Глава 12

– Что? – удивленно спросила я, развернувшись к Скайну.

– У вас слишком много посетителей, – нахмурилась мадам Лайфри и взглянула на время. – У вас десять минут, студент. Потом время посещений будет окончено.

Парень кивнул, а целительница вышла, оставив нас наедине. Скайн подошел ближе и собирался погладить королевского песца, но тот ему чуть руку не оттяпал. Поэтому Снежный быстро одумался и присел на стул.

– Всё-таки истинная, – со вздохом повторил он.

– О чем ты?

– К тебе вышел королевский песец, а он выходит только к избранницам Снежных.

Я едва глаза не закатила. Приплыли! Тот, кто мой настоящий истинный, старательно переводит стрелки на своего родственника, а этот самый родственник, который совсем не мой избранник, не менее старательно принимает на себя не принадлежащие ему обязательства! Ну что с этими Снежными не так?

– Неужели? – хмыкнула я. – А кроме тебя и твоего дяди есть еще прямые потомки Снежных?

– Они все женаты, в том числе и мой отец, – осклабился парень и подошел ко мне, попытавшись меня обнять, но я выставила руки перед ним. – Ив, ты зря отрицаешь очевидное! Ты – моя.

– Ты уверен? – стараясь скрыть веселый тон, спросила я. – Быть может, я тебя околдовала?

Ну так ведь считает Владыка, да?

– Нет, – качнул головой парень. – Ты мне нравишься. Ты открытая. Твои рассуждения – свободные. А взгляд… мне хочется ловить его бесконечно.

Ох, красивые речи, да жаль, что меня они не интересуют. И играть с чувствами парня я не собираюсь, поэтому отстранилась и положила ладонь на плечо молодого дракона.

– Послушай, ты ошибаешься. Я к тебе не чувствую ровным счетом ничего. Ты хороший, правда, но совершенно меня не привлекаешь.

А меня привлекает твой дядя, но он, гад такой, все отрицает! Ну и пусть отрицает, больно он мне нужен! Мне домой надо. Так что пусть побыстрее догадается, поймет, что я – не Иветта, и откроет портал в мой мир. В общем, ни один из Снежных меня не интересует.

Нисколечко!

– Ив, – широко улыбнулся Скайн и вновь попытался меня обнять, – ты просто еще не понимаешь, насколько сильна истинная связь. Мы идеально подходим друг другу. Сама судьба сталкивает нас.

Да неужели?! Мне казалось, что эта чертовка-судьба сталкивает меня кое с кем другим.

– Кхм, – кашлянула мадам Лайфри. – Время истекло. Студент Снежный, вам пора.

– Увидимся завтра, – подмигнул мне дракон и быстро вышел из лазарета.

Мадам Лайфри покачала головой и ушла, я же легла на кровать и прикрыла глаза. Ну почему он мне не поверил?

Вокруг одни секреты: чем шантажирует Иветту граф; какие поиски ведут Иветта с ректорессой; что за ледяная пещера в горах? Последнее особенно загадочно. Мне бы обсудить этот вопрос с Владыкой, но у меня это совершенно вылетело из головы.

Ну как, как вернуться домой? Кругом одни магические клятвы: то не скажешь, это не скажешь, третье не напишешь… ох, ну что за мир?! Почему все так сложно?

Я честно попыталась заснуть, но руки нестерпимо чесались, кончики пальцев почти не ощущались из-за холода, но я упорно сжимала руки в кулаки, чтобы не выпустить магию. А ведь тогда, в разрушенной аудитории, я чувствовала нечто подобное. Неужели это я виновна в обледенении девушек, это моя нестабильная, набирающая силу магия нападала на них? Ведь время обледенения Диареллы может совпадать с тем происшествием в аудитории, когда меня спас Владыка. Да и спасал ли он меня?…

Но откуда эта магия у меня вообще? А если все жители моего мира – маги льда? Ох, множество вопросов и на них нет ответа. Но уже завтра я смогу все их задать через жемчужного дракона, обойдя клятву.

Я сжимала кулаки, кусала губы, ворочалась. Но колющие ощущения лишь усиливались.

– Нет, не могу, – пробормотала я и прикусила губу, не в силах больше сдерживать магию, и, подскочив к окну, за которым раскинулась звездная ночь, тряхнула руками.

С пальцев сорвались снежные искры и устремились к парку. Я зажмурила глаза от страха, а когда медленно открыла, обомлела. Прямо передо мной была снежная сказка: деревья, покрытые инеем, окружали небольшую площадь с ледяными скамеечками и статуей кружащихся в танце мужчины и женщины. Сейчас, в темноте, лиц было не различить, как и мелкие детали, однако освещения уличных фонарей хватало, чтобы восхитититься получившимся великолепием.

Перед глазами заплясала знакомая снежинка.

– Это ты помогла мне преобразовать мою магию? – спросила я, и мне вновь почудился в танце снежинки ответ «да». – Спасибо.

Я выставила ладонь. Снежинка опустилась на неё и растаяла, зато покалывание прекратилось. А ведь я вновь не рассказала о той пещере. Впрочем завтра, когда у Владыки будет полная картина происходящего со мной, предоставленная жемчужным драконом, и поделиться новой информацией будет легче.

Там ли я обрела свою магию? Или же это просто совпадение? Ведь мне не показалась та пещера дружелюбной, да и снежинка пыталась меня вывести оттуда…

– БоПи, скажи, ты ведь тоже был тогда в пещере? – спросила я. – Кажется, я тебя слышала.

Песец открыл один глаз и, отвернувшись, засопел. Что ж, питомец со мной разговаривать не желает. Пора и мне спать.

На следующее утро меня выписали из лазарета, но не успела я выйти за пределы, как попала в объятия Скайна. Парень широко улыбнулся и самым наглым образом разместил обе руки на моей талии, за что тут же получил шлепки по этим самым ладоням.

– Что ты себе позволяешь?!

– Обнимаю свою истинную, – и бровью не повел дракон.

– Скайн, а скажи-ка мне, может ли быть одна истинная у двух драконов?

– Не припомню, – нахмурился парень, – наверное, нет. А зачем ты спрашиваешь? Всё еще не оставила мечты стать Владычицей Льда?

Я едва глаза не закатила. Сдался мне этот статус! Меня намного больше привлекает сам Владыка Льда, а вот его статус, наоборот, отпугивает. И вообще – мне домой надо!

Хотела сказать, что я о подобном и не мечтала, но язык словно к нёбу присох, поэтому промолчала. Зато БоПи действовал более решительно. Он оскалился и замахнулся лапой, обнажив когти. Скайн вовремя заметил посягательства на свою пятую точку, поэтому отскочил в сторону и поднял руку в примирительном жесте. Песец расслабился и прижался к моему боку.

– Спасибо, – шепнула я, погладив зверя по холке, и направилась по коридору. – Скайн, а ты не думал, что я не твоя избранница? Ты просто немного мной увлекся. Самую малость!

Для пущего эффекта я еще и показала крохотное расстояние между пальцами. Однако на парня мои слова не произвели никакого впечатления. Он вышагивал рядом со мной, совершенно окрыленный, не переставая глупо улыбаться.

– Я тоже так подумал, но королевский песец всё расставил на свои места.

Скорее, он всё запутал. Впрочем, ничего удивительного! Песцы они такие. Приходят и всё – пиши-пропало.

– А что с волосами? Ты ведь не стал блондином!

– Так мы еще и не закрепили связь. Возможно, для этого нужен страстный поцелуй, – Скайн наклонился, с придыханием прошептав мне на ухо, разве что не обслюнявил, – м-м?

– Обойдемся без поцелуев, – отстранилась я и прошла к гардеробу.

Мои вещи были здесь на сохранении, в том числе шубка. Скайн галантно помог мне одеться и, когда мы вышли на мороз, вновь попытался приобнять, но песец ловко вклинился между нами. Да мой же ты хороший! Где бы раздобыть самый лучший стейк? Одним его уже кормили с утра, но я не против дать ему добавки.

– Тогда есть более ускоренный способ проверить нашу связь, – заявил Скайн. – Искра.

– Как на балу у Владыки и Золушки? – спросила я с улыбкой, обернувшись к парню.

Но он не ответил. Он смотрел куда-то за мою спину. Я проследила за его взглядом и едва не присвистнула. Сегодня, при свете солнца, я смогла различить каждую мелкую деталь созданной мной вчера статуи, в том числе и лица. Пара кружилась в танце, волосы девушки развевались, а сама она слегка прогнулась в талии, в то время как партнер немного нависал. И о боги, я узнала это лицо!

Это был Владыка Льда! Я создала вчера статую Владыки Льда?!

– Золушка и Владыка, – пробормотал Скайн и, сжав мою ладонь, увлек вперед, ближе к ледяному великолепию. – Это же они, Ив! Неужели дядя нашел свою незнакомку?

Если бы!

Мы приблизились к статуе, и теперь я смогла увидеть и лицо девушки. Это была я. Вот только не в образе Иветты, а в своем настоящем обличье. В том, в котором мы виделись с ним на балу. У статуи столпились студенты, бурно обсуждая происходящее.

– Кто это создал?…

– Это она? Та незнакомка с Зимнего бала? Золушка?…

– Она красивая!

– Они так восхитительно вместе смотрятся. Неужели у нас появилась Владычица Льда?

И прочее, и прочее, и прочее. Они обсуждали меня! Но никто бы даже не подумал, что под обликом Иветты прячется та, что была сейчас статуей. Я скосила взгляд на БоПи. Тот словно всё понял и прикрыл лапой глаза.

– Что здесь происходит? – раздался позади голос Владыки.

Я сглотнула, а щеки опалил румянец. Он ведь не догадается, кто создал эту статую, да?…

– Чья это работа? – строго спросил Владыка, окинув студентов цепким взглядом, от которого все дружно сделали шаг назад, а потом и вовсе поспешили разойтись.

На месте остались только я и Скайн. Владыка прожег нас взглядом, особое внимание уделив сцепленным рукам, а потом обернулся к ледяной скульптуре. Провел ладонью по воздуху вверх-вниз, после чего обессиленно опустил руку.

– Следов магии нет? – спросил Скайн, а я воспользовалась заминкой и высвободила свою ладонь.

Владыка не ответил, задумчиво глядя на ледяную девушку. Как же она сильно была похожа на меня! На меня настоящую. Статуя была выполнена столь искусно, что любой скульптор бы позавидовал мастерству.

– Разберемся с этим позже, – произнес его снежность и обернулся к нам. – А вы… надеюсь, не забыли об отработке?

Скайн поморщился. Делать нечего – мы вернулись за Владыкой в академию и прошли в административное крыло. БоПи следовал за мной неслышной тенью, лишь принюхивался. Мы прошли в конференц-зал, где стоял один длинный стол и к нему примыкал еще один – поменьше, но массивнее. По приглашению главы попечительского совета мы разместились за длинным столом, сев у самого края.

– Ты лично будешь курировать отработку провинности? – изумился Скайн, приподняв брови.

– В последнее время вы, студент Снежный, уделяете недостаточно внимания учебе и дисциплине, – произнес его снежность, напомнив племяннику о субординации, и прошел к книжному шкафу, начав выбирать какие-то книги. – Отвлекаетесь по пустякам.

– Истинность – это не пустяк!

Владыка резко обернулся и прожег нас обоих леденящим душу взглядом. Скайн поморщился. Я же хотела сквозь землю провалиться.

– Мне кажется, что студент Снежный торопится с выводами, – произнесла я, чувствуя, как щеки горят румянцем.

Конечно, ведь я-то настаиваю на том, что именно Владыка – мой суженый! Но для всех эта связь невозможна, ведь вся академия в курсе «моего» прошлогоднего феноменального фиаско и побега голышом по академии. Ну Иветта, подстава на подставе! И это еще неизвестно, какие планы у них с ректорессой…

– Неужели? – хмыкнул Ллайд и прошел к нам, положив на стол две книги. – Сделаете конспект первых трех глав. Проверю лично. Приступайте.

Что ж, это не так страшно. Конспекты я даже любила. Выделять основную мысль, отсеивая лишнее – это я умела. Но едва придвинула к себе книгу, как мои глаза удивленно округлились. «Соблюдение нравственности в академии». Подняла изумленный взгляд на Владыку, но наткнулась лишь на усмешку в светлых глазах. Ах так, да?! Нравственности?! А кто меня беззастенчиво целовал в пещере?! А тут за ручку со Скайном подержалась, ну поцеловалась разок – и сразу «соблюдение нравственности»?!

У Скайна, кстати, была абсолютно другая книга. «Тысяча и один баран. Диковинные магические и немагические звери». Тоже с намеком? И будто в подтверждение последнего умозаключения Скайн упрямо вернулся к закрытой теме:

– А как же песец? Он ведь вышел ко мне!

Парень победоносно скосил взгляд на БоПи. Но песец повернулся к нему причинным местом. Когда Владыка прошел к массивному столу, то БоПи поспешил за ним, сев у его ног. М-м, кажется, он выбрал того, к избраннице которого вышел. И судя по довольному блеску глаз Владыки, он пришел к тому же выводу.

– Конспекты, студент, – не стал развивать тему Владыка и словно фокусник извлек из пространственного кармана какие-то бумаги, тоже занявшись работой.

Нравственность моя ему, видите ли, не нравится! Сейчас я вам выделю основные мысли, повелитель! Любую книгу можно трактовать по-разному и найти именно те мысли, которые импонируют в данный момент.

Вот, например: «Пока девушка находится на попечении академии, её честь и достоинство должны быть защищены. Защитниками в этом случае выступают члены попечительского совета». Какова здесь главная мысль? Правильно! Члены попечительского совета – добрые старички, которые заботятся о чести и достоинстве студенток и ни в коем случае не совращают их! Это выделим пожирнее.

А что тут еще у нас? На территории академии каждый студент должен придерживаться академического устава и носить только форму, выделенную завхозом академии согласно академического устава. Судя по примечанию – даже нижнее белье. Видимо, книга эта о-о-очень древняя и правила давно изменились! Но Владыка сам виноват, что подсунул мне её.

– Ваша снежность! – я подняла вверх руку, за что получила укоризненный и вместе с тем удовлетворенный взгляд Ллайда. Ой, мне ведь нельзя его называть снежностью! – Скажите, пожалуйста, а попечительский совет как-то проверяет наличие нижнего белья на студентках?

Скайн поперхнулся, а Владыка – молодцом, сдержался. А вот БоПи подвел так подвел – смущенно прикрыл мордочку лапой, мол, ой хозяйка, стыдно за тебя! А стыдно должно быть не мне, а тому, кто эту книжицу мне подсунул. Но он почему-то сидит с непрошибаемым видом.

– Считаете, это необходимо?

– Конечно, ваша снежность! – осклабилась я, наплевав на его запреты. Скайн ведь, в конце концов, не посторонний. – Ищу, к кому можно обратиться. Вы уж простите, вам я больше не доверяю – откровенно побаиваюсь, методы у вас больно жесткие. Вы ведь в прошлом году уже проверили мое нижнее белье, а потом даже голышом отправили через всю академию, когда на мне оказался вовсе не академический комплект, и я уж не говорю о вашем недавнем обещании раздеть меня…

– Студентка Тильд! – воскликнул Владыка, поднявшись из-за стола.

Кажется, я вызвала его смущение. Да-да, смущайтесь, Владыка! Потому что не нужно вводить в смущение меня! Чего это я должна быть «нравственной»? Да, я согласна, что вести себя чересчур откровенно – это не есть хорошо, даже целоваться на людях – уже моветон, по моему личному мнению, но ведь тогда Владыка застал нас со Скайном наедине, никаких свидетелей не было! А то, что сегодня Снежный держал меня за руку, вообще может быть жестом доброй воли – на улице скользко, могла упасть, вот однокурсник и помог бедной неуклюжей мне.

– Раздеть? – спросил Скайн убитым голосом и перевел взгляд с меня на дядю. Потом спустился ниже и, вздохнув, поднялся на ноги. – Значит, песец вышел не к моей избраннице, да?

Да! Ну же, скажи ему! Ты ведь всё чувствуешь, Ллайд! Но Владыка молчал, прожигая меня ух каким взглядом! Сколько в нем было эмоций, страстей.

– Выйди, – бросил он коротко племяннику.

Скайну дважды повторять не пришлось. Отшвырнув конспект, он подскочил на ноги, взял сумку и бросился на выход, я же осталась с его снежностью, медленно приближающимся ко мне. БоПи даже ухом не повел. Кажется, он совсем не боялся за свою хозяйку, которую сейчас растерзает её же истинный.

– Мы еще не убедились, что это ты, – проговорил Ллайд.

– Если я не твоя избранница, тогда Скайна, – произнесла я с чувством, на эмоциях опустив формальности. – Или какого-нибудь твоего неучтенного родственника. Не суть. Суть в том, что тогда ты не имеешь права меня ревновать и выдавать для написания конспекта совершенно монашеские книги!

– Имею! Ты целуешься то с одним, то с другим, над твоей нравственностью определенно стоит поработать.

– Моя нравственность вас не должна волновать ровно до того момента, пока я не стала вашей невестой.

Произнесла и сама испугалась собственных слов. Не собираюсь я быть его невестой. От прошлого жениха еще не избавилась, чтобы уже нового заводить!

– Я глава попечительского совета. Я пекусь о твоей чести, – хмыкнул Владыка.

Кажется, он тоже читал эту книгу.

– О, поэтому самозабвенно целовали меня? Исключительно в целях заботы, дабы никому другому моя честь не досталась, – едко протянула я и сама не поняла, как подалась вперед, к Владыке.

Он ведь уже давно склонился надо мной, стремительно сокращая расстояние между нами. Сейчас мы дышали друг другу в губы, находясь в недопустимой близости. Ужасно недопустимой!

Ллайд шумно вздохнул и отступил. Махнув рукой, он открыл портал и, подхватив меня на руки, уверенно шагнул в него. Мы вышли из портальной арки в просторной комнате, с колоннами, украшенными лепниной, и тканевыми обоями золотого цвета. А еще здесь было тепло. Горячий солоноватый воздух наполнил мои легкие, но не вызвал ожидаемого счастья – наоборот, хотелось обратно, в мороз. Я сошла с ума? Хотя я никогда не любила море, а здесь чувствовался морской климат.

Мельком оглядевшись, пришла к выводу, что местная архитектура очень уж мне напоминает питерские дворцы. Ллайд опустил меня на ноги, хотя покидать его объятия не хотелось. Ох, Агния, ты сошла с ума, если думаешь, что тебя тянет к этому дракону! Мне ведь надо домой.

К нам навстречу шагнул мужчина в голубой ливрее.

– Владыка Льда, лорд Арвен вас ожидает. Прошу за мной.

– Лорд Арвен? – шепнула я, пока мы шли за… видимо, за лакеем.

Да и сама обстановка была, как говорится, «дорого-богато». Просторный холл, широкие коридоры, лестницы с балюстрадами, фрески на потолке, ковровые дорожки и тяжелые портьеры на окнах. Не говоря уже о чудесных букетах в вазонах, мраморных полах и стенах в рельефных обоях благородных оттенков. Я старалась забыть недавний разговор, но близость с Ллайдом всё еще кружила голову.

– Владыка Разума, – кивнул его снежность. – Глава жемчужных драконов.

Глава жемчужных драконов?! Я приоткрыла рот от удивления. Ллайд внимательно следил за моей реакцией, я же… обрадовалась. Такой дракон точно должен увидеть все, что пытается скрыть Иветта!

Я так увлеклась собственными мыслями, что пропустила момент, как нам навстречу поспешила девушка. В голубом летящем платье, которое подчеркивало достоинства фигуры, особенно пышный бюст. Поравнявшись с нами, шатенка подарила улыбку его снежности и сделала элегантный книксен.

– Ллайд! Как я рада тебя видеть! Какими ты тут судьбами? И кто эта очаровательная леди?

Посмотрела на лицо Владыки и едва не поморщилась. Он был таким расслабленно-участливым, словно действительно был очень рад видеть незнакомку. Первый раз вижу его таким. Обычно он ведет себя отстраненно, холодно. Неужели это та, первая истинная, от которой он отказался? На мгновение я даже почувствовала укол ревности, но быстро отогнала от себя непрошенные чувства – я скоро буду дома, а Ллайд может заводить себе хоть десяток «бывших» и «будущих», мне нет до этого никакого дела!

– Здравствуй, Ана, – кивнул Ллайд и бросил короткий взгляд на меня. – Студентка академии, Иветта Тильд. У меня есть дело к твоему отцу. Ты здесь одна или с Джаром?

Вот так, да? Просто студентка?

– У Джара совещание, – вздохнула девушка, блеснув глазами при упоминании таинственного Джара, и симпатии у меня к ней прибавилось. Видимо, он её муж или парень, что почему-то меня радует, а должно быть безразлично! – Я приехала ненадолго к родителям, но уже убегаю. Увидимся на Праздничной неделе, – девушка прошла мимо и улыбнулась мне, – приятно было познакомиться, Иветта Тильд. Уверена, ты необычная студентка.

Подмигнув мне, она побежала к лестнице. Я еще некоторое время ощущала присутствие таинственной Аны, которая оставила после себя такие положительные эмоции, что хотелось улыбаться. Эта девушка была настоящим согревающим огоньком.

– Идем, – подхватив под локоть, Ллайд увлек меня вперед.

Вскоре после приглашения мы вошли в комнату. Это оказалась библиотека с высокими стеллажами и круглыми столами, за одним из которых сидел мужчина средних лет с жемчужными волосами. Почему-то именно такой эпитет пришел в голову при виде его роскошных волос, водопадом свисавших до талии, за исключением нескольких прядей, убранных назад.

– Владыка Разума, – склонил голову в знак приветствия Ллайд, и лорд Арвен улыбнулся ему по-отечески доброй улыбкой.