, она услышала голоса приближающихся Роаша и Вааша. Наги так же, как и она, пытались найти зацепки во всех местах, где ощущалось былое присутствие повелителя.
Запах неизвестного вывел кошку на четвёртый ярус. Мягко и неслышно она медленно продвигалась вперёд, сопровождаемая конвоем из трёх мрачных котов: звери чувствовали, что происходит нечто нехорошее. Вышла к дверям одних из гостевых покоев. Около них на страже стояла парочка нагов. Увидев скальных котов, они бесстрашно выставили вперёд копья, показывая, что внутрь им не попасть. Дари не стала нарываться и покорно развернулась.
В коридоре она вышла на веранду и рыком велела котам оставаться здесь. А сама по стене залезла на крышу третьего яруса и спокойно подошла к нужным покоям поверху.
* * *
Наагаришея Ошана спрятала дрожащие ладони в широких рукавах. Её знобило от страха. Сзади подполз Ваашхад и обнял её, прижимая к своему крепкому телу. Она тихо всхлипнула и откинула голову на его плечо.
– Мне страшно, – тихо призналась она.
– Чего ты боишься, любовь моя? – ровным голосом спросил муж.
– А вдруг всё раскроется? – призналась она в новом для неё страхе.
Когда муж вернулся несколько часов назад и сказал, что всё сделано и теперь наагашейд сполна изопьёт чашу унижения и беспомощности, наагаришея на краткий миг испытала удовлетворение и радость. Наконец обида, мучившая её три года, оплачена. Наагашейда найдут. И, возможно, весьма скоро найдут. Причём в довольно плачевном состоянии. Каково будет всесильному повелителю оказаться в таком положении? Сравнится ли это с тем, как он оскорбил её?
Но на смену торжеству пришёл страх. Он подкрался неожиданно и напал без предупреждения, впиваясь в её измученное сердце острыми клыками. А вдруг всё раскроется? Вдруг их участие в унижении повелителя перестанет быть тайной? Он не простит! Всё ли они сделали правильно? Надёжно ли замели следы?
Муж нежно поцеловал её в шею и успокоил:
– Не думай об этом. Мы подошли к делу со всей осторожностью и убрали все следы своего присутствия. Не оставили ни единого волоса или чешуйки, затёрли все запахи. Тебе незачем переживать.
Ошана глубоко вздохнула и прикрыла глаза. Она уже не испытывала радости от осуществления своей мести. Только тревогу, страх и… сожаление. Она сожалела.
– Ложись спать, – сказал ей муж.
Она отрицательно качнула головой.
– Нет, я хочу ещё немного посидеть. Ложись без меня.
Ваашхад не стал спорить с ней и помог устроиться в кресле. А потом уполз в спальню. Его жене иногда требовалось побыть одной.
Прошло около получаса, когда тревожные размышления наагаришеи прервал тихий стук в дверь.
– Кто там? – величественно спросила она.
Створка приоткрылась, и перед её глазами показался один из нагов-охранников. Почтительно поклонившись госпоже, он сообщил:
– Вернулся А́ркез.
На лице нагини отразилось лихорадочное возбуждение.
– Пусть войдёт! – велела она.
Ваашхада наагаришея решила не будить, пусть отдохнёт. В комнату робко, тиская шапку в руках, вошёл мужик простецкого вида. Он отвесил нагине глубокий поясной поклон и замер.
– Говори! – велела Ошана по-давридански.
– Ну, я это… отвёз его, куда надо, и положил, куда надо, – скомканно ответил Аркез.
– Наагашейд приходил в себя? – живо поинтересовалась наагаришея.
– Не совсем. – Мужик почесал затылок. – Бредил, чё-то по-своему лопотал. Я хотел сказать, по-вашему.
Ошана откинулась назад. Похоже, всё прошло хорошо. Неужели у них действительно получилось?
– Ступай, – холодно велела она. – Награду ты получишь прямо сейчас. Затем не мешкай и уезжай отсюда.
– Слушаюсь, госпожа. – Аркез опять глубоко поклонился и задом попятился к двери.
Как только он скрылся, наагаришея выдохнула с облегчением. Но тут же испуганно вскинулась: со стороны окна раздался шум. Обернувшись, она задохнулась в беззвучном крике. На пол спрыгнула большая чёрная кошка. Одна из тех, что ошивались около наагашейда. Мелькнула мысль, что богов разозлил её поступок и они направили кота разорвать её. Она поднялась со своего места и отползла к стене, прикрывая руками живот. Но кошка не спешила нападать и, лишь прищурившись, смотрела на неё.
А затем зверь прижался к полу, и по его телу прошла дрожь. Отчётливо хрустнули кости. Нагиня прижала в ужасе ладони к губам, наблюдая, как тело кошки меняется и становится человеческим. На ноги, пошатываясь, поднялась девушка с длинными тёмно-русыми волосами. На наагаришею со злостью посмотрели карие глаза.
– Что с наагашейдом? – хрипло, делая паузы между словами, по-давридански спросила девушка.
– Ты кто? – дрожащим голосом спросила в ответ наагаришея.
Но девушка не была намерена отвечать на вопросы. Она решительно сделала шаг вперёд и, прищурившись, требовательно спросила:
– Что ты натворила?
– Я ничего не делала, – испуганно соврала нагиня.
Девушка окинула её презрительным взглядом и отчётливо, чуть ли не по слогам прохрипела:
– Твой муж – мертвец!
Сердце Ошаны испуганно сжалось. Она любила мужа.
– О чём… – Губы не слушались её, но незнакомка всё поняла.
– Его не простят, – уверенно произнесла она.
Наагаришея смертельно побледнела и покачнулась. Думая о мести, умоляя Ваашхада о помощи в её осуществлении, она не задумывалась, что муж подвергает себя смертельной опасности. И сейчас при одной мысли, что Хада больше не будет рядом с ней, её объял сводящий с ума страх.
– Об этом никто не узнает, – чуть слышно произнесла она онемевшими губами.
Девушка чуть заметно улыбнулась, точнее её губы слегка искривились в каком-то подобии улыбки. И она подняла вверх палец и красноречиво постучала им два раза между своими грудями.
– Уже, – прошептала она. – Я.
И упала на четвереньки, начав оборот обратно в кошку. Наагаришея круглыми от страха глазами наблюдала за этим. Когда кошка направилась к дверям, она отмерла и бросилась за ней.
– Нет! Стой! – закричала она, не думая о том, что их кто-то может услышать.
Стража у дверей отреагировала моментально, распахнув створки, и замерла, напряжённо смотря на зверя. Из спальни показался обеспокоенный наагариш. А в другом конце коридора появились мрачные и суровые Роаш и Вааш в сопровождении ещё пары нагов. Обследуя места происшествий дольше и тщательней Дари, они смогли найти больше оснований, чтобы забрать наагариша Ваашхада для приватного разговора.
Ошана сразу же почувствовала, что всё очень плохо, и осела на пол. Её муж напряжённо следил за приближением нагов. Вааш бросил недовольный взгляд на Дари и пробурчал:
– А эта задница уже здесь!
Вперёд выполз Роаш. Он вперил суровый взгляд в охрану у двери, и та посторонилась.
– Наагариш Ваашхад, – медленно произнёс он. – Нам нужно задать вам несколько вопросов. Будьте добры последовать за нами.
Между бровями наагариша Ваашхада появилась складка, его охрана незаметно сжала оружие. Но тут в конце коридора, беспечно мотая хвостами из стороны в сторону, показались три скальных кота. Ваашхад посмотрел на Дари, которая была слишком близко к его нежной супруге, и прикрыл глаза, сдаваясь. Единственное, он не мог понять, что они упустили? Как их причастность смогли определить так быстро?
Ошана с беспокойством смотрела на уползающего мужа, а затем неожиданно вскинулась.
– Нет! Не забирайте его! – закричала она. – Это я во всём виновата! Оставьте его в покое! Я умоляю вас! Не трогайте Хада! Прошу!
Один из нагов, сопровождавший Вааша и Роаша, приблизился к ней и осторожно помог подняться, оттесняя в сторону спальни. Наагариш, убедившись, что его беременной жене не причинят вреда, покорно последовал за Роашем. Вааш пристроился за его спиной. Двери в покои затворились, отрезая крики обезумевшей от страха за мужа нагини. Некоторые гости, разбуженные шумом, выползли в коридор, с недоумением интересуясь, что произошло. Наг из личной охраны наагашейда, весело улыбаясь, отвечал:
– Да наагаришее Ошане приснился дурной сон! И она никак успокоиться теперь не может: не верит, что это ей только приснилось. Беременным постоянно что-то чудится.
Гости успокоились и расползлись спать дальше. А наг с котами и Дари бросились догонять уже скрывшихся из глаз наагариша Роаша, Вааша и их пленника.
* * *
О чём говорили Вааш и Роаш с наагаришем Ваашхадом, Дари так и не узнала. Нага отвели в подземелье, а её туда не пустили: стража даже под её угрожающими рыками не расступилась. Правда, через полчаса притащили того мужика, что говорил с наагаришеей, и заволокли туда же, куда и наагариша Ваашхада.
К рассвету небольшой отряд нагов уже был за стенами города. Дари увязалась за ними в сопровождении котов. Кроме Вааша, Роаша и четырёх посвящённых в происходящее нагов, их сопровождали наагалей Эош, маг Заашар и ещё пять мужчин. Пришлось отобрать из личной охраны наагашейда самых надёжных и посвятить в суть происходящего. Роаш всеми способами пытался избежать утечки информации. Он вместе с Ваашем расположился в крытом фургончике, чтобы никто не обратил внимания на их отъезд. Там же в фургоне был Аркез – слуга наагариша Ваашхада. По левой половине его лица расползся внушительный синяк, а в глазах плескался страх. Им троим в повозке, конечно, было тесновато. К задку фургона привязали две пары лошадей, запряжённых в колесницы самого простецкого вида. На случай, если наагашейда придётся положить в повозку и Ваашу с Роашем придётся пересесть.
Направлялись они на юго-запад. Там горбатились низенькие горы, больше похожие на холмы-переростки. Дари и коты бодро бежали вместе с остальными членами отряда. Кошке постоянно хотелось вырваться вперёд: она ощущала запах наагашейда. Но две пары глаз, бдительно сверкающие из-под полога фургона, заставляли её одуматься. Она даже не знала, куда они следуют. В то время как всем остальным это было прекрасно известно.
Чтобы достигнуть гор, понадобилось около полутора часов. Ещё минут тридцать они плутали меж скал, руководствуясь указаниями Аркеза. Наконец остановились рядом с выщербленной каменной стеной. Стена эта была одной из сторон скалы, но её ровность поражала: казалось невероятным, что столь строгая геометричность – природное явление.
Спешившись, наги столпились под стеной и начали что-то обсуждать. Дари хлопнула Вааша по хвосту, требуя его внимания. Наг хмуро посмотрел на неё.
– Увязалась-таки, – пробурчал он. – Ну, раз увязалась, то слушай. Мы сейчас находимся рядом с одной из старых темниц наагашехов. Она здесь стоит ещё со времени Древних войн. Наагашехи держали тут пленных нагов. Особенность таких темниц в том, что никто, имеющий в своих жилах хоть каплю крови нашей расы, не может покинуть их стен. В пределах темницы заключённому ничего не угрожало, но вздумай он покинуть её, как сгорал заживо. Пока наши маги не научились бороться с этой напастью, большинство пленных нагов погибали от голода. А оставшиеся сгорали заживо, пытаясь выбраться.
Дари прищурилась. Наагашейда запихнули в такую темницу?
Вааш махнул рукой на ровную поверхность стены-скалы.
– Темница находится здесь, – сообщил он. – Вход в неё с другой стороны, но к нему ползти смысла нет: там двери запечатываются сразу после закрытия, если в темнице остался наг. Но кроме главного входа где-то должно быть небольшое отверстие. Через него пленным передавали пищу и воду, если их скорая смерть была не нужна.
Тем временем между Роашем, Эошем и Заашаром разгорелся жаркий спор.
– Нам нужен ещё один маг! – громко убеждал их Заашар. – Чтобы обмануть магию этих стен, требуется просто колоссальное количество сил! Меня хватит только в одну сторону!
– Мы не можем терять время на поиски ещё одного мага! – возмущался Эош. – Об этом нужно было думать ещё в городе! Нам неизвестно, в каком состоянии находится наагашейд. Может, ему нужна срочная помощь!
Роаш скрипел зубами.
– Среди нас только наги! – прошипел он. – Поэтому отвлекать магию стен нужно и при проникновении, и при возвращении. Но тратить время на поиски ещё одного мага мы не можем! Эош прав, неизвестно, в каком состоянии находится повелитель.
– Так давайте отправим его! – Заашар махнул рукой в сторону Аркеза. – Он его туда втащил, так пусть и вытаскивает.
– Ты совсем сдурел?! – вскипел Роаш. – Посылать врага спасать наагашейда?! Да он прирежет его и свалит через главный вход!
– Так перекройте главный вход! – не унимался маг.
– Я тоже против этой идеи, – поддержал Роаша Эош. – Мы незнакомы с устройством темницы. Ты можешь сказать наверняка, что там только один выход?
Маг раздражённо прищурился. Это утверждать он бы не осмелился. Прислушивающийся к разговору Вааш раздражённо обернулся, когда его дёрнули за рукав, и тут же ругнулся. Перед ним стояла голая Тейсдариласа. Смущённые наги смотрели кто куда, но не на неё. Только Аркез с удивлением и страхом пялился на девушку. Вааш ещё раз цветисто выругался, стянул с себя верхнее одеяние и набросил на неё. Тейсдариласа ткнула пальцем в споривших нагов.
– Решают, кого послать, – неохотно перевёл Вааш. – У Заашара не хватит сил сдерживать сжигающее проклятие темницы в обе стороны. А ещё одного мага искать нет времени. Здесь мог бы спокойно пройти не наг, но среди нас нагом не является только этот, – он презрительно кивнул в сторону Аркеза.
А Тейсдариласа ткнула пальцем себя в грудь. Брови Вааша непонимающе сошлись на переносице. Девушка ещё раз указала на себя, а затем на скалу. До Вааша дошло.
– Нет! – резко сказал он. – Ни в коем случае!
Но принцесса быстро сообразила, что одна она с упрямством Вааша не сладит, поэтому прошмыгнула под его рукой и направилась к спорящим нагам, волоча за собой длинные полы одежды. Роаш и Эош посмотрели на неё с удивлением, а Заашар с радостным интересом. Девушка повторила свою пантомиму: ткнула в себя, а потом в скалу.
– Нет! – категорично отрезал Роаш.
Тейсдариласе даже не нужно было знать язык, чтобы понять ответ. Лицо наагалея Эоша стало задумчивым, а Заашар радостно хлопнул в ладоши.
– Это замечательный выход из положения! – воскликнул он. – Её высочество – не наг, предков нагов у неё не было. Не было же? К тому же посмотрите, какая она маленькая! – Он восхищённо указал на неё.
В громадной одежде Вааша Тейсдариласа казалась даже меньше, чем на самом деле.
– Она пролезет даже в самый крохотный лаз, – продолжал Заашар. – А если владыке будет очень плохо, то она сможет быстро вернуться и сообщить нам. И тогда мы отправим на помощь Эоша.
Наагалей вздрогнул от такого предложения.
– Так может, мне сразу пойти туда самому? – задумчиво протянул он. – Ты сдержишь заклинание, пока я буду добираться. А потом я немного посижу с владыкой и подожду, пока ты отдохнёшь.
– После такого я отдыхать буду дней пять, – мрачно пообещал Заашар.
Эош перевёл взгляд на принцессу. На лице той было беспокойство, она не понимала, о чём они говорят.
– Нет! – почти одновременно прорычали Вааш и Роаш.
Но Заашар и Эош, увидев реальный выход из ситуации, насели на них. Им тоже не очень хотелось отправлять в такое место женщину. Но принцесса могла дать отпор, если в темнице поджидает враг, и скрыться. Она всё же благоразумна и не станет ввязываться в проигрышный бой. Это сказал Заашар. Одним богам известно, почему он так верил в благоразумие девушки. Роаш, Вааш и Эош обменялись мрачными и многозначительным взглядами: они-то были свидетелями противоположного.
В конце концов Роаш начал сдавать позиции. Это стало заметно из-за его нервозности: инстинкты подняли голову, а значит, он уже начал переживать, насколько невредимой вернётся его подопечная. Вааш, шипя и ругаясь, повернулся к Тейсдариласе и по-нордасски, гневно щуря глаза, сказал:
– Я решительно против этой идеи! Ясно тебе?! Но так как я знаю, что ты всё равно пролезешь туда, то слушай внимательно! Очень внимательно! Если ты вдруг обнаружишь опасность, то немедленно возвращайся! Не морщись мне тут!!! – оглушительно гаркнул он, увидев гримасу на её лице. – Если найдёшь наагашейда, а он будет не в состоянии двигаться сам, то возвращайся!
На этом месте Вааш перевёл дух и продолжил:
– Но так как я знаю, что ты всё равно не бросишь его, хотя терпеть не можешь повелителя, то смотри, как заставить его обернуться. Двуногого нага тащить легче, чем хвостатого!
Тейсдариласа лучисто ему улыбнулась, а Роаш горестно застонал и закрыл лицо руками. Эош тут же зарылся в своей суме.
– У меня с собой есть успокаивающий отвар, – пробормотал он.
Заашар отдал приказ, чтобы приготовили что-нибудь, в чём было бы удобно тащить повелителя. Наги засуетились. Вааш тем временем учил принцессу.
– Все обороты начинаются в позвоночнике, – вещал он. – Поэтому, чтобы спровоцировать обращение, достаточно сместить нужные позвонки. Запоминай какие. Эй! – Он поманил к себе одного нага.
Тот быстро приблизился, и Вааш грубовато развернул его спиной.
– Вот! – хлопнул вздрогнувшего нага по пояснице. – Спина! Нажимаешь тут и тут.
Он показал места прямо поверх одежды. Девушка посмотрела него исподлобья. Мрачно так посмотрела.
– Скажи ей, какие они по счёту, – уставшим голосом произнёс Роаш, отмахнувшись от бутыля, предлагаемого Эошем.
– Пятый и шестой снизу.
Это было куда понятнее. Тут им притащили какую-то странную, наспех сделанную сбрую, состоящую из большого кожаного мешка и прикреплённых к нему двух хомутов.
– Вот и таскалка для наагашейда, – радостно оскалился Вааш.
«Таскалку» скатали в рулон и обвязали хомутами, чтобы было удобнее нести. Наагалей Эош вручил Тейсдариласе флягу с водой. А радостный Заашар утыкал её одежду различными амулетами.
– На всякий случай, – подмигнул он.
После чего велел ей подать знак, когда они с наагашейдом полезут обратно, чтобы он успел приготовиться и сдержать огненное проклятие темницы наагашехов. Как только он будет готов, то подаст ответный знак.
Вааш подсадил девушку, и она, взобравшись к нему на плечи, добралась до квадратного входа, мало заметного среди росших по его краю кустов. Забираясь в него, девушка скинула с плеч мешающую и цепляющуюся за всё одежду вместе с прикреплёнными к ней амулетами и скрылась в тёмных недрах прохода, взяв с собой только «таскалку». Коты беспокойно заметались внизу. Роаш выхватил из рук Эоша бутылку с успокоительным отваром, выдернул пробку и залпом выпил её содержимое.
* * *
Дейширолеш опять попытался пошевелиться. Эта попытка, как и сотни попыток ранее, оказалась бесплодной. Но он не расстроился. В нынешнем состоянии его ничего не расстраивало. Мир проносился перед глазами нестройным калейдоскопом разномастных видений. Ярких, кричащих, откровенно бредовых.
Вначале восприятие мира было туманным. В голове проплывали рои пчёл, жужжащих над цветочными лугами. Их сменил Вааш с чёрно-жёлтым полосатым хвостом. Это видение было более мрачным: за Ваашем гнался его, Дейша, отец, прежний наагашейд. Чуть в стороне, униженно стелясь по земле, наагариш Жейш умолял пощадить своего сына. Дейширолеш почему-то был уверен, что его сын – это Вааш. Все образы в голове перемешались и перепутались, слившись в откровенный бред.
Потом в бреду стало появляться нечто реальное. Наагашейд ощутил, что его словно волокут по земле. Ему даже показалось, что кто-то сдавленно ругается. Из памяти выплыла картина пятисотлетней давности.
Завари́йские болота. Духота и вонь топей. И ругань Делилониса, который тащил его по болотной жиже. Они оказались в тех местах, преследуя одного из прежних сторонников отца Дейша. Поймали его только два месяца спустя. А тогда, увлёкшись погоней, Дейширолеш и Делилонис оторвались от своих и потеряли отряд из виду. Молодой наагашейд по какой-то усмешке судьбы попал под падающее дерево. Дерево было древним, и просто пришло его время обрушиться – но именно тогда, когда рядом появился Дейш. Делилонис потом почти два дня волок его по болотам, сам Дейширолеш оказался ползти не в состоянии: со сломанным хвостом не поползаешь.
И вот сейчас в груди наагашейда разливалось полузабытое чувство благодарности. Ему тогда было так больно, плохо и унизительно от собственного беспомощного положения, что он почти ненавидел Делилониса, который на тот момент ещё не был его другом. Когда они наконец добрались до своих, подданные бросились, чтобы помочь владыке. Но Делилонис отмахнулся от них и заявил: «Повелитель не настолько слаб и беспомощен, чтобы не суметь самостоятельно забраться в носилки. У него всего лишь перелом хвоста». И Дейширолеш был благодарен ему за эти слова. Делилонис тащил его по болотам, ругаясь на его тяжесть и неповоротливость, но он не позволил другим считать Дейша слабым. Наверное, именно тогда и начала зарождаться их дружба.
Ощущение, что его тащат, пропало. Вместо этого появился холод. Холод шёл снизу, мёрзла спина. Перед глазами проносились смутные образы пещеры. Наагашейд не сразу понял, что смог открыть глаза. Потом его стали посещать другие видения. Являвшиеся в них были безлики и требовали от него самых разных вещей. Кто-то хотел, чтобы Дейширолеш отрёкся от титула наагашейда; кто-то – чтобы он превратился в крепостную башню своего замка. Требовали раскрыть какие-то тайны и немедленно сказать, где дрова, брёвна и лошадь. Наагашейд путался от такого обилия разномастных запросов и смог ответить только, где дрова. Они, конечно же, по другую сторону костра. В этот миг ему казалось, что он в походе.
Некоторые пробовали подкупать его различными благами. Предлагали золото и драгоценные камни, зловеще обещали сохранить жизнь, сулили женщин и новые земли… Были и угрозы. Ему обещали муки в загробной жизни, зловеще хохотали и говорили, что его отцом станет Вааш… Вааша вообще в его видениях было слишком много.
В какой-то момент Дейширолешу вдруг показалось, что весь этот бред отступил. Он чётко видел перед собой стены пещеры, безусловно, кем-то обработанные. Слишком уж гладкие. Откуда-то из-под потолка шёл свет. Он лился сквозь узкие малюсенькие оконца, вырубленные прямо в своде пещеры. Дейширолеш различил на полу птичий скелетик. Птаха, наверное, когда-то залетела сюда через одно из крохотных окошек, но так и не сообразила, как вылететь обратно. Немного с запозданием до него дошла мысль, что пол внизу. То есть пол находится ниже, чем лежит он сам. Но шевельнуть головой и осмотреть место своего возлежания наагашейд не смог.
Он уже почти уверился в реальности происходящего, когда сбоку неожиданно показалась изящная, но грязная ладонь. Она опёрлась на камень рядом с его плечом, и почти тут же рядом встало такое же грязное колено. Дейширолеш поднял глаза и увидел голую принцессу Тейсдариласу, стоящую на четвереньках около него. Губы мужчины изогнулись в усмешке.
– О, какие у меня занимательные видения, – насмешливо протянул он, почему-то мешая слова давриданского и нордасского языков. – Решили соблазнить меня этим образом?
Девушка удивлённо посмотрела на него. Затем подняла руку и покрутила пальцем у виска.
– Поразительное сходство с оригиналом, – вырвалось у Дейша.
Принцесса нахмурилась и склонилась над его лицом, вглядываясь в глаза. Недовольно скривила губы.
– Нет, правда, очень похоже. Мои аплодисменты.
«Видение» прижало палец к его губам, велев замолчать.
– А соблазнять меня будут? – насмешливо спросил наагашейд.
Ему бы хотелось, чтобы это видение его соблазнило.
Девушка раздражённо посмотрела на него. Оторвала полосу ткани от его одежды и завязала ему рот. Вдруг тут кто-то есть кроме них. Не стоит беспокоить ещё кого-то шумом. Потом она спустилась с постамента, на котором лежал наагашейд, и подошла к концу его хвоста, расположившемуся на полу. Потрогала вялую конечность и озадаченно почесала голову.
Тейсдариласа уже поняла, что владыка неадекватен и неспособен передвигаться. Всё же придётся на себе тащить. Вернувшись к постаменту, она беспардонно просунула руку под поясницу нага и, нащупав нужные позвонки, вдавила их в спину. Наагашейд дёрнулся, распахнул глаза и прогнулся в пояснице. И всё. Не помогло? Но потом всё же раздался сильный хруст, и хвост начал изменяться: укорачиваться, терять чешуйчатый покров и раздваиваться. Изменение заняло больше времени, чем, например, у Роаша. При этом у наагашейда на лице было такое выражение, словно его мучила боль.
Оборот завершился, и девушка поспешила запахнуть полы одеяния Дейша. Пусть там и юбка, но всё равно неловко. Отлучившись к ходу, через который она проникла сюда, принцесса вернулась с кожаным мешком, который Вааш обозвал таскалкой, и флягой с водой. Из фляги она отпила сама, а затем, стащив повязку, приложила горлышко к губам Дейширолеша.
Тот неожиданно понял, что умирает от жажды, и, присосавшись к горлышку, выпил флягу до дна. Только тогда Дариласа развернула таскалку и, не заботясь об аккуратности, принялась ворочать наагашейда, натягивая на его ноги мешок. Закончив, она закрепила ремни на его поясе и перекинула хомуты через его голову.
Упаковав владыку, Тейсдариласа ухватилась за одеяние наагашейда сбоку, навернула ткань на кулаки и дёрнула на себя, одним рывком перетаскивая наагашейда головой к проходу. Дейш охнул от неожиданности. Девушка влезла на постамент и, перешагнув через него, забралась в лаз. Владыка проводил открывшийся ненадолго вид заинтересованным взглядом.
Подобрав камешек, Тейсдариласа метнула его что есть силы в проход. Дождавшись ответного стука, она, намотав хомут на руку, втащила в лаз безвольного повелителя. Когда он оказался полностью внутри, она остановилась и, перегнувшись через него, поправила сползший мешок.
– Какие виды, – донёсся до неё довольный голос Дейша.
Возмущённо взглянув на него, девушка натянула повязку ему на рот и впряглась в хомут.
Лаз был тесноват. Всего-то полсажени в высоту и в ширину. Не развернёшься толком. И полно пыли и звериных скелетиков, которые хрустели под коленками. Слава богам, что наагашейд в двуногом облике не такой уж и тяжёлый.
К выходу Тейсдариласа подтащила его минут через двадцать. Сбросила конец хомута вниз, а сама проползла по наагашейду, кое-как развернулась в узком проходе и стала подталкивать его в стопы. За хомут с другой стороны потянули, и теперь девушка придерживала наагашейда за колени, чтобы он не вылетел из лаза слишком резко. Снаружи слышались возбуждённые голоса. Голова владыки показалась из отверстия, и наги сгрудились внизу, чтобы принять его. Благодаря поддержке девушки, он скользнул вниз медленно, и приняли его очень аккуратно. Тейсдариласу поймал на руки Вааш. Нервно дёргающийся Роаш быстро подполз к ним, тщательно осмотрел и ощупал девушку и только после этого глубоко вздохнул и одарил своим вниманием повелителя.
Заашар неподалёку сидел на земле и дрожал от напряжения. Он держался из последних сил. Стоящий рядом наг тронул его за плечо и прошептал, что всё закончено. Маг обессиленно застонал и, закатив глаза, рухнул в обморок.
Эош тем временем осматривал повелителя, которого уложили на землю. Закончив, он чуть дрожащими губами сообщил:
– Его отравили чем-то галлюциногенным. Это может подождать до возвращения во дворец. Грузите повелителя в повозку.
И, бросив взгляд на мага, добавил:
– Заашара тоже.
Мага загрузили довольно быстро и придвинули к стеночке. А с повелителем возникли проблемы. К нему стала возвращаться способность двигаться. Движения были слабыми, но в совокупности с прищуренным взглядом действовали на подданных подавляюще. Разве они могут заставить повелителя, если он не хочет?
– Это моё! – Дейширолеш властно и холодно кивнул подбородком на Тейсдариласу, которую Вааш как раз заворачивал в свою одежду.
Девушка удивлённо посмотрела на него.
– Это моё видение! – конкретизировал владыка. – И оно должно быть со мной. Почему оно так далеко?
Эош одарил девушку умоляющим взглядом. Вааш посмотрел на капризного владыку тяжело и неодобрительно. Девушка вздохнула, поджала губы и тяжёлой походкой направилась к наагашейду.
После этого Дейширолеш позволил уложить себя рядом с магом. Девушка забралась следом, шугнув краем одеяния сунувшихся за ней котов. Одеяние зацепилось за борт повозки и сползло с плеча принцессы, обнажив левую сторону тела почти по пояс. Она, не обратив на это внимания, села спиной к владыке и угрюмо уставилась в полог. Переживания последних часов наконец-то отпустили её, оставив после себя усталость и раздражение. Собственная нагота уже не трогала и не смущала.
– Виде-ение… – певуче позвал Дейширолеш.
Его палец слабо прошёлся по линии её обнажённого бока. Девушка хлопнула его по руке.
– Ну же, видение! Ты должна соблазнять меня!
Тейсдариласа раздражённо посмотрела него. Да что ж он по-нордасски-то болтает?! Нет бы бредил на своём языке!
Неожиданно длинные пальцы ухватили её за локоть и с силой дёрнули. Девушка упала на грудь Дейширолеша. Повозка качнулась, трогаясь в путь. А Тейсдариласа смотрела в невозможно зелёные глаза нага, и сердце глухо и тяжело билось в груди.
– Ви-де-ни-е, – по слогам произнёс наагашейд, обдавая её губы тёплым дыханием. – Скажи, что я нравлюсь тебе. Скажи, и я сделаю всё, что ты хочешь.
Тейсдариласа нахмурилась и поднялась. Повелитель её не удерживал. Все свои силы он растратил, дёрнув её на себя. Отодвинувшись, она опять повернулась к нему спиной, по-прежнему не заботясь тем, что одежда сползла ей на пояс.
Дейширолеш из последних сил подкатился к ней и прижался щекой к её пояснице.
– Моё видение, – довольно пробормотал он.
Тейсдариласа не выдержала и раздражённо прошипела:
– Заткнись!
Её кожи коснулись горячие губы.
– Вот ты и прокололось, видение, – довольно прошептал Дейш и прикрыл глаза.
И уже в полудрёме с ласковой улыбкой добавил:
– Ведь Тейс не разговаривает.
Плечи девушки вздрогнули, и она удивлённо обернулась. Он назвал её по имени? Так нежно? Лицу стало горячо, и Тейсдариласа отвернулась. Но отодвинуться больше не пыталась.
А еле шевелящий ресницами очнувшийся Заашар заторможенно пытался понять, бредит он или нет. Наверное, всё же пока бредит. Он же знает, что принцесса Тейсдариласа не может говорить.