Глава 12

Караван в моем воображении представлял из себя длинную процессию, где люди на верблюдах едут по бескрайней пустыне. Только местные караванщики, избалованные прелестями магического мира, со мной бы не согласились. Зачем качаться на верблюде, когда можно плыть над землей в шатре? Разного размера, разной степени комфорта, в зависимости от того, сколько в вашем распоряжении лун или солнц. Некоторые напоминали паланкин, некоторые – шатер с легкими развевающимися занавесками, и все они парили на некой платформе, вроде ковра-самолета, только не из ткани.

Когда Эйден вывел к месту стоянки, я очень постаралась сохранить невозмутимое выражение лица и не заглянуть под ближайшую платформу – может, там колесики, а парение – чисто визуальный эффект.

Мы успели в последний момент. Люди уже проходили к шатрам, а арксак[5] давал страже команду отвязать лошадей. Я порадовалась тому, что Эйден назначил срок встречи с расчетом на определенный запас времени. Иначе отличная задумка могла провалиться. По моей вине.

Замерев, где темнейший оставил, как и договорились по дороге, опустила глаза в лучших традициях покорных женщин и решила, что успею изучить принцип устройства каравана позже. Бросая взгляды из-под ресниц туда, где маг говорил с арксаком, не уставала удивляться изменившемуся облику Эйдена. За счет просторных светлых одежд и высокого роста, он выглядел крупнее, точно настоящий велмир[6], которым и переоделся. Для полного сходства с образом часть монет он нанизал на нить и повесил на шею, сказав, что на юге так многие ходят. Новый большой платок мужчина закрепил на голове обручем и повязал на лицо, оставив открытыми только глаза. Должна признаться, это придало им еще большей пронзительности, хотя куда больше? Для меня только хуже стало. Раньше было на что отвлечься (вперить взгляд в переносицу, например), а теперь вечно коситься на платок или обруч, чтобы по спине не бегали мурашки, выглядело странным.

Наверное, я тоже смотрелась необычно. По крайней мере меня разглядывали. Покрывало на волосы, платье до земли, так что даже туфель не видно, скрывали всю фигуру, но будь я на месте остальных путешественников, тоже не сдержала бы любопытства. Помнится, в Мэнэр-холле клялась себе, как ничто не заставит облачиться в наряд до щиколоток. Только все дело в мотивации, а Эйдену дара убеждать хватило бы не только на двоих, но и на целую толпу.

Бывшее платье, в котором теперь отпала нужда, обмотала вокруг талии, не желая с ним расставаться. Вдруг понадобится? Снова сбегать, когда сама попала в категорию портальщика вне закона, было неразумно, но мало ли что. Волосы переплела в две косы, укрыла покрывалом, также оставив открытыми только глаза. Когда Эйден, выйдя из кустов, увидел «беременную» спутницу, то замер, словно на стену налетел.

– Чем не аргумент принять в караван? – указала на небольшой живот. – Хочу произвести на свет малыша среди любимых родственников на родной земле. Хороший предлог?

Он кивнул. Никак не прокомментировал и после слова не сказал по поводу маскарада, но возражать не стал.

Разговор мужчин не слышен был там, где я стояла, только в какой-то момент оба обернулись в мою сторону. Догадалась, что речь зашла о «беременной жене». Темнейший развел в стороны ладони и пожал плечами, а затем слегка подергал ткань на груди, изобразив жест, будто ее выжимает, а арксак рассмеялся. Сделку закрепил увесистый мешочек, вынутый Эйденом из кармана.

Маг поманил к себе, и, подойдя ближе, увидела, как из сундука лично для нас извлекли шатер и скатанные вместе рейки раскладной платформы. Расторопный слуга подвел пегую лошадь. Достопочтимый велмир изъявил желание ехать верхом, а не по-женски в шатре. Седобородый старичок по приказу арксака принялся читать заклинание над нашей платформой, обходя ее по кругу.

Люди в караване покончили со своими делами, и я начала волноваться, как бы не пошли разговоры о задержке «из-за тех двоих», привлекая к нам более пристальное внимание, когда двое из привязанных лошадей вдруг громко заржали, взбрыкнули и поднялись на дыбы, ударив копытами в деревянную стойку и пустив по ней трещину. Несколько мужчин бросилось успокаивать животных.

Платформа в этот момент воспарила над землей, а помощники раскатали на ней шатер. Старичок быстро забормотал в иной тональности, шатер тут же встал куполом, словно на пружинах. Слуги торопливо сцепили между собой палки, служившие дополнительным каркасом и креплением для ткани, после чего подвязали части полога к столбикам, сформировав таким образом вход, и расправили над ним ажурную занавеску. Один из работавших парней повернулся ко мне и протянул руку. Я чуть было не взялась за нее, собираясь вскарабкаться на платформу и прикидывая, удастся ли сделать это достаточно ловко. Все выглядело надежно, но я волновалась, как бы рейки не продавились под ногой, отчего легко оступиться.

Негромкий, но на редкость отрезвляющий окрик: «Хей!» – и парень вздрогнул, нервно отдернув ладонь. Я от неожиданности отступила назад. Подняла взгляд, приметив удивленное лицо арксака, взглянула на Эйдена, едва не заледенев от спокойного выражения, знакомо хранящего угрозу, и осознала собственный промах. Он ведь предупреждал, что у южан к женщине не могут прикасаться посторонние мужчины. Более того, она сама подобного не допустит. Парень сглупил, предложив помощь по привычке, а я опростоволосилась еще сильнее.

Пытаясь хоть как-то исправить положение, покорно склонила голову и обхватила руками импровизированный живот, являя собой образец раскаяния и смирения с намеком, что у беременных случаются нелогичные поступки. Арксак благодушно рассмеялся, Эйден подошел ближе и вдруг поднял меня на руки. Пока я в шоке обхватила его руками за шею, мужчина прошептал: «Лошадей не хватит отвлекать внимание, Сэйна».

– Извини, – ответила тихо, вложив в слова максимум раскаяния.

Он поставил на платформу, где я поспешила укрыться в шатре. Легла на груду подушек, которые кинули сюда помощники, и устроилась со всем удобством. Судя по сервису и благодушию арксака, Эйден не поскупился на оплату дороги. Наш недешевый пакет выбранных услуг отличало дополнительное и замечательное свойство, о котором я узнала позже, – снаружи шатра никто не мог услышать, о чем говорилось внутри.

– Айна! – крикнул предводитель, и все платформы пришли в движение, выстраиваясь в определенном порядке. Моя покачнулась, и я вцепилась в ближайшую подушку, глядя сквозь ажурные занавески, как мужчины запрыгивают в седла, а платформы с деревянными конструкциями, на которых лежали товары, окружают всадники.

Эйден направил коня ближе к шатру. Многие мужчины не из числа охраны предпочли способ передвижения верхом. Удобней было приглядывать одновременно за собственным добром и за окружающей обстановкой. Почти все женщины, путешествовавшие с караваном, ушли в шатры. Что удивительно, детей не оказалось совсем.

Мы двинулись в путь.

Арксак и несколько стражников свернули с дороги и вернулись немного погодя, подав сигнал. Всадники направили лошадей к ответвляющейся тропе, платформы выстроились одна за другой. Миновав пространство между деревьями, караван вышел к широкой поляне. Эйден предположил, что это одно из мест ночлега, которые, впрочем, каждый раз менялись. Толковый предводитель никогда не озвучивал расположение стоянки заранее.

Сейчас маг наблюдал, как четко по плану вперед пролетают платформы с товарами, стыкуются друг с другом. Затем пришел черед наездников спешиться, лошадей также согнали в круг, а уже после очертили чуть более широкий радиус путем установки шатров. Они точно забором окружили перевозимые ценности. Эйден усмехнулся – товар ценнее. И наконец, четвертым кругом встала стража. Очертив внешний барьер в виде средней глубины рва, они разделились на небольшие группы по двое или по трое и принялись доставать еду.

Если разбойники не дураки, нападать во время стоянки не станут. Маг в караване опытный, хоть и староват. Арксак проявлял к нему большое почтение и точно платил не как мелкому паву[7]. Хотя старик не особенно напрягался: наводил простецкие чары да контролировал платформы. Эйден усмехнулся. Вздумалось же рассуждать о стариковской экономии, когда и того минимума не мог вытянуть. Три общепринятых ряда классификации, к какому теперь относился он? Только и способен, что напугать лошадь, создать мираж или вправить кости. Для пущего эффекта мог заблокировать перед испуганной девчонкой дверь или ввести в легкий транс для наглядного ответа на вопрос, но если что посерьезнее, то без вынужденной спутницы никак. Будто в соответствии с принципом: «Держи врага еще ближе».

– Эй, кочевник, присоединяйся! – долетел крик предводителя.

Эйден взглянул туда, где уже пылал яркий костер, а люди из шатров постепенно перебирались на наспех сооруженные сиденья, пеньки, ветки, несли провизию и садились не столько погреться, сколько передохнуть от дороги и расслабиться за беседой.

Арксак проявлял к нему редкое дружелюбие, звал почетным обращением «кочевник», хотя ольхары давно уже осели на южных землях. Причем угодничества не было в помине. Естественно, предводитель любил туго набитые кошели, но перед богачами не лебезил. Кого принимать в караван, тоже определял исходя из собственных предпочтений. В Эйдене, вероятно, ощутил себе ровню.

Мужчина чувствовал, как ноют мышцы после долгой езды в седле, но отдыхать не спешил. Ночи хватит, а пока важнее было присмотреться к людям. Он махнул рукой арксаку и прошел к шатру. Откинул полог. Сэйна разметалась на подушках. Покрывало брошено в углу вместе с платьем из ее мира, нижняя тонкая рубашка укрывала до талии, а дальше пряталась под широким поясом просторных и легких штанов. Две тугие косы темными змеями притаились на светлой постели. За день девушка ни разу не показалась из шатра. Спала?

Эйден присел рядом и коснулся запястья пальцами, слушая пульс. Навеянные сны вытягивали массу энергии, когда казалось, будто отдыхаешь, зато потом наступал откат.

Пульс ровный и сильный. Значит, и сон обычный. Караван оказался весьма кстати, иначе она свалилась бы где-то по дороге. Девушка пошевелилась, повернулась на бок и подтянула ноги к груди. Тонкая штанина чуть подскочила, а под ней блеснул металлический край. Маг склонился, положил на изящную ступню ладонь и сдвинул ткань выше. Серебряный браслет из тонких металлических нитей оплетал щиколотку. Эйден внимательно его изучил. Магический. И даже из той категории, что принимают нужный размер, поскольку, являясь с виду украшением для запястья, ногу обхватывал не слишком плотно. Накопитель. Темнейший провел пальцем по серебряному краю, слегка задев кожу. Защитный. Девушка тихо вздохнула и снова повернулась на спину. Эйден внимательно оглядел ее, но под тонкой тканью виднелись лишь очертания тела, никаких заметных украшений. Значит, один? Разве что ворот у рубашки высокий и более плотный. Маг провел кончиками пальцев по шее от подбородка вниз. Толстая нить или шнурок. Узнать, что на нем, можно было лишь просунув ладонь в декольте. Однако если переходить к столь интимным жестам, то проще сразу раздеть, тогда точно ничего не пропустит. Маг убрал руку.

Сэйна оказалась большой любительницей украшений.

Мужчина оперся на ладонь, дотянулся до мешка с провизией, лежащего у девушки над головой, и затем выбрался из шатра.

Вокруг костра собрались мужчины и женщины. Сели кругом, разворачивая свои припасы. Пара помощников арксака разносила горячее питье из дымящегося походного котла. Эйден коротко кивнул и тоже принял кружку. Он слегка развернулся, устраиваясь так, чтобы свет падал на другую сторону лица, закрытую складками платка, а остальное оставалось в тени. Есть, не снимая покрывала, – вызывать подозрения, а так никто не обращал внимания. Все достаточно устали. В отличие от них с Сэйной, большинство путешествовало не первый день.

Начались разговоры, люди ели и делились собственными впечатлениями от путешествия, высказывали предположения, обсуждали новости.

– Я слышала, в вашей стране у мужчины может быть несколько жен, это правда? – вдруг обратилась к нему одна из женщин. Она нарочно подсела ближе, приметив рядом свободное место. Эйден окинул ее взглядом, оценив привлекательную внешность незнакомки. Женщина была красива, молода и знала себе цену, а еще путешествовала с собственными слугами. Трое крепких парней в роли охранников, но ни мужа, ни брата рядом. Вероятно, ехала кого-то навестить на юге.

Он поднес к губам кружку, отмечая жадный искрящийся любопытством взгляд, неспешно отпил обжигающего, чуть горчившего хмелем напитка. Внутри разлилось тепло, потеснив назойливый, точно прилипший к внутренностям холод, и Эйден кивнул, включаясь в игру.

– Может.

– И от чего зависит количество? – она понизила голос и улыбнулась. – Я слышала, от состоятельности мужчины.

«Состоятельность» прозвучало весьма двусмысленно. У кочевников основную роль играло, конечно, богатство. Сколько женщин ты мог обеспечить, столько жен и брал. Но незнакомка умудрилась вложить в слово иной подтекст.

– Состоятельность, – Эйден выдержал паузу, отвечая на ее взгляд, пока девушка не потупилась, принявшись разглаживать складки на юбке, – важна.

Видимо, из-за особенных ноток, проскользнувших в голосе, незнакомка зарделась. Мужчина сделал новый глоток. Кровь прошумела по венам, циркулируя быстрее.

– А сколько у тебя? – красавица кивнула в сторону шатра, глаза озорно блеснули. – Или одной достаточно?

Он улыбнулся, отчего незнакомка задышала чаще и стянула с шеи платок, обмахнувшись им несколько раз. На обозрении оказались два аппетитных полушария стиснутой лифом груди.

– Достаточно ли одной?.. – Эйден задумчиво побарабанил пальцами по кружке.

– Зависит от женщины? – с улыбкой подсказала незнакомка.

– Разве не от обоих? – парировал маг, а она рассмеялась, словно хорошей шутке.

– Я слышала, на юге много горячих мужчин.

– Погода располагает, – проговорил Эйден, – на юге жарко.

Он сосредоточился на еде. Незнакомка тоже замолчала, хотя явно хотела расспрашивать дальше. Она искоса бросала на него взгляды, а платок вновь укрыл грудь, поскольку и другие путники принялись коситься на привлекательные округлости.

Эйден слушал беседы людей, строя дальнейшие планы, а приметив знак арксака еще прежде, чем тот поднялся, оказался на ногах раньше всех. Он незаметно отдалился от костра, пока остальные засуетились, разливая остатки хмельного напитка. Разговоры давно ушли от серьезных тем к шуткам, люди расслабились, кто-то даже расшумелся. Это заметил и предводитель, рассудив, что пора разбредаться по шатрам и набираться сил в преддверии нового дня.

Эйден ушел в тень, решив еще раз оглядеть внешний контур. Поужинавшие охранники держались спокойно, им дали обычной воды, а это снова говорило в пользу арксака. Убедившись, что в эту ночь можно отдохнуть, мужчина повернул к шатру, но, не дойдя до него, остановился. Прислонился к дереву и стал наблюдать за девушкой, подсаживавшейся к нему у костра. Она караулила рядом с платформой.

Мага полностью скрывала тень, и незнакомка его не замечала. Сперва она стояла, оглядываясь, потом стала прохаживаться туда-сюда. Эйден приметил и сопровождающих, замерших чуть поодаль. Едва ли ловушка, но проверить несложно. Когда девушка потеряла терпение, топнула о землю ногой и развернулась в сторону собственной платформы, он неслышно возник из тени на ее пути. Незнакомка буквально налетела на него, а маг крепко обхватил за плечи, не позволяя упасть.

– Приятная неожиданность, – проговорил Эйден. – Вы заблудились?

Платок упал будто сам собой, когда темнейший медленно опустил ладони, так что они скользнули вниз по женским рукам. Жар, идущий от тела красавицы, взметнулся подобно костру, в который подбросили веток. Она задышала чаще. Полушария грудей поднимались и опускались, невольно приковывая взгляд. В мощной энергетике, бесспорно, и крылась суть женской привлекательности незнакомки. Вокруг нее словно потрескивал воздух, чаруя и притягивая мужчин. Девушка промолчала, но ее желание стало почти физически ощутимо, когда он слегка отступил. Напряженное ожидание повисло в воздухе. Ощущения, которые сложно подделать.

Эйден наклонился и поднял платок.

– Замерзли? – протянул ей. Ткань пощекотала нежную кожу, по которой мгновенно побежали мурашки.

Девушка помотала головой.

– Я искала тебя, чтобы спросить.

– О чем?

– Об одной из ваших традиций, но этот платок сбил меня с мысли. Не накинешь обратно?

Эйден пропустил шелковую ткань через ладонь и завел второй конец ей за шею, расправляя на плечах. Незнакомка чуть запрокинула голову, когда он склонил свою и спросил:

– Вспомнили?

– Нет, – шепнула она и поднялась на цыпочки, прижавшись губами к его губам. Мага окутал аромат пряных духов и желания. Жесткие кончики густых кос пощекотали опущенные вниз руки. Ее энергетика оказалась столь мощной, что накопитель, спрятанный на груди под рубашкой, начал нагреваться.

Темнейший на миг заколебался. Стоит ли упускать шанс взять то, что девушка столь щедро предлагала, сама того не замечая. Старик-маг при караване отдыхал в шатре, стража следила за контуром. Кто мог поймать на месте преступления? Уж точно не трое коренастых парней, сопровождавших молодую госпожу. Здесь даже не было нужды вытягивать самому. Сексуально притягательные личности обладали более мощной силой, она сама выплескивалась из тесного сосуда, в котором бурлила. И энергия безусловно пьянила. С момента воскрешения тело ломало день за днем без привычной магии, и это было пыткой, поскольку он постоянно чувствовал силу рядом.

Незнакомка обвила его шею руками, пытаясь пробудить отклик. Самонадеянная красота, в жизни не знавшая отказа и привыкшая полагаться на впечатление, которое всегда производила на мужчин. Она явно не ведала о поговорке: «Гуляя по лесу, опасайся волков». Эйдену ничего не стоило ответить на поцелуй и заполнить медальон сполна. Необходимость в этом имелась, а вот желания не было. Напротив, тело отреагировало на излишний напор красавицы более привычным для себя образом, напрягшись в ожидании возможного удара со спины. Шум прерывистого дыхания действовал на нервы, аромат с нотками амбры раздражал обоняние. Рука непроизвольно дернулась к поясу.

Однако довольно. Не хватало еще спонтанных жестов, на которые охрана незнакомки точно среагирует. Эйден разорвал поцелуй.

Отстранился резко, поймав застонавшую от разочарования девушку за локоть. Та покачнулась. Она дышала тяжело, бурно, а его дыхание ни на йоту не сбилось. Отпустив ее, маг искоса глянул в сторону, где в тени скрывались провожатые. Все оставалось по-прежнему мирно.

– Так меня еще не целовали, – выдохнула незнакомка.

Так – это никак?

– Знаешь, а ты удивительный. Не похожий на других. В тебе чувствуется страсть, но она такая… скрытая.

Каждый ощущает близкое себе. Эйден мог осязать силу, а вот девушке ближе было чувственное влечение.

– Мой шатер совсем близко, – облизнула пересохшие губы и тут же прикрыла ладонью рот, будто испугавшись слетевших слов. Вероятно, впервые делала подобное предложение сама и теперь пыталась понять, как это вообще с языка сорвалось. Эйден не сомневался, девушку прежде нередко забавляло отказывать распаленным поклонникам. А маг не спешил хвататься за щедрое предложение. Напротив, смотрел в ожидании торопливых объяснений, что она не то имела в виду. Незнакомка даже открыла рот, но опровержения так и не произнесла.

– Хорошо, что близко, значит, недолго идти, – ответил он. – Давно пора спать.

И отвернулся, оставив красавицу на попечение ее помощников. У собственного шатра даже не обернулся ей вослед. Ухватился за один из шестов, легко запрыгнул на платформу и скрылся внутри, задернув полог плотнее. Хоть здесь не было нужды выветривать удушливый запах благовоний. Все подобные духи напоминали ему спертый воздух пещеры и раздражали. Благо аромат Сэйны едва замечался, разве только если склониться к самой шее. Эйден всегда предпочитал более нежные запахи, и слабо различимый аромат лесных ягод его устраивал.

Лунный свет, пробиваясь сквозь ткань, мягко очерчивал предметы, перетекая с одного на другой. Нежно скользил по бедру, рукам и щекам девушки. Сон его столь же недобровольной, сколь и нежеланной спутницы по-прежнему казался крепким и безмятежным. Эйден устроился с краю и вытянулся на постели, когда в лесу прокричала какая-то птица. Он прислушался, но все было спокойно. Сэйна заворочалась, раскинулась на подушках и забросила на него руку. Мужчина посмотрел на ладонь, легшую ему на грудь, и легонько провел пальцами от тонкого запястья до локтевой ямки. Девушка вздрогнула во сне и вдруг раскрыла глаза.

– Эйден? – позвала, резко садясь на постели.

– Пока не испарился, – отозвался маг, повернувшись на бок и подперев ладонью голову.

– А который теперь час?

– Ночной.

– О, – ее губы округлились, выдав удивленный возглас. – Я так долго спала?

– Сильно устала? – лениво поинтересовался маг.

– Да. В последний раз нормально отдыхала в Мэнэр-холле, хотя… нет, там тоже плохо спалось.

Она поводила плечами и вдруг принялась развязывать ленты. Эйден наблюдал, как Сэйна распускает волосы и начинает массировать затылок.

– Вот как туго переплела, даже голова заныла. Есть тоже охота. А где еда?

– Здесь, – Эйден вытянул руку, указав на корзину в углу. Девушка повернулась в ту сторону, привстала, и браслет снова мягко блеснул на щиколотке. Маг обвел его пальцем по контуру, и Сэйна мигом уронила обратно только что вынутую лепешку с мясом.

– Точно работает? – спросил мужчина, перехватив взгляд расширившихся глаз. – Или помочь проверить? – Он так быстро опрокинул ее на спину, что девушка даже среагировать не успела.

– Нет! Я… – не совладав с сорвавшимся дыханием, она не закончила фразы и уперлась руками в его грудь.

– Почему же только один накопитель? – Эйден склонился ниже.

– Денег не хватило, – просипела она.

– А этот зачем?

– Он мне нужен!

– От запретных чар? – мужчина нарочно провел пальцем вверх по скуле до виска, наблюдая, как она судорожно сглатывает. Боится соблазна? Здесь и магия не нужна!

– Будем убеждать другого медведя на словах. Хотя, вероятней, уже не его, а тех, кому положено отслеживать продажу подобных вещей. Они даже менее сговорчивы, чем дикие звери.

Девушка медленно опустила ладони, перестав сопротивляться, и смотрела, не мигая.

Что ж, пускай. Теперь уже поздно.

Эйден заставил себя отстраниться и стянул с головы обруч с платком. Взялся за длинную рубашку, когда Сэйна мягко коснулась руки.

– Извини. Я не подумала. Прости, пожалуйста. Просто…

– Что?

Он отшвырнул ткань в сторону и упал на живот, заведя руку под голову.

– Тебе не понять.

– Не понять, что боишься. Это очевидно.

– В лесу пропадали девушки, – она обхватила себя за плечи, – а кто возвращался, не помнили себя. Ты…

– Убийца?

Она сжалась сильнее.

– Манипулятор?

– Прекрати! Просто я не хочу стать зависимой! Это мерзко, когда тебя контролируют, когда ты не властен над собой. Не собираюсь давать даже шанса!

– Твой главный страх, Ана? – усмехнулся кардинал.

– Прекрати называть меня так! Я лишь приняла меры предосторожности.

– Как знаешь, – он сдвинулся еще ближе к краю, предосторожности ради, а то уж больно пугал несчастную девушку, когда тонкая ладонь снова коснулась плеча.

– Я ведь не называла тебя убийцей. Не мне знать, как это происходит, но едва ли та энергетическая сущность, тот туман был разумен и что-то понимал. Ты, вероятно, даже не помнишь ничего из того времени?

– Ты себя убеждаешь или меня?

Она замолчала, а потом глубоко вздохнула и вдруг придвинулась вплотную, будто приняла некое решение и боялась передумать.

– Помоги проверить браслет.

Наклонилась к нему, удерживая руку на плече, и волосы прошлись мягким водопадом по обнаженной коже спины, укутали плечи, легли в его пальцы невесомой волной, стоило их раскрыть. Повеяло легким ягодным ароматом. Оставалось еще немного развернуть голову туда, откуда доносилось тихое дыхание, взять в ладонь точеный подбородок и проверить, смог ли браслет закрыть ее силу.

Эйден повернул голову, поднял руку и, прикрыв ею рот, зевнул.

– Слишком много заманчивых предложений на сегодня. Да и настроение ушло.

Он даже не пытался вновь отодвинуться, Сэйна в возмущении отпрыгнула сама.

– Какая непостоянность! – произнесла с иронией.

– Да, – он с наслаждением закрыл глаза, – все нестабильно в последнее время.

Мужчина слушал тишину и снова догадывался по малейшим шорохам, что делает Сэйна. Ему даже не было нужды ее видеть. Вот девушка закусила нижнюю губу, как часто делала, когда нервничала: не по центру, а чуть прихватывая зубами левый краешек. Потом попыталась выровнять дыхание, успокоиться и еще некоторое время смотрела на него, решив, видимо, что темнейший уснул. Он хорошо чувствовал этот взгляд и столь же хорошо расслышал досаду в тихом вздохе: «Посеял сомнения, а мне теперь мучайся».

Сон повторился. Я резко проснулась и принялась озираться в испуге, схватившись руками за шею. После короткого разговора с магом, нашей почти ссоры, а затем позднего ужина снова уснула. И вот. Сон повторился. Такой же, как в Мэнэр-холле. Готова поклясться, что на шее опять появились едва заметные синяки.

Эйден? Я приподнялась и перевела настороженный взгляд на мужчину, но маг неподвижно лежал с краю, опустив голову на подушки. Полог шатра был задернут, никого кроме нас двоих внутри. Но почему тогда ощущения столь реальны?

Не удержавшись, отодвинула ткань и выглянула наружу. Платформы сгрудились вместе, формируя круг, в центре стояли деревянные шатры с товарами, а внешний контур окружала охрана. До меня долетало тихое бормотание, когда мужчины коротко переговаривались друг с другом. Еще доносились звуки ночного леса, окружавшего лагерь. Видимо, съехали с дороги, чтобы организовать стоянку.

Рассматривать дальше не стала, вернулась обратно. Сперва посидела немного, глядя, как лунный свет освещает лицо Эйдена. Мужчина и правда крепко спал. Значит, привиделось?

Опершись на локоть, чтобы очутиться ближе, стала изучать его, сравнивая с далеким образом, показанным дневником Аны. Брови вразлет, прямой нос, узкие крылья чуть подрагивали на вдохе. Скулы выделялись резче, но, кроме этого, следов истощения почти не осталось. Волосы даже казались гуще, у них появился блеск. Четко очерченные губы были крепко сжаты, и та складка между бровями хоть и стала менее заметна, но по-прежнему выделялась отчетливо.

Волевое лицо и, как говорил маэстро, со своей харизмой, без капли слащавости. Я даже задумалась на тему мужской привлекательности, припомнив Вашека. Его называли красивым, девушки так и млели. Рослый, накачанные мускулы, правильные черты. Он любил покрасоваться в одежде, которая отлично подчеркивала торс. Эйден был худощав и выше ростом, однако в его мышцах крылась большая сила, я успела это оценить. Он не красовался, всегда на изготовку, всегда оценивая то, что происходило вокруг. Тот взгляд, поразивший Ану в самое сердце, исчез навсегда. Этот мужчина никому не даст второго шанса.

Я потянулась к платью, свернутому в углу. Там, в кармане лежала книжка-кулон. Прежде чем лечь спать, сняла его со шнурка на шее. Не хотела рисковать и вновь погружаться в навеянные сновидения. Переложив дневник на ладонь, некоторое время изучала магическую вещицу. Сон тоже вызван не ей. Слишком четко магия Аны отражала воспоминания, словно погружала внутрь картины. Одно хорошо – теперь я точно знала, главное, не держать дневник близко к телу. В кармане ли, под подушкой, он всегда срабатывал. А вот стоило отодвинуть на некоторое расстояние, и связь терялась. Вот только досмотреть его все равно придется. Рано или поздно Эйден перестанет нуждаться во мне, и что тогда? Мог дневник дать ответ, каковы шансы благополучно выйти из игры?

Вздохнула. Браслет не помог против странного сна, но ведь он защищает только от определенного вида запретной магии, разве нет? А если совсем не работает? А разрядиться мог? Сколько он там у торговца лежал? Кстати, нельзя сбрасывать со счетов, что ушлый бородач подкинул пустышку. Подсунул обычное украшение. Как мне отличить подделку от стоящей вещи?

Как бы там ни было, но Эйден посеял сомнения. Теперь я мучилась, пытаясь понять, как заставить мага проверить накопитель. Предложить сперва наполнить медальон? Тогда смогу прочувствовать разницу и понять, как ощущается отнятие силы. В прошлый раз из-за активации портала меня мутило, и все ощущения сбились.

Взгляд устремился вверх, и тогда я увидела звезды на темном небе.

О-о! Как удивительна и красива настоящая магия! Ткань словно истончается, когда смотришь, становится почти невидимой. И в этом мире правда дышится легче. Красота и тишина. Так мирно вокруг, только шея продолжает саднить.