День седьмой. Обоснуй

— С чего вдруг? — спросила я. Нет, ну серьёзно, ладно я об этом замужестве думала, у меня были причины, а он-то чего?!

— Это «нет»? — уточнил Швецов.

— Это «обоснуй».

Швецов потер лицо ладонями. Это, наверное, был первый раз, когда я увидела, что он тоже устал.

— Я сегодня весь день общался с взрослыми умными ведьмами, — тоном сказочника начал он. — Одна взрослая ведьма сказала мне, что будет рада принять Лену в семью ради такого благого дела, помощи девочке. Я ничего не понял, она объяснила про связь и отбирание энергии. Там еще фигурировало слово «ковен», насколько я помню, но я на том этапе был слишком обалдевший, чтобы запоминать детали. Другая взрослая ведьма сказала, что если мне будет нужно, то она поможет аннулировать мой брак с Элей в экстренном порядке, в течение одного-двух дней, и так же срочно организует нам с тобой визит в ЗАГС. Зубарева утверждает, что у нас «очень типичный случай», такие дела, мол, рассматриваются достаточно регулярно, чтобы наработалась судебная практика. Это она про развод. Нет, не развод, отмену брака, полное его исчезновение из книги записей актов гражданского состояния, архивов, отовсюду. Вот это я понимаю, магия. Из этого всего я заключил, что мы с Леной влипли довольно глубоко в неприятности, раз уж вокруг отделения нас от Эли столько суеты. Сейчас я послушал тебя и понял, что мы влипли еще глубже, чем мне казалось. Измерил эту глубину и подумал, что Лену надо спасать, причем не только из-за этой самой магической связи.

Он замолчал, задумался о чем-то.

— А из-за чего еще? — поторопила его я.

— Ну смотри, вот я скоро умру. И с кем тогда останется Лена? С Элей. Раньше я ничего против такого расклада не имел, но если она так подставила меня, да и Лену уже тоже начала использовать… короче, не надо быть магом, чтобы увидеть, что ничего хорошего в этом варианте нет. Не знаю, что там светит Лене в будущем, но я ей такого будущего не хочу. Я не хочу, чтобы она зависела от того, что там Эле в голову ударит.

— То есть, ты хочешь, фактически, чтобы я прикрыла вас с Леной и потом взяла на себя опеку над ней? А с чего ты взял, что я к таким подвигам готова?

— Честно говоря, как раз с реакции тех самых ведьм, которые говорили об этом варианте как о чем-то вполне возможном. А ты не готова?

Я задумалась. Готова-то я, конечно, не была. Но и других вариантов особенно не видела. Вариант слиться и больше не помогать я пока что не рассматривала.

— Ты предлагаешь мне выйти замуж, но делаешь это без уважения, — я не без удовольствия процитировала «Крестного отца», Швецов улыбнулся. — Серьезно, Игорь, ты ведь на самом деле просишь меня об очень большой услуге. Но как-то так… будто тебе её уже обещали, надо только востребовать. А на самом деле я пока не знаю.

— У меня, ты сама знаешь, не так много вещей, которые я мог бы тебе предложить взамен, — развел руками Швецов. — Заложенный дом, квартира с недовыплаченной ипотекой, машина, некоторое количество денег. Не знаю, чем ещё могу тебя заинтересовать. Судя по всему, Лена и сама может представлять некоторый интерес для ведьмы, но я не для того хочу отдалить её от Эли, чтобы отдать тебе на опыты. Ещё есть я сам. Но я, конечно, наименее привлекательный лот в этом списке.

Я бы с этим поспорила, честно говоря.

— Ну почему, ты готовишь вон вкусно, — не удержалась я. — Вообще, знаешь что? Дай мне сутки времени. У меня есть ещё одна мысль, как отделить Лену от Норы, я хочу попытаться её проверить.

— Это какая же мысль? — оживился Швецов. Похоже, мысль о браке его тоже не слишком привлекала. Обидно. Досадно. Но правильно!

— Ты вспомнил что-нибудь интересное про свою мать?

— А ты откуда об этом знаешь? — насторожился он.

— Просто предположила. Елисеевы — известная колдовская фамилия. Учитывая ваш «елисеевский», явно колдовской дом, я подумала, что твоя мама вполне могла быть из колдовского рода.

— Правильно подумала. Да, она рассказывала что-то такое. Но она со всеми разругалась, очень давно, еще до моего рождения. Так что их, я думаю, можно не учитывать.

— У тебя дочь — ведьма, — неделикатно напомнила я. — Причем довольно крутая ведьма. Ради такой, да еще и родной крови, род может и расстараться. Им её принять в семью, опять же, будет легче, чем мне, она ведь фактически к этой семье принадлежит. Минус этого варианта в том, что твоё положение никак не меняется, тебя Елисеевы, скорее всего, не прикроют. Хотя мало ли, может быть, их радости от встречи с Леной и на тебя хватит.

— Звучит довольно заманчиво. Но как ты собираешься на них выйти?

— Вот для этого мне и нужны сутки. Чтобы, во-первых, все-таки отоспаться, а во-вторых, сообразить, как найти выход на Елисеевых. Подождешь?

— Ох, Инна, — Швецов покачал головой. — Ты понимаешь, что я тут как на пороховой бочке сижу? Что, если Эля возьмет и вернется прямо завтра?

— Придет Ирина Евгеньевна и всех спасет, — твердо ответила я с уверенностью, которой не чувствовала. — И знаешь, что? Ты скажи ей, пусть она действительно тебя разведет. Независимо от того, что ты будешь делать дальше, это немножко затруднит Элеоноре некоторые операции. Каждая ниточка родства важна, и документы тоже.

— Не разведет, а…

— Аннулирует брак, я помню. Я поняла, что тебя эта идея заворожила, я и сама шокирована. Это какая-то бюрократическая магия, совершенно мне незнакомая. В общем, свяжись с ней, лишним не будет. А я поищу выход на Елисеевых. Идёт?

— Идёт. Но, Инна… ты всё-таки подумай и над моим предложением тоже.

— Вот если с Елисеевыми не выгорит, тогда и подумаю, — уж это я могла пообещать со вполне спокойной совестью.

— А говорят, все девушки только и мечтают выйти замуж.

— Обобщения — зло, тебе не говорили?

— Что-то такое слышал. Но знаешь, я сейчас ещё разочек обобщу. Мне кажется, на этой кухне все хотят спать. Пойдем?

— Пойдем, — согласилась я, с трудом вытаскивая себя из-за стола.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Швецов проводил меня до моей двери, хотя она была дальше по коридору. Перед дверью мы остановились, я невольно подумала: как будто он меня провожает до двери после свидания.

— Ну… спокойной ночи? — со странной вопросительной интонацией спросил Швецов. Как будто возможны варианты! Нет, варианты, конечно, были, но все невозможные. Поймав себя как раз на обдумывании такого варианта, я поняла, что от Швецова фонит чем-то очень созвучным мне, такой смесью неловкости, любопытства и… интереса? Ко мне? Ох, мамочки.

— Спокойной ночи, — сказала я, постаравшись, чтобы это прозвучало не слишком резко. Шагнула в комнату.

— Инна, подожди, — и шагнула обратно. Но не очень близко. На всякий случай. А то я за себя не ручаюсь. — Я за всё это время так и не сказал тебе «спасибо». А надо было. Спасибо.

Не совсем то, чего я ждала.

— Пожалуйста, — сказать «не за что» я бы, пожалуй, не смогла.

— Вот теперь спокойной ночи, — Швецов легонько пожал мою руку, развернулся и пошёл к себе.

А я — что я? Закрыла дверь. Дошла до кровати. Рухнула в неё и заснула.