Глава 13. Сказка на ночь
POV Илья
Налоговая и прокуратура уезжают только вечером, обещая скоро вернуться. Они не случайно смотрят отдел закупок. Знают, что мы закупали различные консалтинговые услуги у фирм, зарегистрированных на Багамах и Виргинских островах, и под видом оплаты этих услуг, выводили туда деньги.
Я должен ее проверить. Должен поймать ее с поличным.
Вечером я еду домой с двумя парнями из нашего хозотдела.
— У нас гости? — Осторожно интересуется Ксюша, когда ребята разуваются.
— Нет, это мои сотрудники из хозотдела. Мне нужно, чтобы они сгрузили в коробки старые документы из моего кабинета и освободили мне место для новых, а то уже не помещается.
— Понятно.
Парни освобождают мне один шкаф и уносят коробки.
— Милая, мне нужно сейчас вернуться на работу. Сегодня нужно будет много поработать, отец недоволен, что я в последнее время слишком рано уходил и не доделывал дела. Где-то часа через два эти ребята вернутся и загрузят мне шкаф новыми документами, впусти их в квартиру. Хорошо?
— Да, хорошо. А во сколько ты сегодня будешь?
— Не знаю, милая, очень поздно. Много срочного скопилось, что нужно до завтрашнего дня сделать. Не жди меня сегодня, ложись без меня.
Ксюша крепко меня обнимает.
— Я без тебя не хочу.
Я обвиваю ее руками в ответ и целую в макушку.
— Прости, пожалуйста, но правда очень много работы. Обещаю, как только разгребу все, снова буду приходить пораньше.
— Хорошо.
Я целую ее в губы и возвращаюсь с парнями на работу. Там я засовываю в папки всякое ненужное старье, поручаю ребятам вернуться в квартиру и загрузить шкафы, а, уходя из моего кабинета, плотно закрыть за собой дверь. Сам я тоже еду домой, но с ребятами не захожу.
Я купил эту квартиру у нашей же компании. Мог бы и не покупать, но не хотел просить отца просто подарить мне ее. Я на тот момент уже год работал у папы, он платил мне хорошую зарплату, и я мог именно купить у отца квартиру, а не просить ее бесплатно.
Квартиру отделывали специально под меня. По моему заказу мне сделали сейф за камином. А еще по моему заказу мне сделали потайную дверь в моем кабинете. Один из шкафов с книгами отодвигается. А за ним дверь с персональным лифтом, который едет на минус первый этаж, куда у обычных жильцов нет доступа.
Я жду, когда из подъезда выходят ребята, захожу внутрь, спускаюсь на минус первый этаж, вызываю свой персональный лифт и еду. С помощью кода и отпечатка пальца я открываю дверь, нажимаю кнопку, чтобы отодвинулся шкаф, и захожу в кабинет. Тихо закрываю дверь и возвращаю шкаф на место.
Я подхожу к столику, наливаю себе полный стакан виски и сажусь в кресло.
***
Я уже час сижу в кабинете у себя дома в полной темноте. Лунный свет, попадающий в окно, слегка освещает помещение, но я устроился в кресле в самом темном углу. Тихо пью виски и жду, когда она зайдёт.
Больше всего на свете я мечтаю, чтобы она не пришла. Потому что если она тут появится, то я, наверное, больше не смогу жить дальше. Это будет означать конец не только наших отношений, но и смысла моей жизни.
Она все-таки приходит. Появляется тихой кошкой, зажигает ночник и направляется к шкафам с документами. Она думает, что меня нет дома, но все равно действует абсолютно бесшумно. И где только она научилась этому?
Открывает дверцу и быстро перебирает своими тонкими изящными пальцами корешки папок. На ней легкий шелковый халатик, едва прикрывающий ягодицы. А под ним наверняка красивейшее нижнее белье, подчеркивающее ее соблазнительную грудь и бёдра. Темные блестящие волосы, в которые я так люблю запускать ладонь, разбросаны по спине. Она поднимается на носочки, чтобы посмотреть документы наверху, и я задерживаю взгляд на ее длинных красивых ногах.
Я безумно сильно люблю эту женщину.
И так же сильно ее ненавижу за весь тот ад, в который она превратила мою жизнь.
— Что-то ищешь?
Мой голос в этой гробовой тишине звучит, как гром среди ясного неба. Но он не застаёт ее врасплох. Она оборачивается ко мне со счастливой улыбкой, и на секунду мне кажется, что она искренняя. Но я уже знаю, что это не так.
— Илья! — Она радостно хлопает в ладоши, — Ты уже вернулся! А я не могла уснуть и решила поискать у тебя снотворное. Я помню, что ты хранил его в своём кабинете.
Она закрывает дверцу шкафа и идёт ко мне, продолжая улыбаться своей голливудской улыбкой. Я поднимаюсь с кресла, делаю еще один глоток виски и ставлю стакан на столик. В каждом ее шаге, в каждом движении рук, в каждом взмахе ресниц — такая грация, такой аристократизм. Только она может ходить так плавно и так соблазнительно.
Вот только я уже знаю, что это не природный талант, а отработанный приём.
Она подошла ко мне вплотную, заглянула в глаза, эротично облизнула губы и прошептала:
— Но раз ты уже дома, то снотворное мне ни к чему. Мы ведь не будем спать?
И не разрывая со мной зрительного контакта, она медленно расстегивает пуговицы на моей рубашке. Я смотрю в ее каре-зеленые глаза, в которых тонул еще совсем недавно, и вижу в них лишь пустоту. Ни одной эмоции, ни одного чувства.
Покончив с последней пуговицей, она медленно садится передо мной на колени, продолжая смотреть мне ровно в глаза. Боже, она даже на колени опускается, как профессиональная порноактриса.
Ключевое слово — «актриса».
Стеклянный взгляд, который был еще несколько секунд назад, сменяется взглядом покорной девочки, обещающей поднять своего мужчину на седьмое небо. Вот только теперь я знаю, что он не настоящий.
Как я мог не заметить всего этого раньше? Ослеп от любви и даже не вспомнил, что, когда она 11 лет сидела со мной за одной партой в школе, была самой обычной и ничем не примечательной девчонкой.
Ее шелковый халатик слегка распахнулся, и я вижу черный кружевной лифчик. Еще совсем недавно я бы тут же его с нее сорвал. Она тянется своими аккуратными пальцами к ремню на моих брюках, и я понимаю, что если не сделаю это сейчас, то не сделаю уже никогда.
Резким движением руки я крепко хватаю ее за волосы и поднимаю на ноги.
— АААААА, — кричит от боли.
Растерянность в ее глазах появляется лишь на секунду. Потом они снова становятся стеклянными. Бесчувственными.
— Илья, что ты делаешь!?
Я отпускаю ее волосы и хватаю ладонью шею. Веду ее к стене и сильно впечатываю, продолжая сдавливать горло. Она смотрит мне ровно в глаза и все еще делает вид, будто не понимает, что происходит.
А во мне сейчас борются две половины: одна хочет задушить эту девушку, а вторая хочет схватить ее за руку и сбежать на край света. Подальше от всего этого кошмара, который она устроила.
— Илья, ты меня задушишь, — хрипит мне.
Но в ее глазах нет страха. А я так хочу увидеть его, я так хочу поверить, что она способна испытывать хоть какие-то чувства.
Я усиливаю захват и, наверное, действительно могу ее задушить.
Наивный. Я по-прежнему слишком ее недооцениваю.
Девушка резко ударяет меня ногой в живот, я сгибаюсь, отпуская ее горло, она хватает мою руку, больно заламывает и еще раз бьет меня ногой под дых. Я не сопротивляюсь. Моя душевная боль сейчас намного сильнее этой физической. Ее удары настолько сильные и настолько слаженные, что я понимаю: она профессионально владеет боевыми искусствами.
Я лежу на полу, пытаюсь откашляться и отдышаться, когда она наклоняется ко мне и стальным голосом цедит:
— Еще раз сделаешь что-то подобное, и я убью тебя.
Я заглядываю в ее глаза и вижу, что она не шутит. Она действительно способна убить.
Она отходит от меня на шаг, я медленно поднимаюсь с пола и смотрю ей прямо в лицо. На ней больше нет маски влюблённой в меня девушки. На меня смотрит бесчувственный робот.
— Кто ты, Ксюша? — Спрашиваю ее хриплым голосом.
Она продолжает прожигать меня пристальным взглядом, а я замечаю на ее красивой лебединой шее след от моей ладони. Она резко отворачивается и отходит к столику, на котором я оставил стакан с недопитым виски. Грациозно берет его в руки, снова поворачивается ко мне, делает глоток и смотрит мне прямо в глаза.
— Поверь, Ток, ты не хочешь знать, кто я.
Я медленно качаю головой и повторяю свой вопрос.
— Кто ты, черт возьми? И зачем ты вернулась в мою жизнь, спустя столько лет?
Она начинает тихо смеяться.
— Смотри, Илья. Я ведь действительно тебе сейчас скажу. И тогда ты окажешься в еще большей опасности, чем сейчас.
— Мне плевать. Я хочу знать, кто ты.
— Даже если ты из-за этого умрешь?
— Да.
Я не вру. Я действительно готов умереть, лишь бы узнать о ней правду.
А еще я хочу умереть, потому что моя жизнь больше не имеет для меня никакого смысла. Я не хочу жить без этой девушки. А с ней больше не могу.
Она грациозно направляется ко мне, держа в руках стакан виски. Останавливается в шаге от меня, делает еще один небольшой глоток, смакует напиток и медленно проглатывает. Облизывает свои соблазнительные губы и начинает рассказ:
— Я испанка Кармен, которая отравила в Мадриде министра обороны страны. Я немка Эмма, которая убила местного чиновника, а потом инсценировала его самоубийство. Я американка Дженнифер, которая хладнокровно застрелила агента ЦРУ. — Она соблазнительно склоняет голову на бок и медленно продолжает. — Я воровка из Италии по имени Франческа, которая украла чертежи нового оружия. Я тупая блондинка Маша, которая разорила долларового миллиардера. Я стриптизерша Соня, которая довела до банкротства нефтяного магната. — Начинает тихо смеяться. — Видишь, какая я у тебя разносторонняя?
Я молчу, шокированный тем, что услышал. А она тем временем безмятежно допивает виски, делает последний шаг ко мне и смотрит прямо в глаза.
— Я рыжеволосая красотка Лера, на которую ты запал на Янкиной свадьбе. — Снова тихо смеется. — Не ожидал, Ток? Ты хочешь знать, кто я? Хорошо, ты узнаешь. — Секунду медлит и чеканит со сталью в голосе. — Я майор российской разведки и профессиональная шпионка.
Я смотрю на нее в упор, не имея сил произнести хоть слово. А она тем временем тянется ладонью к моему лицу и мягко проводит кончиками пальцев по щеке.
— А хочешь знать, кто 12 лет назад превратил меня в эту беспощадную машину?
Улыбка с ее лица сходит, а в глазах появляется боль. Она медленно встает на носочки, наклоняется к моему уху и тихо выдыхает:
— Ты.
Я не могу сдержать истеричного смеха. Я заливаюсь им все сильнее и сильнее. Я уже сгибаюсь от него, а вот Ксюша стоит ровно в упор и по ее лицу я вижу, что ей совсем не смешно. Не знаю, сколько это длится, но когда я все-таки успокаиваюсь, выдавливаю из себя:
— Это каким же образом, интересно?
Я восстанавливаю дыхание и опираюсь о письменный стол сзади. Ксюша стреляет в меня безжалостным взглядом, резко разворачивается и направляется к столику с виски. Пополняет стакан, делает глоток и в задумчивости смакует напиток во рту. Когда проглатывает его, поворачивает ко мне голову.
— Ты раскусил меня, Ток. Даже не буду спрашивать, как тебе это удалось, но очевидно, что нет смысла больше скрывать от тебя, кто я на самом деле. Хочешь, я расскажу тебе сказку на ночь про добрую девочку Ксюшу, которой один мальчик сломал жизнь?
Она делает по направлению ко мне один шаг и останавливается, смотря ровно в глаза. Я ей не отвечаю. Но ей и не нужен мой ответ. Она начинает рассказ.
— Жила-была добрая и хорошая девочка по имени Ксюша. У нее были очень строгие родители, которые не разрешали ей иметь друзей, куда-то ходить и красиво одеваться. Ксюша была послушной, поэтому никогда не нарушала запреты своих родителей. В школе Ксюша с самого первого класса любила одного мальчика. Его звали Илья. Ксюша прекрасно понимала, что ей с ним ничего не светит, поэтому никогда даже не предпринимала попыток завладеть его вниманием. Просто тихо любила его, ни на что не претендуя.
В конце школы у Ксюши погибли родители. Попали в автокатастрофу в командировке. После этого серая и убогая жизнь Ксюши стала еще более серой и убогой. У нее не было родственников, у нее не было друзей. А теперь еще и не стало родителей. Ксюша осталась совсем-совсем одна, и у нее не было ни идеи, как жить дальше. — Она делает еще глоток виски и задумчиво смотрит куда-то в сторону. Я молчу, ожидая, что она скажет дальше. — Но в день Ксюшиного 18-летия, ей позвонили из одного банка и сказали, что родители оставили ей в наследство денежный счет. Ксюша очень этому удивилась. Наследство? Счет в банке? Но откуда? Ведь Ксюшины родители были очень бедными.
Но оказалось, что Ксюшины родители были миллионерами. Они завещали своей дочери 50 миллионов рублей. Когда Ксюша об этом узнала, она очень разозлилась на своих родителей. Почему они не покупали ей красивую одежду, если у них были деньги? Почему вообще они держали ее все время под замком? В итоге Ксюша сняла со счета миллион рублей и на всю эту сумму накупила себе шмоток.
В один из дней Ксюша столкнулась возле школы со своей безответной любовью по имени Илья. Он сказал, что скоро уезжает в Гарвард и пригласил Ксюшу на свою прощальную вечеринку. Сначала по инерции Ксюша хотела отказаться: ей ведь нельзя никуда ходить! Но потом Ксюша подумала: а что если она могла бы нравиться Илье, если бы всегда красиво одевалась и ходила тусоваться со всем классом? В итоге Ксюша решила поехать. Она надела самое красивое платье, самые красивые босоножки, сделала в салоне макияж и прическу.
Ехать на вечеринку к Илье было самой большой ошибкой в жизни Ксюши. — Она говорит это приглушенным голосом и смотрит мне ровно в глаза. — Там Илья посмеялся над Ксюшиными чувствами, прижал ее к дереву, трахнул и свалил. Ксюша каждый день ждала звонка Ильи, но он все не звонил и не звонил. И когда Ксюша уже перестала ждать и смирилась с тем, что ее жизнь стала еще более убогой, чем была, случилось невероятное. — Она поспешно делает глоток, и мне вдруг начинает казаться, что ей сейчас очень больно. — Ксюша узнала, что она беременна. От Ильи.
Она снова смотрит мне ровно в глаза, а я стою, продолжая опираться о письменный стол, и понимаю, что воздуха в легких очень не хватает.
— Что…? — выдавливаю из себя.
Она горько хмыкает.
— Я еще не закончила рассказ, Ток. Сейчас начинается самое интересное. Так вот, Ксюша обнаружила, что она забеременела от Ильи. Он ее тогда прижал к дереву и трахнул без презерватива. И вот беременная восемнадцатилетняя Ксюша сидит дома и не знает, что ей делать дальше. Она совсем одна в этом мире.
Но страх и растерянность Ксюши очень быстро сменяются чувством невероятного счастья. Ксюша станет мамой. И она очень этому рада, несмотря на то, что ей всего лишь 18 лет. Ведь родители оставили Ксюше очень много денег, да и Илья из богатой семьи. Так что материальных проблем точно не будет. И Ксюша решает сообщить эту очень радостную новость отцу ребенка. Она начинает его искать. Звонит ему домой, но там ей не дают его американский номер. Тогда Ксюша регистрируется в социальной сети и просит Илью позвонить ей. Но вместо звонка Ксюша получает от Ильи сообщение. — И она многозначительно на меня смотрит. — Я до сих пор помню его наизусть, так что зачитаю тебе сейчас, на случай если ты забыл.
«Блин, Малахова. Ты совсем тупая что ли? Тебе непонятно, что если парень не звонит, значит, он не хочет звонить? Все, что произошло в саду, было самой чудовищной ошибкой в моей жизни. Я как вспомню, так меня передергивает. Я не знаю, что ты там себе напридумывала, но все твои придумки — это твои проблемы, а не мои. И не надо мне тут писать и звонить мне домой. Мне передала домработница, что ты требовала от нее мой американский номер. Короче, отвали от меня. Ты не Яна Селезнёва и никогда ею не будешь, как бы ты ни распиналась и какие бы модные шмотки ты на себя не нацепила».
Когда Ксюша это прочитала, она стала дрожащими пальцами набирать Илье всего два слова: «Я беременна». Но у Ксюши не получилось отправить это сообщение, потому что Илья добавил ее в черный список. — Она снова делает глоток, а у меня разрывается сердце от того, что я сейчас слышу. Она задумчиво вертит в руке стакан, и я понимаю, что ей очень тяжело говорить дальше. Но она находит в себе силы. Резко вскидывает на меня голову и смотрит в глаза. Я замечаю у нее слегка выступившие слезы. — Сообщение Ильи спровоцировало у Ксюши нервный срыв и выкидыш. Ксюша провела несколько дней в больнице, где ей сказали, что из-за этого выкидыша она теперь навсегда бесплодна. И теперь у меня к тебе вопрос, Илья.
Она подходит ко мне вплотную и смотрит ровно в глаза. А я все так же стою, привалившись к столу, и пытаюсь осознать, что только что услышал.
— За что ты извинялся передо мной, Ток? За то, что варварским способом лишил меня девственности? Или за то, что заделал мне ребенка и свалил в Америку? Или ты извинялся за то сообщение? А, может, ты извинялся за то, что оно спровоцировало у меня нервный срыв и выкидыш? Или за то, что по твоей вине я навсегда осталась бесплодна? А, Илья? За что ты извинялся?
Она цедит каждый вопрос со сталью в голосе. Ее дыхание с привкусом виски обжигает лицо, и я опускаю свинцовые веки.
— Ну же, Ток, ответь. За что именно ты передо мной извинялся?
Я не отвечаю. Она начинает тихо смеяться.
— Нашему ребенку могло бы быть уже 11 лет, — шепчет севшим голосом. — Но ты его убил. А еще ты убил у меня возможность иметь других детей, потому что я стала бесплодна. Ты сломал мою жизнь, Ток.
Я чувствую, как по моей щеке сквозь закрытые веки потекла слеза. Ксюша аккуратно вытирает ее пальцами.
— Не надо, Илья, не плачь. Сказка еще не закончилась. Дальше тоже интересно будет, послушай.
Она резко от меня отходит, обдавая шлейфом своего запаха и виски. Я все-таки нахожу в себе силы открыть глаза и посмотреть на нее.
— Так вот, — продолжает громким голосом. — девочка Ксюша по вине мальчика Ильи потеряла ребенка, которого очень хотела и уже успела полюбить, и осталась бесплодна. И больше Ксюша не испытывала к Илье чувство любви. Единственное, что Ксюша к нему испытывала — это лютая животная ненависть за навсегда сломанную жизнь.
Был август и несчастная Ксюша каждый день ходила на прогулку к Новодевичьему монастырю. Она садилась на скамейку, смотрела на пруд и представляла различные варианты смерти Ильи. Вот он попадает под машину. Вот он падает с моста. Вот его сносит поезд. А вот Ксюша собственноручно пускает ему пулю в лоб. Ксюша жаждала смерти Ильи так же сильно, как когда-то любила его.
В один из таких дней, за неделю до 1 сентября, на лавочку рядом с Ксюшей опустился очень странного вида мужчина. Он знал, как зовут девушку, знал, кто она и откуда. Он знал ее родителей. И он рассказал Ксюше, что ее папа и мама не были обычными инженером и экономистом на каком-то предприятии. Они были полковниками российской разведки и профессиональными шпионами, они работали на страну. И Родина ими очень гордилась, потому что они были ее героями. Но внешний враг убил Ксюшиных родителей, когда они были на задании в Германии.
Мужчина предложил Ксюше продолжить благое дело ее родителей, тоже стать спецагентом и работать на благополучие страны. И в этот момент Ксюша поняла, почему ее родители запрещали ей иметь друзей, куда-то ходить и красиво одеваться. Потому что жизнь шпионов должна быть максимально неприметной и не привлекать к себе никакого внимания. А еще шпионам нельзя ни с кем дружить, потому что эти люди автоматически попадают на мушку. Их в любой момент могут убить. Поэтому для безопасности окружающих шпионы не должны ни с кем сближаться.
Ксюша не хотела принимать предложение этого мужчины, потому что оно бы означало, что ей всегда придется жить такой жизнью, которой она жила: без друзей, без близких. А Ксюша хотела нормальную жизнь, как у всех. — Она замолкает и смотрит внимательно на меня. Грустно ухмыляется и продолжает дальше. — Но разве Илья оставил Ксюше шанс на нормальную жизнь? Нет, не оставил. Илья забрал у бедной девушки последний лучик надежды на нормальное существование: он убил ее ребенка и лишил возможности иметь других детей. И Ксюша приняла предложение таинственного незнакомца. Так Ксюша стала разведчицей и шпионкой.
Свое первое задание убить Ксюша получила вместе со званием лейтенанта. И ей нужно было убить не просто кого-то, а человека, который ликвидировал ее родителей. Это был агент ЦРУ по фамилии Роджерс. Ксюша должна была лететь в Бостон, прикинуться проституткой и застрелить Роджерса. Когда Ксюша уже навела на него дуло пистолета, он узнал в ней дочь российских спецагентов, и рассказал, что на самом деле он их не убивал. Ксюшиных родителей убили свои же, русские. Оказывается, свои иногда убивают своих. Ксюша ему не поверила и выстрелила в грудь. Когда в Роджерса попала третья пуля, Ксюша поняла по его глазам: он не лгал.
Ксюша быстро замела следы и ушла с места преступления. Она шла по центру Бостона и вдруг неожиданно в большом панорамном окне одного из баров увидела человека, который уничтожил ее жизнь — Илью. Он беззаботно сидел со своей подругой Кристиной, пил пиво, ел картошку фри и был абсолютно счастлив. А у Ксюши из-за него навсегда сломана жизнь. Ксюша из-за него никогда не сможет иметь детей. Ксюша из-за него стала убийцей.
И вот девушка стоит посреди тротуара и смотрит на счастливого беззаботного Илью. И в этот момент лютая ненависть к этому человеку просыпается в ней яркой вспышкой. Ксюша отчетливо понимает, что хочет убить его, хочет пустить ему пулю в лоб. Она уже тянется в свою сумку за пистолетом, чтобы осуществить задуманное. И ей абсолютно наплевать, что ее тут же схватят и посадят пожизненно за двойное убийство, одно из которых — агента ЦРУ. Ксюша уже почти вытащила из сумки пистолет, как вдруг спутница Ильи обернулась и посмотрела ей прямо в глаза. И по большим синим глазам этой девушки Ксюша поняла: она точно так же несчастна и поломана. Ксюша до сих пор не знает, что заставило ее опустить пистолет и оставить Илью жить. Жалость к этой девушке? Чувство солидарности? Но как бы то ни было, Ксюша поспешно ушла оттуда, сделав Илье подарок, который он не заслуживал — счастливую жизнь. — Она снова замолкает и тихо смеется.
А я стою в полном шоке и слышу ее слова будто через какую-то пелену. Должно быть это кошмарный сон и скоро я проснусь. Но нет. Это не сон. Она успокаивается и продолжает говорить:
— А дальше Ксюша поставила перед собой цель во что бы то ни стало узнать правду о смерти ее родителей. Это было очень сложно, на это ушло несколько лет, но девушке все же удалось собрать всю информацию буквально по крупицам. Шпионы Сергей и Татьяна по кличке «Беркуты» захотели уйти из разведки, пришли к тому самому мужчине, который завербовал Ксюшу, и объявили о своем желании. Вот только он их не отпустил. Отец Ксюши стал ему угрожать, потому что он был полковником и много знал, и мужчина отдал приказ о ликвидации Беркутов. К слову, этот мужчина — генерал-майор разведки по имени Иосиф Шанцуев.
Когда Ксюша узнала правду о гибели родителей, она тоже захотела уйти. Вот только это порочная система, которая не отпускает просто так. Там нельзя написать заявление об уходе, отработать две недели и попрощаться с бывшими коллегами. В этой системе «бывших» не бывает. Один раз туда попав, остаешься в ней навсегда. Девушка это знала, но все равно готовила свой уход. Это заняло несколько лет.
Ксюша стала заваливать миссии. Не важные, потому что за провал важного задания, ее бы сильно наказали, но все же миссии. Ксюше нужно было показать, что она выдохлась и не хочет оставаться в системе дальше. Так девушка в облике рыжеволосой Леры, который был у нее создан специально для задания, пошла на свадьбу своей одноклассницы Яны Селезневой. И там Ксюша увидела Илью во второй раз. Он был по-прежнему счастлив и беззаботен. А у Ксюши по-прежнему была сломана из-за него жизнь.
На этот раз Ксюша решила его не щадить. К тому же за убийство в своей стране разведчикам ничего не грозит. Это, конечно, не поощряется, но и не наказывается. Ксюша знала, что перерезав Илье глотку, ей за это ничего не будет. И она решила это сделать. Благо Илья сам запал на рыжеволосую красотку. Но вот незадача! С Ильей под видом его девушки была та самая Кристина. Ксюша снова посмотрела в ее глаза и снова поняла, что эта девушка по-прежнему поломана и несчастна. И снова в Ксюше взыграли то ли жалость, то ли чувство солидарности. Но как бы то ни было, Ксюша во второй раз оставила Илью жить.
Ксюше все же удалось уйти из разведки где-то год назад. Из разведки, — она делает акцент на этом слове, — но не из системы. Ксюша навсегда останется ее частью, ей никогда не дадут ни с кем сблизиться, никого полюбить, ей не дадут усыновить ребенка. Ксюша живет, пока ей позволяют жить. Люди вокруг Ксюши живут, пока им позволяют жить. Девушка прекрасно это понимала, когда уходила на гражданку в звании майора, поэтому ни с кем не собиралась сближаться. Ведь любого, кто станет Ксюше дорог, Шанцуев возьмет на мушку.
Поэтому девушка не придумала для себя ничего лучше, чем заниматься тем же, чем она занималась 10 лет до этого — стать шпионкой, только уже на гражданке. Ксюша устроилась работать в службу безопасности компании «Росстрой», в ее обязанности входило обольщать конкурентов и доставать из них нужную информацию. Все шло как никогда прекрасно, пока однажды Ксюша не получила досье на свою новую жертву. — Она делает шаг ко мне и улыбается. — Угадаешь, на кого?
— На меня, — хриплю ей.
— Именно. Ксюша получает досье на молодого и перспективного бизнесмена Илью Токарева. Она должна его обольстить и достать доказательства того, что он занимается финансовыми махинациями. — Она делает последний глоток виски и отходит к столику, чтобы поставить на него стакан. Затем снова приближается ко мне вплотную и быстро шепчет:
— Клянусь, Ток, я 12 лет подавляла в себе желание отомстить тебе, сломать твою жизнь так же, как ты сломал мою. Я дважды оставляла тебя жить. Но теперь судьба сама привела меня к тебе за возмездием. Ты считал судьбой нашу встречу в ресторане. Нет, она не была судьбой, я инсценировала ее. Но судьба — то, что я получила досье на тебя. «Росстрой» хотел ликвидировать «Вижн-Строй», разрушить конкурента. И это должна была сделать именно я. Ты даже представить себе не можешь, в каком предвкушении я находилась. По всем правилам шпионажа на задание нельзя идти собой, обязательно нужно придумывать себе новую личность и перевоплощаться в нее. Но с тобой я решила остаться собой, хотя было бы очень легко снова стать рыжеволосой Лерой, на которую ты однажды запал. Но я не хотела этого. Я хотела, чтобы ты звал меня моим именем и знал, кто тебя уничтожил.
Она замолкает и просто смотрит мне в лицо.
Что я сейчас чувствую?
Я не знаю. Наверное, я чувствую дикое желание убить эту девушку. А после нее убить себя. За то, что я с ней сделал. За то, как я с ней поступил. За то, что я подтолкнул ее к этому кошмару, в который она попала.
За то, что я убил нашего ребенка… Ему бы уже было 11 лет…
— Я должна была расквитаться с тобой за пару месяцев, — медленно продолжает. — Но я не смогла.
— Почему?
Она ухмыляется.
— Потому что ты подарил мне жизнь, которой у меня никогда не было и о которой я всегда мечтала. Ты показал мне, что значит — жить, как обычный человек. Ты показал мне, как это — иметь друзей, ходить на дни рождения, гулять в парке, посещать музеи и театры. Это просто невероятно злая шутка вселенной, что человек, который 12 лет назад забрал у меня последнюю надежду на счастливую жизнь, теперь вдруг подарил мне ее снова. Я никогда не жила так, как эти четыре месяца с тобой, Ток. — Она грустно улыбается. — Знаешь, а у меня ведь не было отношений ни с кем и никогда. Шпионам разрешены браки только между собой, чтобы плодить новых шпионов. Но я не могу иметь детей, к тому же мечтала уйти из системы, поэтому и не начинала ни с кем отношений. И тут появляешься ты: любишь меня, говоришь, что хочешь жениться и детей. А я не могу иметь детей, Ток. И я не могу выйти замуж, потому что любого человека, который окажется мне дорог, система тут же уберет. Я слишком затянула эту миссию с тобой, и Шанцуев заподозрил, что ты стал мне небезразличен. Поэтому мне стали присылать «приветы». Последний — отрубили тормоза у твоей машины. Они убьют тебя, если я не сдам тебя раньше, Илья.
Слезы во всю текут по ее лицу. Я чувствую, как они текут и по моим щекам тоже.
— У меня есть полный компромат на тебя, Ток. Я дала «Росстрою» лишь кусочек, о выводе на Багамы 5 миллионов рублей. Но ты вывел почти миллиард. И если я не отдам им все, тебя убьют. Из-за меня.
— Но ты ведь всегда хотела, чтобы я умер. Вот, тебе предоставилась такая возможность.
Она медленно качает головой.
— Сильнее моей любви к тебе может быть только моя ненависть. Сильнее моей ненависти к тебе может быть только моя любовь. Знаешь, как это больно — знать, что однажды у тебя будут семья и дети. Не со мной. Ты знаешь, как это больно, Илья?
Я ухмыляюсь.
— Не больнее, чем любить исчадие ада. И хотеть семью и детей с этим исчадием.
— Ты меня такой сделал.
От слез ее каре-зеленые глаза снова стали кошачьими. Как тогда на вечеринке. Я аккуратно тянусь ладонью к ее лицу и мягко провожу по нему пальцами. В последний раз.
— Отдай им на меня все и убирайся из моей жизни. Поздравляю, у тебя получилось сломать ее так же, как я сломал твою. Я получил возмездие. И да, я всегда буду помнить твое имя, Ксюха.
Я беру в руки медальон, который она подарила мне на день рождения, и глядя ей прямо в глаза, целую его. Теперь я понимаю смысл ее подарка.