Глава 10. Есения

– Какой ты бледный, – произношу я, войдя в палату брата.

– Давай еще скажи «мой маленький», – фыркает Егорка, заглядывая в пакеты в моих руках.

– Уже давно не маленький, в следующем году я буду смотреть на тебя снизу вверх, – отшучиваюсь, разбирая продукты.

Брат наблюдает за мной.

– Это не дорого, Есь? – спрашивает, когда замечает клубнику.

– Можно же побаловать себя разок, м?

Я ополаскиваю ягоды, выкладываю их на тарелку и присаживаюсь поближе к Егорке.

– Ты тоже ешь, – произносит брат. Он ждет, когда я возьму первая, и после пробует сам. – А вкусно.

– Да, – я соглашаюсь. – Не ожидала, что в сентябре клубника будет такой вкусной.

– Есь.

Мне не нравится его серьезный тон.

– М-м-м?

– У нас теперь большой долг, да? Я знаю, что операция была платной.

– Не переживай. Долгов не больше, чем несколько дней назад.

– Честно? – Егорка смотрит на меня испытующе.

Я поднимаю правую ладонь и произношу:

– Честно-пречестно! Лопай.

Брат успокаивается, продолжает есть ягоды, выбирая покрупнее. Я вытираю пальцы салфеткой, собираясь рассказать о новом графике работы.

– Егор, я не смогу тебя навещать как раньше, – произношу и получаю в ответ хмурый взгляд.

– А говорила, что все хорошо.

– Хорошо, правда. Но нам с тобой не на кого рассчитывать, только друг на друга. И я хотела бы иметь хоть небольшие сбережения на тот случай, если я, к примеру, заболею. Понимаешь?

– Понимаю, – отвечает брат. – Я и сам справляюсь, – заверяет он.

– Самому не надо. Здесь есть сестрички. Хорошие девочки, они обещали присмотреть за тобой. А вот дома ты уже справишься сам. Договорились?

– Договорились. А ты уже уходишь? – спрашивает он, когда я встаю, чтобы  выкинуть использованные салфетки.

– Не-а. День совершенно свободен. Сыграем в карты, я купила колоду?

Сегодня я не тороплюсь покидать Егорку. Совсем скоро я выйду на работу во Второй зал, и у меня уже не будет столько свободного времени. И… и теперь я в любой момент могу ожидать звонка Зверя. От этой мысли меня бросает в жар. Я ведь совершенно не знаю его. Он же может быть слетевшим с катушек от вседозволенности, жестоким партнером в сексе. Настоящим извращенцем. Меня успокаивают только слова Ольги Сергеевны, что, не зная хорошо клиента, она бы не предложила мне сделку. И я собственными глазами видела, как Зверь обращается с любовницами. Жестко, но не жестоко.

– Есь, ты бить будешь?

– А?.. Да, – расфокусированным взглядом я пытаюсь выбрать нужную карту.

– Ты что-то сильно покраснела, – сообщает мне брат. – Температуры нет?

– Нет. Со мной все хорошо. Девять, – я кладу карту.

– Бито, – разочарованно тянет Егорка.

Мы доигрываем партию.

– В этот раз выиграла я, – я собираю карты.

– Угу. Уже уходишь?

– Да, теперь точно пора, – прячу коробку в прикроватную тумбу. – Завтра обязательно навещу.

Вижу по глазам, братишке не хочется оставаться одному. Но мне нужно поговорить с Женей. И как можно быстрее. Я отлично помню условия, что озвучил Зверь, но даже без них я бы рассталась с парнем.

Предстоящий разговор пугает меня. Ведь я не смогу озвучить настоящую причину своего решения. Получается, в глазах Жени я просто так поставлю точку в двухлетних отношениях. На пустом месте.

Мне не приходится звонить, он сам набирает в момент, когда я выхожу из больницы.

– Ты дома? Я выезжаю с работы.

– Уже еду, – отвечаю я.

В квартиру мы входим практически одновременно. Я успеваю помыть руки и сменить одежду на домашнюю, когда слышу щелчки замка.

– Ну как пацан? – спрашивает Женя, сворачивая в ванную. – Ты к нему ходила?

Мне больно наблюдать за его привычными действиями. Вот он пришел с работы, умывает лицо и тщательно отмывает руки от мазута и масла, а после пройдет в кухню и сядет у стены.

Я еще никогда остро не чувствовала  себя предательницей. Ведь я уже знаю, что сегодня мы не будем ужинать и обмениваться впечатлениями, как прошел наш день, а Женя нет.

– С Егором все хорошо, – сообщаю я.

– Ну вот, а ты волновалась, – парень вешает полотенце. – Идем, – кивком головы указывает в сторону кухни.

Женя занимает привычное место, поглядывает на пустую плиту.

Я совершила ошибку, пригласив его, было бы намного проще поговорить где-то в кафе или парке.

– Не покормишь? – уточняет парень. – Или сегодня у меня десерт? – он поднимается, тянет ко мне руки.

Я уворачиваюсь от объятий, невольно забиваясь в угол.

– Нам нужно поговорить, – произношу я сдавленно.

– На тему? – уточняет Женя. – Если ты обиделась из-за того, что я не смог найти деньги. Ну, извини, малышка, я реально на мели. Ни копейки за душой.

– Я не в обиде, – отвечаю я.

– Тогда что?

– Может, присядем, – предлагаю я, протискиваясь между парнем и кухонным гарнитуром.

– Говори. Я, кажется, начинаю догадываться, о чем будет речь. Давай, не тяни, Есения.

Меня пугает тон, которым обращается ко мне парень.

– Прости, но я хочу расстаться с тобой, – произношу, вцепившись в край стола.

Мои слова не удивляют Женю.

– А я знал, что этим кончится. Ты изменилась, как перевелась в блядовник.

Я не могу возразить. Наша первая встреча со Зверем изменила меня саму, как и мою жизнь.

– Молчишь, – хмыкает разочарованно. – Ясно. И как оно? – спрашивает, делая шаг мне навстречу.

– Что? – уточняю я.

– Спать за бабки? Понравилось?

– Не надо, Жень. Ты не понимаешь.

Мне больше некуда отступать. Я прижимаюсь спиной к прохладе стекла.

– А что тут понимать? Все предельно ясно. Кстати, у меня вот, – он достает смятую купюру, вкладывает в мою ладонь, стискивает, не позволяя разжать пальцы. – Хватит на орал? Или ты так дешево себя не продаешь?

– Уходи, – отвечаю я, пытаясь вырвать руку. – Пожалуйста, просто уйди.

И я не знаю, отчего мне больнее. Из-за слов, что сказал Женя, или из-за того, что все слова – правда.

– А ты всегда так разбрасываешься клиентами? У меня вот еще, – наконец он отпускает руку, и в тот же момент мне в грудь и лицо летят монетки. Я зажмуриваюсь. – Сука ты, Есения. Настоящая сука. Не забудь, у шалав короткий срок годности. Ты уж постарайся, заработай побольше, – последнюю фразу парень выплевывает мне в лицо.

Я продолжаю стоять с закрытыми глазами, ощущая чужое дыхание на виске.

– Оставь ключи и уходи, – говорю я.

Чувствуя порыв воздуха у лица, сжимаюсь. Но удара не следует, только отборная брань.

– Да пошла ты… – заканчивает Женя. – Забери! – со звоном что-то металлическое болезненно ударяется в ступни. – Шалава, – выкрикивает и хлопает дверью.

Еще несколько секунд я не смею дышать и шевелиться, прижавшись спиной к окну.

Приоткрываю глаза – картинка плывет. Я медленно наклоняюсь и поднимаю ключи. Бреду по коридору. Закрываю входную дверь и даю волю своим чувствам. Обессиленно опускаюсь на низкий стул под вешалкой, тихо плачу, покручивая раз за разом сказанное Женей. Я никогда не слышала от него таких грубых слов. Мерзких и… правдивых. Но у меня нет другого выхода. Я должна помочь единственному близкому и родному человеку. Секс с привлекательным мужчиной не такая и большая плата за полноценную жизнь брата в будущем. Я жертвую лишь своей гордостью… А Зверь действительно красив. Это невозможно отрицать. Ната бы его назвала «шикардосным» или «породистым». Ее мужчины были похожи на Зверя, но не такие злые. При встрече они всегда мило улыбались, интересовались делами и ни разу не предложили продать себя.

* * *

Просыпаюсь я от мелодии звонка. Беру телефон в руки – незнакомый номер. Сердце тут же начинает бешено биться. Зверь? Перевожу взгляд на часы, девять утра. В такое время он или спит, или уже на работе. «Нет ему дела до тебя», – успокаиваю себя и принимаю вызов.

– Алло, – произношу хрипловатым голосом. Молчат. Поправляю одеяло. – Алло, – повторяю, глядя на экран.

Тишина сменяется шумным выдохом.

– Секунду, выкину окурок, – сообщает мне Зверь. – Доброе утро, Есения.

Его голос я узнаю сразу.

– Доброе утро, – отвечаю я.

– Черт, – ругается и вновь отвлекается от разговора. – Я сказал, нет!

Зачем он так делает? Специально издевается надо мной?

Я спускаю ноги с кровати, поправляю спутавшиеся ото сна волосы. Оттягиваю ворот футболки, что душит меня.

Зверь продолжает с кем-то беседовать.

– Ты останешься дома, – произносит он зло, и я слышу женский голос.

Девушка отвечает плаксиво, с мольбой в голосе.

Неужели, только попрощавшись с одной, он звонит другой? Я бы не простила подобного. И тут меня посещает мысль: я могу быть не первой в заложниках ситуации.

Я не выдерживаю. Сбрасываю вызов. Не хочу слушать. Это ужасно.

Телефон тут же звонит. Мне хочется отключить его и забыть все, что со мной сейчас происходит, как страшный сон. Но теперь я не принадлежу себе.

– Да.

– Не смей сбрасывать, Есения, – холодно произносит мужчина.

Он один. Я больше не слышу женский голос и посторонний шум.

– Хорошо, – отвечаю я.

Зверь доволен моим ответом.

– В восемь жду тебя, – говорит он спокойнее. – Адрес скину в СМС. И я не люблю опозданий.

– Так быстро, – отвечаю я, растерявшись.

«А почему он должен тянуть?» – спрашиваю себя. Заплатил, значит, вправе требовать встречи. Думала, он даст время привыкнуть к себе?..

– Я поняла, – добавляю, стараясь, чтобы мой голос звучал привычно, но он предательски задрожал.

Мужчина отключается и тут же присылает СМС с адресом. Улица, дом, номер квартиры, этаж. Не клуб… Зверь услышал мою просьбу. Крохотное облегчение погибает сразу же. Вечером я займусь сексом с незнакомцем. Буду исполнять его желания и не посмею сказать нет …

Зачем он позвонил сейчас? Почему не за час, как обещал делать?! Я сойду с ума, ожидая встречи.

В течение дня все валится из рук. Я ни на чем не могу сосредоточиться. Навещая брата, отвечаю ему невпопад, слышу, но не понимаю смысла вопросов. В какой-то момент Егорка решает, что я слишком устала, и гонит меня домой.

Дома я долго стою перед шкафом. Как я должна выглядеть? Что мне надеть? Наверное, нужно подать себя красиво. Но я не хочу нравиться Зверю. С этой мыслью выбираю прямые джинсы и футболку. Сама не понимаю зачем, но хочу подразнить хищника. К нему точно еще ни одна женщина не приходила в подобном виде.

Ближе к семи приходит второе СМС от Зверя:

«Вызови такси. Деньги я перевел».

– Заботливый, – произношу я с нервным смешком, проверяя счет карты.

В семь двадцать сажусь в такси. Во время поездки смотрю в окно, но вижу только смазанное цветастое пятно, прислушиваюсь к музыке, но ее заглушает шум моего сердца.

Когда автомобиль сворачивает к жилому комплексу и задерживается на пропускном пункте, я выныриваю из вакуума в реальность.

Не смотрю по сторонам, вхожу в нужный подъезд и спешу к лифту.

Металлическая коробка слишком быстро поднимает меня на десятый этаж.

Я не смогу! Не смогу!

Воздуха катастрофически не хватает, я ощущаю себя загнанной в угол. В ловушке!

Едва двери приходят в движение, выбегаю из лифта и тут же сталкиваюсь с хмурым мужским взглядом. Зверь ждет меня, застыв в дверном проеме.

Он не торопится заговорить или пригласить войти, смакуя небольшими глотками жидкость из низкого бокала.

Я наблюдаю за его движениями, словно загипнотизированная. Мой взгляд сосредотачивается на губах, что касаются прозрачного края, втягивают жидкость.

– Я могу войти? – спрашиваю, скрещиваясь взглядом с хищником.

Стыд, страх и волнение смешались воедино.

Мужчина отступает, позволяя пройти. Я делаю четыре шага, несмело осматриваюсь и вздрагиваю от щелчка.

Зверь закрыл дверь.

Мужчина проходит мимо меня, идет вглубь помещения. Я следую за ним, крепко сжав ремешок сумки в руках.

Сейчас я жалею, что захотела поиграть с хищником. Мой внешний вид не прибавляет уверенности. Как и уставший вид хозяина квартиры.

Он жестом указывает на диван в гостиной, а сам идет к бару.

– Хочешь выпить? – интересуется, повернувшись ко мне спиной.

– Да.

Я пользуюсь моментом и бегло осматриваюсь. И могу с полной уверенностью сказать, что интерьер подходит Зверю. Такой же мрачный и злой.

– Держи.

Я принимаю бокал.

Мужчина садится рядом. Пьет. И я делаю крупный глоток. Закашливаюсь. Алкоголь обжигает слизистую.

– Куда-то торопишься? – со смешком интересуется Зверь.

– Обычно я не пью крепкие напитки, – признаюсь я.

– Сегодня какой-то особенный повод?

Я не нахожу ответа, молча ставлю бокал на столик.

Мужчина повторяет за мной. К бокалам прибавляется пачка сигарет, зажигалка и телефон.

Только сейчас я замечаю, что Зверь не в привычных брюках и рубашке, нам нем свободные штаны и черная футболка. Я поднимаю взгляд к мужскому лицу и замираю.

Хищный взгляд сосредоточен на мне. Блуждает по телу, и, кажется, Зверю плевать, что на мне надето.

– Простая одежда тебе идет больше, чем форма клуба, – замечает он.

– Спасибо, – отвечаю я. – Можно еще? – протягиваю руку, крепко сжав в ней бокал. И все равно он подрагивает.

Зверь молчаливо выполняет мою просьбу.

Алкоголь растекается по языку и горлу жаром. Бьет в голову и чуть замедляет ход моих мыслей. Со следующим глотком руки перестают трястись, словно у старушки. Я уже смелее смотрю на мужчину. Он принимает мой взгляд за знак к действиям. Пересаживается ближе.

Я делаю еще один глоток. Виски больше не кажется таким отвратительным и горьким.

Зверь забирает бокал из моих рук, ставит на стол.

«Вот и все…» – проносится в голове.

Мне вновь не хватает воздуха, и я шумно втягиваю его через рот, привлекая внимание Зверя к моим губам.

– Мягкие, – констатирует он, скользя подушечкой большого пальца по нижней губе. – Мне нравится, – произносит с одобрением, словно я должна радоваться этому факту. – Открой рот, – произносит чуть севшим голосом.

Я закрываю глаза и выполняю просьбу.

– Оближи.

Кончиком языка касаюсь пальца мужчины. Шершавый, чуть солоноватый.

– Сомкни губы, – жестче просит зверь.

Он имитирует проникновения.

Я прислушиваюсь к себе и заливаюсь краской стыда. Мне приятны прикосновения. Они не вызывают отвращения или желания отвернуться.

– Иди ко мне.

Зверь придвигается ближе, подхватывает меня под бедра и усаживает к себе на колени.

Провокационно. Лицом к лицу.

Бедрами и попой я ощущаю тепло его тела. Дышать получается лишь на полвздоха, и даже алкоголь теперь не помогает справиться с волнением.

– Ты же помнишь про правила? – уточняет Зверь. – У тебя не будет других мужчин, пока ты со мной.

– Я помню, – отвечаю я, не зная, куда деть руки. Держу их на весу.

Он не торопится взять свое. Откидывается на высокую спинку дивана. Просто смотрит. Я вздрагиваю в очередной раз, когда его ладони ложатся мне на бедра.

– Не переигрывай, – недовольно замечает мужчина и сдвигает меня ближе. Так близко, что я ощущаю твердость и жар члена под собой. – Поцелуй, – приказывает и ждет.

– В губы? – спрашиваю, совершенно растерявшись.

Зверь кривит лицо и рывком притягивает к себе.

– В твоем возрасте уже глупо разыгрывать невинность, Есения. Хватит. Мне надоело.

Он болезненно впивается в мои губы. То, что он творит, не похоже на поцелуй. Больше на клеймо.

– Ответь мне, – хрипит, отрываясь на мгновение.

Зверь пожирает меня. С жадностью и голодом, а я пытаюсь ответить, поймать ритм языка и губ.

– Стоп, – произносит, останавливаясь и вместе со мной придвигаясь к столику. Только я не до конца понимаю, кому Зверь это сказал, мне или себе?.. Он пересаживает меня на диван и отвечает на звонок. Как я могла не услышать его?! – Да, – встает на ноги и проходится вдоль стола, словно разъяренный хищник. – Ты не вовремя, – мужчина не сбрасывает вызов, слушает, медленно поворачиваясь всем телом ко мне. – Это важный разговор. Я скоро вернусь.

Я согласно киваю и обхватываю себя руками. Тело бьет крупная нервная дрожь. Хочется завернуться в теплое одеяло с головой.  Спрятаться.

В кого я превратилась?

Женя прав – я шлюха.

Подрагивающими пальцами подхватываю бокал со стола и одним глотком осушаю его. Но я не чувствую крепости напитка, только возбуждение. Сильное возбуждение. Любое мое движение отдается болезненной пульсацией внизу, где сейчас горячо и мокро.

– М-м-м, – с губ срываются тихий стон, а из глаз катятся слезы.

Я хочу избавиться от этих ощущений, но не знаю как. Дотягиваюсь до бокала Зверя и допиваю остатки алкоголя. Ничего…

Из-за закрытой двери доносится злой крик, секундная тишина, разговор продолжается на повышенных тонах.

Меня накрывает страх. Я взаперти с незнакомым и разъяренным мужчиной. Вдруг он захочет выместить злость на мне?

Мой взгляд мечется по комнате в поисках какой-то подсказки или помощи. Мягкая мебель, полки, заставленные книгами и фигурками, кажется, актеров, телевизор, журнальный столик и тумба-бар. К нему я и направляюсь, наполняю свой бокал виски. Не раздумывая, выпиваю крупными глотками все до капли. Наполняю еще и пью. Верчу в руках опустевшую бутылку.

– Надеюсь, виски был не слишком дорогим, – нервно бормочу себе под нос.

Наконец алкоголь действует.  Меня больше не трясет, и липкий страх уходит.

Так определенно лучше.

Я беру запечатанную бутылку, пытаюсь ее открыть. Влажные пальцы соскальзывают по металлической крышке.

Не хочу ничего помнить!

Несколько раз подцепляю найденным ножом металлический ободок у самого горлышка бутылки, но ничего не выходит. Неожиданно нож соскальзывает и проходит лезвием по моей ладони. Словно в тумане, я смотрю на порез и начинающую стекать по руке кровь. Боли нет, только удары собственного сердца и шальная мысль о цене ковра под ногами… Где-то я слышала, что кровь ничем не смыть.

– Есения, опусти нож! – внезапно раздается голос Зверя за моей спиной.