Глава 31

Тёплая вода мягко обволакивала тело. Тонкие струйки воздуха нежно массировали со всех сторон. Лёжа в ванной в своей комнате, я все никак не могла успокоиться. Всё ждала: вот сейчас ворвётся Никлс, и все повторится, как в тот раз. На коже выступили мурашки от воспоминаний, резко стало холодно и неуютно.

–Так, кажется, пора выбираться из своего «убежища», поздно уже, да и вода почти остыла, – мысленно уговаривала я себя, отчаянно отгоняя страх от возвращающихся воспоминаний, было стойкое ощущение дежавю.

Казалось бы, иррациональный страх, но с учётом того, каким в последний раз я видела Никлса, вполне оправдан. В который раз мысленно вернулась к нашей прогулке.

Всё шло хорошо, за короткое время я узнала много нового и ценного. Не хотелось признавать, но Никлс мог быть вполне обходительным, и если не знать, что внутри него скрывается жестокий зверь, то можно вполне поддаться его обаянию. Вот и с лордом Зельхом он сдержался и вёл себя вполне достойно, хотя я-то видела, как ему хотелось устроить драку прямо там, на аукционе.

Если честно, мне и самой в присутствии синеглазого лорда было не по себе. Даже сложно понять ту бурю эмоций, что он вызывал во мне одним только своим взглядом, не говоря уже о прикосновениях. Потому, когда мы почти сразу после разговора покинули аукцион, я искренне радовалась.

Вот только состояние Никлса настораживало, он весь кипел от злости и не замечал, как время от времени до боли сжимал моё запястье. Я старалась молчать и вообще прикинуться тенью, стать громоотводом хотелось меньше всего.

Всё поменял сигнал, поступивший на гаджет лорда, скрытый под кожей левого запястья.

– Извини, маленькая кьёри, но на сегодня наша прогулка закончена. Нужно срочно вернуться домой.

Его взгляд потемнел, стал жутким от той жажды смерти, что мгновенно вышибла весь воздух из моих лёгких. Видимо, дома его ждут неприятности. Что там Зельхом говорил об официальном запросе? Если причина в этом, то я даже не знаю, радоваться или наоборот. Неужели отец не в курсе покупки очередной рабыни? Если так, то он сейчас очень-очень недоволен такой подставой от собственных сыновей.

– Как скажете, мой лорд, – прошептала, чтобы не дай бог не всколыхнуть ту жуткую муть, что сейчас бесновалась внутри Никлса. Ещё и голову опустила от греха подальше.

В короткий срок мы оказались в родовом гнезде Мориданов. На пороге Никлс жадно меня поцеловал, властно сминая губы, до боли прижимая к своему телу и не обращая внимания на крутящихся рядом слуг. Ни оттолкнуть, ни возмутиться я не успела, он сам отстранился и молча исчез в глубине дома. А я осталась одна, ничего не понимающая и не знающая, чего ждать дальше.

Потоптавшись на месте, развернулась и пошла ко входу в гаремное крыло. Мне срочно, просто необходимо было поговорить с Шейной. Отвлечься от панических мыслей, а там, возможно, всё прояснится. Ведь впереди ещё совместный обед.

Вот только никакого совместного обеда не случилось. Меня никто не беспокоил вплоть до самого ужина. Такое неожиданное игнорирование тревожило ещё больше. Я не знала, что и думать, раненым зверем металась по комнате и заваливала Шейну вопросами. Бедная, она, как могла, меня поддерживала, хотя сама находилась не в лучшем состоянии.

Сдаваясь под моим напором, рассказала всё, что знала о заключении и расторжении договора. Пункты о расторжении она изучила с особой тщательностью, чтобы, не дай боже, нарушить хоть один из них и вылететь из гарема, но не из дома лорда. Там столько всего было накручено, что у меня мозг вскипал. Я отчаянно цеплялась за любую надежду, а Шейна тут же вдребезги её разбивала.

– Нея, да пойми же ты наконец! Чтобы бороться, ты должна чётко знать, что именно прописано в твоём договоре. И даже если ты каким-то способом получишь его копию, шанс устоять против семьи, входящей в состав совета, мизерный, я бы даже сказала нулевой.

– Но я не хотела себя продавать, и, судя по дате, сделка незаконна!

Мы уже разговаривали на повышенных тонах, хотя это больше походило на шипение кобр. Каждая стояла на своём до последнего.

Я понимала Шейну, она хотела мне помочь, так как пока зависела от меня. А я с упрямством носорога пыталась залезть на плаху и самолично натянуть себе петлю на шею. Именно так Шейна воспринимала мой порыв пойти против могущественной семьи.

Она раз за разом говорила, что им проще меня тихо убрать, нет причины - нет проблемы. Никто не станет меня искать, ну разве что дотошный синеглазый лорд, и то это, скорее, из области моих личных мечтаний. Сдалась я ему, такая проблемная.

– Санея, по поводу незаконности: уверена, при желании они всему найдут веское оправдание. Например, тебя могут представить как истинную керу Никлса, и этого будет достаточно. – Шейна откинулась на спинку дивана и устало прикрыла глаза.

Всё, выдохлась бедняжка, допекла я её. А вот мне словно ушат холодной воды на голову вылили.

Замерла, обхватив себя руками, и чуть не завыла, понимая всю тщетность своих попыток доказать что-то по закону. Кера, ну конечно, Кристоф говорил же об этом, и если подтвердится, то всё. Трепыхаться бессмысленно, только себе сделаю хуже.

Но как же тяжело это признать, и ещё тяжелее – смириться. Ведь, насколько я поняла, во время признания своей истинной происходит нечто вроде привязки, основанной на сильных эмоциях, и это не любовь. Драгам это чувство вообще незнакомо, страсть, похоть, вожделение – вот три кита этой связи.

Теперь понятно, почему Никлс так старался затащить меня в постель, но выжидал, правда, после трёпки Кристофа. И всё же… А ведь Кристоф говорил, что, скорее всего, я кера для обоих, а это уже вовсе ни в какие ворота. Двойная привязка? А я вообще выдержу? Не превращусь в пустую, на всё согласную куклу?

– Санея, перестань себя изводить. Судя по твоим рассказам, не всё так плохо. Ещё ни с одной рабыней Никсл не был так терпелив, а это уже много значит. Поверь, я знаю, о чём говорю. Не сопротивляйся. – Не заметила, как Шейна подошла ко мне и неловко обняла. Погладила по голове, тихо вздыхая и покачивая, словно ребёнка.

– Спасибо, Шей, ты, наверное, права. Извини, мне нужно побыть одной.

Это было правдой. Сейчас мне нужно было побороть сковывающий изнутри холод и просто поплакать, но без свидетелей. Шейна понятливо кивнула, ещё раз вздохнула и ушла.

А я погрузилась в подобие транса, тихо плакала, пока горло не заболело от постоянного комка горечи, а нос не заложило так, что дышать я могла только через рот.

Очнулась, только когда Шейна осторожно коснулась моих плеч. В комнате витали ароматы еды. Рот тут же наполнился слюной, а в желудке требовательно булькнуло.

– Нужно поесть и привести себя в порядок. Не нужно, чтобы кто-то ещё видел твою слабость. Особенно Руная и её подпевалы.

Не согласиться с Шейной я не могла. Как бы там ни было, пока я здесь, нужно быть осторожной. Жизнь у меня пусть и не радостная, но одна. Этого достаточно, чтобы взять себя в руки и, стиснув зубы, иди дальше.

Быстро приняв душ, потянулась за полотенцем и со всей силой растёрлась до красноты и лёгкого жара под кожей. Пористый камень, устилающий пол ванной, холодил голые ступни. Не очень приятные ощущения, и я поспешила в комнату – быстрее упасть на кровать и закуклиться в одеяло. Закрыть глаза и наконец-то распрощаться с этим нервным днём.

Ага, размечталась! Не зря не хотела выходить. В комнате меня ждал сюрприз в лице уже знакомой служанки, что утром собирала меня на прогулку, и очередного «подарочка», заботливо разложенного на кровати.

– Всё, птичка кьёри, отлеталась, – обречённо вздохнула, с опаской рассматривая великолепный пеньюар.

Он был шикарен, тут не поспоришь. Светло-зелёный нежный шёлк переливался на свету, а тонкие кружева более тёмного, почти чёрного оттенка гармонично его украшали. Трусиков не было, и это стало контрольным выстрелом. Сомнений не осталось: сегодня я точно не усну, а если и усну, то не одна.

Ксана, поприветствовав, споро приступила к своим обязанностям. Ещё раз тщательно растёрла моё тело полотенцем, нарядила в шёлковое великолепие, высушила волосы и, красиво подкрутив кончики, оставила их распущенным.

Всё это время девушка молчала, от утренней разговорчивости не осталось и следа. Но мне хватало её понимающих взглядов, изредка пойманных в зеркале, а уж о сквозящей восторженности откровенно мутило. Её радости я не разделяла, хотя мои глаза также лихорадочно блестели, но точно не от предвкушения предстоящей встречи.

Я ожидала, что, как и в прошлый раз, меня куда-нибудь поведут, но нет. Ксана, закончив с приготовлениями, поклонилась и, пожелав приятной ночи, шустро скрылась за дверью. Мне оставалось только ждать и теряться в догадках. Нервничая и мечась по комнате.

Время шло, но никто и не думал появляться. Я уже устала, день и так выдался тяжёлым, и повторная встряска лишила последних сил. Решила ждать лёжа, но не просто так, а выпустив свой дар, готовая в любой момент дать отпор. Я, конечно, понимала, что очень рискую, но ждать другого, более удачного случая не собиралась.

Было уже поздно, почти все в гареме мирно спали. Не знаю, сколько я так пролежала, вслушиваясь в ночную тишину, но, видимо, усталость взяла своё, и я уснула. Очнулась от лёгкого касания к своей щеке.

Чужое тепло рядом мгновенно вышибло остатки дрёмы. Напряжённая, словно струна, сжала руки и резко открыла глаза.

Ожидала увидеть Никлса и даже приготовилась отправить того в уютное беспамятство, но вместо его зелёных глаз с головой окунулась в подрагивающую темноту.

Рядом на постели сидел Кристоф, собранный и серьёзный. Только глаза выдавали, что драг вовсе не истукан, а тоже умеет чувствовать.

– Отдохнула? – тихо шепнул Кристоф, просунул руку мне под шею и потянул, заставляя приподняться. Подчинилась, всё ещё пребывая в лёгкой растерянности. – Вот и хорошо. Силы тебе сейчас очень понадобятся. Пойдём.

Кристоф легко поднял меня с кровати, окинул оценивающим взглядом и неожиданно поцеловал. Горячие губы мягко коснулись моих, обхватили нижнюю, пососали и потом перешли на верхнюю. Язык повторил, нежно проведя по губам, тут же скользнул внутрь. Настойчиво толкнулся в сжатые зубы, провёл вдоль и опять нажал.

Мой рот медленно, но верно захватывали в сладкий плен. Тёплая волна уже растекалась по шее вниз, к груди, делая её особенно чувствительной. Кристоф словно почувствовал и, нежно обхватив одну грудь, пальцами чуть сжал сосок.

Сделала резкий вдох, непроизвольно расцепив зубы, и тут же задохнулась от новой горячей волны удовольствия. Поцелуй углубился, стал более жарким, требовательным. Казалось, мой разум оказался в вакууме и сейчас на первый план вышли инстинкты.

Я не хотела этого поцелуя, и, возможно, веди себя Кристоф более нагло и жёстко, я бы отреагировала сразу, а так с опозданием. Роковым для моей твёрдой уверенности, что смогу, выстою, выдержу и не дрогну.

Стыд и злость за собственную слабость холодной иглой воткнулись в сердце, мгновенно отрезвляя.

Дёрнулась, сгорая от бешеного желания немедленно оттолкнуть, прекратить это безумие. Пусть внутри всё противилось и кричало об опасности, но я решительно сняла щиты и выплеснула свой дар на драга.

Нет, я не хотела убивать, даже в таком состоянии не смогла бы, но хотя бы отключить на время. Кристоф – сильный противник, я это знала, потому использовала дар на всю мощь.

Этого должно хватить, чтобы попытаться сбежать, всё равно других вариантов не было. Глупо? Ещё как! Вся прежняя рассудительность разбилась о предательство собственного тела. Мне было приятно, очень приятно, и это выбивало из равновесия, раздирало противоречиями изнутри.

– Ну же, давай! – взвыла мысленно, направляя ментальный импульс на Кристофа.

Драг вздрогнул и отстранился. Его тёмный взгляд, словно магнит, притянул мой. Руки больно сжали плечи. Взгляд Кристофа оставался ясным, ни намёка, что он сейчас завалится в бессознательности.

Стало безумно страшно. Как?! Как такое возможно?! Неужели настолько силён?

– Удивлена? Признаться, я тоже не ожидал, что твой дар такой силы. Но так даже лучше, теперь я уверен, что сделал правильный выбор. – Каждое его слово больно и резко ударяло в грудь, разливаясь морозом по коже и душа надвигающейся паникой.

– Отпустите, мне больно! – вскрикнула, отчаянно упираясь руками в его грудь.

Бежать, немедленно! Это единственное, о чём я сейчас могла думать. Он знал, знал о моём даре! Как, когда? Чем я себя выдала? Дура, какая же я наивная дура, поверила в собственную гениальность и попала в ловушку.

Что теперь? Я покушалась на лорда, наследника, а за это смерть. Задёргалась ещё сильнее, провоцируя Кристофа, пытаясь разозлить эту непрошибаемую скалу. На него подло покушались, а он стоит и скалится, даже не пытается свернуть мне шею. А это значит, что меня будут убивать долго и мучительно.

– Нет! Не хочу, лучше сейчас, сразу! – слова вырвались с отчаянным хрипом, дыхание сбилось, а в горле сердце отбивало сумасшедший ритм.

– Всё, успокойся! – рыкнул Кристоф, легко блокируя все мои отчаянные трепыхания. – Вижу, ты знаешь, что тебя ждёт за глупую выходку. Но есть альтернатива. Времени на обдумывание у тебя нет, придётся сразу дать ответ. Готова выслушать?

– Вся внимание, – тихо огрызнулась, боясь сделать глубокий вдох, так сильно сжимал меня Кристоф.

Я думала, он меня отпустит, да куда там. Так и стояли, сплетённые телами, продолжая сверлить друг друга взглядом. Вот только если я для Кристофа была открытой книгой, сдерживать эмоции просто не осталось сил, то драг был невозмутим, разве что сердце, стучащее под моей ладонью, чуть ускорилось да кожа стала горячее.

– Ты так мечтала о свободе, так к этому стремилась – признаю, это вызывает уважение. Обычно анефрийки чуть ли не сами вешаются на шею, а тут дева с характером, да ещё и одарённая. Я предупреждал, но ты не слушала, а какой истинный драг откажется от охоты? Ты попыталась, но закономерно проиграла. И всё же я предлагаю тебе выбор. Смерть по законам драгов или одна ночь с нами, – шептал он мне на ухо не хуже змея-искусителя, обволакивая сознание своим невероятным голосом.

– С нами?! – встрепенулась, широко раскрыв глаза. Спину прошиб пот, пальцы ног закололо.

– Ц-ц-ц, – укоризненно покачал Кристоф головой. – Неужели у тебя такая короткая память? Я же говорил, что, возможно, ты наша с братом кера и ритуал признания мы проведём втроём. По-другому не получится.

– Нет!

Взгляд Кристофа потяжелел, темнота в его глазах казалась осязаемой, живой, готовой в любой момент наброситься на меня и уничтожить.

– Почему же так категорично? Только не ври, что я тебе неприятен. Твоё тело очень хорошо откликалось на мои недавние ласки, и это только лишь небольшая прелюдия. Уверен, дальше тебе станет ещё лучше, но для этого ты должна принять не только меня, но и Никлса. Ну же, подумай, всего одна ночь, – протянул он, обжигая губы своим дыханием, остановившись в провокационной близости от них. Казалось, ещё чуть-чуть – и он опять поцелует.

– Меня смущает одна ночь, не верю. Тем более, как я поняла, она будет не простая, а ритуальная.

Попыталась мысленно собраться. Загнать панику поглубже и наконец-то включить разум. Как жаль, что я не могу на себе использовать свой дар. Не получается по щелчку отключать все чувства, так было бы намного проще. Но отодвинуть на время вполне получилось. И тут я поняла, что умирать не хочу, очень. Но и соглашаться после его демонстрации хитрости тоже глупо. Одна ночь, как же! Так я и поверила!

– Ты правильно поняла. Всё решится в эту ночь. Если не подтвердится твой статус керы, обещаю, мы тебя просто отпустим. На следующий же день, и даже выдам минимум необходимого, и документы в том числе. Но тебе придётся подписать бумагу, что оказалась в нашем доме временно и добровольно. А если ты всё-таки наша кера, то извини, тут уж мы никуда тебя не отпустим, да ты и сама не захочешь уходить. По-моему, отличная альтернатива смерти. Согласна?

– Вы сделали всё, чтобы не оставить мне выбора. Я только не понимаю, к чему все эти сложности? Вы же лорд, а я ваша рабыня, можно было сразу проверить, кера я или нет, не дожидаясь согласия.

– Вот тут ты ошибаешься. Ритуал признания не терпит насилия, – не стал юлить Кристоф и тут же поторопил: – Итак, каков твой выбор?

И что я могла сказать? «Нет» равносильно смерти, а «да» – противное испытание и мизерный шанс на свободу. Хотя где гарантии, что меня действительно отпустят? Единственное, что приходило на ум, – это потребовать слово лорда.

Ну а что, мне терять нечего, могу и понаглеть. Я вообще сейчас неадекватна, как и любое живое существо, загнанное в угол.

Но… если лорд не обманывает и у меня действительно есть шанс стать свободной, и не просто иномирным бомжом, а с документами и даже средствами, чтобы не сдохнуть с голода в первые же пару дней…

То, что я не кера Никлса, была уверена. Не испытывала я к младшему лорду ничего, кроме омерзительного страха. Хотя наша прогулка чуть смягчила горькие воспоминания, и всё же…

Если скажу «да», простым поцелуем точно не отделаюсь. Оба брата побывают во мне, и я даже в мыслях не должна буду сопротивляться. Иначе договор потеряет силу, а вот что дальше, даже думать не хочется.

– Я согласна, – озвучила своё решение, запирая мешающие чувства на замок. – Но вначале я хочу получить слово лорда, что выполните обещанное. Если я не окажусь вашей керой, отпустите на следующий день, с документами, сменной одеждой и деньгами, достаточными на месяц скромного проживания в небольшом городке вблизи столицы.

– Я не сомневался в твоей разумности, Санея.

Он коснулся моего браслета своим запястьем, и произошла вспышка. У него под кожей тоже засветился браслет, только более широкий. Кристоф чётко и громко повторил нашу договорённость, слово в слово.

– Слово лорда Кристофа Моридана, старшего сына лорда Фригера Моридана! – торжественно закончил он свою короткую речь. Браслеты тут же погасли, и меня повели к проявившемуся в стене портальному переходу.

Сделала глубокий вдох и шагнула вперед. Прочь все сомнения и метания. Выбор сделан, назад дороги нет. Эту ночь я отдам только Кристофу, его глаза станут моим якорем. Представлю, что это просто танец, древний как мир и вовсе не постыдный.

Двое? Пусть. Справлюсь. Что и как происходит между мужчиной и женщиной, для меня не секрет, пусть и теоретически. Главное – пережить ритуал, реветь и рвать на себе волосы буду потом.