Глава 24. Она

В шоке смотрю на Вадима, появившегося словно из ниоткуда.

Ещё секунду назад его здесь не было. Были только я и навязанный отцом Олег. Я уже не знала, как от него избавиться, он прилип ко мне как банный лист и никак не желал заканчивать этот вечер, который и так чрезмерно затянулся, по моему мнению.

— Вадим?

Растерянно произношу имя мужа.

Прежде мы не расставались так надолго, всегда были вместе. Короткие поездки не в счёт. Мы не расставались на недели, такого не было. Но вот сейчас это наша реальность, в которой у него есть другая, та, что его радует и дарит вдохновение, а у меня появился кавалер, одобренный отцом.

Один-один?

Ничего подобного.

Вадим выбирал сам, а мне тактично указали на того, с кем стоит завести отношения, только и всего.

Но эти обстоятельства, которые моему мужу неизвестны. Поэтому он смотрит на меня с возмущением: будто я его предала и была неверна. До чего же наглый, думаю про себя.

— Что ты здесь делаешь?

— Нет, моя дорогая жена, что ты здесь делаешь? Еще и с этим… — смотрит гневно. — На стариков потянуло?

Я думала, он хотя бы немного изменился. Хоть капельку! Но, по всей видимости, я надеялась зря.

Вадим уверен только в собственной правоте, а я, смотря на его лицо, все больше убеждаюсь в том, что правильно сделала, пожелав развод.

— Не твоё дело, Вадим.

— Ах, не мо-о-о-е! — тянет он, сверкнув потемневшим взглядом.

— Да, не твое. У нас с тобой на повестке дня только развод и больше ничего! — отвечаю твердо и расправляю плечи.

Пусть знает, что я не одна.

Смотрю ему в глаза с усмешкой:

— Больше нет желания запугивать домашнюю женушку рассказами о том, где находится ее место?

— Черт, Люба! Ты даже не представляешь… — качает головой. — Даже не представляешь!

— Что именно я не представляю, а? — злюсь. — Я не представляла бездны твоего скотства! Это верно…

— Вы нам помешали, молодой человек. Не хотели бы извиниться? — вмешивается Олег, одернув на себе дорогой пиджак.

Он уверен, что Вадим извинится. Вот только в ответ у моего мужа становится зверски выражение лица.

— Я не с вами… Разговариваю. Оставьте нас.

Вадим говорит на вы, но издевательским тоном. Стало быть, в нем нет ни грамма уважения к сопернику. Он равнодушно поворачивается спиной к Олегу. Все внимание мужа сосредоточено на мне. Пристальное, не отпускающее ни на секунду. Я не помню, когда он прежде разговаривал со мной и так внимательно смотрел.

Он оценил платье, прическу, посвежевшее лицо.

— Прекрасно выглядишь! — признает отрывисто. — Стало быть, ты обратилась за помощью к отцу.

— Возможно, ты думал, что этого не случится, и ты дальше будешь загонять меня в угол?

— Я… Не хотел загнать тебя в угол. Просто мы все… Черт… Я не знаю! Запутались? Нужна была перезагрузка. Просто, блин, перезагрузка, Люба! Не расставание и не побег из дома…

— Перезагрузка. Для тебя одного, я так понимаю. Мои нужды в этот момент не учитывались. Да что говорить обо мне? — усмехаюсь грустно. — Ты даже сына променял на какую-то шлюшью юбку.

— Думаешь, с отцом тебе будет лучше? А ты в курсе его подковерных интересов? — понижает голос Вадим, шагнув ко мне ближе.

— Не подходи! — я стремительно делаю шаг назад. — Мне обидно, что наш брак по любви превратился в каторгу для меня, и что в муже не нашлось ни капли понимания ситуации. Мы ведь не голодали и не доедали последнюю корку хлеба. Но на нужды семьи ты перестал находить время и деньги, а для своей… девки… Ты даже сына… Своего первенца поставил уровнем ниже нее. Кирилл пришел к тебе поговорить, а ты его послал.

— Он в ответ разбил мне кроссовками лицо, представляешь? — Вадим как будто даже гордится. — Вот это характер!

— Не в тебя, — остужаю его пыл. — Не понимаю, что ты здесь делаешь, караулишь меня возле дома. Тебе хотелось праздника и не видеть унылую физиономию жены, не слышать, как плачут наши дети. Теперь все это больше не твоя забота, и я искренне желаю тебе счастья… с другой. На этом все.

— Постой!

Вадим обхватил мою руку пальцами, они у него безумно горячие, его словно охватило лихорадкой.

— Ты не можешь вот так взять и уйти.

— Интересно, почему нет?

Я сложила руки под грудью, с вызовом посмотрев на Вадима. Он усмехнулся мне в ответ, окатив взглядом, которым давно на меня не смотрел: с удивлением, будто видел впервые.

— Брак не даёт тебе права держать меня в кандалах. Тебя почему-то брак не удержал от шашней на стороне, о которых ты не постеснялся сказать мне и продемонстрировать свою шлюху сыну! Так почему брак для меня должен стать препятствием для того, чтобы построить свою жизнь с нуля, по кирпичику?

— С нуля? Черт, зачем ты так? Тебя никто не выгонял из дома, ты сама решила уйти, прихватив детей.

— Не ты ли сам создал все условия для этого?! — рассердилась я. — Хватит! Меня тошнит от твоего лицемерия и попытки отыграть назад в хорошего мужа, которого просто не так поняли! Не выйдет… Я тебя отпустила, Вадим. Лети… И мне не мешай. В конце концов, ты должен сказать мне спасибо: скоро ты станешь свободным, привлекательным мужчином без обузы в виде многодетной семьи.

— Я отец своим мальчишка, и ты это знаешь. Я был хорошим отцом.

— Нельзя всю дорогу лидировать, а потом, придя к финишу последним, требовать награды, потому что хорошо бежал. Ты либо держишь марку ло последнего, либо сливаешься и никого в этом не винишь. Так все устроено.

— Дай шанс все исправить. Дай мне с детьми увидеться!

— Нет. Извини, мне пора.

— Люба… — зарычал Вадим, преследуя меня до самых ворот. — Я их отец, черт побери.

— Старшие тебя запомнили, но чем быстрее близнецы о тебе забудут, тем лучше будет для всех нас, — успела уколоть Вадима словами перед тем, как он вцепился пальцами в прутья кованой решетки и затряс ее.

— Думаешь, твой отец резко воспылал любовью к внукам? Как бы не так! Он искал со мной встречи, ему нужны были мои связи с партнёрами. Я отказал, и он нашёл другой метод…

— Мне кажется, ты, Вадим просто лжёшь, наговаривая на моего отца…

— Спроси у него! Спроси, если не веришь!