Глава 17

Арина Еще никогда в моей квартире не было столько людей. Квартиру для девочек на этом же этаже, как оказалось, еще не подготовили и ночевать мы должны были все в моей. Площадь в ней позволяла, но вот спальных мест на всех точно не было. – Тебе придется спать на диване в гостиной, – сказала я Серафиму, пока раскладывала нарезку для позднего перекуса на тарелки. Чайник уже закипал, а в пузатом заварнике настаивалась заварка. Не видно было только Пирата, который наверняка прятался в моей спальне. Я поставила закуски на стол и уселась на свой любимый стул. Сложила руки и уткнулась в них подбородком. Какая ирония, ведь я часто представляла, как мы живем вместе и вот так ужинаем после рабочего дня. – Я неприхотливый, посплю, где скажешь, – усмехнулся Серафим и стащил кусок буженины в рот. Я машинально шлепнула его по руке, чтобы не начинал есть без остальных и резко одернула руку назад – таким домашним мне показался этот жест. Он смотрел на меня, а я на него, а внутри словно плотина крошилась. – Извини, я просто голодный. Давай я позову девочек, и мы поедим. – Иди, – отвела я взгляд. И выдохнула только, когда он ушел. Внутри все болезненно стянуло, будто старый шрам потревожили. Я потерла шею и плечо и постаралась успокоиться. Мне с ним целый год жить. – Как все вкусно, – радостно проговорила Даша и усадила Ярославу рядом с собой. – Тебе что положить? Есть сырная тарелка, мясная нарезка, овощи и куриные ножки в панировке. – Можно мне сыр и овощи? – попросила Ярослава, солнечные очки она не сняла, закрывая слепые глаза. – Сейчас положу, а себе… курочку хочу сил нет, – рассмеялась Даша и принялась за еду. А я наблюдала за ними и червь зависти зашевелился внутри. У меня не было подруг. У меня не было никого. После предательства Серафима я закрылась окончательно в своей клетке. – Приятного аппетита. – Спасибо, Арина, – ответила Ярослава, и внутри вдруг зажегся маленький огонек. Тени отступили. Я улыбнулась краешками губ – сильная она все-таки шаманка, очень сильная, даже ведь не дотронулась. Я не стала дожидаться окончания ночного ужина, встала из-за стола, пожелала всем спокойной ночи и ушла. Пусть поговорят втроем, в конце концов они из одной стаи, им есть что обсудить без меня. В спальне под плетеным креслом сидел Пират, свернулся там в клубок, светил одним желтым глазом. Второй он потерял по вине мучителей. Я его отбила у подростков котенком. В тот день, наверное, как никогда радовалась своей силе, потому что, будучи обычной девушкой против троих переростков вряд ли бы смогла выстоять, а вот с магией – легко. Они так испугались начавшегося воздушного представления с летающими мусорными баками, что визжали как трусы и буквально швырнули в меня котенка. Вот так мы и нашли друг друга. – Вылезай, никто тебя не тронет, – позвала я ласково кота и протянула руку. Тот нехотя вылез, запрыгнул на колени и принялся тереться. Он очень не любил чужих, а еще хорошо чуял недобрые намерения. К дяде он даже на метр не подходил. Я гладила короткую шерстку и старалась не думать о том, когда увижу, как Пират прячется от Серафима. Почти перед рассветом мне захотелось пить, а я так спешила уйти с кухни, что не взяла свою бутылку с водой в спальню. Вылезла из теплой кровати, накинула верхнюю рубашку к пижамным штанам и на цыпочках пошла на кухню. Лунный свет проникал в гостиную через край задернутой шторы и освещал полоску около дивана, где спал Серафим. Он подложил под голову маленькую диванную подушку, а ноги прикрыл коротким пледом, из-за чего ступни все равно торчали наружу. Он разделся до футболки и домашних шорт, поэтому я хорошо видела его сильные руки. Сердце моментально забилось быстрее, откликаясь на скользнувшие в сознании воспоминания. Я отвела взгляд, но резко вернула его обратно, удивленно вскинув брови – около мощной груди серо-дымчатым калачиком мирно спал мой кот, улегшись мордой на согнутую руку волка. – Возможно, нам стоит дать шанс, – прошептала я и мотнула головой, продолжив свой поход на кухню. *** Как только Арина ушла, Серафим открыл глаза и дернул уголками губ, пытаясь не улыбаться – еще рано радоваться. Он погладил под челюстью мохнатого наглеца, который заурчал и запрокинул морду выше, выпрашивая ласку. Серафим в силу своей волчьей природы кошек не особо любил, но этот кот ему понравился. Как и он маленькому хозяину квартиры. Первый шаг сделан. *** С утра меня ждал неприятный сюрприз – меня решил проведать дядя. Он приехал с самого утра, оттеснил меня в коридоре и быстрым шагом вошел в гостиную. Я сразу же побежала следом. Не хватало, чтобы дядя устроил скандал, но он не устроил, он просто замахнулся и ударил Серафима по лицу, разбив ему губу. Я вскрикнула и моментально закрыла его ледяной стеной. – Дядя, объяснитесь! – Ариша, что тут объяснять! Или ты забыла, как он с тобой поступил? Я посмотрела на Серафима и увидела, как желтеют его глаза, как бугрятся мышцы на руках, подчиняясь волне оборота. Он бы накинулся на дядю, если бы не моя стена. Не хочет, чтобы тот ворошил прошлое? Или бесится из-за того, что дядя недоговаривает? Я собиралась все наконец-то выяснить. – Дядя, Серафим теперь мой защитник на период передачи поста. Прошу сдерживаться. Дядя весь покраснел от злости. Нет, от ярости. Он был настолько разгневан, что вокруг его тела летали искры, а моя стена тихонько истончалась под силой его жара. – Хорошо, но только ради тебя. На самом деле я приехал за ученицами, хотел забрать их на вводный курс в магуправление. «Врет», – спокойно констатировала я для себя, но вида не подала. – Я попросила Маргариту их отвезти. Не нужно было отрываться от дел ради такой обычной процедуры, – улыбнулась я фальшиво. Ледяная стена стала совсем тонкой, еще чуть-чуть и осыпется. «Или ее пробьет Серафим». – Ты, наверное, не завтракал, как обычно. Давай я заварю кофе. Дядя кивнул и тоже натянул фальшивую улыбку, но магия его наконец-то пришла в баланс. Я увела его на кухню, кинув через плечо на Серафима предупреждающий взгляд, чтобы он не смел продолжать конфликт. Но он на нас и не смотрел. Ушел в свои мысли. Вскоре я позвала и девочек. Они, конечно, слышали ругань, но сделали вид, что вышли из комнаты сразу после сна. Не хотели создавать для меня неловкую ситуацию. Мне таких понимающих подруг очень не хватало. Да и вообще не с кем было даже по магазинам пройтись. – О! – воскликнула я, чем немного огорошила всех. – Вещи! Сегодня после обеда идем на шоппинг. Проверим баланс ваших карт, – хитро подмигнула я им, жаль, что только Даша это увидела, но Ярослава мило улыбнулась: почувствовала по интонации. Я сделала себе пометку в голове – отвести ее к знакомому врачу, может, возможно, восстановить зрение. – Мы только с удовольствием, – радостно ответила Даша, а дядя вздохнул и закатил глаза: – Женщины. – Самые настоящие, – ответила ему и налила горячий кофе. Себе с девочками сделала матчу, а в качестве еды быстро приготовила тосты с авокадо и рыбой, а дяде подогрела самолепные сырники. Серафим так и не пришел, но я не стала звать из-за дяди. Уже после того, как все ушли, а я сообщила Маргарите, что ей можно ехать прямо в магуправление, Серафим зашел на кухню. – Будешь завтракать? – спросила я, хотя ведь прекрасно знала, как едят волки. – Не откажусь, – сухо ответил он и уставился на сахарницу. «Даже смотреть на меня не хочет. Ну ладно, переживу». Тут я уже приготовила яичницу с колбасками. Достала банку с огурчиками, но открыть не получалось. – Так, где эта чертова открывашка, – пробубнила себе под нос, держа банку в руке, но Серафим мягко забрал ее у меня и одним щелчком открыл крышку. – Всегда пожалуйста, – усмехнулся он правым уголком, а я сглотнула от до боли знакомой картинки в собственной памяти. Он стал старше, заматерел, но вот улыбка. Это была его улыбка. – Спасибо, – тихо ответила я и выложила на тарелку хрустящие огурчики. Съел, а вернее, умял мою еду он за три секунды, но добавку не попросил. Согласился на чай и пряники, но в первый же глоток поморщился и дернул губой. – Подожди! – спохватилась я. – Сейчас нанесу средство. У тебя же кровь пошла. Как ты вообще ел? – кричала я из ванной, где перебирала всякие снадобья. В моей аптечке вперемешку были привычные лекарства и снадобья от шамана стаи Ворона. Порой аптечное помогало быстрее, но вот ауру восстанавливало просто ужасно, поэтому я постоянно комбинировала лекарства. Я вернулась с баночкой из темного стекла и аккуратно сняла ткань, пропитанную пчелиным воском. По кухне сразу же разошелся малоприятный запах. – Я надеюсь, это не из куриного говна сделано? – нахмурился Серафим, а я усмехнулась: – Тебе не все равно? Знаешь, как эта мазь быстро заживляет… Серафим весь напрягся и перехватил мое запястье. От его теплого прикосновения мой пульс подскочил, а его зрачки расширились. – Тебе кто-то причинил вред? – голос у него был глухой. Я зависла, а потом разозлилась: – Вред мне причинил только ты. – Мореглазка, я не… – начал говорить Серафим, но вдруг подавился, кашлянул и замолчал. – Говори! Давай, скажи мне наконец правду, почему ты так со мной поступил! Серафим сглотнул: – Я не… – он весь напрягся, зажмурился, рот его искривился, а из уголка рта потекла кровь. Я кинулась к нему, схватив руками его лицо. – Серафим, остановись! – крик мой был испуганный, а не приказной, поэтому волк не сразу прекратил личную пытку. Я вытерла большими пальцами кровь и замерла, когда Серафим ласково погладил мои запястья и мягко сжал их. – Я в порядке. Не переживай. – Нет, ты далеко не в порядке. Что это? Заклинание «Молчание»? Серафим мотнул головой и застыл, но желваки по его скулам так и ходили. Я села рядом и принялась наносить мазь на губу. Он не шевелился, смиренно выдерживая мои прикосновения. Жар от его тела перешел и на меня, всколыхнул внутри забытое томление. Возбуждение побежало мурашками по телу, но я из последних сил сдерживала свой порыв поцеловать его. «Вот тебе и месть, Аринка. Быстро ты растаяла от его взгляда». Но ведь Серафим и смотрел так, что все внутри сжималось. – Скажи, – закончила я наносить целебную мазь. Пахла она, действительно, ужасно, но под прозрачным слоем было видно, как восстанавливается кожа. – Если бы мой дядя был обычным магом, вне нашей семьи, никакая не родня мне, то что бы ты сделал, если бы этот человек ударил тебя? – Убил, – глухо ответил Серафим, глядя прямо мне в глаза. И столько жажды мести было в них. Настоящий Зверь. К вечеру я уже так устала, что подумала отменить поход по магазинам, но у девочек ничего с собой не было, а я как ответственная за них не хотела бы оставлять их с Маргаритой или еще с кем-то, кого, например, выделил бы для этих целей дядя. Он и так влез, пытаясь снова изолировать меня от любых новых контактов, и я несколько лет не понимала, что никакого блага он мне не желает, зато методично удалял из моей жизни людей. Я подняла голову от документов и посмотрела на Серафима. Он сидел в дальнем углу в моем любимом «книжном» кресле, в котором я сама часто читала книги, чтобы отдохнуть от работы. И вообще, если уж говорить начистоту, ненавидела, когда в моем кабинете присутствовали посторонние. Даже мой помощник – Василий заходил, отдавал нужный материал для работы и сразу же исчезал, а Серафим просидел здесь все шесть часов и я совершенно не реагировала на его присутствие. Наоборот, работалось легче, дела спорились. Я снова опустила взгляд на документы и задумалась о том, что я все меньше верю в ту историю с разрывом нитей. Тогда я была очень уязвима, меня легко было убедить в чем угодно, особенно имея веские доказательства. Но глядя сейчас на Серафима, я начинала все больше и больше сомневаться. Не мог он так играть. Быть таким послушным. Я снова произнесла это слово в голове и улыбнулась. Я ведь это и хотела – сделать его покорным, задеть его волчью гордость. Но похоже мой план провалился: Серафим без магического приказа выполняет все, что я попрошу и всеми силами старается не создавать для меня поводов для расстройств. Я потянулась и громко выдохнула: – Все! Надоело работать! Поехали по магазинам! Серафим сверкнул на меня глазами, усмехнулся и сказал: – Ты же хотела сначала карточки проверить? Мало ли ребята поскупились. Я тихо рассмеялась и махнула на него рукой: – На это хватит. Если что добавлю. Вот в чем я точно не нуждалась, так это в деньгах. У магов, оказывается, была зарплата и даже официальное трудоустройство, где я числилась заведующим отдела информационной обработки данных. И платили хорошо, уж точно не по тарифу архивных работников. Квартиру мне выдали, и она закреплялась за мной до самой смерти. Машина была корпоративная. Так что тратить деньги мне было не на что и не на кого. Только иногда я баловала себя сумками, которые, честно говоря, мне даже носить было некуда. Так и складывала их в пыльниках в шкаф. Ну у каждого свое хобби, а у меня вот такое. Серафим на мой ответ прищурился и серьезно сказал: – Я не хотел бы, чтобы ты тратила свои деньги, поэтому ты можешь смело воспользоваться моей картой. Сначала я хотела отказаться, сославшись на то, что что вряд ли у Серафима были большие накопления, но тут во мне заиграло женское тщеславие. Мне захотелось за столько лет взять потратить деньги мужчины, который сам их предлагает. У девочек были их Пары, и мне так остро захотелось тоже иметь хоть тень такой заботы. Эта постоянная самостоятельность что-то во мне убивала, какую-то нежность, мягкость. Я все дальше и дальше уходила от желания завести семью. Все меньше представляла, каково это, когда у тебя есть муж и дети. Мне казалось, что это абсолютно несбыточное желание в моей жизни. Но забрав девочек на обучение, я вдруг снова ощутила это желание быть любимой. Выйти замуж. Завести детей. Или оно появилось не из-за девочек, а из-за Серафима? – А вот и не откажусь! – лукаво улыбнулась в ответ. – И не плачь потом, если потрачу все твои деньги. Серафим ничего не ответил, но улыбка у него стала шире. Коварнее. И я решила точно потратить все! В отделении банка, куда мы зашли до галереи магазинов, я лично проверила карты и удовлетворенно кивнула – не поскупились ни разу. С такими цифрами можно было идти во все бутики, хотя я подозревала, что девочкам это было не нужно. Они радовались не самому шопингу, а совместной прогулке. – Так, мне тоже выдали карточку на траты, – покрутила я черный пластик. – Давайте узнаем, сколько мы сегодня транжирим. Девочки улыбнулись, а Даша хитро сощурилась: – Под ноль? – Под нулевой баланс, – ответила я задорно и приложила к системе считывания. Серафим сообщил мне ПИН-код, и когда я набирала его, то вдруг поняла, что это день и месяц нашей первой встречи – девятое сентября. Интерфейс мигнул и показал текущий счет. Даша заглянула в экран и нахмурилась. – Это номер счета? Я ошарашенно смотрела на огромную сумму, которую при всем моем желании я не смогу спустить на шопинг. – Нет, это сумма, – проговорила я медленно и повернулась к Даше. – Кем у вас в стае числится Серафим? Она задумалась и уточнила у Ярославы: – Яр, ты помнишь, кто у нас Серый в стае? Девушка покачала головой. – Я знаю, что он друг Ральфа и Ониксима. Он не часто появлялся в стае. Всегда уезжал по делам. – Я надеюсь, это не криминальные деньги, – сказала я и подскочила от холодного голоса волка: – Надо же какого ты плохого мнения обо мне. Я просто пахал как проклятый, а ты меня уже в криминал определила. Я обернулась и виновато ответила: – Я прошу прощения, но я не смогу взять твою карту. Это слишком много, Серафим. Он сжал челюсть до желваков, но карту не забрал. – Трать. Я этого хочу. – Спасибо, Серафим, – вдруг ответила за нее Ярослава. – Мы проследим, чтобы Арина купила самые дорогие покупки. Я почувствовала тепло, то самое, когда тебя обнимают заботливые родные руки, и не стала спорить с шаманом. Значит, Ярослава считает, что мне это нужно, а кто я такая, чтобы спорить с такой талантливой девушкой.