Глава 17 · Хорошая помощница — на вес золота

В обратный путь пустились уже под утро. Решили добраться до города по реке. Федор вывел их к небольшому причалу, где качалась довольно большая лодка, куда прекрасно поместился и двукол, и пассажиры с собакой. Мотя, а именно так пока Дана решила ее называть, вела себя тихонько, лишь вздыхала и порывалась лизать всем руки. На остальное, у нее пока не было сил.

Дана осмотрела лодку, но не увидела ни уключин, ни весел. Приспособления для паруса тоже не нашлось. И тут Федор ее удивил: из ящик на корме он вытащил странное устройство, похожее чем-то на мясорубку, прикрутил его на корме, опустил один конец в воду, сам сел рядом, взялся за ручку и лодка медленно тронулась с места, за кормой бурлила вода.

— О, это что за чудо? — тихо спросила она у Панарина.

— Лодочный движитель. Лопасти крутятся, толкают лодку вперед. В Невограде по каналам ездят похожие, но тут принцип немного другой. Энергию вращения дает не флюорит.

У нее от изумления широко открылись глаза. Неужто Федор использует запрещенный в Империи каменный уголь? Панарин понял ее незаданный вопрос и усмехнулся.

— Нет, Федор — народный умелец. Его движитель работает на спирту. Но так как промышленный спирт дорог, то делает он его сам.

— Что тоже под запретом, — кивнула Дана. — Да уж, мы с вами, Савелий Тимофеевич, самые законопослушные сыщики в мире, получается, так? — она хихикнула.

Через сорок минут их лодка пристала к берегу. Еще не рассвело, но магкары уже вышли на дороги. Панарин нанял один, и за двойную плату водитель согласился отвезти на нужный адрес вместе с двуколом и собакой. Чему Дана была очень рада, потому что не была готова расстаться ни с тем, ни с другим.

— Я за него еще не расплатилась, — вздохнула она.

Панарин поинтересовался, сколько с нее запросили; узнав цену в пятнадцать рублей, очень странно глянул на нее.

— Советую поинтересоваться стоимостью двуколов, — только и сказал он.

— Вы думаете, мне назвали не реальную цену? Но я не думаю, что он стоит дешевле… — Подумав, она добавила: — То есть мне назвали гораздо меньшую цену? А почему?

Панарин пожал плечами.

— Возможно Волынский-младший хотел сделать вам приятное.

Ей показалось, что его голос выдал какое-то напряжение.

Магкар приехал, Панарин помог ей поднять двукол на этаж, Дана несла собаку. Та уже уверенней держалась на лапах, но она боялась, что на лестнице может споткнуться и упасть.

— Если будут проблемы с хозяйкой квартиры, не стесняйтесь мне об этом сказать, — велел Панарин, прощаясь с ней. — Я эту особу немного знаю, есть за ней пара грешков, на которые власти пока закрывают глаза, но могут ведь и открыть.

Дана заперла дверь, нашла старое покрывало и сделала из него для Моти лежанку, открыла хладшкаф, нашла остатки ужина: котлеты и тушеные овощи. Все это Мотя заглотила с неимоверной скоростью и теперь лежала, облизываясь и стуча хвостом по полу.

— Тебя надо помыть, и меня тоже, — зевнула Дана, — но не сейчас. Завтра. Давай-ка спать.

Проснулась она от того, что на ноги навалилась какая-то тяжесть. Дана дернулась, и услышала недовольное ворчание. Приподняла голову и увидела, что в ногах на постели разлеглась Мотя и крепко спит, лишь порыкивая во сне, когда Дана попыталась ее растолкать.

— Ну ты и наглая! — возмутилась она, но потом махнула рукой. Собака, судя по всему, раньше была домашней и жила в приличных условиях. Какой же изверг обрек ее на мучительную смерть?

После душа и завтрака, пришло время мыться и Моте. На удивление, та бодро запрыгнула в ванну и стойко перенесла все процедуры.

После помывки ее шерсть оказалась медно-рыжей с черным отливом на ушах, лапах и хвосте.

— Да ты еще и породистая, — погладила ее Дана ее по голове, — или помесь.

Мотя тявкнула и умильно посмотрела в глаза. Пришлось отдать ей остатки колбасы и хлеба. Не совсем подходящая еда для собаки, но это поправимо.

Они вышли на улицу и в ближайшей лавке приобрели для Моти поводок и новый ошейник. Старый Дана чуть было не выбросила, но потом подумала, что он может помочь им найти прежних хозяев. Она и сама не знала еще, хочет ли искать их. Вдруг это именно они привязали бедную псину у реки? А может, ее у них украли? Короче, надо будет обо все этом подумать. Пока же они отправились на работу.

Панарин удивился, увидев их входящими в контору.

— Я вроде дал вам выходной?

— Да? — тоже удивилась она в ответ. — Не запомнила. В любом случае, выходной мне не нужен. Отдохну потом, когда раскроем дело.

— Дело? Какое из них вы имеете ввиду?

— Дело о пропавших опалах, и о покушении на ювелира. Вы же не будете отрицать, что эти два эпизода связаны между собой?

— Не буду. Хорошо. Вот вам первое задание: доразбирайте все эти дела, — он указал на остатки папок на столе.

— Вы серьезно? — Дана всплеснула руками. — Вы хотите снова поручить мне канцелярскую работу?

— Я ваш начальник, и мне виднее, что именно вам поручать, — отрезал Панарин. — То, что вы самовольно влезли в расследование, не дает вам право и дальше путаться у меня под ногами. Я нанял вас именно для канцелярской работы, Дана Кирилловна.

Все это ввело ее в ступор. Вот как, а? Вчера он был ей так благодарен, а сегодня говорит, что она путается у него под ногами? От обиды, а еще от возмущения у нее задрожал подбородок.

— Прошу не принимать мои слова близко к сердцу, — вздохнул Панарин. — Вчера вы могли серьезно пострадать и все это было бы моей виной.

— Вчера вы были иного мнения, — все же высказалась она.

— Да. Признаю, что ваше присутствие облегчило мне задачу поиска виновных, но я бы предпочел сделать это, не беспокоясь за вас, Дана Кирилловна.

— То есть когда вы потащили меня на кладбище вытаскивать мертвяка, все было нормально? Ничего вас не смущало?

— В тот раз это был осознанный риск, я знал, что справлюсь с ситуацией, если что. Но вчера вы подвергли опасности не только себя, но и меня. Думаете, Федор сильно бы стал разбираться кто вы такая? У него с полицейскими шпиками разговор короткий, а так как вы сослались на меня, то и меня могла постигнуть печальная участь. И никто бы нас никогда не нашел. Теперь до вас дошло?

Она чуть поразмыслила и неуверенно спросила:

— Неужели вы не справились бы с ним? Вы же сильный.

— Вы Федора видели? — Панарин усмехнулся. — Я бы с ним даже в шуточном бою не стал бороться. Надеюсь, мне удалось донести до вас всю серьезность дисциплины.

— Но я…

— Знаю, знаю. Хотите вести расследование наравне со мной. Что ж, у вас будет такая возможность, если пообещаете, нет, лучше поклянетесь, что больше не станете самовольничать. Если я говорю «разбирать папки», значит, вы будете их разбирать. Ясно?

Она кивнула, но так как он ждал и словесного подтверждения, то она сказала:

— Да. Клянусь, что буду выполнять ваши распоряжения и не стану ничего делать из того, что запрещено.

Панарин улыбнулся и взял шляпу и трость.

— Дана Кирилловна, я отправляюсь на встречу с клиентом. Ваша задача на сегодня закончить с папками. И по возможности постарайтесь найти в них упоминание виверны. Если мне не изменяет память в каком-то из дел мне это слово попадалось. Если найдете, это сильно облегчит нам поиски. И да, — он посмотрел на Мотю, которая лежала у порога и помахивала хвостом, — вашей собаке надо много есть. В моем хладшкафе есть что-то съестное, вроде даже мясо, можете скормить хоть все. Я так или иначе планировал пополнять запасы

Он вышел, Дана же осталась стоять с полуоткрытым ртом. Вот что за человек? Нет, чтобы сразу сказать: «Найдите мне в старых делах упоминание виверны». Так нет, устроил тут спектакль, чуть до слез ее не довел. В руку ей ткнулся холодный нос, Дана присела и погладила Мотю по голове.

— Ага, ты услышала про еду и решила мне напомнить? — догадалась она. — Ну, пойдем, посмотрим, что там есть для тебя вкусного.

Морозильное отделение в хладшкафе и правда оказалось забито мясом. Дана вытащила один кусок и положила в теплую воду оттаивать. Мотя в нетерпении била по полу хвостом. Да, оттаивать это все будет долго.

Дана посмотрела на мясо в кастрюле, потом на свои руки. Ну, а почему бы не попробовать? Пятый ранг — он же как раз для хозяйственных нужд.

Стенки кастрюли начали нагреваться, замороженные бока окорока начали краснеть. Вскоре Мотя получила вожделенный кусок и улеглась на свой коврик, зажав окорок между лап.

— Жаль, ты не умеешь говорить, — посетовала Дана, — указала бы на того, кто хотел твоей смерти, и я бы ему «ух»! — Погрозила она кулаком в пространство.

Однако надо было приниматься за работу. Дана продолжила расставлять папки по ранжиру, не забывая выписывать на каждую специальную карточку, как в библиотеке. Эту идею она почерпнула у одного автора, где сыщик все свои дела вносил в специальный каталог, и в случае надобности мог легко найти старое дело.

Она уже отчаялась найти хоть что-то про виверну, когда ей попалась знакомая фамилия. Ну как знакомая… просто показавшаяся знакомой.

Уваров… где же она ее слышала? В деле, которое она листала речь шла о попытке мошенничества. Клиентка, некая дама, уверяла, что ее жених Уваров Загляд Никифорович, упросил ее вложить крупную сумму денег в его предприятие, уверяя, что через полгода она сможет вернуть свои деньги с прибылью. Но чуда не произошло. Жених начал появляться все реже и реже, а на вопрос о деньгах давал туманные ответы. Дама вскоре поняла, что ее хотят обмануть и обратилась к сыщику Панарину, потому что идти в полицию ей было стыдно.

Дана пролистнула дело до конца, оно было не таким уж большим, потом она поняла, что просто в деле не хватает нескольких страниц, сразу после шестой, шла десятая, последняя, на которой имелась запись:

«Завершено замирением сторон» То есть Панарину удалось убедить Уварова вернуть деньги? Интересно, каким способом? Про одно лишь «доброе слово» как-то не верилось. Можно было заводить на дело карточку и ставить дело на полку, но Дана что-то все листала и листала скудные страницы, пока глаз на наткнулся на фразу из показаний клиентки: «Он уверял, что виверна — дело верное…». Она перечитала фразу еще и еще раз. Вот оно! Но что такое эта виверна? Или кто?

Можно было бы спросить у клиентки, но Панарин вряд ли согласится — на папке стоял гриф «сохранять конфиденциальность». Если дама узнает, что ее дело читала какая-то там помощница, вряд ли она останется довольной, а Панарин просто выгонит ее сразу. Оставался второй участник — непосредственно Уваров. Только где его искать?

Дана отложила папку в сторону и взялась за другую. О, она узнала ее! Это же дело Неверовича. Ее можно было и не просматривать: насколько Дана помнила: там не было никаких виверн. Но все же она ее открыла: стало интересно, как Панарин отразил происшествие на досудебном заседании. Она пробежала глазами первую страницу и поняла, что звезды сегодня сошлись как-то особенно удачно. В списке фигурантов заседания она прочла имя — Уваров Загляд Никифорович. Так это же тот самый брат Елены Неверович с пышными усами!

Дана от восторга сделала несколько танцевальных па. Ура, ура! Она нашла ниточку, пусть и тоненькую, но все же. В тот же мгновение радость сменилась растерянностью: как найти этого Уварова — раз, и станет ли он с ней разговаривать — два.

Но потом ее осенило: Неверович точно должен знать где живет брат его жены. Бывшей жены.

Она поискала на полке справочник с номерами флюрофонов. У Неверовича он, конечно же, был. Напротив фамилии стоял и род занятий: коммерсант.

На сигнал вызова долго никто не откликался, потом девичий голос сказал:

— Усадьба Неверовича, слушаю.

Наверное, горничная или домохозяйка, подумала Дана и представилась:

— Помощница господина Панарина Дана Кирилловна Киотова. Могу я поговорить с господином Неверовичем по очень важному делу?

— О! Сейчас уточню? — В голосе девушки слышалось облегчение. Может быть, она подумала, что может звонить бывшая жена? Но ведь она должна сидеть в тюрьме?

Через минуту в трубке что-то щелкнуло и мужской голос сказал:

— Здравствуйте, Дана Кирилловна! Чем могу быть полезен?

— Простите, что беспокою, но у нас возникла потребность связаться с Уваровым. Может вы знаете, как его найти?

— Дана Кирилловна, это нужно вам или Савелию?

— И мне и ему. Это не связано никак с тем делом… Мы сейчас расследуем новое и просто хотели задать ему несколько вопросов.

— С такими людьми лучше не связываться, — вздохнул Неверович. — Это безнравственный человек. Думаю, это он внушил бедной Елене все эти ужасные деяния.

Дана подумала, что есть люди, которые во всем видят только то, что хотят. Для него Елена не была преступницей, а всего лишь жертвой своего алчного брата. А то, что они вдвоем погубили его первую жену и нерожденных детей, это так…

— Только ради Савелия я помогу вам Дана Кирилловна, но будьте осторожны с этим человеком. Он живет, ну жил раньше, в гостинице «Тверичевские высоты», но после того как… Елену отдал под суд, куда-то пропал. Наверное, боялся пойти соучастником, но насколько я знаю, бедная Лена его не выдала, взяла все на себя.

— И где его теперь искать? — спросила Дана.

— Раньше он всегда ходил обедать в трактир на площади «Два калача», у него там даже свой персональный стол всегда под заказ. Больше, увы, ничем не могу помочь. Мое желание — никогда больше не общаться с этим семейством. Я простил Елену, но его — ни за что!

Они распрощались, и Дана потерла руки от переполняющих ее эмоций. Какая она молодец! Как ловко все разузнала. Она полистала справочник еще раз. Вот он трактир «Два калача».

После того, как ей ответили, она спросила заказан ли стол для господина Уварова, ей ответили, что да. На три часа, как обычно.

Положив трубку, Дана снова протанцевала по приемной.

— Мотя! Мы с тобой идем на прогулку!

Собака с готовностью вскочила. Она уже не выглядела столь изможденной, как день назад, к тому же вымытая и причесанная смотрелась вполне прилично. Дана посмотрела на стол. Может, оставить записку? Или не стоит? Они же быстро обернутся — туда и обратно. Посмотрят на Уварова, убедятся, что он пришел в трактир, если получится, то поговорит с ним и назад. Панарин вернется, и она ему преподнесет информацию, чтобы он понял, что она не только для того чтобы папки разбирать или вот с пылью бороться.

К трактиру они прибыли почти к трем часам. Дана подошла к вывеске и принялась читать написанное мелом на доске меню. Уха… Щи… Расстегаи, блины. Запеченный олений бок, и прочие вкусности. Она поняла, что сглатывает слюну.

— Сударыня желает отобедать? — спросил выскочивший на улицу половой: молодой мужчина с усиками и прилизанными волосами.

— Желает, но увы… — вздохнула Дана и притянула к себе поближе собаку, которая уже тянулась носом к длинному переднику полового.

— О, сударыня! У нас есть специальные места для посетителей с питомцами.

— Правда? — Она еще не успела оправиться от изумления, а ее уже вели в трактир и вскоре усадили за столик, огороженный низким заборчиком с калиткой.

— Вот тут вам будет удобно, эта ограда, конечно, для питомцев поменьше, но просто не отпускаете вашу замечательную собачку с поводка и все. Кстати, у нас есть специальное меню для собак. Мозговая косточка, свежие потрошки, рубленое мясо с овощами. Вы знаете, что животным обязательно нужно есть клетчатку?

Пока он расписывал ей все нюансы, а сам подсунул меню и помог сделать заказ. Дана посчитала, какую дыру в бюджете вырвет у нее этот обед и немного огорчилась, но потом махнула рукой. Если они раскроют это дело, то все им окупится. Разве нет?

Уваров появился, когда она уже доела стерляжью уху и принялась за блинчики с красной рыбкой. Да, она решила устроить себе рыбный день. Мотя уже проглотила все потрошки и теперь умильно смотрела на плетеную корзинку с хлебом. Хлеб она тоже умяла в один присест.

Дана забыла о собаке и о блинах и смотрела теперь только в сторону Уварова. Тот сидел раскинувшись на диване и смаковал наливочку из маленькой рюмочки в ожидании заказа. Дана решила, что это подходящий момент. Оставив Мотю догрызать кости, она не спеша подошла к столику Уварова. Тот поднял глаза, узнал ее и слегка вздрогнул.

— Добрый день, господин Уваров. Возможно, вы меня помните…

— О, еще бы! Что вам нужно? Вы пришли сюда с этим вашим сыщиком? — он оглянулся в поисках Панарина.

— О, нет! Мне просто нужно задать вам один вопрос. Всего один и я уйду и не буду вам мешать обедать.

— Что за вопрос? Может, лучше дождаться моего адвоката?

— Да с чего? — она улыбнулась. — Дело давнее, но вы могли бы помочь, а мы со своей стороны можем когда-то помочь и вам.

— Ну, допустим, — Уваров окинул ее странным взглядом, словно оценивал.

— Помните, у вас как-то была история с одной дамой, вы уговорили ее вложиться в один проект?

Уваров посмотрел так равнодушно, что Дане стала ясна вся нелепость ее вопроса. Наверняка таких эпизодов в его жизни было гораздо больше, чем один.

— Это был проект связанный с виверной…

Она еще не успела договорить, как с Уваровым произошли разительные перемены. Его лицо приобрело багровый оттенок, рот открылся словно ему не хватало воздуха. Уваров схватил ее за руку и силой усадил на диван. Она лишь тонко вскрикнула.

— Кто вам рассказал про это? — зашипел он. — Не смейте даже думать в эту сторону, если жизнь вам хоть капельку дорога.

— Пустите! — Дана попыталась вырваться, но он держал крепко.

В это время рядом с подолом ее юбки послышалось грозное рычание. Мотя стояла, опустив голову и скаля клыки, загривок ее встопорщился.

Уваров испуганно поднял ноги, а потом изумленно воскликнул:

— Джесси? Боги, откуда ты здесь? Ты же околела?

Он смотрел на собаку, Дана смотрела на него, а Мотя, которая на самом деле Джесси, медленно готовилась к прыжку.