Глава 15 · Темнота или сила

Я медленно перекатывала тёплые кубики в ладонях. Страха перед неизвестностью я совсем не чувствовала. Было даже необъяснимое предвкушение, как будто вот-вот на мою голову должны были свалиться приключения. Депрессия ушла без следа, оставив после себя привычный для меня дух авантюризма. Не зря же я всё-таки именно в пятницу тринадцатого пошла в дом ужасов.

— Бросай, — тихо сказала Меланья.

Я сделала глубокий вдох и выдох — медленно, сосредоточенно. Затем бросила. Камни ударились о ткань, замерли, оставив после себя дрожание в воздухе. Один из них покатился к самому краю стола. Другой — начал переливаться, словно перламутр, кружась вокруг своей оси. А третий… треснул.

Я не дышала. Даже Меланья на мгновение застыла, будто не ожидала подобного.

Чувства ведьмы, определённо, были более глубокими. Это ведь камни, которые остались ей от бабушки. Тут у кого угодно мир перед глазами померкнет.

— Неожиданно, — прошептала она, аккуратно подбирая треснувший камень. — Разрушение. Но не разрыв. Это… трансформация. Переход из одного состояния в другое.

— Что это значит?

— Связь между тобой и братьями нестандартна. Скорее всего, это больше, чем просто Зов Скитальца. Возможно, сама судьба вмешалась.

— Судьба, — пробормотала я, не зная, что ещё сказать. Не слишком ли эфемерное объяснение?

Вообще, я и сама могу так объяснить многие вещи. Судьба, рок, наказание свыше — любой вариант подойдёт. Да и моя собственная легенда с посланницей Тёмного Бога вампиров тоже вписывается. Считай — судьба.

— Вижу, ты мне не веришь.

— Я просто не понимаю, во что верить и как это логически объяснить, чтобы мне стало понятно, — призналась я простодушно. — К примеру, если я упаду — это тоже будет судьба. И да, то, что мы встретились, никак иначе, кроме как судьбой, не назовёшь.

— Ты права. Но ваши судьбы тесно связаны воедино.

— То есть, сбежать к людям у меня не получится? — уточнила на всякий случай.

— Ты можешь попробовать, но счастья тебе это не принесёт, — пожала плечами Меланья. — Ты свободна в своём выборе, Кира.

— Ага, я свободна в ограниченном пространстве, — кивнула понимающе, но даже не думала зацикливаться на этом.

Если не врать, то желание уйти к людям сильно поубавилось после прощания с родными. Конечно, не стоит отрицать, что там мне, возможно, было бы лучше. Среди таких же, как я, людей, я точно смогла бы чувствовать себя спокойно. Но я даже к Себастьяну привыкла, так о чём ещё говорить?

— Каждый сам решает, насколько ограничено его пространство, — с намёком проговорила Меланья. — А ты, насколько я могу понять, можешь за себя постоять.

— И что мне делать? — наконец выдавила я, улыбнувшись.

— Принять. Ты не просто гостья этого мира. Ты уже часть его. И чем быстрее ты это осознаешь, тем легче будет.

— Понимаю, — кивнула я. — Третий бросок?

Меланья подала оставшиеся два целых кубика и… новый. Он был чёрного цвета, с золотыми прожилками, и явно не принадлежал первоначальному комплекту.

— Это мой кубик. Я нашла его несколько месяцев назад, — сказала ведьма спокойно. — Иногда так бывает: что-то теряешь — что-то находишь. Возможно, он покажет путь, если ты готова его принять.

Я взяла кубики. Сердце грохотало где-то в ушах. Я не знала, к чему это приведёт, но понимала, что одна не останусь. Неизвестно, какая именно связь между мной и вампирами, но они вряд ли оставят меня. И это, несмотря ни на что, согревало моё сердце. Как будто у меня неожиданно появилась опора.

Третий бросок.

Камни упали, и в этот раз они не просто легли на ткань — пространство вокруг словно вздрогнуло. Изломанные линии света потянулись от каждого камня, сплетаясь в замысловатую фигуру. Звезда. Но не обычная. Шестиконечная звезда, с сердцем из тьмы.

Интересно, это камни так искусно намекают на мою тьму в сердце? Хотят сказать, что судьба не ошибается и нам с вампирами точно по пути?

— Что это? — спросила я сдержанно.

Меланья молчала. Долго. Слишком долго.

— Это символ Слияния, — наконец сказала она. — Ты и наш мир, Лиремонт, теперь навсегда связаны. А тьма в центре — это не угроза. Это сила, которую ты ещё не осознала. Возможно, это причина, по которой ты здесь.

Я уставилась на камни. Хотелось нервно засмеяться. У меня что ни день — то эмоциональные качели. Американские горки. Вверх — вниз. И так по десятому кругу, пока сознание не покинет. Впрочем, понятно одно: ничего не понятно. Можно было вообще не гадать. Никакой ясно, только еще больше загадок и неопределенности.

С вампирами я связана, и с миром тоже. Ещё и сила неизвестная, но нужная этому миру, а может и неизвестному Скитальцу из легенд, который меня призвал. Проще работать с цифрами в банке, с бесконечным потоком клиентов, у которых проблемы одна важнее другой, чем вникнуть в запутанные причины моего здесь появления.

— Что теперь?

Меланья сложила целые камни в шкатулку и мягко закрыла её крышку.

— Ничего, — пожала она плечами, поражая меня своей простотой. — Живи своей жизнью.

— И это всё?

— А почему нет? То, что ждёт тебя, никуда не денется. Поэтому вместо того чтобы ждать с замиранием, можно просто жить спокойно, наслаждаясь каждым днём. К тому же, тебе явно есть чем заняться.

— И чем же? — переспросила я с недоумением.

— Узнать лучше новый для себя мир, наладить отношения с братьями Нокстейн, сродниться с новым местом. Ни одна возложенная небесами миссия не сработает, если делать всё из-под палки. Ты сама должна захотеть защитить существ рядом, свой уютный уголок.

Кивнув, прекрасно поняв, что именно хотела донести до меня ведьма, я восхитилась её мудростью. На вид ей, определённо, не больше тридцати пяти, а то и все тридцать, но ведёт она себя так, словно увидела все перипетии жизни.

— Нам пора прощаться, — сдержанно улыбнулась Меланья. — Больше я ничем не могу тебе помочь.

— У меня есть ещё один вопрос, — выпалила я, прибегнув к самому востребованному навыку современного человека — наглости. — Я хочу знать, почему вампиры погрузились в стазис?

— Это просто, — неожиданно легко ответила она, действительно удивив меня. — И ты сама поймёшь это, когда узнаешь, сколько лет самому младшему вампиру.

— Лучше расскажи всё без загадок, — попросила я, сдерживая желание закатить глаза.

— Младшему из всей расы вампиров больше пяти сотен лет. Если бы всё продолжалось в том же духе, их раса рано или поздно вымерла бы. Всё связано между собой. Ничего не происходит просто так.

— И они очнулись, когда появилась я…

— Ты стала катализатором для их процветания. Или — окончательного падения. Даже стазис не может продолжаться вечно.

— Я поняла.

— Светлого пути вам. Провожать не буду, — кивнула Меланья, взяв в руки треснувший кубик.

Попрощавшись с ведьмой, поблагодарив ее за все, я вышла из хижины в задумчивости. Своих провожатых вампиров я увидела сразу: они обустроились по центру поляны, хмуро глядя на хижину. Казалось, что они готовы в любой момент ворваться внутрь и спасти меня от неизвестного врага. Такие милые, хоть и клыкастые. А ещё — опасные, чего уж скрывать. И невероятно привлекательные.

В общем, попала я конкретно и надолго. Осталось только понять, чего я хочу, больше не оглядываясь назад и не мучая себя переживаниями за родных.

— Ты поговорила? — спросил Дариус, подходя ближе.

— Да, все хорошо, — кивнула я. — Поедем назад?

— Мы тоже хотим поговорить с ведьмой, — холодно заметил Люциус, прищурившись и взглянув на вход в хижину.

Словно отвечая на слова младшего вампира, дверь в дом неожиданно покрылась ветками. Казалось, он просто «закрыл глаза», отгородившись от надоедливых гостей. Ответ был очевиден — разговора не будет.

— Меланья, вероятно, устала, — едва скрывая улыбку, попыталась я спасти мужчин от неловкости.

— Устала она, как же, — недовольно хмыкнул Люциус. — Просто не любит вампиров.

— Не горячись, — одёрнул его Дариус. — Она поговорила с Кирой, этого достаточно.

— Правильно, лучше смотреть позитивно на некоторые вещи, — глубокомысленно кивнула я, а после поймала на себе два озадаченных взгляда.

Кажется, нам придётся снова «знакомиться» после этого разговора. Во всяком случае, мой «позитив» их не только не обрадовал, но и насторожил. Нет, ну неужели я похожа на человека, который будет проблемы на каждом шагу придумывать?

Задумчиво прищурившись, вспоминая свои «подвиги» в мире вампиров, я вынужденно признала: некоторые мои поступки действительно были… своеобразны. Но отчаянные времена требуют отчаянных решений. Я ведь не просто находилась в состоянии постоянной депрессии, но и пыталась осознать, что нахожусь в другом мире. А это сложно! Не думаю, что все смогли бы справиться.

— Хорошо, давайте вернемся. Андриан, наверное, уже заждался нас.

Не сговариваясь, мы направились к магикару. Мужчины заняли свои места в креслах, и, взяв управление на себя, мы начали медленно пробираться сквозь лес. Скорее всего, в таком месте, как этот лес, вообще невозможно задать координаты, иначе братья бы уже давно воспользовались автоматическим режимом. Они, без сомнений, очень хотели допросить меня о содержании нашего разговора с Меланьей.

Устроившись поудобнее на кровати, я достала припасы, которые для нас собрал в дорогу Себастьян. Перекусывая орешками, перебирала книги, думая, за какую взяться. От чтения не самых интересных текстов за последние дни у меня начинал дёргаться глаз. Тогда мне просто хотелось разобраться в порядке вещей этого мира. Сейчас же я искренне желала просто немного отдохнуть. Привести мысли в порядок, развеяться, набраться сил и… начать всё сначала.

Заметив тонкую книжку, которую точно не брала с собой, я чуть не подпрыгнула от удивления, когда поняла, что это женский роман. Назывался он незаурядно — «Сладкая кровь», что явно намекало на участие вампиров в этом пиршестве.

Покосившись на сосредоточенных братьев, я неловко улыбнулась — и всё-таки поддалась внутреннему порыву. Открыла книжку, начала читать… и пропала в грёзах автора. История была о человеческой девушке и двух братьях-вампирах. Про себя отметила, что можно было бы добавить и третьего — если уж на то пошло. Впрочем, этот нюанс меня не отвлёк, и я продолжила погружение в страсти «чужой жизни». И, что удивительно, узнала немало нового!

К примеру, если провести священный обряд, то вампир никогда не сможет отказаться от крови своей избранницы. И даже стазис, способный сдержать приступы «сумасшествия», не поможет. Они будут связаны навечно. Правда, от других порочных напастей обряд не спасал — а жаль.

Теоретически, такой вампир мог бы изменить жене, но на практике большинство отказывались от предательства. Обряд не проводился ради забавы — чтобы решиться на него, нужно быть абсолютно уверенным в своём выборе. Был в этом и скрытый намёк: вампиры любили кусать свою избранницу во время соития, приумножая удовольствие. Извращенцы!

Ещё одним открытием стало то, что после такого обряда продолжительность жизни девушки увеличивалась. Люди, к сожалению, жили значительно меньше уже известных мне кровососов. И, учитывая зависимость вампира от своей избранницы, умереть девушка раньше времени не могла. Их жизни были связаны. И, как ни посмотри, это был плюс. Кто же не хочет пожить подольше — чтобы успеть увидеть и сделать больше?

— Что это? — отстраненно уточнил Дариус.

Подняв голову, я посмотрела на братьев, озадаченно моргнув. Мы уже успели выехать из леса, и, похоже, они задали координаты для автоматического управления магикаром.

— Роман, — ответила я спокойно. — Наверное, Себастьян положил.

— Себастьян делает только то, что ему говорят. Он не мог положить это, — прищурился Люциус, будто хотел уличить меня во лжи.

Себастьян делает только то, что ему говорят? Это шутка такая?

Насколько я успела узнать Себастьяна, он делал далеко не только то, что ему говорят. Иногда он был весьма разговорчив. Временами мне казалось, что он специально проверяет, можно ли мне доверять. Он подсказывал, советовал, предлагал… Но если мужчины считают, что он — просто робот, переубеждать их я не собиралась. Это, возможно, секрет самого Себастьяна. А я не из тех людей, которые будут чужие секреты всем раскрывать.

— Тогда, может, случайно упала, — протянула легкомысленно. — У меня есть несколько вопросов.

Не успели вампиры ответить, как я вывалила на них всё, что только что узнала, желая понять, правда это или вымысел. Конечно, данная книга — это женский роман. Мало ли, что впечатлительные особы могут придумать, чтобы хоть на мгновение представить себя героиней.

Кстати, а что вообще этот роман делает в доме братьев-вампиров? Кто из них увлекается пикантной литературой?

— Это правда, — спокойно кивнул Дариус. — Но мало кто решается на такой союз.

— Почему?

— Есть много причин, — уклончиво ответил он.

— И все-таки?

— Лучше расскажи нам, как прошел разговор с ведьмой? Я так понимаю, она смогла ответить на твои вопросы?

— Ответила, — кивнула, грустно улыбнувшись. — Я действительно умерла в своем мире, — призналась откровенно, не видя смысла скрывать очевидный факт. — Меланья помогла мне попрощаться с родными, чтобы облегчить мое душевное состояние.

— Поэтому ты сейчас такая…? — вкрадчиво уточнил Люциус, не находя слов.

— Какая?

— Ослепительная.

— Спасибо за комплимент, — улыбнулась я, оценив, сколько усилий ему стоило найти нужное слово. — Я всегда была весёлой. Просто сейчас… ещё не до конца собралась с мыслями.

— Вот и отлично, — весело оскалился Люциус. — А то мы уже не знали, как к тебе подступиться.

— И что же вы хотели сделать?

— Естественно, предложить тебе стать нашей женой, — улыбнулся он широко, как будто слова о женитьбе для него ничего не значили.

Скривив губы в подобии улыбки, я долго смотрела на них. О браке они уже говорили не раз. Хотя, кажется, впервые речь шла о том, чтобы попробовать быть вместе, без лишних обязательств. Умно. Очень даже.

— А если я соглашусь, но только с условием?

— И каким же? — заинтересованно уточнил Дариус.

— Священный обряд вампиров.

Заметив, как изменились лица мужчин, я пожала плечами. Конечно, это была уловка — чтобы выиграть немного времени для себя. Я прекрасно осознавала, что заставить их что-либо сделать невозможно. Но, признаюсь, в глубине души мне было интересно… ответят они мне или нет.