Глава 23. Звезда

От его ласки мне хочется расплавиться на месте. Представить, что не было этих пяти-шести лет ужаса, придумать, что Вульф — мой первый и единственный мужчина, забыть о ребенке и убийстве, будто не было ничего… Я хочу быть нормальным человеком, хочу быть счастливой.

Как же мало и как много мне не хватает…

Утыкаюсь в плечо Игоря и тихо плачу, потому что этот миг — самое прекрасное, что могло случиться в моей жизни.

Я знаю, что больше так не будет, знаю, что любая сказка заканчивается, а мои всегда с плохим концом.

— Хэй! Булавка моя, не кисни, — шепчет Вульф и нехотя отстраняется. Он мокрый, липкий и такой горячий, что кажется, можно обжечься. — А теперь в душ, — как у него получается быть таким громадным, но удивительно гибким — не знаю. Он двигается, словно кот, ласково перехватывает меня на руки и несет куда-то. Успевает и целовать, и нежно кусать, и распалить огонь в животе так, что я снова хочу почувствовать его силу внутри себя. Я всегда боялась отношений, думала, что состарюсь никому ненужная, а появился он, дикий волчонок, и разрушил мои «напрасные надежды». Ничего не вижу, потому что жмурюсь и давлюсь слезами.

— Нюня, придется тебя еще разок отлюбить, чтобы ты, как радуга, светилась всеми цветами наслаждения, — Игорь вблизи пахнет бергамотом, я вцепляюсь в его шею и не могу ответить из-за странного ощущения невесомости. Только шепчу:

— Говори еще…

В ванной просторно, намного просторней, чем в гостиной. Успеваю рассмотреть интересный терракотовый с золотым дизайн, пока Игорь стаскивает с меня юбку и расстегивает рубашку. Я лифчики не ношу, грудь слишком маленькая, а последнее время еще и денег на нормальное белье не хватало.

— Извини, что так спонтанно, — оправдывается Вульф, — я просто изголодался.

— А как же студентки?

— Невкусно.

— А учительницы?

— Самый смак, — касается пальцами ключицы, ведет вниз, а затем по шее вверх и вплетается в мои волосы. — Только ты прячешь свою красоту.

— Если бы не концерт, никогда бы и не посмотрел в мою сторону?

— Вера, — он игнорирует мой вопрос и задает свой: — От кого ты прячешься? Зачем пытаешься слиться с толпой?

— Пожалуйста, Игорь, — губы говорят, но голос исчезает, — молчи. Прошу тебя.

— То говори, то молчи, — кривится Вульф. — Да не мрачней, — щелкает меня по носу. — Я все понимаю, больше пытать не буду. Не хочешь, не говори, мне лично все равно, что там было Вчера, главное, что Сегодня ты моя. МОЯ. Ясно?

Сквозь пелену слез смотрю в разогретую карамель его глаз и понимаю, что не хочу для него своей судьбы, нужно оторвать Игоря от себя, даже если будет слишком больно.

Смотрю на огромную ванну и сглатываю. После моего душа в виде сломанного крана с холодной водой все это удивительно-заманчиво. Я будто попала в другой мир.

— Так, я понял, — Игорь придерживает меня за талию, а сам наклоняется к крану. — Душ в другой раз, — и включает воду в ванную. — А пока ты будешь купаться, я приготовлю нам что-нибудь пожрать. А то я скоро тебя слопаю вместо курицы.

— Я…

Он останавливает меня жестом, поворачивает меня к встроенному шкафу лицом. Это больше, чем у меня дома вся мебель. Да что там — у меня и вещей нет. Две три юбки, джинсы, пару простых рубах, свитер и набор трусов. А еще чемодан под кроватью, как обязательный атрибут. На всякий случай.

— Там есть полотенца, а в нижнем, — показывает Игорь рукой, вторую ладонь держит на спине, не отпускает меня, — найдешь чистый халат. Да, еще, — Игорь целует меня за ухом и, отстранившись, тянется к другому шкафу в углу. Достает пузатую баночку. — Только у меня нет женского шампуня, придется тебе моим.

— Обойдусь, не нужно. Я могла и в душе сполоснуться.

— Могла, но я хочу, чтобы ты расслабилась, — Игорь кажется мне другим. Уютным, теплым и домашним. Будто на улице, в кожанке — это другой человек, а здесь он преобразился и стал собой. — Это соль с ароматом лимона и апельсина. Тебе понравится.

Щедро насыпает на крышку золотые камушки и отправляет их в ванну. Они кружатся в танце и окрашивают воду нежно-оранжевым цветом.

— Забирайся, — подает мне руку, но, когда я медлю, сам приподнимает за талию, будто куклу, и окунает ноги в теплую и приятную негу.

Мне хочется обнять его, сказать спасибо, но я боюсь. Мне кажется, что счастье пойдет трещинами, развалится, улетит прочь. Что я сейчас проснусь, и мужчина со сладкой улыбкой из-под тонких усов растает придуманной дымкой.

— Вера, — Игорь гладит меня по щеке, трогает губы, — я не идеальный, но обещаю, что тебе будет хорошо со мной. Просто живи и наслаждайся. Это просто.

— Будет ли тебе хорошо со мной? — медленно опускаясь в теплую воду, справляясь с нежными колючками. Блаженство… Как я давно такого не испытывала. Не думала, что простое купание может дарить такие ощущения.

— У меня нет сомнений, — улыбается Вульф. — Да и можем же мы попробовать? Я согласен на любое твое условие, только бы ты больше не убегала. Поиграем дальше?

— Поиграем? — опустившись еще ниже, позволив воде почти накрыть тело, я смущенно прикрываю грудь ладонями, потому что Игорь не сводит с нее глаз и облизывается.

— Ну-у-у, не прячься, — он собирает мои руки и поднимает их над головой, а сам наклоняется и, слизывая воду, щекочет языком соски. Игорь раздет и не стесняется, а меня немного ведет от его близости, он наглости и настойчивости. Я боюсь, что врасту в этого мужчину и не смогу оторваться. А вдруг случится так, что мне придется бежать? Как я потом буду жить дальше?

— Ву-у-льф, ты невозможный, — выбираюсь из плена его рук и зарываюсь пальцами в идеально подстриженные волосы. — У тебя нет случайно в тех баночках на полке местной амнезии и волшебной пыльцы преображения?

— Я сделаю тебя такой сумасшедше-счастливой, что ты все свои беды забудешь и, как звезда, воссияешь, — опускает руку и, как медуза, плещется под водой, прошивая тело приятными колючками. — И лекарство не понадобится. Я стану твоим лекарством.

— Что ты делаешь? — смеясь от щекотки, пытаюсь спрятать грудь одной рукой, а низ живота и самое интересное — другой.

— Хочу тебя по-всякому, вот что, — коварно ухмыляется Игорь и играет густой бровью. — А еще, — он шагает по животу, раздвигая воду, двумя пальцами и замирает возле пупка, обводит его по кругу и ныряет внутрь, заставляя меня застонать. — Ты станешь умолять продолжать, а я буду выкупать за каждый оргазм новую песню.

— Не слишком ли дешево? Песен не хватит, — сдерживаюсь, чтобы не задрожать. Теплая вода обнимает со всех сторон, а легкие прикосновения вымещают из меня Меня. Хочу, как черепашка, спрятаться в своей печали и невыносимой жизни, но Игорь ласково выманивает наружу, как настоящий охотник, и, погружая руку ниже, высекает из меня искры.

— Я напишу новые. Тысячи, миллионы новых…