ГЛАВА 10

Утро началось не с завтрака и даже не с кофе в постель, а со скандала. Причем его инициатором была я.

— Маменька, а я говорю, никуда вы не поедете!

— Вероника! — маменька топнула ногой и потянула на себя шерстяную накидку, в которую я, какбультерьер, намертво вцепилась с другой стороны. — Отпусти немедленно!

Мы одновременно сверкнули глазами и под слабый писк горничной, готовой упасть в спасительной обморок, снова дернули накидку каждая в свою сторону. Раздался треск ткани, и мы с маменькой, не удержавшись на ногах, рухнули на пол.

— Боги! — воскликнула тетушка, входя в комнату. — Что происходит?

«Ника, дыши глубже! У тебя с пальцев вот-вот начнут сыпаться искры!»

Я сжала ладони в кулаки и до скрипа стиснула зубы. Цветные круги перед глазами стали меньше. Сила, рвущаяся из грудной клетки, притихла, но не улеглась до конца. Пожалуй, мне опасно испытывать сильные эмоции. В такие моменты я полностью теряю контроль над своим даром.

— Ничего особенного не происходит, — пропыхтела маменька, неловко поднимаясь на ноги. — Я решила навестить нашу с тобой родственницу Маргарет, а Вероника почему-то считает это плохой идеей.

Тетушка непонимающе нахмурила лоб.

— Маргарет?

Маменька досадливо цокнула языком.

— Ну та девица, живущая близ границы с Аскрутским королевством.

— Мари? — уточнила тетушка. — Ты про нее?

Я громко фыркнула и тоже поднялась с пола.

Маменька даже имени родственницы не помнит, к которой собралась с официальным визитом! Тут бы и дурак сообразил, что к чему.

— Да! — с облегчением ухватилась за слова тетушки маменька. — По счастливой случайности лорд Олдридж сегодня отбывает в деловую командировку в те края. Я попросила о разрешении влиться в его свиту. Путешествовать одной, даже порталами, слишком рискованно.

«Как складно лжет! — умилился Саймон. — Признавайся, в тебе точно не течет ее кровь? Вы так похожи».

Я досадливо цокнула языком. Попытка Макса разлучить маменьку с хлыщем провалилась. Кто вообще мог подумать, что такая светская львица, как Патрисия, отправится за этим блондинистым секретарем во тьму тараканью?!

— Тетушка, ну хоть вы скажите, что это неразумно! — в сердцах воскликнула я.

«И правда неразумно. Не собирается же твоя матушка сидеть там все три месяца командировки лорда Олдриджа?»

Еще вчера я бы лишь рассмеялась на вопрос Саймона, но теперь заколебалась. На лице маменьки явно читалась решимость человека, умеющего бросаться в омут с головой. Пара каштановых локонов выбилась из ее идеальной прически и упали ей на глаза, придавая ей лихой вид.

Я обернулась на тетушку в поисках поддержки, но потерпела неудачу. Агата сплела пальцы в замок и, задумчиво склонив голову, посмотрела на маменьку. Почему-то мне не понравился этот взгляд — быстрый, оценивающий и… полный странного торжества.

— Нет ничего плохого, Вероника, в желании твоей матери навестить родных, — с милой улыбкой ответила тетушка. — Патрисия так давно не отдыхала… А после всех этих дворцовых интриг ей нужна передышка.

— Агата, я знала, что ты меня поймешь, — с достоинством ответила маменька и сделала знак горничной. Та принялась торопливо стаскивать вещи в лежащий на постели раскрытый чемодан. — В конце концов, ты, сестра, всегда была на моей стороне.

Я мрачно скрестила руки на груди. Больше всего хотелось вцепиться в вещи маменьки и выбросить их все в окно. Естественно, это не поможет ее остановить, но мне наверняка полегчает.

Поймав себя на этой мысли, я удивленно моргнула. Когда это я успела стать настолько эмоциональной?

«Ведьмовской темперамент! Чем активнее проявляется дар, тем увереннее берет свое природа».

Я куснула губу, пообещав себе обдумать это позже.

— И как долго продлится ваш визит, маменька? — спросила я, смиряясь с неизбежным.

— О, пока сложно сказать, дорогая, — отмахнулась та, склоняясь над чемоданом. — Почему здесь не все шелковые платья?

Горничная, на которую с раздражением воззрилась маменька, побледнела и тут же присела в реверансе.

— Но ведь на границе совсем нет мест, куда можно надеть ваши дорогие наряды.

Маменька фыркнула и задрала нос.

— А это уже мне решать! Немедленно сложи все, что есть.

К родственнице она собирается, ага!

— Маменька, и вас не беспокоит мысль, что я останусь без вашей поддержки в разгар отбора?

— Ты прекрасно справляешься, Вероника, — рассеянно ответила она. — Лучше, чем я думала. К тому же, Агата тебе поможет. Верно?

Взгляд маменьки, обращенный на тетушку, говорил о многом. Например, о легком пренебрежении и уверенности в том, что у сестры нет и не может быть личной жизни.

На нетронутом косметикой лице Агаты проскользнула тень обиды — почти незаметной, но нашедшей отражение в маленьких темно-зеленых глазах. От того, как они блеснули, мне на мгновение стало не по себе. Но затем тетушка снова потеребила край юбки невзрачного цвета и предчувствие опасности ускользнуло, как остатки зарплаты после шоппинга в период распродаж.

— Конечно, Патрисия, я позабочусь обо всем. Не волнуйся.

И снова мне почудилось что-то нехорошее в безликом голосе тетушки, но я решила, что подумаю об этом позже. Махнув рукой, мол, делайте, что хотите, я выскользнула из комнаты и направилась в библиотеку.

В следующий раз попрошу Макса придумать что-то более оригинальное и отправить альфонса туда, куда до него ни одна влюбленная женщина не доберется. Вариант с границей в этом плане слишком незатейливый.

***

Королевская библиотека встретила меня непривычной для дворца тишиной. К моему удивлению, в огромном зале, от пола до потолка заставленном книгами, кроме меня не оказалось ни одного посетителя. Лишь в самом начале холла меня встретил библиотекарь, очевидно, предупрежденный о моем появлении. Он молча нахмурил седые кустистые брови и кивнул в сторону высоких книжных стеллажей.

Так что по библиотеке я плутала в одиночестве. А в ней действительно можно было заблудиться! Стеллажи создавали ощущения бесконечного лабиринта, в котором разве что чудовища не хватало.

Впрочем, зачем нам чудовище? Я здесь за него!

«Может быть, на этой полке?»

Я со вздохом повернула между стеллажами и, подняв лампу повыше (стеллаж находился далеко от окна, солнечные лучи до этой части зала почти не долетали), вчиталась в название книг, выгравированные на корешках. Конечно, было бы намного проще спросить у библиотекаря, где можно найти литературу по ведьмам, но, чувствую, такой вопрос испугает бедного мужика до икоты. Это в лучшем случае. В худшем заставит подскочить и донести на меня королю или его кузену.

«Ну-ка, подсади меня».

Я послушно помогла Саймона забраться на полку. Он с поразительной юркостью замельтешил среди книг, принюхиваясь к ним. Я же заскользила по корешкам указательным пальцем, пытаясь найти то, что мы оба искали.

К слову, нет никаких гарантий, что оно здесь.

«Молчи и ищи! Тоже мне, оптимистка!»

Я закатила глаза, но съязвить не успела. Послышался звук распахнутой двери, а затем торопливых шагов. Дробь мужских туфель на каблуке раздалась где-то совсем рядом и эхом пронеслась под высокими сводами зала с колоннами.

— Леди Морган! Где вы?

Мы с Саймоном пораженно переглянулись, узнав голос Николаса. Я шикнула на фамильяра, и тот понятливо застыл среди книг темно-зеленой статуэткой.

— Ваше Величество? — крикнула я в пустоту коридора. — Это вы?

Мгновение спустя из-за стеллажа появился Николас. Темные кудри, обычно волной лежавшие на плечах, сейчас словно бы безжизненно обмякли. Белоснежный сюртук, обтягивающий худые плечи, казался немного потрепанным и будто запыленным. Пухлые губы были искусаны в кровь.

— Так и думал, что найду вас здесь, леди Морган! — Николас широкими шагами преодолел разделяющее нас расстояние и, словно обессилев, прислонился спиной к стеллажу с книгами. Саймон на полке испуганно дернулся и тут же снова замер, сливаясь с цветом дерева. — Я хотел попросить вас об одолжении.

Саймон, вставший на задние лапы, сурикатом застыл рядом с затылком Николаса. Я, не сводя глаз с фамильяра, кисло улыбнулась и присела в почтительном реверансе.

— Конечно, Ваше Величество. Я сделаю для вас все, что угодно.

Я осознанно добавила в голос кошачьих ноток и стрельнула в Николаса взглядом с поволокой. Могла бы не стараться!

Все равно Николас этого даже не заметил.

— Я знал, леди Морган, что могу на вас положиться! Кажется, на всем этот отборе вы — единственная, с кем я могу быть откровенным.

Я покосилась на дышащего через раз Саймона. Если Николас повернет голову влево, то заметит, что на полке сидит один весьма любопытный образец местной фауны — хамелеон, от страха высунувший язык. Я попыталась по возможности спасти ситуацию и осторожно положила руку на предплечье Николаса. Тот снова будто ничего не заметил. Его взгляд, полный тоски, был обращен не на меня, а куда-то внутрь себя.

— Конечно, вы можете быть со мной откровенным, — терпеливо проговорила, осторожно потянув Николаса на себя. Он явно на автомате подчинился. В моей голове раздался полный облегчения вздох Саймона. — Что-то случилось?

— Рози… Леди Дейврут избегает меня!

Это было произнесено таким полным драмы голосом, что я едва сдержала смешок. С подобным пафосом обычно выступают на сцене. Да и то только начинающие актеры.

Впрочем, судя по бледному лицу, Николас и правда места себе не находил.

— Вот как? — с сочувствием отозвалась я и, понимая, что не стоит этого делать, обронила: — Как думаете, почему?

Уши Николаса заалели. К щекам тоже прилил румянец, и я резюмировала, что эмоциональным интеллектом король все-таки не обделен. В эмпатию он явно может, при желании, конечно.

— Вероятно, вчера я унизил ее своим вопросом…

«Вероятно?! Вот идиот!»

Ты лучше с полки сползай! Тоже мне, зритель с первого ряда….

Несмотря на всю странность, даже комичность ситуации мне стало по-настоящему жаль Николаса. Тот, в общем-то, был неплохим парнем. Да, не очень умным, наивным и со своими заморочками, но бесхитростным и с добрым сердцем. А сейчас, когда он прятал от меня покрасневшие глаза и подрагивающие губы, мне и вовсе хотелось его обнять, как младшего брата.

«Бесхитростный король — горе в королевстве!»

Я мысленно цыкнула на вновь обретшего уверенность Саймона, спрятавшегося среди книг, и сосредоточила свое внимание на Николасе.

— Думаю, ее задел ваш вопрос, — уклончиво ответила я. — Девушке всегда сложно признаться в своих чувствах да еще и на публике… Вы этого не учли?

— Я только во время испытания понял, как это выглядело со стороны! Я просто хотел доказать кузену, что тот ошибается насчет Рози. Понимаете, он такой самоуверенный и считает, что видит людей насквозь!

«О, кого-то развели как ребенка».

Да уж, с этим не поспоришь. Макс тот еще манипулятор. Пожалуй, не стоит об этом забывать. Для него все мы — фигурки на шахматной доске.

Николас горестно вздохнул, совершенно мальчишеским движением взлохматил волосы на затылке и, неожиданно отстранившись от меня, уперся спиной в стеллаж. Движение вышло резким, сильным, и с верхней полки рухнула книга. Все бы ничего, но вместе с ней, распахнув рот в беззвучном вопле, полетел и Саймон.

Я, как в замедленной съемке, с ужасом наблюдала за его полетом, не в силах ничего изменить. Фамильяр приземлился аккурат на книгу и тут же принял цвет кожаного переплета. Хорошая маскировка, но все-таки недостаточно…

Николас обернулся.

— Что это? Книга?

Он потянулся к ней, вероятно, чтобы вернуть на полку. Саймон сжался, а я сделала первое, что пришло в голову: рухнула на пол, как подкошенная.

— Ай, как же больно! — вскрикнула я и обхватила показавшуюся в пене кружев юбки щиколотку. — Кажется, ногу свело!

Обнявшийся с книгой Саймон впервые в жизни упустил возможность сказать колкость. Я же, войдя в роль, закусила губу и страдальчески всхлипнула.

Николас тут же забыл об упавшей книге и отвернулся, что дало Саймону возможность шмыгнуть под стеллаж. Выругался он уже оттуда.

— Леди Морган, вы в порядке? — с тревогой спросил Николас и склонился надо мной. — Вам помочь подняться? Может быть, позвать лекаря?

Я покачала головой и будто бы неосознанно обхватила Николаса за шею. В этот момент взгляд скользнул в сторону, и я заметила высокую, хорошо знакомую фигуру. В конце ряда стеллажей стоял Макс и, скрестив руки на груди, мрачно наблюдал за нами с Николасом.

У меня в буквальном смысле дернулся глаз. Я, конечно, разыграла тут первоклассный спектакль, но на зрителей как-то не рассчитывала. Притянув Николаса к себе еще ближе, я состроила за его спиной страшную рожицу для Макса и беззвучно произнесла: «Вон!».

Подозреваю, расстояние не позволило Максу считать по губам, но суть он уловил. Мгновение, и коридор между книжными стеллажами снова опустел.

— Леди Морган! — настойчиво позвал Николас, напомнив о себе. — Сходить за  лекарем? Я могу….

Вот только лекаря мне не хватало! А то зрительный зал не полон.

— Нет-нет, Ваше Величество! — торопливо ответила и жалобно добавила: — Ногу так сильно свело, я не могу подняться.

Наверное, во мне умерла актриса, потому что я догадалась укусить себя за язык. От боли из глаз брызнули слезы. Я отстранилась от Николаса, чтобы это не прошло мимо его внимания.

— Боги, Вероника, только не плачьте! — воскликнул он. — Покажите ногу! Не волнуйтесь о правилах приличия, клянусь, я никому об этом не расскажу.

«А жаль, да? Можно было бы сыграть на компромате».

Я невольно кивнула и, задрав юбку едва ли не до коленей, прикоснулась к голени.

— Вот здесь, ай!

На лице Николаса появилось решительное выражение. Со стороны казалось, что он готовится как минимум броситься с мечом на дракона. Я с трудом сдержала смешок, когда руки Николаса осторожно легли на мою ногу и принялись разминать ее.

— Так лучше?

Его движения были уверенными, пусть и немного неловкими. Я впервые подумала, что у Николаса, наверное, вполне себе неплохой опыт в любовных делах. Вот только это все равно ничего не меняет. Даже в такой интимной обстановке: в темной библиотеке, с задранной юбкой и неожиданным бонусом в виде массажа я ничего не чувствовала к Николасу. Даже легкого трепета, даже предвкушения — ничего!

Что еще хуже, судя по чистым, наивным глазам Николаса, в которых нет ни намека на желание, — это взаимно.

Вот же черт! Может, стратегия маменьки была не так уж и плоха? Вернуться что ли к кричащим платьям с декольте….

— Благодарю вас, Ваше Величество, — со вздохом проговорила я и одернула юбку. — Вы мне очень помогли. Все прошло.

Николас с готовностью поднялся на ноги и с джентльменской элегантностью протянул мне руку, на которую я и оперлась. Забытая всеми книга так и осталась лежать на полу.

— Хотите я попрошу заглянуть к вам своего личного лекаря? Пусть он вас посмотрит.

— Благодарю, но не стоит, Ваше Величество, — я попыталась перевести тему и выпалила: — О чем вы хотели меня попросить? Вы же искали меня не просто так?

«Ну явно не для того, чтобы сделать предложение».

Я кисло улыбнулась. Что правда, то правда.

Николас снова взволнованно взлохматил волосы на затылке. Его скулы мазнул розовый румянец, который чуть оживил обычно томный и бледный вид короля.

— Да, леди Морган, у меня к вам дружеская просьба.

«О, вы уже дружите!»

Я мысленно цыкнула на Саймона, и тот притих.

— Конечно, — подбодрила я Николаса, уже догадываясь, о чем пойдет речь. — Вы можете быть со мной абсолютно откровенны.

Еще один намек улетел в молоко. Николас снова его не заметил.

— Вы так добры, леди Морган. В наши дни это огромная редкость, — рассеянно проговорил он. — Вы же хорошо общаетесь с Ро… леди Дейврут, верно? Не могли бы вы поговорить с ней и объяснить, что я вчера не задавался целью ее оскорбить?

Ну все, приплыли! Кажется, я намертво во френдзоне! Хотя… Макс ведь говорил, что ссора — лучший момент, чтобы попытаться развести этих голубков. Так что не будем терять надежду.

«А я ее потерял, когда связался с тобой».

Ну жалобу напиши местным богам. Пускай рассмотрят и выдадут тебе новую ведьму.

Саймон одобрительно хрюкнул, но язвить ненадолго перестал.

— Я попробую, Ваше Величество, — торжественно пообещала я и разве что руку на грудь не положила, как во время присяги. — Ничего не гарантирую, но я приложу все усилия, чтобы леди Дейврут услышала меня.

«Правда?»

Ага, как же…

— Леди Морган, вы — чудо! — в восхищении воскликнул Николас и вдруг сжал меня в объятии. — Какое же счастье, что вы приняли приглашение на отбор!

Я спрятала саркастичную улыбку и, встав на цыпочки, похлопала Николаса по плечу.

— Ну что, вы, Ваше Величество! Мы же друзья, верно?

Прозвучало довольно панибратски, и я поморщилась. Едва ли с королем можно разговаривать в подобном тоне, но проблема заключалась в том, что я не могла воспринимать Николаса в роли монарха. Для меня он был влюбленным мальчишкой-поэтом, которого по иронии судьбы мне придется женить на себе.

 Николас, словно вспомнив о приличиях, резко разжал руки и, отступив от меня на пару шагов, спрятал их за спину. На его просветлевшем лице смущение смешалось с радостью и облегчением. Я лишь покачала головой. Мальчишка, самый настоящий мальчишка! А туда же: отбор невест, свадьба, управление королевством…

— Леди Морган, с вами так легко! Никогда мне ни с кем не было так легко, — сбившись с мысли, Николас вдруг покраснел и эмоционально выдал: — Я навечно ваш должник!

— Э-э-э… Не стоит, право слово.

«Если будет предлагать драгоценности, не отказывайся!»

Но мечтам Саймона не было суждено сбыться. Денег мне не дали. Только одарили благодарным взглядом и ретировались, пообещав найти меня позже.

Я устало выдохнула, подняла книгу с пола, вернула ее на полку и решила проверить другой ряд стеллажей. Про Макса я и думать забыла. Наверное, именно поэтому (законы подлости всегда работают исправно), стоило мне завернуть в укромный закуток, где стояли мягкие диваны и уютный торшер, как я столкнулась с ним — с Максом.

Он сидел ко мне лицом и, кажется, был целиком сосредоточен на раскрытой на середине книге, которую держал в руках. Свет торшера мягко падал на хищные черты лица Макса, слегка сглаживая их. И все равно, когда Макс резко поднял взгляд, мне стало не по себе: в его черных глазах мелькнул странный, пугающий огонь. Атмосфера опасности, исходящая от него, будто стала еще более ощутимой.

Это сбило меня с толку, поэтому с языка сорвался идиотский вопрос:

 — А вы тут… читаете?

Я невольно скривилась. Ну да, прозвучало до ужаса глупо.

 — Можно и так сказать, — мрачно ответил Макс и, не выпуская книгу, закинул ногу на ногу. Я в очередной раз отметила, что у него длинные мускулистые ноги, которые…

«Ника! Я не собираюсь слушать эту пошлятину!»

Да тьфу! И правда, чего это я?

Пришлось признать, что, несмотря на всю двусмысленность ситуации, к Максу меня тянуло. Черт, лучше бы мне нравился Николас!

Я запозданием поняла, что пауза затянулась и поторопилась прервать молчание:

 — Ну что ж, не стану вас отвлекать. Кстати, не подскажите, в каком ряду поискать лирику? Ну там поэмы, стихотворения… Я хочу подготовиться к следующей встрече с Его Величеством.

Мне казалось, я вполне удачно упомянула лжепричину своего нахождения в библиотеке (ну не озвучивать же правду!), но Макс помрачнел и стиснул челюсть.

 — Чувствуется, что в вас проснулся энтузиазм, — сощурившись, вкрадчиво произнес он. — Вы с таким азартом приступили к воплощению своего плана, что я впечатлен.

 — Нашего плана, — поправила я и нахмурилась. — Звучит так, будто вы недовольны! Что не так? Я методично следую вашим рекомендациям.

Макс резко захлопнул книгу и, отбросив ее на низенький деревянный столик, поднялся на ноги.

— О, меня все устраивает! — с раздражением откликнулся он и порывистым, немного нервным движением расправил широкие плечи, которые обтягивал темный сюртук. — Но мой вам совет: не спешите переходить с Николасом от поэтических бесед к чему-то более физическому.

 — Это к чему? — уточнила я, пытаясь понять, о чем речь. — Не могли вы не использовать метафоры? Мне они никогда не давались.

 — Легко, — пообещал Макс. Промелькнувшая на его лице улыбка больше напоминала оскал. — Не целуйте Николаса, ясно?

От такого заявления выпал даже Саймон. Во всяком случае, судя по молчанию в моей голове, фамильяр не нашелся с ответом.

 — Э-э-э… — растерянно протянула я, а затем внезапно разозлилась. — А как прикажите его вообще соблазнять? Одними разговорами о красоте луны? Так простите, я в этом не сильна!

 — А в поцелуях, значит, вы хороши?

Макс сделал несколько быстрых шагов и остановился напротив меня. Пришлось задрать голову, чтобы встретиться с его взглядом, утратившим свою обычную невозмутимость. Сейчас на дне темных глаз полыхало настоящее пламя — оно обжигало, притягивало и отталкивало одновременно. Я сжала кулаки и до боли впилась ногтями в кожу в надежде унять невовремя проснувшуюся силу.

 — Думается, что в поцелуях я не так плоха, как в литературе, — нарочито спокойно ответила я. Голос не дрогнул, несмотря на хаос, царящий в голове. — Впрочем, на этот вопрос вы и сами можете ответить. Я же вас целовала, так что данные для анализа у вас есть.

Саймон поперхнулся, закашлялся, а затем восхищенно присвистнул.

«Нет, ну ты, подруга, конечно, его умыла! Не знаю, что там с поцелуями, но во флирте ты огонь. В смысле, я бы близко не подходил, но есть же любители обжигать крылья…»

Я вздрогнула, потому что, судя по промелькнувшим на лице Макса теням, он был как раз из тех, кого пламя не пугало. После секундного промедления он шагнул мне навстречу, заставив отступить. Шаг, еще шаг… Мы словно подгадывали движения друг друга, и со стороны, наверное, это напоминало танец. Я не чувствовала себя добычей, которую загоняют в угол. Скорее уж сиреной, заставляющей моряка подойти ближе.

Я не отводила глаз от Макса, он тоже смотрел прямо на меня.

 — У меня слишком мало информации, чтобы сделать верный вывод, — хрипловато проговорил он. — А я никогда не спешу с суждениями.

Я уперлась спиной в книжный стеллаж и, гордо вскинув голову, замерла. Макс сделал последний шаг и склонился надо мной. Его рука легла рядом с моим затылком, заставив сердце забиться чаще.

 — В спешке нет ничего хорошего, — негромко согласилась я.

Его лицо было так близко, что я буквально выдохнула эти слова ему в губы. Макс ненадолго прикрыл глаза, втянул носом воздух, а затем снова взглянул на меня. Такого взгляда — полного внутренней борьбы — я еще не встречала.

 — Я рад, что мы с вами понимаем друг друга, — медленно проговорил он и, оттолкнувшись от стеллажа, отступил он меня.

В его руках снова была книга — другая, та, что он взял с полки. Подождите, он что, просто потянулся к книге, а весь этот флирт мне почудился?!

«М-м-м… Твой маг подает двусмысленные сигналы. Он сам-то знает, чего хочет?»

 — Ладно, — пробормотала я и разгладила юбку скромного однотонного платья с высоким воротом. — Что ж, пожалуй, мне пора.

 — Вероника, подождите!

Я, не успев сделать и шага, застыла и вопросительно взглянула на Макса. Нетерпение в его голосе звучало непривычно.

 — Я жду вас сегодня вечером в кабинете. — Он скрестил руки на груди и качнулся с носка на пятку, проигнорировав мой смешок: уж больно интимно прозвучало его требование. — Мы должны подготовить вас ко второму испытанию.

Я не успела ничего ответить. Макс обогнул меня, стоящую у стеллажа, и решительно исчез в коридоре библиотеки. Спустя пару минут я расслышала отчетливый хлопок двери.

Ладно, зрители наконец-то покинули зал, и теперь можно немного выдохнуть.

На ватных ногах я медленно подошла к креслу, в котором несколько минут назад сидел Макс, и устало рухнула на мягкое, обитое темной тканью сиденье.

Ногу что-то защекотало, а мгновение спустя из-под пены кружев выглянул Саймон. С моих колен он прыгнул на невысокий столик и ненадолго замер там.

 — Лучше бы мне просто объяснили, что ждет невест на втором испытании, — пробурчала я, потирая занывшую шею. — К чему разводить таинственность?

Иногда я беседовала с Саймоном вслух. Правда все реже, потому что постепенно привыкала к мысленной связи. Я покосилась на фамильяра, ожидая его реакции, и почти тут же поморщилась: Саймон закричал так, что стекла в окнах могли бы с легкостью лопнуть. Если бы, конечно, он перешел на этот ультразвук вслух.

«Ника, смотри!»

Я потерла виски и подалась вперед. Саймон, почти слившийся по цвету с кожаным переплетом книги, тыкал лапкой в полустершееся от время название.

 — «Природа ведьмовской силы», — скучающе прочитала я, думая о своем.

До меня не сразу дошло, но, когда это случилось, я дернулась, будто от удара током. Неужели это то, что мы искали?!

«Это оно! Я даже по запаху это чувствую! — возликовал Саймон и, спустя секундную заминку, с тревогой добавил: — Вот только тебе стоит спросить себя: почему твой маг выбрал в качестве чтива именно эту книгу?»

Я судорожно сглотнула и промолчала.