Глава 44

Поверить не могу! Это моя малышка!

Внутри полупрозрачной оболочки виднелась крошечная, не больше двух кулаков, фигурка. Она шевелит белыми ручками, темными ножками и, чувствуя мое волнение, пытается свернуться в клубочек.

— Она прекрасна! — выдохнул Энке, прикладывая ладони к кокону. Если бы арханы могли плакать — наверняка бы уронил скупую слезу. Вей тоже, не отрываясь, смотрел на наше чудо, потому что, несомненно, малышка взяла что-то от каждого.

— Архаси! — его черные руки легли поверх моих и пепельных.

Вокруг нас сомкнулось плотное кольцо архов, однако мне не страшно. Они, тоже невероятно ошеломленные, пребывали в трансе и не то что навредить — шелохнуться не могли, как и я, разглядывая наше долгожданное чудо.

Энке по запаху уверен, что это девочка. Но кто бы внутри не был, моя кровиночка, с восьмью ножками и четырьмя ручками, самое прекрасное из того, что я видела в бескрайнем космосе.

Сердце сжималось от нежности. Меня распирало от счастья и нахлынувшей эйфории. Как и всех нас.

Я прижала к груди плодное яйцо и всхлипнула. Какая же она красивая!

— Вей, у нее твои ножки и брюшко. А ручки твои, Энке. Наверно, она будет похожа на тебя, — улыбнулась ошеломленным архам, боявшимся дышать рядом с архаси.

Для меня она махонькая. А в сравнении с рослыми, мускулистыми архами — невероятная крошка.

Первым в себя пришел Энке.

— Приди в себя и скоординируй движ-шение, — боднул локтем Вейнаша. — А я сделаю все, чтобы архасеньке было комфортно.

— Архасеньке с Никой комфортно, — не отрываясь от нашей девочки, прошептал Вей.

— Сколько в своей жизни ты видел рождений королевских архаси? — с вызовом парировал пепельный принц. — Они долж-шны рош-шдаться в гнезде, скрытые ото всех, заш-шишеные от заразы. — И красноречиво оглядев застывших вокруг архов, прорычал: — Смотри! Архасеньке холодно!

И верно. Моя крошка подтянула к груди все восемь ножек, обняла себя ручками и сразу уменьшилась до точки с пульсирующим сердечком.

Я испуганно посмотрела на Энке.

— Доверься мне! — прошептал он низким, тягучим голосом, наполненным невероятной нежностью. И приняв из мои рук кокон, быстро запеленал в паутину и… прикрепил к своей груди.

— Раз гнезда и подходяш-шего места нет, тут для нее будет безопаш-шнее всего. — И, предвосхищая вопрос Вейнаша, пояснил. — Когда окрепнет — смош-шешь подерш-шать! — Но по глазам вижу, что у него включились инстинкты, и теперь не только Вей-соперник, но и я нескоро буду допущена к малышке. Пусть так, лишь бы ей было хорошо. Лишь бы она подросла и окрепла.

Вей же не намерен был так просто сдаваться. И тогда пепельный, повернувшись к нему боком и прикрывая «ношу», соизволил объясниться подробнее.

— У Ники тело прохладнее, чем требуется. Ты не можеш-шь вырабатывать запах, необходимый Арха-шеньки. И отвечаес-шь за безопасность. — Сверкнул алыми глазищами. — Нам лучш-ше скорее добраться до нового гнезда. Ведь архаш-шенька показала, што одобряет мой выбор! — И бережно погладив кокон ладонями, блаженно улыбнулся.

Даже не знала, что он может так улыбаться! А Вей так сердиться.

Умом мы понимали — Энке прав, но как же хотелось подержать ее!

— Скорее! — Вей собственноручно усадил меня пепельному на спину. — В укрытие!

— В гнеш-шдовье! — торжественно уточнил Энке.

— Если попытаешься сбежать — я… — Вей до хруста сжал ладони.

— Бежать? — хмыкнул ехидно принц. — Я дома! — И гордо вышагивая, направился к гнездовью.

Стоило нам сдвинуться с места — за нами поспешили остальные архи. Только выглядят они странно, даже страшно капельку.

— Они нас-слаждаются ее запахом. Рош-шдение архаси — великий праздник для гнезда! — Энке повернул голову и посмотрел на меня. — Ты… ты… — Нелегко ему дались слова. — Ты, Ника, нас-стояш-шее сумасш-шествие! У меня голова круш-шится от счастья!

Я прижалась к его спине, положила голову на алебастровое плечо, а руку протянула следовавшему за нами Вею.

— Мы молодцы! — прошептала.

Два арха кивнули, и под шелест многочисленной «свиты» мы прошли через защитные ворота.

В сравнении с пепельным, наше новое гнездовье казалось миниатюрным, однако защитным сооружениям из сиата позавидовала бы Инсшара. Есть отличная вентиляция и самые необходимые залы. Конечно, сначала нам будет тесно, зато потом…

Я мечтательно улыбнулась.

— Вей! Ты проделал огромнейшую работу, — сжала его ладонь. — Мне здесь нравится. Очень.

— Да, вышло лучше, чем я ожидал, — Вейнаш погладил мою руку.

— Я же говорил! — Энке огляделся по сторонам, оценивая скромный, почти спартанский интерьер. — Поищу подходящее место.

— Зал-колыбельная на пятом ярусе, — сообщил Вей удивленному арху. — Но я еще не все успел до конца обустроить.

— Надо же, — Энке задумчиво оглядел его. — Я и черный архан в одном гнезде.

Вей фыркнул. Я улыбнулась. Ведь главное, что все хорошо.

***

Вдохновленные, обредшие надежду, мы трудились не покладая лап и рук.

Организовывать быт с нуля — сложно. Пришлось с первого дня установить ограничение на ежедневные порции еды. Меня пытались по-прежнему баловать вкусностями, но я сама ограничивала себя. Кроме того, несмотря на уговоры Марухи и архов отлеживаться и набираться сил, носилась по гнездышку и ломала голову, как обустроить теплицы, как научить архов выращивать новые виды плодов…

Будучи в земной жизни ладшафтным дизайнером, я многое знала о цветах и суккулентах. Теперь же у меня мало знаний, зато имеется огромное желание учиться и помогать.

Я постоянно допытывалась и сверялась с Энке, обладавшего обширными сведениями об обустройстве гнездовья. Хорошо, что в срочном порядке посланные во время эвакуации за семенами эвгер и Ажт, вернулись, и теперь я, с помощью помощников, налаживала теплицы.

Высшие архи, оказавшиеся не по своей воле безгнездыми мятежниками, разбирались в космолетах, оружии и многом другом, достойном уважения и восхищения. Но что касается обустройства гнездовья — почти ничего не знали.

Из-за бедствий были утеряны опыт, записи, хроники — все то, что нам бы так пригодилось сейчас. Поэтому пепельный принц, имевший большой опыт управления гнездовьем, как старший, объяснял бывшим мятежникам как верно надо отстраивать жилище.

— Пусть по уму вы предлагаете верное решение, но оно не подходит, — терпеливо объяснял он. Вынашивая архаси, ему хотелось спокойствия, размеренности, тишины, да куда там.

— Почему? Это же оптимальное реш-шение. Самое удобное место! — недоумевали Кашн и Сааш — два помощника Вейнаша.

— Оно не подходит. Я чувствую, — изящная белая кисть пепельного принца легла на живот, где прикреплена наша малышка. — Можете сделать по-своему и увидите разницу.

— У нас нет времени, — вмешался Вей, останавливая спор. — Делайте, как он объяснил.

Энке, висевший на паутине, вздохнул, обхватил живот конечностями и, оттолкнувшись от стены, начал медленно раскачиваться. Ему тоже несладко.

Когда советники ушли, и мы остались втроем, я попросила:

— Покажи ее! Ну, пожалуйста!

— Рано еще! — проворчал он.

— Ну пожалуйста!

Оглядев нас с Вейнашем, Энке все-таки медленно спустился, осторожно подцепил острыми когтями паутинки кокона, раздвинул, образовывая окошко, и мы с Веем ахнули.

Малышка и вправду подросла. Только…

— У нее твой цвет волос! — прошептал Вей, боясь громким голосом напугать архасеньку, которою я назвала Настенькой.

— Верно. Только у меня они… ммм… другого оттенка, — я пригляделась внимательнее. — У Настюши скорее алые, более холодного цвета.

Мы втроем склонились над яйцом — и наша архаси, смутившись, повернулась к нам спинкой, явив волосики.

— Быть не может! — переглянулись Энке с Веем.

— Синшу! — по связи вызвал Вей дока. — Срочно ко мне!

Не прошло и минуты, как в зал влетел док.

— Что-то с архаси? — взволнованно спросил он.

— Посмотри!

Едва док подошел — и… закачался, как пьяный. Вей подхватил его, чтобы он не упал на подкошенных лапах.

— Нет… Нет! Невероятно. Невозможно! Не может быть! — твердил Синшу, медленно протягивая все четыре дрожащие руки к кокону.

Энке ловко встал к шокированному доку спиной и угрожающе зашипел, показывая, чтобы тот не смел приближаться.

— Ничего не хочешь объяснить? — хмурый Вейнаш сжал плечо дока.

— Ника оказалась носительницей генов краповых арханов, — выдохнул Синш.

— Что?! — выпучил глаза Энке.

— После введения королевского яда? — догадался Вей.

— Да, — подтвердил обессиленный док, падая на колени.

— Невозможно! Откуда у вас яд краповых? — прищурился принц. — Они все давно вымерли!

— Для тебя берег последнюю ампулу, — пробурчал Вейнаш.

— Тише! Тише! — я встала между ними. — Этого не может быть! У меня в роду архов точно не было! — Посмотрела на дока, ожидая подтверждения, однако он поднял желтые глаза и прошептал:

— Мы хотели спасти тебя, и Вей согласился отдать последнюю ампулу. Цепочка ДНК-ка яда вопреки всему встроилась в твою цепочку и прижилась. Да, это было невозможно. Но не просто так архана Вейнаша с первого взгляда привлек твой запах. Ты, Ника, пусть и выглядишь иначе, однако в твоей крови течет кровь краповых архов.

— Но их не осталось! Ни одного! — прорычал Энке.

— Я остался, — сверкнул глазами док. — Последний из краповых. И готов был на все, чтобы отомстить за наше вымирание, но… оказалось, что теперь…

— Теперь архаси наследница пепельных, черных и краповых архов, — озадаченно подытожил Вей, потирая щеки.

— С ума сойти! — выпалил Энке и свернулся в клубок.

Больше допроситься показать Архасеньку мы не смогли. Слишком шокированным оказался пепельный принц. Как и Вей. Друг к другу они начали привыкать, но тут еще к архасеньке краповые примешались… Даже я в шоке.