Глава 17

Аррадор аль-тар Эретар тщательно скрывал растерянность, а это было непросто, находясь в состоянии триумия. Но потому он в своем молодом возрасте и поднялся до статуса аль-тара, адмирала дома Эретар, что способен выполнять самые непростые трюки с сознанием и телом. Например, расслаивать сознание на десятки лучей и удерживать внимание в фокусе каждого луча, не упуская ничего.

И теперь одна малая часть Аррадора страдала от бессилия, вторая металась от ярости, а на его лице не отражалось ничего, кроме легкой брезгливости, с которой он смотрел на демонстрационный экран, где на стоп-кадре застыла в похабной позе беловолосая девушка.

Ярость он испытывал от понимания, что всем им, блистательным драконидам, утерли нос богопротивные урргхи, и в многотысячелетнем противостоянии мерзкие бескрылые ящеры ведут с разгромным счетом.

Бессилие, в котором и сам себе не спешил признаться, – от осознания, что его аль-дэй попала в ловушку, и он ничем не может ей помочь, поскольку их тонкая незримая связь внезапно оборвалась, и теперь Аррадор даже приблизительно не способен определить, куда увезли девушку, или она еще спрятана на проклятом острове.

А брезгливость – от грязной игры урргхов. Впрочем, пора бы и привыкнуть, что ничего не останется чистым, до чего дотянутся их жадные лапы. О том, в чьих когтях теперь Василиса, и как репти разыграют этот козырь, лихорадочно размышляла оставшаяся холодной и бесстрастной часть сознания драконида.

В конце концов, на его стороне вся мудрость расы, техническое превосходство и тайная сила, которой еще не пришло время. Он найдет выход. И спасет свое сокровище, свою аль-дэй.

Хочет ли Василиса спасаться, дракониду даже в голову не пришло.

А внешне Аррадор выглядел полностью поглощенным созерцанием видеозаписи скандального происшествия на причале, где репти, натянувшая личину курсантки, ползла, соблазнительно извиваясь, к группе встречающих.

Третий раз аль-тар прокручивал видео, увеличивал и уменьшал изображение, но не находил никаких признаков подмены. Копия курсантки была идеальной. Тем не менее, настоящая Снежана, прикрыв кулачком разинутый в немом крике рот, сидела в кресле рядом с драконидом и беззвучно плакала.

– Ты точно курсант? – хмуро процедил Аррадор, решив про себя не жалеть беловолосую красотку. – Ведешь себя как сопливая девчонка!

– Хватит, пожалуйста! – всхлипнула девушка. – Я больше не могу на это смотреть!

– Теперь вы понимаете, почему нам так ненавистна раса, которую мы называем урргхи, а вы знаете как репти? – глухо спросил Аррадор, сжав кулаки, стараясь задавить разгоревшийся гнев. – Раса лицемеров и лицедеев, способных принять любую личину ради своих низких целей. Они ничем не гнушаются. Для них нет ничего святого, что есть свято для нас. И для вас, людей. Разве они пощадили твои чувства или чувства твоего отца, Снежана? Нет, походя использовали и отбросили как мусор. Это раса низких убийц, которых невозможно было вычислить до появления оптических фильтров, настолько совершенны они в своем лицедействе.

– Теперь все думают, что это я… – Снежка с ненавистью посмотрела на экран.

– Недолго будут думать, мисс. Мы тоже вели съемку на причале, и наши фильтры показали истинное лицо ползущей рептилоидки. Вы обязательно должны это увидеть, Снежана. И ваш отец увидит. Журналистов на причале не было. А если где-то появится видео с той встречи, то мы обнародуем наше. Пока не будем торопиться. Посмотрим, как урргхи, чувствуя себя уверенно, распорядятся своими материалами.

Полковник Ренски, присутствовавший тут же, в роскошном гостиничном номере Аррадора, преобразованном в штаб, протянул ученице четвертую по счету пачку бумажных платков. Спасибо, хозяева номера заранее позаботились, как и о многом другом. О том, например, чтобы уничтожить щедро рассыпанные «жучки» и потайные камеры. Места их разнообразных локаций чернели оплавленным пластиком и напоминали следы шрапнели.

– Ты должна смотреть на это спокойно. Абстрагируйся, Кас… Снежана, – военрук едва не назвал ее ученическим позывным, но вовремя опомнился. Не военная тайна, конечно, но при чужаках ни к чему «светить» позывные.

Хотя какие они чужаки. Для полковника – самые что ни на есть свои, единственная надежда на возрождение человеческого достоинства, освобождение от рептильего ига и возвращение планеты в руки людей.

Спасли Снежку, которую Горухи усыпили и чуть не похитили под шумок, спасут и пропавшую Василису, а там и все человечество.

Эта вера читалась аршинными буквами в благоговейном взгляде полковника, которым он одарял Аррадора. Это именно золотоволосый гигант погнался за катером с усыпленной девушкой, уходившем от острова в открытое море, в то время как сам полковник думал, что везет группу на материк в полном составе. Вот только Василиса, которую он точно видел при погрузке, куда-то исчезла с борта аккурат в момент прибытия. Невозможное исчезновение! Необъяснимое.

Ренски так переживал, когда на причале обнаружил пропажу, что на выкрутасы курсантки, ползущей к беловолосому дракониду, не смог адекватно отреагировать. То есть, поднять на ноги командирским приказом и угрозой трибунала. И хорошо, что не смог. Только усугубил бы спланированное ворогами человеческими безобразие. Курсантка-то, как сейчас выяснилось, ползла не настоящая.

А настоящая, спасенная из лап интриганов, ожидала полковника тут, в отеле.

А куда бы ее увезли, если бы дракониды не успели? И как бы Ренски в глаза ее отца и своего друга смотрел бы?

– Считай это боевым заданием, эмоции здесь неуместны, – строго молвил полковник. – Перед тобой твоя идеальная копия. Или все-таки что-то отличается?

Снежка с чувством высморкалась, драконид при этом поморщился, но галантно подал девушке стакан воды. С успокоительным.

– Конечно, отличается! – возмущенная курсантка жадно отпила воды. – Там был мой отец! Я никогда не стану так пресмыкаться, да еще и на глазах у папы и… остальных! Это унизительно!

Аррадор молча нажал кнопку, и дверь в смежную комнату открылась, показав край застеленной кровати и… полулежащего на покрывале беловолосого красавчика драконида. Из одежды на нем были только черные штаны и распахнутый на груди черный шелковый халат, эффектно контрастировавший с белоснежными прядями.

– Иди ко мне, – одними губами прошептал драконид, отложив какой-то гаджет странной, чуждой человеческому глазу формы.

Стакан из руки Снежки выпал и разбился, но она не заметила. Судорожно втянула воздух, задрожала, не сводя глаз с великолепного мужского тела, и… сползла с кресла, встав на четвереньки. Прямо на осколки, не чувствуя боли.

– Хватит! – резкий возглас Аррадора заставил девушку снова вздрогнуть, но подняться она не смогла.

Аль-тар вздернул ее за шкирку, как котенка, и бросил в кресло. Нажал кнопку, дверь поползла, закрывая обзор, и девушка снова сорвалась, бегом, чтобы успеть.

Не успела. Всем телом шмякнулась о преграду и сползла по ней, царапая дерево ломающимися ногтями, содрогаясь в рыданиях еще горше и безнадежнее.

– Пустите! О, боже! Что со мной? Не хочу так! Откройте, мне надо к нему!

Аррадор вздохнул, поднял девушку на руки и снова посадил в кресло.

– Сиди, – он сопроводил приказ твердым взглядом и легким хлопком по хрупкому на вид плечу. – Вот видишь, а ты говорила, что никогда не станешь пресмыкаться. Наши враги и тут спрогнозировали реакцию, идеально совпавшую с твоей. Репти скопировали не только твою внешность, но и твои психические особенности. А значит, у них есть полная психосоматическая карта. Не только твоя, Снежана, но и всей вашей группы. Имейте в виду, полковник, – драконид повернулся к Ренски, и тот мрачно кивнул.

Девушка пришла в себя и покачивалась в кресле, обхватив голову ладонями.

– Почему я так отреагировала на него? Ведь перед вами, сэр, у меня не возникло ни малейшего желания встать на колени и ползти как собачка!

– Сейчас для наглядного эксперимента ты получила мысленный приказ от коммодора Сариана. Но это только эксперимент. Уверяю, никто никогда не отдаст такого приказа без особой и санкционированной свыше причины, иначе это грубейшее нарушение этики нашей расы. Моральное преступление. Допустивший такое насилие драконид будет серьезно наказан.

– И вы… всем людям можете так… приказывать? Как… как хозяева своим собакам… – прошептала Снежка.

– Нет. Не всем. Только тем, кто… скажем так, предрасположен слышать наши приказы. Вся ваша группа отличается такой восприимчивостью, но в разной степени. Твои и Сариана… назовем это «психические волны»… совпадают. Только с ним в такой полноте. Такие совпадения редкость. Большая редкость. И мы это особо ценим.

– Нас поэтому и похитили плохие репти? – догадалась девушка. – Из-за нашей редкой способности, то есть, совпадения этих чертовых волн?

– Не бывает хороших репти, – отрезал Аррадор. – Репти всегда разрабатывают многоходовый план. Наши аналитики считают, что их кланы действовали заодно. Мы подозреваем, что они хотят проникнуть в вашу особую группу.

Полковник Ренски покачал головой.

– Не смогут. У нас теперь есть ваши фильтры, и они об этом знают.

– Лично они не полезут. Они подсунут или своего донора, или, что вероятнее всего, перевербованного ими человека. И, скорее всего, из ваших. Так проще усыпить бдительность. Ведь они на острове по одиночке обрабатывали всех вас, кто-то мог и согласиться.

– Обрабатывали, – кивнула девушка. – Но я уверена, что напрасно. А зачем им в нашу группу?

– Вы не знаете условие, которое мы выдвинули на переговорах? Вы не сообщили курсантам, полковник? – аль-тар взглянул на Ренски.

Тот пожал плечами:

– Не успел.

– Мы предложили людям укрепить наши союзные отношения ответным визитом и сформировать особую группу для подготовки к межзвездному путешествию на наших кораблях, но мы сами будем отбирать тех, кто получит приглашение посетить систему Альфа Драконис.

– Воу! – взвизгнула Снежка и подпрыгнула от избытка эмоций. Но тут же с вызовом сощурилась. – Почему вы, такая продвинутая раса, межзвездные путешественники, не можете сладить с какими-то ящерами и защитить нас?

– Нас лишь трое на Земле, – мягко напомнил драконид. – На орбите нас гораздо больше, конечно, но все-таки слишком мало по сравнению с тысячами особей репти и сотнями тысяч их прихлебателей. Кроме того, мы не обладаем волшебным зрением, чтобы видеть истину сквозь поддельную личину. Этому умению мы лишь недавно научили наши оптические приборы. Но это лучше, чем ничего. Раньше у нас и такого не было, и это причинило много бед на моей родине.

– А Лиса умеет различать урргхов без всяких приборов! – выдала Снежка подругу.

– Какая лиса?

Девушка замешкалась с ответом, и драконид стремительно обернулся к полковнику. Тот пожевал губу.

– Эм…

– Так Василиса же! – Снежка сделала вид, что не понимает нервного тика правого глаза полковника. – Кстати, почему я не видела ее на видео? Куда она делась?

Аррадор вздохнул, переведя взгляд на зашторенное окно.

Где-то там потерялась еще одна редкая жемчужина. А для него – уникальная. Догадываются ли их враги, насколько ценна Василиса? Да, если спрятали девушку, – вынужден был признать драконид. Да, если урргхи провернули такой ловкий отвлекающий маневр со Снежкой, бивший сразу по нескольким целям, – отвлечь и дискредитировать.

А пока дракониды лихорадочно искали и гнались за катером с настоящей Снежкой, репти увезли Василису. Причем, задействовали сразу три гравилета в трех направлениях, путая след. Их слишком поздно засек Кайрен, и одной машине из трех удалось скрыться.

И еще надо признать – стратег клана Горухов, придумавший столь сложный, но действенный план, – гений. Очень опасный гений, раздери его Бездна.

Снежка, поняв по напряженному молчанию, что подруга попала в куда большую беду, моментально забыла о своей и принялась за допрос драконида и полковника Ренски со всей мощью юного, стенодробильного энтузиазма.

Никто не устоял.

Даже скучавший за дверью коммодор Сариан ди-тар Вариэр, коему приказано было не пугать свою аль-дэй, обнаруженную благодаря подтасовке рептилоидов, не улежал. И приперся поучаствовать в мозговом штурме.

Снежка подчеркнуто на него не реагировала, пока случайно не встретилась взглядом с восхищенными очами беловолосого. Тут она и забыла о планах по взятию штурмом острова Сахреш, зато вспомнила все плохое, с этим белобрысым типом связанное.

– Ах, приказзз… – проскрипела она падающей на голову елью.

Но не успела рухнуть с кулаками на обидчика. Глаза ее закатились, губы побелели, и Сариан едва успел подхватить обмякшее тело.

– Чую потенциальную агрессию, – пробормотала курсантка. – Очень далеко. Кто-то вызывает большое зло. Кромешно черное зло.

– Дай направление, Кассандра, – скомандовал полковник Ренски. – Направление и расстояние.

Снежка махнула рукой на северо-запад, чуть не влепив белобрысому дракониду пощечину, тот едва успел увернуться и бережно посадил девушку обратно в кресло. Глаза ее стали нормальными, а лицо – растерянным.

– Больше ничего не чую. Но я уже чувствовала это. Вчера, на острове. Я думала, мне приснилось. Я вздремнула, пока ждала Ваську. А на нее в это время было покушение!

– С этого момента подробнее, – подобрался Аррадор.

Но рассказывать Снежке было по сути и нечего. Она лишь изложила своими словами и без того скупой рассказ Василисы о происшествии на маяке, да свои смутные ощущения опасности, притаившейся до поры, незримой, как непроницаемая тень на дне глубочайшей бездны.

Тогда-то аль-тар и принял эгоистичное, но совершенно необходимое решение.