Глава 3. Август

 Август шагал по улице. Трость в руках только мешала. Он приобрел ее утром исключительно для того, чтобы дополнить образ пожилого пациента. Ну и зачем, спрашивается, было уделять столько внимания маскировке?

Впрочем, думать о случившемся как о провале, ему тоже не хотелось.

«Каждый промах — шаг к новому маневру», — любил приговаривать старый генерал Гринграсс, под началом которого Август делал первые шаги по карьерной лестнице.

Суровый вояка, граф, представитель древнего рода, чьи земли включали в себя большую часть восточных болот, знал толк не только в тонкостях боевой тактики, но и в выживании. В свое время он многому научил Августа. И, хотя характер Гринграсса был тот еще, старик отличался кристальной честностью и острым чувством справедливости. 

Тетка хотела, чтобы племянник одним глазком взглянул на «распутную негодяйку» с Зеленой улицы. И что дальше? Август не умел читать мысли и уж точно не видел людей насквозь. Ни в прямом, ни в переносном смысле.

Да и какие выводы можно сделать, пообщавшись с кем-то полчаса от силы? Кроме поверхностных, разумеется. А их в этой истории и без Августа хватало.

Из-за выходки мисс Грин он потерял контроль над иллюзией. Своим поведением она, сама того не подозревая, заставила его сбросить личину. А вместе с ней отказаться и от продуманной легенды. Пришлось импровизировать.

Лжецом Август был никудышным, на ходу сочинял плохо, поэтому первым делом упомянул младшую сестру и ее скорое замужество. А дальше… Дальше он представил все так, будто леди Эмме действительно нужны услуги Оливии. Мол, сестренка переживает и у нее много вопросов о семейной жизни, на которые, увы, некому ответить. Обсуждать столь откровенные темы в их доме не принято. И если даже у матери не находится нужных слов, то у него — тем более.

— Понимаю, весь этот спектакль выглядит странно, — в своих объяснениях Август был вполне искренен. — Но я должен был сначала все проверить сам. И, как выяснилось, не зря. Эта неловкая ситуация — сущий пустяк по сравнению с тем, что могло бы быть, явись Эмма к вам лично. Вряд ли мое изображение в таком виде подействовало бы на нее «ободряюще».

Оливия не спорила. Только кивала. Ее лицо было серьезным и задумчивым. Бледно-желтый цвет целительского платья подчеркивал медовый оттенок кожи и легкий румянец, выступающий на щеках, когда она, по всей видимости, живо представила появление юной леди Милгрем в своем кабинете. 

Однако, чем дольше Август за ней наблюдал, тем больше убеждался: если эта девушка действительно встречается с женихом его сестры, то вряд ли он рассказал ей о своей помолвке. Изобразить такое понимание вместе с искренней заинтересованностью невозможно. Учитывая, что его появление застигло мисс Грин врасплох.

«Она либо коварная демоница, либо такая же жертва, как и моя сестра», — мысленно рассуждал Август.

Сам он склонялся к последнему. Впрочем, вина Роберта тоже доказана не была. В суде все улики против него, скорее, назвали бы косвенными. Если бы, конечно, действительно кто-то додумался сделать такое доброе дело, как организовать суд для потенциальных женихов и невест. Это было бы даже полезно: меньше людей годами трепали бы друг другу нервы.

К счастью, Оливия не стала выяснять, почему Августу вздумалось явиться на прием инкогнито. Похоже, не он первый проделывал нечто подобное. А вот вопрос, откуда ему стало известно о существовании кабинета, едва ли не заставил трещать по швам новую «легенду». К счастью, тут его выручила болтливость самой Оливии.

— Скажите еще, господин Милгрем, что подписаны на «Чары и чепчики». Только там вы могли видеть рекламу моего кабинета.

— У меня три сестры, — Августу нравилось, что врать приходилось по минимуму. — В нашем доме женской периодикой можно всю зиму камин топить.

Она рассмеялась. Легко и открыто. Без жеманного кокетства салонных красавиц, нарочито прикрывающих лицо веером. И Август не мог не улыбнуться в ответ.

Все-таки хорошо, что он не стал прятаться за иллюзией. Маневр получился весьма удачным. Мисс Грин поверила. И в семейного целителя со старомодными взглядами, который считает, что просвещением женщины должен заниматься муж, и в строгую матушку, и в растерянную бедняжку невесту.

— Обычно я так не работаю, — Оливия барабанила пальцами по столу. — Нет, ну правда, мне нужно видеть госпожу Милгрем и ее реакцию. Это очень деликатное дело.

С последним Август был согласен. Но заставлять сестру участвовать в этом балагане не собирался. К счастью, малышка была не в курсе тетушкиной секретной операции, и переживала лишь по поводу подготовки к свадьбе.

Выход, к счастью, оставался один: передать молодой невесте статьи и книги, в которых нашлась бы большая часть ответов на вопросы. А дальше действовать по ситуации. Августу при этом отводилась роль почтового голубя.

Оливия, в свою очередь, пообещала составить список всего необходимого и даже одолжить какие-то книги из своих личных архивов. Встретиться они договорились через пару дней, когда госпожа Грин все подготовит.

«Вашей сестре повезло с братом», — сказала она на прощанье, мило улыбнувшись.

И с этим Август был согласен. Чего греха таить, дамам семейства Милгрем действительно с ним очень повезло (хотя когда-нибудь они дождутся, и знаменитый дедов рог будет снят со стены). А то, что придется понаблюдать за этой мисс Грин и даже пару раз встретится, совсем неплохо. Она умна, приятна в общении и, судя по тому, что у Августа перестал так отвратительно зудеть нос, действительно хороший целитель.

Возможно, стоит ее послушать и проконсультироваться насчет аллергии. Хотя бы в военном госпитале. Щит без трещин крепче держит удар. Ведь иллюзиями Августу все равно еще придется пользоваться. И не раз.

Прищурившись от яркого весеннего солнца, мужчина быстрее зашагал к своему экипажу, оставленному для маскировки в соседнем квартале. Слишком уж он был узнаваемым. И когда спустя четверть часа возница мчал его по запруженной дороге в штаб, Август окончательно решил для себя, что впредь не будет делать поспешных выводов, касательно Оливии. Торопиться ему некуда, а хорошая разведка еще никому не повредила.