День десятый. Семейная ссора
— Доброе утро! У меня интернет в телефоне не работает, это из-за вас? — с максимально широкой улыбкой спросила я, входя и оглядываясь вокруг. Да, всё было так, как дом мне показал: Лена на кровати, настолько маленькая, будто ей не двенадцать, а десять; Швецов в кресле, привязанный к нему чем-то магическим; Нора, ораторствовавшая в центре комнаты. И еще один персонаж, которого почему-то не было в моем видении. Мужчина, примерный ровесник Норы и Швецова, стоял навытяжку сразу около двери. Очень красивый тип, но какой-то неправильный, настолько неправильный, что это чувствовалось даже вне магического поля. Но понять, что с ним не так, я пока не могла.
Нора, временно оставив в покое сжавшуюся Лену, эффектным движением развернулась в мою сторону. Она вовсе не выглядела на свои реальные «около сорока»: высокая, гибкая, стремительная, физически сильная даже на вид. Большие выразительные голубые глаза изучающе смотрели на меня из-под темной прямой челки, блестящие волосы безропотно лежали в свеженьком каре, ни одна прядь не выбивалась. Я немедленно почувствовала себя распоследней замухрышкой, которая мало того что не помнит, когда стриглась-то в последний раз, так даже не удосужилась ни причесаться, ни накраситься.
— Входи, раз пришла, — совсем другим, мягким голосом сказала Нора и поманила меня к себе. Я вошла. — Ты кто такая? Что здесь делаешь?
— Я Инна, жена Игоря. Живу я здесь, — я решила сразу зайти с козырного туза, потому что… ну, почему бы и нет?
Нору перекосило так, что кого другого это, вероятно, сделало бы уродливым, но кажется, она органически неспособна была выглядеть некрасиво. Еще одним крутым поворотом она развернулась к Швецову:
— Вот так, да, милый? Бес в ребро у тебя, да? Не рановато? Вот так просто, взял и нашёл себе кого помоложе? А что такую страшненькую-то? Это даже как-то обидно!
— Кто бы говорил, Элька, — приглушенно отозвался Швецов. — Ты, вообще-то, тоже какого-то левого мужика в дом притащила.
— Ну какой же он левый? — возмутилась Штерн. — Ты что, не узнал Мишеньку?
Швецов издал какой-то изумленный возглас, но я не стала оборачиваться, я, пользуясь тем, что Нора от нас отвернулась, смотрела на Лену.
Она была несколько потрепанная и машинально держалась за щеку (по которой, видимо, получила незадолго до моего прихода), но в остальном вполне целая. Напуганная, как стадо сусликов, конечно. Но я не столько оценивала её состояние, сколько осознавала тот факт, который какой-то нехороший человек спрятал от моей памяти и сознания: с тех пор, как мы вернулись от Елисеевых, ни Лена, ни я не вспомнили про телепорт от Ирины Евгеньевны, и он до сих пор болтался у Лены на шее. Я забыла! Вообще о нём забыла! Честно говоря, даже если бы помнила, наверное, предпочла бы оставить всё именно так. А вот Лена могла бы и не оценить такое моё желание. Но она… интересно, тоже забыла?
Я подняла руку к груди, как бы дотрагиваясь до воображаемого кулона. Лена сначала нахмурилась, потом изумленно вытаращилась на меня. Я кивнула ей, мол, давай, активируй. Она снова насупилась и помотала головой.
— Мишка? Но как? — спросил где-то там Швецов. — Ты же…
— Он не будет с тобой разговаривать, у него приказа нет.
— Но он ведь…
— Умер? Ну, да. Но не могла же я допустить, чтобы это нас разлучило.
Я осознавала, что там, у Швецова и Норы, происходит что-то крайне странное, и вероятно, когда я всё пойму, я буду ужасно взволнована и перепугана, но сейчас я не могла отвлекаться: я сосредоточилась на гляделках с Леной. Некоторое время мы пялились друг на друга: она не хотела уходить, а я очень хотела, чтобы она ушла сама, без моих заготовочек. Не потому что я такой великий гуманист и против насилия над личностью, а потому что на активацию телепорта уйдет примерно половина маминого накопителя, а он ещё мне самой мог понадобиться. Я достала телефон и развела руками, пытаясь всей собой объяснить ей, что помощи ждать неоткуда, кроме как от неё, если она окажется в кабинетах Комхрана и сможет рассказать, что тут у нас происходит.
— То есть, ты хочешь сказать… — начал Швецов, но Нора резко развернулась ко мне. Глаза у неё на затылке, что ли?
— Что ты тут руками машешь, «жена Игоря»? Я ведь нервная, я и шибануть могу!
— Извините, — всё с той же идиотической улыбкой сказала я. — Проверяла, вдруг интернет заработал.
— Не заработает, не мечтай, — бросила мне Нора. — Здесь всё заблокировано, абсолютно. Ни телепорт, ни средства связи, ничего не заработает, пока я не разберусь, что здесь происходит, — она развернулась к Швецову и с упрёком сказала: — Нет, ну ты мог найти себе хотя бы не такую дуру, а?
— Нет, подожди, — ответил он. — Ты мне скажи: ты что, оживила мёртвого? Я правильно тебя понял? Зачем?!
— Боже, Швецов, какой ты занудный, а! — начала Нора, и я мысленно возблагодарила «занудного» Швецова за то, что снова отвлек от нас норино внимание. Лена, убравшая руки подальше от телепорта, как только Нора развернулась к нам, потянулась к нему, я мысленно тянулась вместе с ней. Ну, давай, активируй!
— А ну, руки! — рявкнула Нора, и Лена замерла в неудобной позе, парализованная то ли испугом, то ли даже магией. Нора в два шага подскочила к ней, стала рассматривать. — Так-так, это что тут у нас? Да неужто телепорт? Думала сбежать, да? Мерзавка неблагодарная! Никуда ты от меня не сбежишь, я твоя мать, в конце концов! Нет, с ума сойти! Стоило на пару недель пропасть, как муж какую-то прошмандовку нашёл и задурил ей голову, а дочь возомнила себя магичкой! Вы чем тут без меня занимались?!
Я тихонько попыталась активировать телепорт сама, но он будто выскальзывал из пальцев и внимания. Раз попытка, два попытка… Как будто в присутствии Норы даже колдовать сложнее, чем обычно!
— Могу рассказать, чем мы занимались, — подал голос Швецов.
Я, вроде бы, смогла нащупать и как-то зацепить вниманием телепорт, осталось только собрать силы, чтобы дернуть хорошенько. Вот и пошел в ход мамин накопитель.
— Обязательно расскажешь, — довольно угрожающе сказала Нора. — Расскажешь, куда ты денешься. А ты, Леночка… дурой была, дурой останешься. Никакой телепорт тебе не поможет, я всё заблокировала. И ты мне ещё отдельно ответишь, откуда ты его взяла. И за это ответишь, и за многое другое. Я уже сердцем чувствую, есть за что. А теперь давай-ка мы для верности его снимем…
Силы всё ещё было не совсем достаточно, но я дёрнула за связующую нас с Леной нить, активируя телепорт. Лена на миг пропала, снова проявилась, как будто не смогла преодолеть поставленный Норой барьер, а потом всё-таки исчезла совсем.
Нора обернулась ко мне. На этот раз — не резко, а очень медленно. И тут мне наконец-то стало страшно.
— Ты! Это ведь ты сделала? Ты даже не представляешь, чем ты мне за это заплатишь!
Откровенно говоря, я как раз примерно это и представляла. И варианты меня совсем не радовали.