Глава 14

Обвал расчистили, все тронулись в путь, а Эйден подъехал к платформе в начале каравана, на которой сидел седобородый старик. Теперь нужно было внимательно наблюдать за тем местом, где скалы сужались. Есть засада или нет, выяснится скоро. Сумеет распознать ее заранее и привлечь внимание старика, вырвет для них преимущество. Игра пойдет по новым правилам, а это шанс.

Ветер проходился по расщелине в горах, но серая громада стояла непоколебимо. Лишь местами породу прорезали тонкие упорные растения, свешиваясь вниз с отвесных стен. Где-то наверху сыто прикрыли глаза поужинавшие мотры, а сам воздух мог быть наполнен почти незаметными в этом сумраке сиреневыми переливами.

Собрались ли разбойники ранить караванщиков из засады, дозволяя хищникам завершить неблагодарное дело, или решили не рисковать вблизи от любителей свежей крови? По крайней мере было незаметно… Проклятье! Вот они, чары!

Эйден плавно развернулся к старику, который мужественно боролся с дремой, излишне сосредоточившись на попытках не упустить управление платформами. Утомительный переход, помощь в разборе завала и измельчении камней утомили его сверх меры.

– Прошу прощения, – громко обратился кардинал. – Не найдется у вас средства от зуда в глазах?

Выдавать обширных познаний, заявив в лоб, будто на таком расстоянии не только заметил, но и распознал определенные манипуляции, мужчина не мог. Зато пожаловаться на один из редких симптомов – вполне. Встречались в мире магии люди, излишне чувствительные к возникновению новых чар. Неожиданно появившийся зуд мог сигнализировать, что в ставшие привычными потоки влилась чужая сила. Случаи, когда подобные способности выручали людей в совершенно непредвиденных ситуациях, были известны. Эйден надеялся только, что, сделав ставку на опыт, а не на молодость, арксак не прогадал. Бывалый маг, отвечавший за магическую составляющую передвижения каравана, не должен сбрасывать со счетов любые необычные проявления. Но обратит ли внимание старик?

– Нет, – отрезал тот, недовольно поглядев на него. Про себя он ворчливо добавил: «Мало сил тратится на эту поездку, так еще южанин пристал».

– А не прочтете ли простенький заговор?

Старик даже выпрямился, оскорбившись столь наглому предложению.

– Я не баба-южанка и не из горного клана, чтобы знать заговоры![10]

– Прошу прощения, – Эйден слегка поклонился, – мерзкий зуд помутил мой разум. Мешает ехать верхом. Чем больше смотрю вперед, тем сильнее чешется.

Он тронул коня, направляя в сторону и краем глаза следя за реакцией старика.

«Так ступай в шатер, коли ездить верхом не умеешь», – в сердцах пробурчал тот, но все же посмотрел в указанном направлении. Он прищурился, недовольно крякнул и вдруг насторожился. Эйдену хватило мгновения заметить и узнать, а старик потратил целую минуту:

– Маскировочные чары. Арксак, засада впереди!

Караван притормозил.

– Всем покинуть шатры!

Резкий приказ предводителя прозвучал неожиданно, хотя я была настороже. Ни криков, ни звуков борьбы не доносилось снаружи, да и остановка совершилась плавно, словно у кого-то платформу повело, как несколько раз случалось в путешествии. Я мигом распахнула полог и спрыгнула на землю, озираясь кругом. Женщины покидали удобные укрытия и так же растерянно оглядывались. Со мной рядом остановился всадник и спешился. Я оглянулась, полагая, что это Эйден, но вместо него увидела ту самую девушку, которая сбила меня с толка собственными высказываниями, заставив считать ее зомби.

– Опять задерживают движение, – обратилась она ко мне. – Маг совсем старый. Что за караван такой!

Я сперва раскрыла рот, оглядев ее влажный от воды зеленый наряд, который не самым приличным образом лип к телу, а потом взглянула вперед. Там маячил проход между скал, который постепенно сужался. Люди еще пытались понять причину остановки, когда над караваном пронесся новый приказ.

– Спешиться! Построить защитный круг! – громкий голос долетел до самого ущелья.

И вот тогда началось. Те, кто поджидал впереди, сообразили, что отряд намерен обороняться, и раскрыли себя. Я вдруг увидела множество мужчин в черном, которые возникли из ниоткуда и рванули к нам.

Разбойники!

Среди путешественников случилась суматоха. Кто еще не успел, поспешно спрыгивали с лошадей, женщины кидались в разные стороны: кто вздумал бежать обратно к платформе, кто рванулся в направлении к пустыне.

– В центр! – закричал арксак. – Все в центр!

Его послушались. Громкий хлопок послужил сигналом для коней, которые рванули в сторону, сбиваясь в табун, точно их этому заранее обучили. Люди проявили меньшую слаженность. Они толкались и напирали, пытаясь сообразить, где центр, а шатры вдруг опали с легким хлопком, стянувшись объемными кулями. Те устремились к разным точкам, создавая круг. С платформами стали твориться удивительные вещи. Они принялись раскладываться вширь и в высоту, стыковаться друг с другом, формируя собой заграждения. Вокруг лагеря стремительно складывался настоящий частокол и оставалось все меньше проемов для входа. В них протискивались мужчины, а следом подступала охрана.

И тут я заметила, как одна из женщин в панике мечется между кулями. Она чуть не бросилась в неправильную сторону, и я перехватила ее у открытого проема. Дернула за руку, разворачивая обратно. «Туда!» – прокричала в побелевшее лицо, и в тот же миг резкий, сильный толчок в бок отправил меня сквозь дыру в стене. Я упала и проехалась по земле, но быстро сгруппировалась и подскочила на ноги, чтобы заметить, как перед моим носом захлопнулся проход. Ладони уперлись в высокий частокол.

От испуга потратив несколько драгоценных секунд на осознание, что оказалась за спасительным ограждением, стала искать иной вход, но увидела сплошную стену. На другой стороне, обращенной к ущелью, где поджидали разбойники, отступала охрана. Там должно было закрыться в последнюю очередь. Я побежала вдоль частокола, кляня себя за то, что, выручая другую, не заметила подлой твари, ударившей в спину. Мне удалось приметить мелькнувший в дыре зеленый рукав, когда проход исчез. Стерва решила избавиться от меня! Не поздоровится ей, дайте только выбраться из передряги живой!

Ущелье вновь замаячило перед глазами, а напротив сплошной частокол. Прохода больше не было.

– Откройте! – я ударила кулаками по дереву. – Помогите мне!

Странные звуки раздались позади, вынудив резко обернуться. Инстинкт самосохранения буквально взвыл внутри, а похолодевшей спиной прижалась к частоколу. Да защитят меня стихии!

После выкрика мага арксак дал сигнал, и караван остановился. Охрана выдвинулась вперед, а помощники принялись резво рассыпать поперек дороги какой-то порошок, проводя им черту.

Эйден пригляделся к темной массе. Такой он прежде не видел. Магическая пыль, призванная создать заслон? По логике, она должна быть зачарована, и это определенно новое изобретение. Если судить, сколько высыпано и какой ширины полоса, порошок готовили для экстренных случаев, вроде нынешнего. Цель тоже ясна: задержать врага и дать людям форы.

Громкий приказ арксака долетел до ущелья и, подобно урагану, закрутил в суматохе всех. Путешественники бросились к центру наспех организованного лагеря, вокруг которого стали стыковаться платформы. Стража тоже отступала, но более слаженно, спиной назад и держа оружие на изготовку, а со стороны горного прохода к ним рванулись люди в черных одеждах. Эйден прикинул соотношение разбойников и охраны и способность последних успеть укрыться за формирующимся частоколом. Он оценил, что бандитов много и они быстрые, но тут нападавшие резко затормозили перед проведенной на земле чертой. Кардинал заметил удовлетворение на лице арксака, следившего за организованным отступлением, когда это выражение сменилось досадой, руганью и коротким приказом: «Не мешкаем, ребята!»

У нападавших тоже имелся свой козырь. Из их сумок выползали на свет синие йэнны, твари со змеиными головами на длинных узких шеях, с пушистым хохолком и острыми зубками, шестью короткими лапами и длинным хвостом. Разбойники хорошо подготовились и немало потратили на устойчивых к магии существ, которых можно было отыскать только на юге. Никто, кроме ольхар, не умел отлавливать и дрессировать этих рептилий, а своих секретов южане не раскрывали. Они знали, как заговорить йэнну, чтобы не напала, или натравить на врага, а желающим купить выдавали специальные амулеты для защиты от агрессивных существ. Твари принялись поедать магический порошок, прогрызая в нем тропинки, а тактическое отступление стражи превратилось в очень быстрый бег за растущие стены.

Эйден оказался внутри частокола прежде, чем последние охранники влетели в стремительно закрывающиеся проемы. Помощники бегали по кругу, используя жерди, прежде державшие шатры, чтобы устроить из них подпорки. Стража принялась формировать внутренний защитный круг вдоль стен и проверять, как работают в бывших платформах скрытые отверстия.

В центре лагеря уже сгрудились женщины. Мужчины сходились сюда же, а некоторые, особо отчаянные и жаждавшие хорошей потасовки, влились в ряды охраны. Эйден глянул в их сторону и рассудил, что смелость не должна граничить с тупостью. Опасность получить ранение и привлечь внимание мотр могла оправдать себя, только если иного выбора не оставалось. А потому он спокойно направился в центр, слыша, как позади кто-то громко разглагольствует, будто бабам положено прятаться внутри стен, а настоящие мужики должны быть снаружи. Арксак на это и ухом не повел, а кардинал был с ним согласен. Лезть в открытую потасовку с вооруженными разбойниками? Парни и так крайне разочарованы. Они потратили немало времени, наводя справки, собирая силы, устраивая засаду, но план провалился. Бедняги повстречались не с тюками добра и беззащитными, пойманными в ловушку путешественниками, а оказались перед кольями щерившегося в небо частокола. Зачем в таком случае огорчать их еще больше, размахивая перед лицом оружием?

Эйден остановился, сложил на груди руки и бегло пробежался взглядом по лицам путешественников. Многие казались напуганными. Кардинал нахмурился. Он стал озираться, выглядывая Сэйну среди бледных и взволнованных лиц. Не нашел. Отвернулся от центра и поспешил приблизиться к частоколу, вопреки логике отыскивая девушку между готовыми к обороне мужчинами.

– Тоже хорошей драки захотелось? – сверкнул ему бесшабашной улыбкой один из путешественников, с виду полный сорвиголова. Он и на прошлой стоянке больше других шумел после выпивки и рвался помериться кулаками. – Слышал, вы, южане, больно горячи в схватке. Кровь-то кипит!

Просто закипает, поскольку лишь сумасшедший и самоубийца сейчас полезет по ту сторону к вооруженным до зубов разбойникам, чей тайник опустошил в старом доме. Но, кажется, Эйдену вот-вот предстояло стать и тем, и другим. Сэйны не было в круге. Он стиснул зубы и запрокинул голову, напрягая слух и пытаясь различить ее голос среди шума и гомона. Показалось, услышал.

Маг бросился к одной из подпорок, но кто-то вдруг ухватил за руку:

– Куда ты? – испуганно воскликнула незнакомка в зеленом наряде.

Он выдернул из захвата ладонь. Не обращая внимания, как арксак тоже что-то закричал, уцепился за жердь, взбежал по отвесному забору, оттолкнулся от зубьев и перепрыгнул на ту сторону. Кувырок компенсировал удар о землю с такой высоты, и маг оперся на руки, оглянувшись по сторонам.

Сэйна оказалась неподалеку. Она прижалась спиной к ограждению и не шевелилась, вместо того чтобы уходить от разбойников, продвигаясь вдоль частокола. Последние рвались к заслону с бешеной злостью, словно намеревались порубить его в щепки. Рискуя быть замеченной, вместо побега на сторону, обращенную к пустыне, девушка демонстрировала не свойственную ей заторможенность.

Уже открыв рот, чтобы крикнуть: «Беги!» – Эйден осознал причину неподвижности. Перед Сэйной он заметил синее извилистое тело. Хохолок топорщился, сочащийся изо рта яд падал на каменистую почву, слышалось тихое шипение.

Йэнны добежали до ограждения, пока разбойники осторожничали, пробираясь по узким тропинкам среди темного порошка. Змееголовое существо привстало над землей, и с тихим хлопком на его затылке раскрылся капюшон – сейчас атакует! Однако вместо броска тварь вдруг плавно закачалась из стороны в сторону, словно пыталась зачаровать жертву.

Маг осторожно шагнул вперед. Что бы ее ни отвлекло, второго шанса не будет. Йэнны слишком ловкие и быстрые. Они проворные, юркие и атакуют мгновенно, словно имеют глаза даже на затылке.

Распознав шорох шагов, тварь развернулась всем телом быстрее, чем был способен зафиксировать взгляд, и кинулась на него стремительно. Эйден отклонился на одних рефлексах, пропустив извилистое тело в нескольких сантиметрах от собственной груди. Второй бросок твари оборвался уже в воздухе, когда голова отлетела и покатилась по земле, отсеченная кинжалом. Тело упало к его ногам, продолжая извиваться, и Эйден отбросил его в сторону. Оружие, отнятое у бандита в подворотне, не подвело, жаль, не было времени этому порадоваться. Маг успевал лишь подобрать кинжал и кинуться к Сэйне, закрывая собой от разбойников. Держа на отлете ладонь с зажатым клинком, он положил вторую на накопитель, фиксируя, словно в замедленном темпе, как бандиты подбегают к ним и делают замах. Резкий росчерк руки с ножом, заклинание, и две человеческие головы покатились вслед за змеиной, а у третьего, ниже ростом, отвалилась часть черепа.

Тела еще падали и запах крови только наполнял воздух, когда раздались пронзительные крики. Темные тени возникли из ниоткуда. Они упали с неба, накинувшись на мертвых разбойников и затормозив приближение живых. Эйден рванул Сэйну за руку, устремляясь вдоль частокола. Воздух рассек свист бросаемых вдогонку кинжалов.

Только бы не зацепило!

Один воткнулся в дерево совсем рядом, другой с глухим стуком отскочил от стены. Эйден ускорился, попутно пригибаясь, Сэйна вскрикнула, но частокол уже укрыл их спины.

Перед глазами вновь расстелилась пустыня. В лицо дохнуло холодом, когда беглецы пересекли невидимую черту. Караван ее миновал, а двое безумцев возвращались назад. Маг не останавливался, утягивая девушку по обратной дороге. Последний луч солнца скользнул по их лицам, словно прощался, а несущиеся вослед крики приглушило завываниями ветра.

Эйден обернулся. Сэйна выглядела очень бледной, щеки приобрели почти зеленоватый оттенок, накидка слетела с головы, косы растрепались, а рука в его ладони дрожала.

– Нам нужно поймать волну холода, – крикнул маг.

– Что?

Мужчина обхватил девушку руками за плечи, наклоняясь ближе и стараясь перекричать ветер:

– Природная аномалия! Волна холода приходит после заката. Ты откроешь портал, а она смоет наш след. Только успей перенести до того, как проморозит насквозь. Когда ощутишь приближение, я сосчитаю до трех. Представь себе подножия гор, ущелье, которое видела.

– Как понять, что ощутила приближение волны?

– Перепутать сложно, – заверил маг. – Просто держи в голове, что это единственный шанс выбраться живыми. Закрой глаза!

Сэйна послушалась, и Эйден крепко прижал ее к себе, стараясь максимально укрыть от холода. Ветер нарастал, бросал в лицо мелкую каменную крошку с песком, земля покрывалась инеем. Прищурившись, маг вглядывался вперед, зная, что разбойники не сунутся следом. Воздушная круговерть все нарастала, свист и вой перекрыли остальные звуки, белоснежный ураган стремительно несся по пустыне.

– Раз, – девушка вздрогнула и спрятала лицо на его груди.

– Два, – с мощным свистом ветер хлестнул по щекам, выбив из легких воздух. Толкнул в спину, пытаясь сбить с ног. Пробрался во внутренности, укрывая инеем кожу, одежду, волосы. Проморозил горло.

– Три! – на последнем выдохе маг подал сигнал.

Пальцы уже не ощущали тонкой ткани, руки не слушались, не могли удержать. Ветер опрокинул навзничь, земля и небо перемешались друг с другом. Реальность растворилась, тело утратило чувствительность, а мощный удар отключил сознание.