Глава 37 · Радостная новость

Прошло три месяца с того самого дня, когда мы впервые провели практику. Три месяца, наполненные переменами, тревогами, надеждой и маленькими, но важными победами. Казалось, время тянулось бесконечно, словно каждую неделю мы ждали чуда. И в то же время оно пролетело, как один миг.

Жизнь вокруг изменилась.

Девушки стали приходить к нам не как на медицинскую процедуру, а как на дружескую встречу. Они приносили мне вкусности, заботясь о моем состоянии, охапки цветов, чтобы поднять всем настроение. Иногда мы устраивали тихие девичьи чаепития. Я старалась не отставать от коллектива, участвуя в этих посиделках наравне со всеми.

Мне хотелось, чтобы мы подружились. Не чтобы каждая сидела всё время у себя дома — в одиночестве или только с мужчинами, — а чтобы мы могли быть вместе, как настоящие подруги. Чтобы находили что-то своё, что радует и вдохновляет: не только для веселья, но и для души — хобби, увлечения, а может, даже дело всей жизни.

Мою инициативу девочки поддержали безоговорочно. Они тоже этого хотели — ведь до замужества у многих из них было больше общения с другими. Только Хейли поначалу выглядела скептически. Ей казалось, что это всё — просто блажь, ведь по-настоящему важны только близкие, семья. Впрочем, несмотря на свои слова, вампирша едва ли не первой приходила на наши встречи. Позже к нам стала заглядывать и её сестра — Азара, хоть остальные девушки немного тушевались рядом со строгой вампиршей.

Живот рос быстрее, чем я ожидала. Усталость наваливалась внезапно, словно лавина. Иногда я просто лежала, ничего не делая, — хотя раньше сама же настаивала на физической активности.

Правду говорят: «Человек предполагает, а Бог располагает» — теперь я понимала смысл этих слов как никогда ясно. Я хотела одно, а получалось иначе. Но, пожалуй, именно поэтому забота мужчин была особенно приятной. Они окружили меня вниманием со всех сторон, заставляя забыть обо всём на свете. Мы просто жили своей жизнью, и даже мысли о проклятии больше не возвращались.

На одной из практик девочки обсуждали со мной, как лучше оформить детскую в нейтральных тонах. Маэль, к сожалению, так и не смог определить, кто у нас будет — мальчик или девочка. Впрочем, это волновало нас меньше всего: важнее было, чтобы ребёнок родился здоровым. Но вот комната действительно требовала ремонта. Мы ведь не могли просто пустить всё на самотёк и потом поселить малыша в этой готической мрачности. Вдруг потом психологические тени останутся у ребенка?

— А как насчёт нежно-зелёного цвета? — предложила Лейна, взгляд её сиял.

Её изменения были особенно заметны. Она расцвела. Глаза светились, голос стал живым, движения — лёгкими. Я была уверена, что магия только запустила процесс, стала катализатором изменений, а всё остальное — её внутренняя работа. Она изменилась сама. Раскрылась. Нашла себя. Даже начала писать картины — и это стало её отдушиной.

— Нежно-зелёный? — переспросила Хейли, прищурившись. — Может, лучше фиолетовый? Или… бежевый, на худой конец.

Хейли, как всегда, была рядом — игривая, ироничная, но внимательная. Она поддерживала всех, подшучивала над лекарем, особенно если он злился. Ведь все мы знали — хорошее настроение порой важнее любой помощи извне.

Остальные девушки тоже не теряли веру. Мы старались поддерживать друг друга, как могли. Иногда я ловила себя на мысли, что это уже не просто практика — это стало частью нашей жизни. Частью меня.

И однажды утром всё изменилось.

Я сидела в зимнем саду, закутавшись в плед, с чашкой отвара в руках, ожидая очередной практики. Солнце едва пробивалось сквозь облака, воздух был прохладным, свежим. Ребёнок только недавно начал толкаться — лениво, едва ощутимо, но для меня это уже было чудо. Я наслаждалась каждым мгновением.

— Кира! — голос Себастьяна ворвался в тишину. Он сильно изменился за последнее время. Больше не был сдержанным и механическим, как робот. — Там… Лейна…

У меня замерло сердце.

Он не сказал больше ни слова — просто не успел. В поле моего зрения появился Андриан, молча забрал у меня чашку и вместе с пледом подхватил на руки. Все уже были в зале и выглядели так, будто произошло нечто из ряда вон выходящее.

Маэль стоял в центре, сдержанный, но в глазах — волнение, почти ликование. И рядом с ним — Лейна. Вся сияющая. Растрепанная, немного растерянная, с широко распахнутыми глазами, полными слёз. Она сжимала в пальцах край юбки, будто боялась упасть.

— Лейна… — только и прошептала я, чувствуя, как к горлу подступают слёзы.

— Да, — сказал Маэль. — Она беременна.

На мгновение зал погрузился в полную тишину. Все замерли. Никто не осмеливался пошевелиться. И только Лейна смотрела — на меня, на лекаря, на своих двух мужей. Один из них бросился к ней, обнял, прижался, пряча лицо у неё на плече.

Я заплакала.

Слёзы лились сами, без разрешения. Это был гром среди ясного неба. Мы верили, надеялись… но я никогда не была уверена до конца. Даже когда передавала магию — не знала, даст ли она результат. А теперь — вот оно. Чудо. Настоящее. Живое.

— Это… возможно, — прошептала я.

— Не просто возможно, — сказал Маэль. — Это уже реальность. Мы сделали это.

— Ты сделала, — поправила его Лейна, подходя ближе. — Ты подарила мне…

— Нет, — я покачала головой. — Мы сделали это вместе. Я лишь проводник магии. Всё остальное — ты сама. Ты… молодец.

— Спасибо, — выдохнула она, и мы обнялись.

Слова были лишними.

Слёзы текли у нас обеих. Остальные девушки притихли, не вмешиваясь. Но в их глазах читалось нечто большее. Не зависть. Не страх. А вдохновение. Лейна стала доказательством. Живым символом того, что всё не зря. Что чудо возможно.

В тот день в зале царила атмосфера праздника. Мужья Лейны суетились, будто малыш должен появиться на свет с минуты на минуту. Девушки не сводили с неё восхищённых взглядов. А мы… мы стали ещё сильнее. Полные решимости идти дальше. Пусть потребуется ещё месяц. Год. Два. Мы не сдадимся. Теперь у нас есть надежда.

— Давай я сначала тебя проверю, — сказал Маэль перед началом практики. — Прошло уже три месяца. Если магия будет проходить через ребёнка, всё может стать гораздо проще.

Затаив дыхание, я ждала его вердикта. И когда увидела кивок — радостно улыбнулась. Ярко. По-настоящему.

Возможно, мечты девочек о ребёнке сбудутся намного раньше, чем мы ожидали.

Можно сказать, передача магии после третьего месяца беременности официально началась. Я взяла за руки Хейли и начала направлять в неё поток. На секунду всё застопорилось — энергия будто наткнулась на невидимую преграду, нерешительно замерла, колеблясь на границе перехода.

Я замерла. Хейли стиснула зубы, побледнев. Вокруг воцарилась тишина. Казалось, время остановилось. Страх, что всё сорвётся, был почти осязаемым, несмотря на радостную новость о беременности Лейны. Вдруг это было просто случайностью?

Но в следующее мгновение магия дрогнула — и мягко потекла. Спокойно, уверенно. Словно вода, нашедшая своё русло. Хейли выдохнула и прикрыла глаза. На её лице отразилось редкое спокойствие. Словно впервые за долгое время она позволила себе расслабиться. Отпустить контроль, позволить себе быть уязвимой.

— Всё хорошо? Ты чувствуешь магию? — спросил Маэль, наблюдая за процессом.

— Да, — прошептала Хейли. — Словно тепло… внутри. Ощущение, будто изнутри омывает мягкий поток.

Передача длилась недолго, но по сравнению с прошлыми разами — очень долго. Целых три минуты! И что-то подсказывало — всё прошло успешно. Магия шла легче, мягче. Словно теперь не боялась навредить ни мне, ни малышу.

Кажется, даже магия осознавала важность ребёнка. Это успокаивало. Словно появилось нечто невидимое, но сильное, что могло защитить нашего малыша от любых невзгод.

Когда я закончила, Хейли открыла глаза, моргнула и… улыбнулась. Я не помнила, чтобы раньше видела её такой. Наверное, так выглядит настоящая радость — когда появляется реальная надежда.

— Удивительно, — тихо сказала она. — Спасибо.

— Не стоит благодарности, — отозвалась я, подходя ближе.

— Почему не стоит? — она посмотрела прямо в глаза, а затем покачала головой. — Ты слишком добрая. Но… спасибо. Я боялась до конца поверить, что всё возможно. А вдруг — все зря? Но теперь… я вижу Лейну. Чувствую твою силу. И хочу верить.

Я сжала её ладони крепче. Всё это время — в течение трёх месяцев — Хейли оставалась удивительно жизнерадостной и надёжной. Казалось, она держит нас всех вместе, не позволяя сомнениям разрушить веру. Но в глубине души и она колебалась. Внешне — легкомысленная, с ноткой иронии, а внутри — поразительно добрая и трепетная.

— У нас обязательно получится, — твердо сказала я.

Когда Хейли ушла, ко мне подошли Талимэль и Вианнэ — наши две эльфийки. Обе — с волнением, но и с верой в глазах. Словно сейчас исполнялась их самая заветная мечта. Передача магии длилась дольше — по пять минут каждой. И обе были воодушевлены.

Сейчас, как ни посмотри, мы уже не были просто группой по интересам, случайно оказавшейся в одном месте. Мы стали командой. Близкими подругами. Женщинами, объединёнными одной целью — несмотря на страхи, сомнения и испытания. Мы шли вперед. Вместе.

Лекарь что-то записывал, сверяясь с прошлыми наблюдениями. Внимательно осмотрел каждую из нас и, удовлетворённо кивнув, явно был рад не меньше нас. Похоже, он всерьёз планировал создать методичку по помощи женщинам.

— Магия действительно изменилась, — подтвердил он. — Она стала ровнее, стабильнее. Это очень хорошие новости.

— А с ребёнком всё в порядке? — уточнил Дариус. Он, как и всегда, не забывал о главном.

— Всё отлично. Магия не вредит — наоборот, укрепляет и делает малыша сильнее…

— Что ещё? — прищурился Андриан, заметив, как Маэль неловко замолчал.

— Есть вероятность, что ребёнок родится сразу с магией. И… сможет ею пользоваться.

— Это безопасно? — спросила я.

— Для малыша — да. Но в зависимости от дара, потребуется внимательный присмотр.

Я кивнула, сдерживая эмоции. Всё неизведанное пугает, и мысль о том, что наш ребёнок может быть могущественным с рождения, не давала покоя.

Надеюсь, он не окажется способным что-нибудь поджечь или сотворить нечто подобное. Это было бы… пугающе. Похоже, нам придётся запастись терпением. Думаю, вчетвером мы вполне справимся с одним малышом. Ничего же сверхъестественного в этом нет… верно?

Почувствовав легкий толчок внутри, я положила руку на живот. Но не успела улыбнуться, как Люциус уже подхватил меня на руки — обеспокоенный, как всегда.

— Болит? — спросил он, напрягшись.

— Малыш толкается… — прошептала я, прижавшись к его плечу.

— Правда?

— Конечно.

— Нам пора, — кашлянув, серьезно выдохнул он и унес меня прочь.

Но на этом всё не закончилось. Люциус принёс меня в спальню, уложил на кровать, сел рядом и прижался ухом к животу, ожидая.

Я мягко провела пальцами по его волосам, едва сдерживая улыбку. О том, что малыш начал толкаться, я рассказала им ещё два дня назад. Но толчки были такими слабыми и осторожными, что никто из них ничего не почувствовал — как бы ни старался. А сейчас Люциус, похоже, был полон решимости просидеть в этой позе столько, сколько потребуется.

— Я не давлю? — спросил он, глядя с нежностью.

— Нет, всё хорошо.

— Отлично. Если хочешь — спи, — удовлетворённо кивнул он, не двигаясь.

Дверь в спальню тут же распахнулась. На пороге появились Дариус и Андриан, внимательно изучая Люциуса. Они словно без слов спрашивали, получилось почувствовать или нет.

— Я жду, — отмахнулся тот, не отрываясь.

Задумчиво прищурившись, я осторожно направила магию внутрь себя, заставляя её мягко циркулировать по венам и наполнять малыша. Прошло не больше пары минут, как я ощутила легкий толчок. Люциус тоже это почувствовал — он застыл, а затем поднял на меня сияющий взгляд, в котором отражалось неподдельное восхищение. Будто исполнилось его самое сокровенное желание.

— Я почувствовал…

Не успел он что-либо добавить, как его тут же потеснил Андриан, прижавшись ухом к животу. Разумеется, наблюдая за их энтузиазмом, я вновь и вновь направляла магию скользить по телу, насыщая малыша. А потом просто смотрела на троих восторженных, довольных вампиров, которые, как дети, делились своими ощущениями и безмерной радостью со мной.

— Я посплю… — прошептала я, закрывая глаза.

Усталость накрыла внезапно, и я… заснула, даже не подозревая, во что мне обойдётся эта маленькая выходка. И какую лекцию выслушаю позже.