Глава 9

Все утро не могла сосредоточиться ни на чем, поэтому просто плюнула, оставив дела на Тиля, и готовилась к предстоящей встрече. На Зинку надежды нет, так что оставила ее бить баклуши в таверне, надеясь, что она там не набедокурит в очередной раз. Та, конечно, порывалась пойти со мной, дабы составить мне компанию, но я как могла открестилась от ее предложения. А то не дай боже и тут чего украдет, а мне потом головы не сносить. Но сейчас, стоя перед резиденцией его высочества и глядя на двух стражников с копьями по бокам от двери, мелькнула предательская мысль, что надо бы вернуться и взять с собой Зинку. А что, пусть ежели что, то ей головы не снести. Страна должна знать своих героев в лицо. Но затем смотрю на аппетитный фруктовый бисквит в своих руках и вздыхаю. Надеюсь, что наг не откажется от угощения и сильно серчать на нас не будет. Если что, разыграю роль бедной сиротки. А почему разыграю? Так-то оно и есть, я одна-одинешенька в этом мире. В общем, порефлексировав немного, бодрым шагом пошла к входу. И почему-то не подумала, что меня могут и не пропустить. Копья скрещиваются аккурат передо мной, заставив притормозить. Гляжу на них злобно, ведь чуть не опрокинула свой съедобный презент на себя. Итак долго платье приличное подбирала, а тут одно неловкое движение, и все мои труды насмарку пойдут.

— К кому? — грубый голос стражника справа.

— Э-э-э, — зависла я, ведь забыла имя, настолько увлеклась мыслями о казни. — Ну, к этому, как его, лорду… Шшариану, во.

Вид у меня видно уж больно убогий, вон какими взглядами посмотрели на меня. И нечего жалость тут изображать! Нормально я выгляжу.

— Не положено! — зычный бас слева.

— Как это? — озадаченно хмурюсь, а затем сияю. — Так я же это, по приглашению.

Черт, Лена, ты точно была владелицей сети ресторанов? Откуда такое косноязычие деревенское? Мир на меня так влияет этот негостеприимный, не иначе.

— Какое еще приглашение, дамочка? — усмехается тот, что стоит справа. — Вы себя в зеркале видели?

От этого гнусного предположения на секунду впадаю в ступор, а затем гневно прожигаю наглеца взглядом.

— Слушайте, вы, — начинаю было возмущаться, но потом вижу его тот же набычившийся вид и чуть отпускаю вожжи злости. — Я вообще-то по делу о воровстве пришла.

И так гордо выпячиваю грудь, что его глаза резко падают в эту область.

— На какое время назначено? — сглатывает и спрашивает он.

А я же впадаю в ступор. Точно, а время разве было указано? Вот бы вспомнить. Как назло, в голове крутится все что угодно, но никак не нужная мне информация.

— О, господин Дворф, вы уже вернулись, — вдруг подобострастно говорит второй стражник, кидая суровый и предупреждающий взгляд на первого.

Я же сияю и поворачиваюсь в ту сторону, в которую они двое смотрят. Сегодня мне явно благоволит удача.

— Добрый день, господин Дворф, — копирую речь стражников, но смотрю на гнома с обидой. — Вы сказали, что стражники ваши предупреждены о моем приходе. Я тут пришла с честными намерениями, и что я вижу? Меня не пускают.

Даже поджимаю губы, словно я в обиде. Дворф сначала опешивает, видя меня, а затем почесывает подбородок и выдает:

— А вы сказали, что ко мне? — задумчивый тон, прищуренный взгляд на стражу, которая вдруг тушуется.

Я же наоборот выпадаю в осадок.

— Эм, — растерянно оглядываюсь, вспоминая, что говорила им. — Нет, сказала, что к лорду.

Голос мой все тише становится, а сама я чертыхаюсь. Вот же блин, сама опростоволосилась, еще и скандал чуть было не закатила. Ну даешь, Ленка, в своем репертуаре, как обычно.

— Идемте, лорд ждет вас с самого утра. Что-то не торопитесь вы, барышня, — никак не комментирует мой конфуз, но качает осуждающе головой.

А что мне было делать, в пять утра подрываться? Как собралась, так и пришла. Ишь, недовольные тут какие все.

— Кольцо при вас? — спрашивает мужчина, когда мы преодолеваем двор.

Честно говоря, меня бьет такой мандраж, что я даже осматриваюсь по сторонам, не оцениваю убранство дома, когда мы заходим внутрь. Хотя и на первый взгляд всё просто шикарно, как только и может быть, когда у чело… Тьфу ты, то есть, змеелорда имеется целая гора золота.

— Да, да, вот оно, — придерживаю бисквит одной рукой, достаю кольцо из-под воротника.

От греха подальше надела его на толстую нитку и повесила на шею, а то с моей везучестью уже у меня его украдут, а отвечать перед лордом мне, а не каким-то там залетным ворам. Но когда мужчина встает на цыпочки и разглядывает его, то ахает и отскакивает, даже чуть не падает. А затем, придя, видимо, в себя, встает, отряхивается и подходит ближе. Я же наблюдаю за этим с ничего не выражающим лицом. Это я просто в шоке от происходящего, в иной раз рассмеялась бы, но сейчас на нервах и не до смеха.

— Кто прикасался к кольцу? — неожиданно больно хватает меня за локоть и нагинает ниже, чтобы смотреть мне прямо в глаза.

От неожиданности его вопроса я даже теряюсь, открываю-закрываю рот, не зная, что сказать.

— Я, — сглатываю, а затем кое-что вспоминаю. — Ну и Зина, да и всё, впрочем.

— Зина, значит, интересно, — задумчиво произносит Дворф. — А она титулованная особа?

— Коронованная, — усмехаюсь, вспомнив, что этой точно корона на голове жмет.

Но мужчина моей насмешки не понимает, словно не приучен, и как-то довольно кивает сам себе.

— Вот и отлично. Наверняка это она. А то я уж было, старый прохиндей, подумал, что это вы… — взмахивает неловко руками, глядя на мои телеса, и отводит свой смущенный взгляд, когда удостаивается от меня не менее злобного.

— Куда идти? — спрашиваю надменно, вздергивая подбородок.

— Кхм, простите, да-да, прошу за мной, — бормочет и несется впереди, я еле поспеваю за ним, хотя ноги у меня всяко длиннее. — Надо же, как удачно сложилось. Думаю, лорд требовать с вас золота не будет. Я уж за вас похлопочу, вы не переживайте.

Не то чтобы я испытывала те чувства, на которые он намекал, единственное, что одолевало меня, так это недоумение. О чем он говорит? Чему так радуется? И уж не связано ли это с цветом кольца? Может, сказать ему, что оно потеплело в моих руках? Авось это как-то повлияет? Но ничего произнести не успеваю, в этот момент он останавливается перед внушительной дверью, стучит и, дождавшись дозволения, открывает ее с легким скрипом, заходит первым, а я следом. А вот там… Я ахаю. Первым, что бросается мне в глаза, это черно-красный змеиный хвост, отдающий тем же самым отливом, что и родовое кольцо этого Шшариана.

— … благо… подумайте… Зина… коронованная… — что-то там продолжает вещать гном, я же с легким чувством страха окидываю эту громадину, поднимая глаза всё выше и выше, пока не упираюсь в мощную грудную клетку этого змеелорда.

— Насмотрелись? — холодный голос нага, мои поджатые губы в ответ.

Дворф в этот момент неловко суетится, заламывая руки, глядит то на меня, то на своего хозяина. Я же держу в руках бисквит и сама переминаюсь с ноги на ногу, думая, с чего бы начать разговор. Даже смотрю на гнома с какой-то надеждой, авось он сам все разрулит.

— Ты свободен, Дворф, — окончательно убивает мои надежды на корню этот змеелорд и движением ладони указывает подчиненному на выход.

А мы с ним остаемся наедине. Взгляд глаза в глаза, его — холодные и змеиные, и мои — испуганные и человеческие.

Он молчит, только сверлит меня своим странным змеиным взглядом, и, глядя на него вблизи, до меня впервые доходит, что он не человек. И вот вроде бы глаза его выглядят человеческими, но в них отчетливо видна животная, звериная составляющая.

— Неожиданная встреча, — говорит он нечто странное и опускает глаза вниз.

Сначала я хочу возмутиться, что он, как лорд, мог бы и попридержать свои мужские наклонности и не пялиться на мой бюст, но вовремя замечаю, что он с интересом рассматривает не мое богатство, а кольцо, то самое, что висит у меня аккурат между грудей.

В моих руках находится бисквит, и когда я замечаю его взгляд, освобождаю вторую руку и резко тяну кольцо за шнурок через голову, делаю все это впопыхах, так что не удивительно, что моя голова застревает в этом шнурке. Тяну и так, и сяк, но ничего не выходит, и я, не придумав ничего лучше, сую бисквит змею в руки.

— А ну-ка, подержите-ка, пожалуйста, — проявляю чудеса воспитания и добавляю последнее слово.

Он, видимо, ошалел от моей наглости, просто молча принял то, что я даю ему в руки, и продолжил наблюдать за моей тщетной борьбой со шнурком. Вот же блин, отъела щеки, называется. Запыхавшись и немного вспотев, наконец, освобождаю кольцо и протягиваю ему с чувством удовлетворения и гордости.

— Это вроде бы ваше, — не нахожу ничего лучше, чем просто сказать то, что итак известно всем.

— Занятно, — только изрекает он, больше ничего не говоря.

Снова окидывает меня взглядом, смотрит на бисквит в собственных руках, разворачивает и кладет его на свой стол. Затем вальяжно обходит меня по кругу, разглядывая, словно товар на рынке. Я продолжаю стоять с глупым видом и протягивать ему кольцо, начинаю уже раздражаться. Но это чувство помогает мне не испытывать страх, хотя я нет-нет да опускаю взгляд, наблюдая за тем, как его хвост обвивается практически вокруг меня, стелясь и извиваясь по полу. Кончик все ближе подползает к моим ногам, заставляя сглатывать горький ком ужаса. Сердце мое начинает стучать быстрее, а ладошки, кажется, потеют. Я практически ничего не слышу, только шум в ушах. И чтобы унять это ощущение испуга, первая реакция у меня — это гнев и нападение.

— Так вы забираете свое родовое кольцо или как? Может, оно вам и не нужно вовсе? — не сдерживаю язвительности в своем голосе.

— Наглая, хабалистая, неидеальные формы, — игнорирует мой вопрос змеелорд и недовольно цокает.

— Да вы… Да вы… — только и могу, что внешне возмутиться, но что сказать, не знаю, настолько меня поразили его бесцеремонные слова.

— Дворф упоминал, что к кольцу прикасались не только вы, но и некая Зина, коронованная особа, я правильно понимаю? Какого государства? Метаморфы? Люди? — серьезным тоном продолжает он дальше игнорировать меня, напирая и настаивая на своем.

У меня лишь чудом не вырывается смешок, когда он говорит про Зинку, куда еще более хабалистую, чем я. Да уж, неужели они восприняли мои слова про то, что она имеет корону, буквально? В этот момент, пока я тщательно сдерживала смех, лорд поджал губы и нахмурился, видимо, прочитав в моих глазах что-то, что ему пришлось не по нраву. Я гордо выпрямляю спину и вздергиваю подбородок.

— Это Зина присвоила ваше кольцо, — начинаю я говорить, тщательно подбирая слова. Лорд, конечно, может рассуждать весь день, а у меня все же дело стопорится, пока я тут слушаю его разглагольствования. — У нее есть некие наклонности… В общем, ваше кольцо было таким привлекательным, что она не смогла сдержаться. Я здесь, чтобы принести наши извинения, и в честь этого я испекла вам бисквитный торт, — киваю лорду на стол, где он оставил мой подарок.

Он прослеживает мой взгляд и почему-то морщится, словно я подсунула ему нечто неприятное.

— Я не ем сладкое, отдам солдатне, думаю, им понравится, — ухмыляется, словно желая меня уязвить.

Чувствую исходящее от него раздражение, будто бы я своим присутствием бешу его и нарушаю чувство прекрасного. Стискиваю кулаки и ощущаю, как камень под моим напором потеплел еще сильнее. Почувствовав это, тут же разжимаю кулак, но кольцо не выпускаю и лорду тем более не показываю. Благо он и не просит. Надеюсь, что ничего с ним не случилось, и оно не изменилось снова. Боюсь, как бы моя магия на него не повлияла. Иначе нам всем точно не сдобровать. А то вон как заинтересовались сменой цвета черного камня на красный отлив. Неужели это что-то плохое? Ох, надеюсь, что нет. Но не спросишь же, вдруг это что-то, что всем известно, тогда сразу поймут, что я самозванка. Надо будет срочно спросить у Тиля. Вот ты дурная голова, Лена, могла же раньше это сделать, до прихода в эту резиденцию.

— Господин Дворф обещал мне, что уладит вопрос с вами насчет золота, о котором говорилось в письме, — начинаю говорить как можно более осторожно, бешусь от того, что этот неприятный змеелорд выгнал своего помощника, который сказал, что все разрулит.

Как подвести разговор к тому, чтобы он простил нам долг за воровство, не знаю, оттого и звучит мой голос неуверенно и тихо, даже стыдливо.

— Можете об этом не переживать, — говорит он холодно, а затем встает прямо передо мной.

Я выдыхаю с облегчением, поскольку хвост он от меня убирает подальше, а сам скрещивает руки на груди, словно отгораживается от меня. Я зеркалю его позу и делаю шаг назад.

— Так вы возьмете кольцо? — спрашиваю и протягиваю ему его собственность, о которой он, видимо, и вовсе забыл, поскольку с недоумением опускает взгляд на кольцо, переливающееся в этот момент красным отливом еще интенсивнее.

— Дворф сказал, что у вас собственная таверна. Сегодня вечером я приду взглянуть на вашу Зину, а после приму решение… О кольце… О золоте… И… Впрочем, вам эта информация ни к чему, — говорит он сухо и отворачивается, словно намекая, что разговор окончен.

Я еще немного остаюсь на месте, не знаю, стоит ли мне удалиться. Неловко надеваю ремешок с кольцом обратно на шею и сверлю взглядом спину нага. Да уж, не успела выдохнуть, как он огорошил известием, что нам его рожу лицезреть еще и в таверне. Не то чтобы меня прям интересовало, что еще ему нужно, кроме кольца и золота, но не спросишь же.

— Вы свободны, — поворачивается в какой-то момент наг снова ко мне и вздергивает высокомерно бровь.

С облегчением выдыхаю и быстренько удаляюсь, пока этот неприятный тип не передумал. Я ни разу не обернулась, однако почему-то у меня возникло ощущение, что его глаза внимательно за мной наблюдают, и какое-то странное чувство зарождается у меня в груди, которое я никогда не испытывала. Встряхиваю головой, отбрасывая все посторонние мысли, и бодрым шагом возвращаюсь в таверну. Нужно срочно переговорить с Зинкой, чтобы она ничего не испортила, и подготовить заведение. Надеюсь, что сегодня будут новые посетители. Ведь вопрос с золотом до сих пор стоит остро.