Глава 25. Она
На следующий день
— Как прошел ужин с Олегом? — интересуется отец за завтраком.
Странно, что он сегодня завтракает со мной и с мальчишками. Обычно он поднимается раньше, часов в пять утра, шутит, что это уже стариковское. То есть и завтракает он гораздо раньше, а потом просто сидит с нами недолго, минут пять-десять и уходит по делам. В свои годы он все еще управляет бизнесом сам и, кажется, не собирается от этого отказываться.
Однако сегодня он здесь, за столом. Я могу не готовить в доме отца, это сделает домработница, но наши завтраки — это то, что нас объединяет и мне несложно приготовить для моих мужчин.
Правда, моих мужчина стало на одного меньше, и теперь в моих мужчинах числятся лишь сыновья…
Вчера я была так сильно раздосадована и разозлена встречей с Вадимом, что не нашла в себе сил поговорить с отцом.
Еще и Олег весь вечер назойливо написывал!
От егс внимания у меня разболелась голова.
До чего же назойливый мужчина. Неужели было неясно, что я с огромным трудом терпела его общество и знаки внимания.
Конечно, при Вадиме я не стала показывать, насколько мне неприятен Олег, не хотелось давать муженьку козыри, которым он бы воспользовался!
Но все-таки строить отношения с Олегом я не была намерена!
Полночи провела без сна.
Ворочалась на огромной удобной кровати.
Меня будто душили эти простыни, одеяло, стены сжимались, ночь через окно смотрела с молчаливым укором: как же так, Люба?
Сегодня утром я планировала провести со своими мальчишками весь день. Желательно, без нянек и сопровождающих.
Просто я и мои сыновья…
Теперь вот отец с чего-то решил составить компанию за завтраком, и я испытываю недовольство.
Недовольство, за которое почти сразу же начинаю винить себя: отец протянул руку и не дал мне утонуть в болоте, брак разрушен. Отношений больше нет.
Не нужно строить иллюзий: я бы не выгребла. У меня не было на это средств.
Брак стал для меня каторгой.
Я сбежала. Но… не факт, что не попала в еще большую кабалу!
Иначе бы не было этих странных вопросов и взглядов, полных нетерпения.
— Олег — замечательный мужчина. Он очень… — отец подчеркивает. — Очень тобой впечатлен, Люба. Он был в числе прочих еще на ужине.
— Вот как? Не заметила.
— Неудивительно, было столько много новых знакомств для тебя. Всех сразу не упомнишь. Но Олег загорелся желанием познакомиться с тобой поближе… Я не смог ему отказать.
— Кто такой Олег, ма? — неожиданно подает голос Кирилл.
Сашка тоже напрягается, бросив взгляд на старшего брата.
Только младшие мусолят свои кексики-пятиминутки и довольно крошат на пол.
— Олег — ухажер вашей мамы. Пока только ухажер, — отвечает за меня отец так быстро, что я и рот не успела открыть.
— А потом, что?! Новым папой станет?! — интересуется Саша.
— В жопу новых пап. И старых… Тоже. В жопу! — злится Кирилл, с грохотом отодвинув от себя тарелку.
— Это было некультурно! Вернись и извинись за свое поведение! — возмущенно гремит ему вслед голос отца.
Однако Кирилл уже умчался. Готова поспорить, он уже заткнул уши наушниками, и там грохочет что-то безумно громкое и неистовое.
— А ты? Тоже сбежишь? — интересуется отец у Сашки.
Тот молча продолжает есть, никому не отвечая.
— Распоясались. Сразу видно, их отец бил баклуши и только по шлюхам и шлялся вместо того, чтобы заняться воспитанием семьи! — в сердцах бросает отец.
— Папа, ты забываешься. То, что мы живем здесь, не дает тебе права говорить с моими сыновьями в таком тоне.
— Посылать всех в жопу за столом это нормально?!
— Кирилл не послал в жопу никого из здесь присутствующих. Я поговорю с ним о культуре поведения за столом, но и тебе, папа… Стоит следить за своей речью.
— Яйцо курицу не учит.
— Это вечный спор, что было первым. Яйцо или курица. Не будем о нем. Саш, ты поел?
— Было вкусно, ма, но я уже наелся. Спасибо большое.
Сашка подходит, чтобы меня обнять. Я растрогалась на несколько мгновений, едва не расплакавшись…
Потому что уже не была уверена, что поступила правильно, придя к отцу.
Он же давит…
Причем, нарочно говорит при детях о том, о чем им знать не следует.
Зачем папа поднял эту тему с противным Олегом?!
Будто нарочно дал понять, что у нас будут отношения…
И как некрасиво он начал говорить про шлюх Вадима при детях.
Мальчики уже взрослые, но этими словами… отец не Вадима унизил, он унизил нас, нашу семью.
Господи, ведь не всегда Вадим был таким, как в последнее время. Это потом он ни с того ни с сего задрал нос и начал вести себя так, словно все кругом обязаны целовать следы его ног!
Сашка уходит.
— Итак…
— Плохо. Мне не понравилось. Я с трудом выдержала.
— Что? — удивляется отец.
— Это ответ на то, как прошел вечер с Олегом. Мне он неприятен, как мужчина. Он… старик для меня. Я вообще не рассматриваю никакие отношения в ближайшем будущем.
— Тебе необходимо реализоваться.
— И, кажется, ты решил, что я могу реализоваться лишь в роли чьей-то жены? — спрашиваю я.
— Советую тебе присмотреться.
— Папа, мое мнение не изменится.
— Советую. Присмотреться. Иногда с первого взгляда и не разглядишь… Но насчет твоего Вадима я сразу понял, что он за фрукт. Одного не могу понять, как так вышло, что человек, который клялся мне в том, что способен сделать мою дочь счастливой, потом так бездарно слился. Выходит, никорда тебя и не любил… — снова ударил на больное место. — Просто тешил свое эго тем, что может увести такую. Голодранец.
— Знаешь, не только у Кирилла аппетит испортился. Но и у меня в том числе.
Я забрала малышей и ушла.
Позднее отец заглянул и миролюбиво предложил не спешить…
Но теперь я не могла верить ему, как прежде, и поняла, что придется рассматривать и запасные варианты, ни один из которых, как назло, не приходил мне в голову.
***
Мы все же отправились гулять с мальчишками.
Правда, отец настоял на том, чтобы нас всех отвез водитель…
Настроение старших было сложное, но они отправились играть и развлекаться вдвоем, а я осталась с малышами на детской площадке.
Понемногу даже удалось убедить себя, что все не так плохо, а потом…
Потом рядом со мной остановилась девушка, странно улыбаясь.
Она смотрела на меня, смотрела.
Я не выдержала:
— Вы что-то хотели?
— Здравствуйте! — заулыбалась она и протянула ладонь. — Я Рита. Та самая… — подмигивает мне. — Рита.