Глава 34. Она

Может быть, я выдала себя нервозностью…

Не могла никак успокоиться полностью. Только немного обретала уверенность, что все будет хорошо, как небольшая мелочь, фраза отца или его острый взгляд выбивали меня из колеи.

Еще мне писал и звонил Олег. Я не спешила ему ответить, и отец сразу же сделал мне замечание.

— Ты хотя в день суда можешь оставить меня в покое? — вспылила я. — Неужели неясно, что мне сейчас не до твоих сделок!

Кирилл замечает, что мы ссоримся. Буквально сразу же после того, как судья, ожидаемо, дал месяц на примирение.

Я выхожу, вся на нервах, быстрым шагом.

Меня душит, душит всем, что происходит вокруг меня!

— Ты злишься на деда, мам? — уточняет Кирилл.

— Мы просто разошлись во мнениях, — отвечаю я. — Он спешит поскорее выдать меня замуж, а я этого не хочу.

— Я думал, дед на твоей стороне, — вполголоса отвечает старший сын.

— Дед всегда… на своей стороне.

— Это плохо?

— Лишь тогда, когда он начинает вмешиваться в чужие жизни, — ответила я.

— Это как?

— Очень просто. Мы практически сбежали из дома, и твой дед нас приютил. Но не просто так, а с условиями.

— То есть… если ты не выйдешь замуж за какого-то левого мужика, он нас выгонит? — смекнул Кирилл. — Откажись. Еще только отчима нам не хватало.

— Откажусь, и на что жить будем, м? Может быть, подскажешь?

— Развод. Адвокаты сказали, что вы с отцом будете делить имущество. Тебе много достанется!

— И до этого еще нужно дожить. Процедура длительная и сложная… Я не работаю, Кир… Сижу дома с малышней. На что жить прикажешь? И где?

— Няню найми.

— Няне платить надо. Причем, немало…

— Все в деньги упирается, что ли?! — с досадой и удивлением говорит он.

Вроде большой, но временами такой наивный…

— А ты как хотел… Взрослая жизнь — непростая штука.

— И дед не окажет тебе поддержку, просто так? Потому что ты — его дочь, а мы — внуки?

— Какой ты тупой. Тугодум, — на миг снимает наушники Сашка и говорит неожиданно зрело. — Мама тебе уже разжевала сто раз, а ты и не понял! Ага… Тебе же так понравилось кататься в кресле в офисе деда и сидеть с видом, как будто ты что-то значишь.

— Завались, червь. Уткнись носом в свои игры!

— Прекратите! Оба… Нам пора… Вы поедете…

Не успеваю я сказать, как в нашу сторону направляется водитель отца.

— Я отвезу мальчишек. Николай Владимирович распорядился.

— Передайте Николаю Владимировичу, что мы хотим немного прогуляться. С мальчишками я вернусь домой сама.

— У вашего отца были другие планы.

— О которых мне неизвестно. Кир, Сашка. За мной, — командую я.

Боже, только бы получилось! Только бы вышло…

Отец, отошедший в сторону, довольно бодро возвращается и зовет меня к себе.

Краем глаза я вижу машину с водителем, о которой говорил Вадим.

Остается только посадить старших детей и поехать за младшими.

Няня гуляет с ними в парке неподалеку.

Я успею!

Если только отец не перехватит.

Где же Вадим?! Почему он задержался в зале суда?

Что случилось…

— Мам?

— Кир, Саша. Идите к той машине. Черная тойота,, пятьсот пятидесятая. Вас отвезут на квартиру. Никуда не выходите, никому не открывайте…

— Что происходит? — недоумевает Кирилл.

Сашка послушно двинул и дергает старшего брата.

— Ты сегодня тормоз.

— Сам ты…

— Люба! — громко зовет отец.

— Кир, живо делай, как я велела! — добавляю строгости в голос.

Мальчишки отходят, кажется, переругиваются между собой.

Плевать. Главное, чтобы их никто не остановил…

— Люба, в чем дело? У нас были планы…

— Хочешь сказать, у тебя были планы. Пап, ты в своем репертуаре! Я вызвала такси и хотела погулять с мальчишками, а ты…

— Я забронировал столик в ресторане, чтобы отметить.

— Еще пока нечего отвечать или это как-то связано с тем, что Олег названивает мне уже третий раз подряд?

Отец недовольно поджимает губы и тут вмешивается Вадим.

— Старый говнохрыч, вот ты кто! — сначала обрушивается его голос.

— Как ты меня назвал, щенок? — мгновенно встрепенулся отец.

Вадим спешит, у него недовольный вид.

— По твоей инициативе меня задержали у выхода из зала суда? Плоховато стараешься, а еще… херово ты прячешь свои подставы! Я все знаю!

Вадим выхватывает телефон и взмахивает им перед носом отца.

Показывает ему фото с Ритой, где видно, что они знакомы.

Я могу уйти. Я должна улизнуть, но… остаюсь.

Сыновья садятся в машину.

Мое присутствие приковывает внимание отца, он переключается на меня.

— Люба, сядь в машину, — делает шаг ко мне, коснувшись рукой запястья.

— Или что? — зло вырываю руку. — Боишься, что я узнаю, как ты все это затеял? Развел грязь за моей спиной! Нанял девку какую-то, которая передком махала перед моим мужем, а потом сам же мне и рассказывал, какой кобель и урод мой муж?! До чего ты докатился! Мне противно…

— Противно?! А на этого… предателя смотреть не противно?!

— Как бы то ни было, ты не имел права вмешиваться.

— Не я толкнул твоего мужа в объятия шалавы.

— Ты обращался к Вадиму. С бизнес-идеями…

Отец мрачнеет. Переводит взгляд с меня на Вадима и обратно, выплюнув:

— Снова под него легла? Дура! Дурой останешься… Я предлагаю тебе…

— Ты предлагаешь мне только одно — лечь под какого-то старого богатея, с выгодой для тебя самого… Ты стравливаешь меня с детьми, пытаешься подкупить их интересы… Ты за моей спиной сделал столько, что хватило бы на несколько жизней просить прощения! — говорю я со слезами.

— Не я, но…

— Никаких но. Вы оба… Мне глубоко противно. Один устал от детей и семьи… Зачем только женился?! — обращаю свой гнев на Вадима. — Зачем просил третьего ребенка? Требовал! Ультиматумы ставил… Чтобы потом ахнуть, как сильно ты устал, приходить домой и видеть задерганную жену.

— Я виноват, — говорит глухо. — Такого больше не произойдет. Не повторится.

— Не повторится, конечно. Потому что ты, кретин… прое…л семью. Семьи больше нет! — хрипло смеется отец. — Развод!

— И отца… Отца у меня тоже нет! — возражаю я.

— ЧТООО?! Да как ты… Как у тебя… только язык повернулся такое сказать?!

— Мой язык повернулся точно так же произнести эти слова, как твой язык ловко говорил ложь и туманил разум! Я отзову заявление, составленное при помощи твоего адвоката, составлю новое заявление на развод. Я сама буду контролировать весь процесс от и до… А вы… сожрите друг друга, как два паука в одной банке. Мне противно… От вас обоих! И ни один из вас не получит моих детей.

— Я сейчас же позвоню няне! — хватается за телефон отец.

— А я заявлю в полицию, что ты удерживаешь моих детей. Я — их мать, а ты… Не дед! Ты старый, злобный, мстительный интриган…

Меня трясет и шатает. Вадим тянется ко мне.

— Люба…

— Тебя я тоже видеть не желаю! Уходи! — отталкиваю его изо всех сил со слезами. — Не трогай меня! Не прикасайся…

Слишком сильное нервное напряжение последних дней.

Недель…

Может быть, даже месяцев!

Мне вдруг стало горячо, а потом хлынула кровь из носа и перед глазами расплылись яркие цветные пятна.

— Люба… — как сквозь вату пробивается голос отца.

Брань Вадима.

Голоса охраны.

Людей становится больше.

Вадим тоже пришел не один.

Напряжение возрастает.

Только массовой потасовки здесь не хватает!

Еще какие-то звуки…

— Мама!

Я с трудом поворачиваю голову.

— Непослушные… Непослушные! — силюсь произнести губами, видя, как в мою сторону спешит Сашка и Кирилл.

Сил не хватает.

Сделав шаг, падаю в темноту.