День десятый. Прикладная некромантия

— А почему ты решила его приворожить? — спросила я.

— Потому что он мне нравился, — терпеливо разъяснила Нора.

— А ты ему совсем нет? — снова попыталась я, потому что ответ на вопрос мне был вообще непонятен.

— Я ему тоже нравилась, конечно. Я много кому нравилась и нравлюсь, — как нечто само собой разумеющееся, сказала она. Мне захотелось пойти на второй круг с вопросом «а зачем тогда привораживать», но я побоялась всё-таки её разозлить. Видимо, ей было надо с гарантией. Ладно. Непонятно только, зачем.

— Понятно. И что было дальше? У тебя получилось?

— Конечно, получилось, я же специалист, — улыбнулась Нора, но тут же помрачнела. — Месяца два всё было хорошо, а потом он повесился. Вот просто взял и сбежал! От меня сбежал! Представляешь, каков подлец? Так и не сдался до конца. Вот Швецов — тот слабак, он бы так никогда не смог. А Мишенька гордый был. Слишком гордый, за что и платит, — ядовито сказала она, глядя поверх моей головы туда, где стоял тот самый «Мишенька».

Я сглотнула почти вырвавшееся у меня «Швецов не слабак, он смог выжить, и приворот твой его не сломал, как Мишку твоего». Но подумала, вряд ли Нору это заинтересует. По всему получалось, что специалист из неё был довольно-таки однобокий. Те, кто глубоко копал тему с точки зрения этики, знали, что привороты, особенно неадекватно сильные, пагубно воздействуют на психику, приводят к зависимостям, психическим болезням, депрессиям и — да, самоубийствам тоже. Так что ничего такого уж особенного в поведении Мишки не было. Скорее уж, удивительно в этой истории, как не свихнулся Швецов. Нора то ли этого не понимала, то ли игнорировала этот факт, как недостаточно удобный.

— Ты обиделась? — спросила я.

— Конечно, я обиделась. Конечно! Я его подняла, когда ещё сорока дней не прошло. Подлатала, починила, он не совсем полноценный, своей воли у него нет, но все системы функционируют, с ним спать можно, он тёплый, и сексом заниматься, для этого думать не надо, там моторной памяти хватает и команд.

Офигеть, подумала я. Офигеть, офигеть, я думала, я знаю, что такое жуть, но жуть — она вот.

— Но как ты смогла так быстро найти способ его поднять? Без драконов это стало невозможно…

— Все возможно, если думать головой, — сердито парировала Нора. — Можно подумать, свет клином сошёлся на ваших драконах. Я тогда убила феникса и василиска, получился отличный комплект.

У меня окончательно порвался в голове какой-то шаблон. Я пыталась представить Нору молодой девушкой, студенткой, убивающей феникса и василиска — довольно опасных тварей.

— Как ты жива-то осталась?!

— Не преувеличивай, не так уж это сложно, — отмахнулась она. — За последние полвека они все разленились, привыкли, что маги на них не охотятся, стали непуганые. К тому же, феникса я птенцом убивала, так было эффективнее. Так что было просто. Сложнее было пробраться на территорию заповедника, собственно, но я нашла там одного идиота, приворожила, он меня пустил погулять по волшебному лесу, романтично же.

— Феникс и василиск, — всё ещё в шоке повторила я. — Если это так… ну, не просто, но в принципе, возможно, то почему этого никто не знает?

— Кто «никто»? — передразнила Нора. — Я вот знаю. Кому надо — все знают. Просто никто не пользуется, потому что рецепт несовершенный. Дорого и непрактично.

Я глубоко вдохнула, впуская в себя спокойствие Швецова. Почему ты не убегаешь, идиот?!

— И что не так с рецептом?

— Во-первых, как я уже сказала, воли нет, — поморщилась Нора. — Так что я даже не могу объяснить этому идиоту, как глубоко он был не прав. Я с ним даже поговорить могу, если прикажу ему разговаривать. Но он скажет, что я прикажу. Потребую сказать, что он был не прав, — он скажет. А я хочу, чтоб он понял!.. — Нора чуть не сорвалась на крик, но осеклась и продолжила уже более спокойно. — А во-вторых, он требует регулярного вливания силы. Еженедельного или вроде того. Без этого у него начинают все органы сбоить. Так что мне приходится постоянно, каждую неделю искать какие-то источники. Каждую неделю порция силы, представляешь? Причем не от животного, а от мага, причем не от абы кого: сила может ещё и отторгаться. В общем, проблем — море, много так не поднимаешь, неуязвимости этот рецепт не даёт… дорого, хлопотно, никому не нужно.

— Да, сложно, — признала я. — И как ты искала энергию?

— Поначалу покупала. Обменивала на всякие непростые ингредиенты, я человеку печень бастет, он мне силу. Потом поняла, что это совершенно невозможно, каждую неделю искать нового мага, да и слухи идут странные. И завела себе названную сестру.

— Зачем? — не поняла я. Спросила — и тут же поняла.

— Так чтобы из неё же силу и тянуть! — изумилась моей непонятливости Нора. — Установила над ней ковенную связь старшей и брала, сколько было нужно. Но она была так, на несколько лет, пока Лена росла, и то периодически приходилось все-таки других доноров искать. Вот Лена действительно решила эту проблему, из неё можно было брать, и она спустя несколько часов вставала и шла себе дальше, а не как эта малохольная, которая потом сутками лежала и страдала.

— Как её угораздило стать твоей сестрой?

— А её никто не спрашивал, — отрезала Нора.

— Она хоть жива?

— Нет.

Нора вдруг стала настолько лаконична, что мне показалось, что эту смерть она не планировала.

— Что, не потянула нагрузку?

— Да нет. Я, видишь ли, к тому времени поняла, как сделать этого идиота, — она покосилась на «Мишку», — живым по-настоящему. Чтобы не только тело, рефлексы и память, но сама жизнь его снова была.

Я закрыла глаза, справляясь с паникой, открыла снова.

— По-прежнему без драконов?

— Конечно, где ж я тебе их возьму! Я всё придумала, ритуал был рабочий, но там нужно было очень много всего редкого, да к тому же тёмненького, с пытками и прочим. И человеческая жертва. Родственный мне или мертвецу маг. Ну, я попыталась сделать это с Ниной… а она не потянула! Слишком слабая. Я на неё так надеялась, я столько денег вложила в ритуал, а в результате пшик, и сама умерла, и мне не помогла. Ну, зато подпитала Мишку мне на полгода вперёд, хоть какое-то время можно было об этом не думать.

— Обидно, наверное, — только и смогла выдавить я.

— Не то слово!

— Ты обещала мне рассказать, зачем тебе, собственно, Лена. Я так понимаю, примерно за этим же?

— Ну да, ты всё правильно понимаешь, — благосклонно кивнула Штерн. Вошел Швецов с подносом, поставил перед нами кофейные чашки. Нора взяла свою, а я свою не взяла, потому что не могла пошевелить руками. Она недоуменно посмотрела на меня, потом легким взмахом сняла путы на моих руках. — Давай, пей кофе. А я, так и быть, расскажу и про Лену. А ты, Швецов, садись, тебе тоже будет полезно послушать.

Он сел, магические путы снова поползли по нему.

«Ты совсем идиот?!» — мысленно гневно вопрошала я. Но увы, в отличие от Швецова, я-то ни мысли, ни настроение, транслировать не умела, а потому так и осталась непонятой.