Глава 32

Портал вывел нас в небольшую пещеру без намёка на естественный выход. Как подтвердилось позже, прийти сюда можно только порталом, так же как и выйти. Ловушка захлопнулась, пути назад нет. Жаль, что не страдаю клаустрофобией, с каким бы удовольствием уплыла в беспамятство, изрядно подпортив планы хитрохвостым. Я же не нарочно, но чего нет, того нет.

Привыкая к полумраку, медленно осматривалась вокруг. Стены, смесь крупного камня и земли, плавно переходили в потолок. Там свисали гирлянды мелких цветов, странным образом растущих на светлых корнях, что прочной сеткой обвивали крупные булыжники, тем самым укрепляя стены и свод пещеры.

Но не это было самым завораживающим, а небольшой природный бассейн со светящейся золотым водой. Почти ровный круглый провал в каменной плите, заменяющей пол. Именно это было здесь основным источником света. Жёлтые блики красиво играли на стенах и потолке, придавая этому месту волшебства.

Вокруг бассейна был широкий ковёр пушистого светлого мха. Ещё такие же полянки были у стен. Правильной овальной формы, они походили на матрасы, словно специально разложенные самой природой для отдыха. Хотя не удивлюсь, что так и есть. Странная пещера, и, хотя она полностью закрыта, дышалось легко. В воздухе ощущался аромат влажной земли, приятная сладость распустившихся цветов и ещё чего-то едва уловимого, но приятного.

– Милая кьёри, вот мы и встретились снова, – неожиданно вынырнул из-за спины Никлс. Он оттеснил Кристофа в сторону и прижал меня к себе. – Я успел соскучиться. – Его хвост крепко обвил бёдра и, шустро поднырнув под халатик, стал медленно водить мягкой кисточкой по животу, иногда провокационно спускаясь ниже.

Замерла как кролик перед удавом. Спину жгло от прижавшегося мужского тела, он как печка дышал жаром в затылок. Тонкая ткань пеньюара вовсе не мешала прочувствовать стальные мышцы груди, живота и упирающийся в поясницу член в полной боевой готовности.

Боже, да он голый!

От шока поперхнулась воздухом и шумно выдохнула. Никлс понял это по-своему, его член дрогнул, драг качнул бёдрами и сжал ещё сильнее. Казалось, одно резкое движение – и зверь сорвётся. Подомнёт под себя и просто растерзает. Потому прикусила язык и проглотила дерзкий ответ. Вместо этого спросила о пещере:

– Где мы? Что это за место? – попыталась осторожно вывернуться из объятий, якобы в порыве восхищения и нестерпимого любопытства.

Но кто бы мне позволил? Разве что смогла немного развернуться и увидеть Кристофа. Он стоял чуть сбоку и раздевался, аккуратно складывая одежду на специальную полку.

– Это особое место. Посторонним попасть сюда самостоятельно невозможно. Только тут мы можем отдохнуть и расслабиться, не ожидая подлого удара в спину. Кермит не позволит. Убьёт на месте любого, кто попытается хоть как-то нам навредить.

В последней фразе явно звучало предупреждение мне. Дар есть, а вот воспользоваться нельзя. Чревато. Боюсь, даже мою попытку поубавить пыл одному слишком нетерпеливому драгу и снизить градус его страсти кермит может посчитать угрозой.

Кристоф говорил тихо, развернувшись ко мне и вновь затягивая в тёмный омут своих глаз. Его тонкие пальцы медленно расстёгивали одну пуговицу на рубашке за другой.

Я смотрела, не в силах отвести взгляд, с ужасом понимая: мне нравится то, что я вижу. Рубашка отправилась к остальным вещам на полке, а я заворожённо наблюдала за игрой мышц под бронзовой кожей. Красив, чертяка, глупо отрицать очевидное.

Как Кристоф избавился от штанов, мне посмотреть не дали. Тихо рыкнув, Никлс развернул меня к себе лицом и впился в губы жадным поцелуем. Прикрыла глаза и приоткрыла рот, поддаваясь страстному напору.

Не скажу, что было неприятно, но и искры не пробежало. Никлс неистово толкался в рот языком, посасывал и покусывал то мои губы, то кончик моего языка. Оставаться безучастной не получалось, и я вступила в эту странную схватку, пытаясь тоже укусить в ответ, но значительно сильнее.

– Пора от этого избавиться, мешает, – хрипло рыкнул Никлс, прервав поцелуй.

Чуть отстранившись, он одним движением сорвал с меня халатик. Спустил бретельки сорочки с одного плеча и нежно поцеловал ключицу, а потом переместился на шею.

– Согласен, – шепнул мне на ушко подошедший со спины Кристоф и проделал то же самое с другим плечом.

Шёлковая ткань медленно и мягко скользнула вниз. Я оказалась совершенно голая, зажатая между двумя горячими мужскими телами. Возбуждение драгов было красноречивым, я его очень хорошо ощущала, животом и поясницей. Кожа к коже, горячо, дико, стыдно и… волнительно. Особенно когда Кристоф подхватил меня на руки и понёс к бассейну.

Никлс шёл впереди, и я отчётливо видела, как сокращаются мышцы ягодиц и бёдер, как напрягаются мышцы спины, красиво подчёркнутые золистыми бликами от воды. Ну и хвост, качающийся из стороны в сторону в такт его шагам, не стался без моего внимания.

Никлс, подойдя к бассейну, обернулся, убедился, что я не бьюсь в истерике, пытаясь вырваться, и нырнул. Красиво вошёл в воду и исчез в золотистой глубине.

Мамочки! Как же там глубоко!

Вид сверху шокировал. Вода была кристально прозрачной, и мне было хорошо видно, как Никлс мощными гребками уходит ещё дальше на глубину. Туда, где дно переливалось золотом и пульсировало, словно живое. Неужели это и есть их загадочный кермит?

– Не волнуйся, мы не позволим утонуть ни нам, ни тебе. Смотри, – поспешил успокоить меня Кристоф, видимо, почувствовав, что я начинаю паниковать.

Не то чтобы я не умела плавать, но глубины боялась. Особенно когда там, под тобой, находится нечто непонятное и опасное.

Тем временем Никлс достиг дна и, на мгновение прижавшись к нему, плавно встал в полный рост. Золотистое свечение на миг усилилось, и Никлс стал подниматься на поверхность. Словно под ногами у него была прозрачная, но прочная платформа. Когда уровень воды достиг грудной клетки, подъём прекратился. Никлс довольно улыбнулся и протянул к нам руки.

– Иди ко мне, маленькая кьёри, не бойся.

Легко сказать «не бойся», когда всё внутри дрожит от мысли, что вот сейчас всё и произойдёт.

Посмотрела на Кристофа, молча прося не отдавать меня. Путь он будет первым, рядом с ним мне было спокойнее. Несмотря ни на что, верила, что он сам не сорвётся в жестокую страсть и брату не позволит.

– Ты же знаешь, сегодня вместе, втроём. Попытайся не думать, просто слушай своё тело, не отрицай чувства, что вызывают наши ласки. Кермит поможет, уберёт лишнее, мешающее тебе расслабиться, – прижавшись к щеке, тихо шепнул Кристоф и тут же передал брату.

Аккуратно поддерживая меня за талию, Никлс позволил выпрямиться, но оставил в подвешенном состоянии, крепко прижимая к себе. До дна я не доставала, и неудивительно, если считать, что я ниже их ростом, и если им вода по грудь, то я уйду с головой.

Вода оказалась тёплой, она приятно обволакивала тело, мягко сдавливая со всех сторон, дарила чувство лёгкости.

Никлс смотрел на меня неотрывно, подмечая каждую эмоцию на лице, но целовать не спешил, хотя его взгляд то и дело возвращался моим губам. Тихий плеск за спиной, и вот я опять оказалась зажата между двумя мужскими телами. Дыхание сбилось от осознания собственной беззащитности.

Кристоф перехватил меня у брата, развернул, и теперь я зависла лицом к нему. Никлс зарылся руками в волосы, мягко помассировал макушку, затылок, плавно перешёл на шею и плечи. Сжав волосы в кулак, он потянул за них вниз, заставляя запрокинуть голову. Кристоф тут же мягко прижался к губам, обвёл языком по контуру и замер между ними, ожидая, когда я сама открою рот в ответном поцелуе. Я сдалась, ощущая, как по коже распространяется щекочущее тепло.

Там, где соприкасались наши тела, становилось жарче. Этот жар проникал под кожу, пульсировал и обжигал, лавой растекаясь по венам, изнутри лаская каждую чувствительную клеточку моего тела. Этот жар усиливал каждое прикосновение драгов, концентрируясь на моих губах, плечах и груди, постепенно опускаясь ниже.

Кристоф целовал долго – то нежно, то напористо, медленно, но верно утягивая в чувственный водоворот. Не оставляя ни единого шанса на сопротивление. Я знала, что так будет. Сложно устоять, когда два красавца, пусть и инопланетных, самозабвенно ласкают твое тело, пытаясь вызвать ответное удовольствие. Хотя могли просто взять – грубо, как хочется, не церемонясь.

Для ритуала достаточно моего согласия, а об обоюдном удовольствии никто не говорил. Я боялась, что в итоге не устою. Как женщина я давно уже созрела, и тело требовало естественной разрядки.

Это сейчас и происходило, я чувствовала приятную тяжесть внизу живота, влажность между ног. Слышала собственные стоны удовольствия, когда Никлс, обхватив мои груди, стал умело ласкать соски. Он то нежно кружил вокруг, поглаживая и нажимая большим пальцем, то сжимал сосок, перекатывая его затвердевшую вершинку между пальцами, то оттягивал, пощипывая.

Это было невыносимо приятно, словно разряды молний проходили от соска к низу живота, скручиваясь там в спираль и пульсируя.

Я стонала в губы Кристофу, впиваясь в его плечи руками, с не меньшим жаром отвечала на поцелуй. Полная капитуляция, позорная, и, скорее всего, я об этом ещё не раз пожалею, но другого выхода не было. Такова цена за свободу, за жизнь.

– Теперь моя очередь. – Никлс обхватил мой подбородок и повернул к себе. – Тоже хочу попробовать на вкус сладость твоих стонов и окунуться во влажную мягкость твоего ротика.

Никлс накрыл мои губы своими в требовательном поцелуе. Не было нежности, только жар едва сдерживаемого желания, жадность и смешанное дыхание. Он пил меня, а я его, вздрагивая и постанывая от каждого проникновения его языка в мой рот.

Второй рукой Никлс перехватил мои руки, приподнял и завел назад, заставляя обхватить его за шею. Два хвоста обвили ноги чуть выше колен и развели в стороны, полностью открывая меня для мужских ласк. Кончики хвостов поглаживали внутреннюю сторону бедра, иногда нервно подрагивая и шлёпая по коже, не больно, скорее приятно. Особенно когда они подбирались к самому сокровенному и мягко проводили вдоль, с краю, едва касаясь складочек.

Я оказалась подвешена в воде, удерживаемая хвостами и руками, это добавляло особой терпкой нотки к общему фейерверку чувственности. Кристоф переместил руки на ягодицы и приподнял чуть вверх – так, что головка его члена уперлась в клитор. Качнув бедрами, он толкнулся вперёд, надавливая на пульсирующую точку, но не проникая внутрь.

Он скользил головкой между влажных складок. Дразня и возбуждая ещё больше. Его рот тем временем терзал мою грудь. Лаская языком соски, посасывая и покусывая их так, что внутри меня уже все горело. Мышцы внизу живота болезненно пульсировали и сжимались каждый раз, когда его член замирал у входа и опять скользил вверх, задевая клитор.

Это было на грани. Губы горели и немного саднили, припухли и стали невероятно чувствительными. Моё тело стало одним чувствительным нервом, сладко вздрагивающем от лого прикосновения. Казалось, я плавлюсь изнутри, пустота внизу стала невыносимо болезненной. Уже в полубреду сама подавалась навстречу, но каждый раз Кристоф удерживал, железной хваткой впиваясь в ягодицы.

Гормоны взбесились, голова кружилась как от вина, и мне казалось, что ещё чуть-чуть – и я не выдержу, сгорю изнутри. Взорвусь от той пустоты, что образовалась внизу и требовала естественной заполненности. Кажется, каждая клеточка моего тела замерла в ожидании ласки, а получив, посылала такие разряды удовольствия, что я, уже не сдерживаясь, выгибалась под руками и губами драгов, громкими стонами и всхлипами прося большего.

– Сейчас! – рыкнул Никлс, на мгновение отрываясь от терзания моих губ.

Одной рукой я продолжала удерживаться за шею Никлса, а вот второй вцепилась в плечо тяжело дышащего Кристофа. Его глаза стали полностью чёрными, нечеловеческими, вытянутый зрачок пульсировал красным в центре этой темноты. Чешуя на лице проступила более отчётливо и даже проявилась на плечах и груди. Такие же метаморфозы произошли и с Никлсом, только бездна его глаз была зеленой.

Замерла напряжённо, чувствуя, как головка члена Кристофа уперлась между складочек, одно движение – и он ворвётся внутрь. Его член был не таким толстым, как у брата, но длиннее. Твёрдый и горячий, он сейчас вздрагивал от каждого моего движения, сильнее вдавливаясь между влажных складок, медленно проникая внутрь.

– Т-ш-ш, маленькая кьёри, не стоит бояться. Мы и так на грани, – хрипло прорычал Никлс.

Он подхватил меня под рёбра одной рукой. Ладонью накрыл одну грудь и, сажав между пальцами сосок, стал его поглаживать и пощипывать, срывая с моих губ очередной стон. Кристоф качнул бедрами, и упругая головка полностью вошла в меня.

Вскрикнула от новых болезненных ощущений. Мышцы внутри напряглись, жадно обхватывая головку и растягиваясь. Кристоф рыкнул и прикрыл глаза, больно сжав мои ягодицы, но дальше пока не двигался. А я замерла, боясь пошевелиться, ощущая чужеродное внутри себя и боясь, что не могу принять его полностью. Слишком большой для меня, слишком много для первого раза.

Возбуждение немного притупилось и, возможно, совсем сошло бы на нет, но Никлс не позволил. Демонстративно облизав два пальца, он опустил руку вниз и накрыл лобок. Медленно провёл по складочкам и раздвинул их, облегчая Кристофу проникновение. Большим пальцем круговыми движениями стал ласкать клитор. Тело пронзила острая, на грани боли, вспышка удовольствия.

Внутри стало нестерпимо горячо и ещё более влажно. Кристоф тут же впился в мои губы и толкнул бёдрами. Член вошёл почти наполовину и уперся в девственную преграду. Я замычала, почувствовав болезненное давление там, внутри, но меня держали крепко, в четыре руки и два хвоста.

Следующий толчок был более болезненным, и я не сдержала вскрика. Боль была ощутимой, внутри саднило и пощипывало. На глаза навернулись слёзы, хотелось немедленно избавиться чувства члена внутри себя. Наполняя своей бархатистой горячностью, он растягивал внутренние мышцы, подстраивая под себя.

Непривычное ощущение причиняло дискомфорт. В инстинктивном желании прекратить эту пытку попыталась подтянуться на руках, чтобы член выскользнул из меня. Наивная глупышка, сама спровоцировала Кристофа, и он больше не стал ждать, а начал двигаться. Помог приподняться, выскальзывая не до конца, и потом медленно насадил на себя так, что я прочувствовала его член по всей длине. Никлс продолжал ласкать грудь и клитор, возвращая притухшее возбуждение.

Постепенно неприятные ощущения сошли на нет. Кристоф был терпелив, пока я не застонала от его очередного медленно-тягучего вторжения. Для него это послужило сигналом, и он начал двигаться более напористо. Два медленных и неглубоких толчка – и тут же один резкий, на всю глубину.

Член Никлса скользнул между ягодиц и при каждом новом движении Кристофа тёрся о чувствительную кожу, добавляя приятной остроты полыхающему в низу живота пожару страсти. Кристоф двигался в едином ритме, не останавливаясь, пока я не подошла близко к пику наслаждения. Вот тогда он выскользнул из меня и замер, тяжело дыша, прижавшись своим лбом к моему, царапая острыми чешуйками нежную кожу.

Такого я не ожидала. Мышцы внутри дрожали от невероятного напряжения, болезненно реагируя на неожиданную пустоту. Мне до судорог, до покалывания во всём теле необходимо было вернуть восхитительное чувство наполненности. Вновь соединиться с мужчиной так, как задумано природой.

Вцепившись в прочную, покрытую чешуёй кожу плеч Кристофа, приподнялась и опустилась, желая сама насадиться на его член, что сейчас горячо пульсировал, прижимаясь к клитору.

Да! Упругий и горячий член толкнулся внутрь, но он оказался толще, потому протиснулся с трудом. Никлс – теперь он меня наполнял собой. Растягивая до предела, до небольшой боли и дискомфортного давления. Казалось, одно неосторожное движение – и внутри все лопнет, порвётся. Возможно, так и было бы, если бы Никлс был первым, но Кристоф меня хорошо подготовил. Мышцы уже привыкли, а смазки было достаточно, чтобы я смогла принять более крупный член Никлса.

И всё же возбуждение немного пропало, но не совсем. Никлс не стал ждать. Только один раз он сделал медленное движение вверх-вниз, позволяя привыкнуть к своему размеру. Дальше он не сдерживался. Сжав за талию, он неистово приподнимал и опускал меня на себя, входя мощно и резко, так, что вода вокруг нас забурлила, нежно лаская разгорячённую кожу. Она же замедляла резкие движения Никлса, иначе, боюсь, без травм не обошлось бы. Слишком напористо и неудержимо входил в меня его член, даря новые, более острые, но всё же возбуждающие ощущения. И вот, на затяжные поцелуи дыхания уже не хватает, я только могу стонать в голос, срываясь на хриплое бормотание.

Двигаясь в ритме, заданном Никлсом, я подпрыгивала вверх и тут же опускалась вниз. Мой клитор тёрся о твёрдый член Кристофа, оказавшийся зажатым между нашими телами, отчего тело Кристофа мелко подрагивало, а с его губ срывались не менее сладострастные стоны, иногда переходящие в рычание.

Мы все были на пределе. Моё сердце стучало как сумасшедшее, набатом отдаваясь в ушах. Изнутри жгло нестерпимо, не знаю, сколько бы ещё выдержала эту страстную пытку, но вот Никлс вошёл в меня особо грубо, до упора, и, громко вскрикнув, излился в меня горячим потоком собственного семени.

Я опять замерла на пике, так и не достигнув экстаза, но теперь эстафету перехватил Кристоф. Его член быстро проник внутрь, входя сразу на всю глубину, легко скользя по влажному каналу. Без передышки Кристоф начал двигаться. Не так мощно, как брат, но его длинный член задевал головкой особо чувствительную точку, даря невероятное, ни с чем не сравнимое удовольствие, заставляя мышцы сокращаться сильнее, сжимаясь и доводя нас обоих до экстаза.

Мы кончили с ним почти одновременно. Его рык смешался с моим криком. Внутри меня словно что-то взорвалось, и я рассыпалась на маленькие кусочки. Дрожа и вздрагивая всем телом, жадно хватала ртом воздух и понимала, что всё, никаких сил не осталось. Я даже пошевелиться не могла. Пружина внутри распрямилась, и сейчас мышцы усиленно сокращались в такт пульсации члена Кристофа. Вторая горячая струя мужского семени повторно ударила в самый центр моей женственности, заполняя собой, смешиваясь с семенем Никлса.

Кажется, вода вокруг нас уже не бурлила, а кипела. По глазам резануло яркой вспышкой. Свет окружил со всех сторон. Спину и грудь неожиданно обожгло, словно к коже прислонили кончик раскалённого железного прута.

– Что происходит? – вытолкнула из себя два слова, еле шевеля языком.

В ответ тишина. Только плеск воды и едва различимый скрежет, словно кто-то грызёт камень. Одновременно с этим свечение немного стихло, и я смогла приоткрыть глаза.

Увиденное повергло в шок. Кристоф и Никлс, сжав челюсти, стояли двумя изваяниями, но из рук меня не выпускали. Это их скрип зубов я слышала. Они побледнели и покрылись испариной. Такое ощущение, что им было очень больно.

И было отчего: вены под их кожей проступили и светились, пульсируя в такт тока крови. Жуткое зрелище, особенно если учесть, что у Кристофа вены были чёрного цвета, а у Никлса тёмно-зелёного, и они покрывали все тело, даже лицо и пальцы на руках. Но основное, самое яркое пятно в форме полумесяца было под грудью и у одного, и у второго.

Именно этот непонятный знак меня и обжёг, а теперь он стремительно увеличивался, выпирая над гладкой кожей большой шишкой. Я моргнула, и первый нарост Кистофа лопнул, кровь тонкой струйкой потекла вниз, Никлс вздрогнул, и я почувствовала, как по спине тоже закапали горячие капли. Его непонятный нарост тоже прорвался.

А они так и продолжали молчать, стеклянным взглядом смотря внутрь себя, пока я не закричала от боли, что неожиданно охватила всё моё тело. Она распространялась от рук, что так и лежали на плечах братьев. Я попыталась оттолкнуть, отстраниться, но не получилось. Ладони словно срослись с чешуёй драгов. Сил не было совсем, а сейчас стремительно утекали жалкие остатки.

Захлебнувшись в собственном крике, я провалилась в темноту, напоследок увидев ошарашенно радостное лицо Кристофа. Ожили, значит, гады, а я, похоже, наоборот, получу-таки свободу, вот только не совсем такую, как хотела.

Я действительно была уверена, что умираю, так плохо мне было. Нет! Не хочу! Это несправедливо, в конце концов! Я так много пережила, неужели не достойна жизни? Мой крик растворился в темноте, а вместе с ним погасло моё сознание.