ГЛАВА 10: · Кто с мечом к нам придет, тот в орало и получит
Чем богаты — о том не расскажем.
— А скажите, дедушка, как вас вообще занесло в Литлвиладж?
После происшествия с Рафочкой мистер Тан решил «избавить наши отношения от лишнего официоза» и милостиво разрешил мне называть себя дедушкой. Ну, как разрешил? Приказал.
— Ты о чём?
— Ну… — Я остановилась между памятником в форме плачущего ангела и надгробным камнем, на котором просто перечислялись имена тех, кто под ним лежал.
— Сразу понятно, что вы не местный, — демократично продолжила я.
— Под «не местным» ты, я так понимаю, деликатно подразумеваешь «узкоглазый»?
Я покраснела, и выдавила из себя что-то совершенно невнятное.
— А нечего особо рассказывать. — Дух пожал призрачными плечами и пролетел сквозь плачущего ангела. — Сын мой полюбил не ту женщину. Не послушал меня, выкрал невесту у родни из-под носа. Прямо со свадьбы. Конечно, места им в родном городе не нашлось. Они уехали. На исходе года родился Джей Ми. Я ехал к ним, чтобы представить наследника духам рода, когда из слепого телепорта на меня выпал внук. Сын у меня телепортистом был отменным, успел малыша переслать в безопасное место. Жаль, сам остался, да жену не уберёг.
Следующие десять минут прошли в тишине, но первым не выдержал всё же призрак.
— Джей Ми — единственный наследник очень знатного рода. Дорога на родину ему закрыта. Да и некуда ему возвращаться. Чтобы уберечь его, я сделал так, что ТАМ нас все считают мёртвыми. Впрочем, сейчас это уже наполовину правда.
— Значит, папа Джейми был телепортистом, — некоторое время спустя, пробормотала я. — А мама? Не некромантом случайно?
— Как догадалась? — хмыкнул призрак.
— Петух мой его любит, — ответила я. — Тёмную энергию мальчик чувствует. Опять-таки, вы, дедушка. Призрака каждый может почувствовать, но чтобы увидеть…
— Догадливая! — перебил меня Тан-старший. — Лучше б ты так легко догадалась, куда поганец Мёрфи артефакты спрятал. Или, к примеру, на кой ляд твой липовый алхимик мне этой непотребщиной всё кладбище изрисовал.
— Он не мой! — возмутилась я, и снова покраснела.
Как выяснилось, дедушка пристально следил за Марком Такером, пока тот творил своё чёрное дело, нанося руны на все прилежащие к дому поверхности.
— Ещё и бормотал постоянно что-то при этом, — заложил соседа дед. — Я высовываться не рискнул. Ещё, чего доброго, почует меня, потом от него лопатой не отобьёшься. Знаю я эту братию. Вот зачем он в Литлвиладж приехал? Зачем прячется? Недоброе замышляет, точно тебе говорю! Тот, кто зла за душой не держит, от людей не таится… — Глянул на меня искоса и смущённо кашлянул. — Ну, почти всегда. Джей Ми, пёсий сын, ты куда пропал? Иди лук чисти, да картошку обирай. Чтоб пока мы с Вирджинией по могилкам ходить будем, ужин приготовил!
Я попыталась возмутиться. Ведь мы с моим помощником ужин собирались готовить вместе, но у дедушки на этот счёт были совершенно другие планы.
— Слово «демократия» знаешь? — Дождался моего кивка. — А как переводится с древнего тоже?
— Ну, это просто…
— А кто ж говорит, что сложно? «Демос» — народ, «кратос» — власть. Что означает борьба власти с народом. Поэтому вы два, как порядочный народ, не доводите до греха! Молча делайте то, что вам велели.
— Мистер Тан, но…
— Не нокай! Не запрягла. И если я ещё раз услышу вот это вот утомительное «мистер Тан», сама артефакты будешь искать. Поняла?
— Поняла, — буркнула я. — Дедушка.
Мы обошли всё кладбище по кругу, и даже дважды, но даже следов артефактов злокозненного некроманта не отыскали.
— Алхимик твой спёр, — в итоге постановил призрак. — Не зря он мне сразу не понравился.
— Он не мой!! Сколько можно говорить?
— Да что тут говорить? Тут действовать надо.
Мы отправились назад. Из открытых окон сторожки долетали аппетитные ароматы, и Тан-старший проворчал что-то одобрительное в адрес своего внука.
— Джейми очень хороший у вас, — проговорила я. — Вежливый, работящий и любознательный. Я взялась его рунному письму учить. Не возражаете?
— Знания лишними не бывают. Была бы в Литлвиладже магическая школа, я б его уже давно отдал. Так ведь нету, а одного в большой город я его не пущу. Страшно.
Я вздохнула. С одной стороны, я была немного старше Джейми, когда вылетела из родного гнезда. С другой, я прекрасно понимала старика Тана. Боязно отпустить в большой мир любого ребёнка, а если он последний в твоём роду, то и подавно. К тому же призрак не может уйти от того места, где похоронено его тело.
А кстати, где оно похоронено? В Литлвиладже ведь никто не знает о том, что старик умер.
— На моей родине нет кладбищ, — пояснил призрак. — А мертвецов хоронят там, где они принесут больше пользы. В лесу, в море, в реке. Моё немощное тело дало много жизни ивовым деревьям, которые растут у пруда за погостом. Пройдёт много времени, я окончательно исчезну, и даже мои потомки забудут, кто я такой, а эти деревья будут всё ещё тут. Знаешь, почему?
— Почему?
— Не потому, что ива живёт долго. Обычно это не так. Но зато я свою жизнь прожил честно. Не рыл яму другому, не прятался от врага, не опускал глаз перед подлецом. Моё тело было слабым, но сил из него деревья взяли много. Ещё твои правнуки, Вирджиния Лэнгтон, будут прятаться под их ветками.
Я вздрогнула от неожиданности, услышав своё имя, и тихонечко рассмеялась.
— Простите, дедушка. Вы всё верно сказали, просто я уже и не чаяла, что в Литлвиладже кто-то помнит моё настоящее имя.
Старик фыркнул.
— А насчёт учёбы Джейми не переживайте. Пока я с ним позанимаюсь, а когда срок моего контракта истечёт — посмотрим. Вам ли не знать, что безвыходных ситуаций не бывает.
Он не ответил, и до сторожки мы дошли в тишине.
А там нас уже ждал полноценный ужин и сгорающий от любопытства Джейми. Парень дико расстроился, когда узнал, что артефактов мы не нашли, и в той же степени обрадовался, когда выяснилось, что нам с ним (а с кем ещё? Других живых помощников у меня не было, а неживые отказывались совать нос в «некромантское логово») придётся обыскивать жилище Марка Такера. Причём радость его была такой сильной, что парень даже успел составить план:
— Вы его, мисс Вирджиния, главное, из дому уведите, хотя бы часа на три. А уж я найду всё-всё, что бы он там ни спрятал!
Сказал и зловеще сверкнул чёрными, как переспевшая вишня, глазами.
— Дедушка, а проклятийников в вашем роду не было? — поинтересовалась я минуту спустя. Уж больно говорящим был взгляд моего помощника, и, допускаю, не последнюю роль в причинах его возникновения сыграло давешнее свидание Тана-младшего с одной известной мне юной дамой.
— Отчего ж не быть, — невозмутимо ответил мне призрак. — Был. И не один. Прадед мой трём государям служил. А его прадед, говорят, до сих пор у кого-то отбывает наказание за неудачную игру слов при составлении проклятия.
Я глубокомысленно промолчала, а Джейми вдруг насторожился и прижался лицом к стеклу, предварительно сложив ладони вокруг глаз домиком.
— Мисс Вирджиния, — прошептал испуганно. — Между могил кто-то ходит и светится.
— В каком смысле «светится»?
Я пристроилась рядом с помощником, отгородившись козырьком из ладоней от магических светильников, горевших в комнате, и испуганно охнула: по кладбищу рваными рывками, от могилы к могиле передвигалось нечто зеленоватое, очертаниями напоминающее человека.
— Что это? — просипела я.
— Из дому не выпущу, и не проси! — категорично отозвался за моей спиной «дедушка», и что-то мне подсказывало, что эта фраза была адресована не столько Джейми, сколько мне.
Выпрямилась и оглянулась. Призрак завис над полом, загораживая собою входную дверь и, как я и полагала, смотрел на меня.
— Ну, деда! — жалобно простонал Джейми, стыдясь за поведение чересчур заботливого родственника. — Я уже не ребёнок!
Глупый. Во-первых, не понимает, что обращался старик ко мне (видимо, старший Тан и предположить не мог, что внук рискнёт высунуть нос из дому). А во-вторых, как показывала практика, для наших родителей и бабушек с дедушками детьми мы остаёмся хорошо, если не до старости.
— В Литлвиладже официально находится только один некромант, — напомнила я, не сводя строгого взгляда с призрака. — И грош цена мне будет, если то, что ходит сейчас между могил, причинит вред кому-то из горожан.
— А если уже причинил? — насупился дед. — Чем ты сможешь помочь в этом случае? А если он и тебя саму… как-нибудь причинит?
— В таком случае мне, по крайней мере, не будет стыдно смотреть людям в глаза. Не мне вам объяснять значение таких понятий, как честь и долг.
Призрак упрямо наклонил голову, в мёртвых глазах на мгновение сверкнуло подобие слезы.
— Важность этих двух понятий живые зачастую преувеличивают, — прошелестел он. — Но, к сожалению, это становится понятно лишь после смерти.
Понимая, что время утекает сквозь пальцы, как вода, я решительно шагнула вперёд. Скажу честно, не знаю, что бы я стала делать, откажись призрак меня пропускать, и чем и каким способом он стал бы меня задерживать. Но, к счастью, старик просто растворился в воздухе, и я смогла выскочить на улицу.
— Мисс Вирджиния, — засипел за спиною Джейми. — Я с вами!
Я коротко глянула на него через плечо и только вздохнула — останавливать его сейчас не было бы лицемерием с моей стороны, но времени на философские споры сейчас не было.
— Держись за мной и только попробуй высунуться. Всыплю так, что поучения деда тебе благословением небес покажутся.
Джейми сглотнул и торопливо закивал, давая мне понять, что слова приняты к сведению, а моё лицо легонько обласкал тёплый ветерок, обозначая присутствие призрака.
— И чтобы ни звука!
Прячась в тени, мы добежали до угла. Остановились. Я два или три раза глубоко вздохнула, пытаясь угомонить взбесившееся сердце, и выглянула из-за дома.
Кладбище купалось в лунном свете. Низкий туман стелился между могил, но обзору не мешал. В густой траве надрывались сверчки. Ухнул филин. Ему ворчливо брехнул на чьём-то дворе страдающий от бессонницы пёс. Раз, другой, а на середине третьего устал.
Ночная бабочка, скользнув крылом по моей щеке, испуганно шарахнулась в темноту, но быстро выровняла свой полёт и стукнулась в горящее тёплым светом окно.
— Тук, так, тук-тук. Тук-тук-ту-ук…
«Чтобы она нам Рафочку не напугала! — тревожно подумала я. — А то потом до утра сторожку проветривать будем».
Джейми осторожно дотронулся до моего локтя, отвлекая от посторонних мыслей и возвращая к действительности.
— Мисс Вирджиния, — прошептал в самое ухо. — Куда он делся-то?
Демоны его знают, не к ночи будь помянуты.
Кладбище в Литлвиладже было немаленьким, склепы, в которых мог спрятаться ночной гость, были построены по периметру, а внутри лишь могилы да невысокие надгробия, за которыми и Джейми-то мог спрятаться с трудом. Зеленоватого человека мы видели где-то посередине. Некоторое время, конечно, ушло на спор с мистером Таном, плюс пока мы добежали до угла. Две? Три минуты? Если мчаться сломя голову прямо по могилам, пожалуй, можно было бы добежать до стены. При допущении, что по кладбищу бродил человек.
Я прикрыла глаза, чтобы лучше видеть магическим зрением, и огляделась уже по-другому. На трёх могилах виднелись малюсенькие, размером с кошку, пятна. Такие никому вреда причинить не могут, зачищать их — это как пушкой по воробьям стрелять. Проще выждать ещё денька три и пройтись по кладбищу с солью, как мы с Джейми это уже делали однажды.
— Мисс Вирджиния!
— Цыц!
Распахнув глаза, я пустила по кладбищу «всполох». Заклинание простое, детское. Им разве что мышей пугать. Но если его немножечко изменить и живой элемент заменить мёртвым, то шуганутся от всполоха не мыши, а любая нежить, которая есть в округе. Шутку эту придумал мой брат Патрик, чем несказанно порадовал деда.
— Кровь не водица, — гордо задирал нос граф Гловерский, рассказывая об изобретении своего старшего внука всем гостям усадьбы. — Попомните моё слово, парень далеко пойдёт!
Находились, правда, злопыхатели, возражавшие потихоньку и пренебрежительно:
— Тоже мне изобретение! Трещотка, чтобы мышей да нетопырей пугать…
— Коли мёртвых мышей, то это каждому некроманту на радость, — спокойно возражал дед. — Это ж не искать, ожидая нападения из темноты, а сразу — раз! И ты уже знаешь, с кем бороться, и сколько сил на это потратить. На городских кладбищах оно, допустим, и ни к чему. А вот в Пустоши это не одну жизнь спасёт.
Впрочем, сегодня силы на это простое заклинание были потрачены впустую. На кладбище Литлвиладжа не было ни одного посмертия, умертвия и прочей нежити. Если, само собой, не считать призрака старшего из двух Танов, который с гневным шипением проявился в трёх шагах от меня.
— Ты что творишь, ненормальная? — просипел он. — Я чуть со страху не развеялся!
— Прошу прощения, дедушка, — ответила я шёпотом. — Но это самый простой и быстрый способ выяснить, есть тут кто-то из неживых, или нет.
— Выяснила? — ворчливо спросил он.
— Да. — Махнула рукой вправо. — По кладбищу точно не мертвец ходил. Поэтому вы с Джейми в ту сторону вдоль забора пройдитесь, а я — в эту. Может, хоть след какой найдём.
— Да что искать-то, — присоединился к беседе Джейми. — И так понятно, кто тут шастал.
— И кто же?
— Ясно кто. Маляр этот недоделанный. Пожиратель чужих омлетов…
Я покачала головой. Ох, не любит Джейми моего соседа.
— Значит, иди и ищи доказательства, — велела я. — А то, сам знаешь. Не пойман — не вор.
— Он, даже если и пойман, не вор, — упрямо буркнул мальчишка, поворачиваясь ко мне задом, к правой кладбищенской стене передом. — Омлет сожрал — и не подавился. Даже спасибо не сказал…
Дедушка усмехнулся, глядя на внука, а затем перевёл взор на меня.
— Только будь осторожна, — попросил он. — Живые зачастую опаснее мёртвых.
И добавил:
— Мы всё же не знаем, кто это был, и почему. Хорошо, если… кхм… пожиратель омлетов. Он хоть и здоровенный, но выглядит вполне безобидным. А если не он? Если кто-то, кто не защитные руны на всё кладбище накладывать станет, а руны совсем-совсем другого свойства?
— Спасибо за предупреждение и заботу, — поблагодарила я. — Обещаю быть внимательной.
— И не рисковать впустую, — подсказал призрак, и я шёпотом повторила за ним. Все дедушки одинаковые, теперь я это точно знаю!
Вдоль кладбищенской стены я кралась, как коза по кишащим тиграми джунглям: медленно и очень-очень осторожно, внимательно вглядываясь в каждую тень и прислушиваясь к любому шороху, но, к сожалению, не обнаружила ни одного следа.
А вот Джейми в этом плане повезло больше.
Когда мы встретились, обойдя кладбище по кругу, мой помощник едва не подпрыгивал от нетерпения.
— Мисс Вирджиния! Там следы. Идёмте скорее, покажу!
Он лихо схватил меня за руку и потащил в нужную сторону, на ходу объясняя:
— Я только утром землю в той стороне взрыхлил. Там у нас кусты драцены, они привередливы, как старуха Пеньи. И поливать их, и обрызгивать, и стеклянным колпаком от туманов закрывать, и землю рыхлить трижды в неделю, а то захиреют… Ну, я и…
— Я поняла, — перебила я. — Что про следы?
— Деда говорит, что сегодня в той части кладбища живых не было. Ну, кроме этого пожи…
— Я поняла, о ком ты!
— Вот! — Джейми поднял вверх указательный палец. — И он к забору не приближался. Только между могилок шастал. Я в одном романе читал про сыщика Дени Лекуэна. Может, слышали? Нет? Ну, ничего. Прочитаете ещё. Этот Дэни Лекуэн одного преступника по следу, оставленному на чердаке дома, поймал. И главное, как просто! Залил след гипсом, подождал, пока застынет, а потом сравнил отпечаток со всей обувью подозреваемого.
Мы как раз дошли до нужного места, и я уставилась на два чётких следа, оставшихся на клумбе. Следы были большущие, явно не дамские. И, судя по каблукам, скорее всего — сапоги для верховой езды. Хотя, я могла и ошибиться. Назвать себя большим специалистом по части подмёток я никак не могла. А вот с Джеем Бруксом по этому вопросу я обязательно посоветуюсь.
— Что думаете, мисс Вирджиния?
Джейми с торжеством посмотрел на меня.
— Думаю, что тебе нужно не приключения читать, а учебники по рунологии и некромантии, — пробормотала я. — Впрочем, идея с гипсом хороша, но где я его тебе возьму среди ночи?
— Можно использовать лёд, — предложил дедушка Тан. — Я видел, что с магией у тебя нормально. Думаешь, справишься?
— Не представляю, что может мне помешать.
Слепок я сделала за минуту. И даже обошлась безо льда, использовав стазис, немного воды и сухой песок, которого на кладбище было более чем достаточно. Отпечаток получился прекрасный, хоть в скульпторы подавайся. И Джейми, судя по всему, думал о том же.
— Мисс Вирджиния, — сказал он. — А вот если, допустим, я в лужу упаду. Вы мой оттиск тоже сделать сможете?
— Я тебе упаду! Только не в новой одежде! — возмутились мы с мистером Таном одновременно.
И Джейми немедленно погрустнел, пусть и ненадолго.
— Ой, мисс Вирджиния! — вновь загорелся энтузиазмом он. — А давайте его поймаем! Этого пожи…
— Его зовут Марк Такер!
— По имени ещё его называть, — ревниво сощурился мой помощник. — Так как насчёт изловить его?
— А давай! — решилась я.
Призрак простонал, печально ухнул филин, где-то у реки утробно и насмешливо квакнула лягушка, а на круглую, как совиный глаз, луну набежала туча.
— Даже силы природы на нашей стороне, — патетично прошептал Джейми, а его дедушка с болью в голосе попросил:
— Внучка, врежь ему от меня по шее, а? Чтоб не трепался, когда не просят.
— Чего сразу «врежь»?
Джейми предусмотрительно шарахнулся в сторону, а я зашипела на обоих Танов:
— Тихо вы! Если злодей не пожи… Проклятье! Если по кладбищу не Марк Такер ходил, а кто-то другой, и если этот кто-то вопреки всему всё ещё здесь, то он уже издох от смеха, слушая ваши… наши препирательства. Джейми, возьми слепок и спрячь под рубашку.
— Почему я? — из чистого противоречия встрепенулся он, а я задумалась о методах воспитания дедушки Тана.
— Потому что в моё декольте эта штука не влезет, — прошипела я в ответ. — А карманов в моём платье нет.
Джейми шумно выдохнул.
— Дедушка, за кладбищем присмотрите?
— А то нет.
— И если вдруг злодей вернётся, знак подайте.
— Петухом прокричать?
Я осенила себя святым знамением.
— Чур с вами! Незачем Кокоту дурной пример подавать. Может, коровой…
Мистер Тан тихонько хмыкнул.
— Святые угодники, — пробормотал, улетая от нас в сторону сторожки. — Я буду первым в истории мычащим призраком. Хоть бы предки не засмеяли, честное слово.
Я глянула на Джейми. Парень поймал мой взгляд и заверил торопливым шёпотом:
— Ни одного слова, мисс Вирджиния!
— Молодец, — похвалила я, и мы двинулись в обратном направлении.
В мой двор решили не соваться. Во-первых, там Кокот, а от этого подлеца любой гадости можно ожидать. А во-вторых, что нам искать в моём дворе? Уж точно не следы Марка Такера.
Обогнув дом по дуге, мы вышли на главную улицу и затаились в тени буйно разросшейся сирени. И таиться, надо сказать, было от чего, ибо свет горел во всех окнах, и в эти окна ловко и безмолвно одетые в чёрное люди перекидывали заманчиво позвякивающие ящички.
— Мисс Вирджиния! — всполошился Джейми. — Это какие-то неправильные воры.
— Угу, — мрачно согласилась я. — И воруют они тоже неправильно. Наоборот воруют. У себя.
— А?
— Джейми, скажи мне, как на духу. Кокот тебя ведь боится?
— Уважает, — уклонился от прямого ответа этот паршивец.
— Ну, раз боится, тогда можешь попробовать прокрасться в лавку с моей половины? Может, услышишь что-то интересное. А я попытаюсь хотя бы что-то разузнать тут. От двоих от нас толку всё равно нет.
— А слепок? — ревниво сощурился он.
— А слепок возьми и спрячь. Всё равно у всех посетителей Такера…
— Пожирателя омлетов!
— Пусть. Всё равно у всех мы обувь не проверим, а алхимик… — Липовый! — И до завтра подождёт. Вряд ли он за остаток ночи успеет исчезнуть. Не с таким багажом.
Джейми понятливо хмыкнул и тихо, как ночная бабочка, упорхнул в сторону моей калитки. А я посидела ещё немножко под ветками сирени и только было решилась перебраться поближе к снующему у лавки народу, как чья-то ладонь прижалась к моему лицу, закрывая сразу весь рот и самый кончик носа, а сзади в мою шею ткнулось горячее дыхание, угрожающе шепнувшее:
— Попалась!
Я попыталась заорать, но чужая ладонь лишь жёстче смяла мои встрепенувшиеся губы. Хотела выбраться из кустов, но вторая рука горячей змеёй обернулась вокруг моей талии, и мне ничего не оставалось, кроме как воспользоваться советом одного из моих кузенов.
— В любой опасной ситуации, — поучал он, — помни, что у тебя есть голова.
Я вспомнила. Расслабилась. И когда давление на лице слегка ослабло, резко дёрнулась назад, впечатывая прошедший закалку в братских драках затылок в чей-то совершенно не подготовленный нос.
Нос взвыл что-то на редкость нецензурное, но позиции, к моей досаде, не упустил. Наоборот! Изловчился и после короткой борьбы сделал так, что я оказалась лежащей на земле (ноги в кювете под кустом, голова на залитой лунным светом дороге), а нос и весь остальной мужчина, к моему огромному сожалению, сверху. Неприлично прижавшись и с кровавыми потёками на до боли знакомом лице. И самое смешное: ладонь с моего лица никто так и не убрал.
— Кто тебя драться учил? — тряхнув головой, рыкнул липовый алхимик.
— Брат, — честно ответила я, но из-за прижимавшейся к губам ладони получилась что-то невнятное.
— Хреновый из него учитель, — ухмыльнулся этот гад, и я вспомнила второе наставление братца:
— И эта голова должна запомнить одно простенькое правило: хочешь выиграть — бей по яйцам. У мужиков это считается нечестным приёмом, но честный мужик в драку с девчонкой ввязываться не станет, поэтому можешь не смущаться.
А братьям я своим привыкла верить. Повозилась слегка и, изловчившись, не так сильно, как хотелось бы, зарядила противнику коленкой в причинное место. Недостаточно сильно, судя по всему, потому что он охнул, скривился и отшатнулся от меня на расстояние вытянутой руки. Я же воспользовалась третьим и последним советом кузена:
— Но и после этого про голову не забывай.
И лбом ударила в многострадальный нос. Да с такой силой, что нос хрустнул, алхимик взвыл, а у меня из глаз посыпались звёзды.
Тяжело дыша и чертыхаясь, мы раскатились в разные стороны. Я встала на четвереньки, тряхнула головой, пытаясь избавиться от звона в ушах — всё же голову приятнее использовать для мыслительного процесса, а не для колки орехов. Из-за кругов перед глазами было довольно сложно определить, что в этот момент делает Такер, но судя по звукам, пытается остановить кровь.
А нечего!
Не вставая, я поползла в сторону дороги. Сейчас заберу Джейми и вместе с ним забаррикадируюсь от этой шайки с липовым алхимиком во главе в сторожке, а утром рвану к шерифу. Или нет, прямо сейчас рвану — пусть сам разбирается, что тут происходит!
— Ви, подожди! — шёпотом окликнул меня Такер, но снова хватать не спешил. — Позволь объяснить!
— Шерифу в участке объяснять будешь, — огрызнулась я, пытаясь выбраться из кювета и отчаянно путаясь в подоле юбки. Эх, жаль, что я не догадалась костюм некроманта надеть!
— Да постой ты! — Марк обхватил пальцами мою лодыжку и дёрнул, заставляя съехать обратно в канаву. Проклятье! — Только не дерись! Послушай, мне надо тебе кое в чём признаться.
— Поздно признаваться. — Я оттолкнула его руки и села, прислушиваясь. Мы изрядно пошумели, и такеровские сообщники нас не услышали лишь потому, что сами гремели ящиками так, что будь здоров. — И без того весь город знает, что ты никакой не алхимик.
— Как весь город?! — охнул Такер, и даже в темноте стало заметно, как сильно он побледнел. — Откуда?
— А ты бы ещё по центральной площади прошёлся, на каждом камне брусчатки по руне оставляя, — язвительно ответила я. — Ты зачем на моё кладбище попёрся? Я тебя просила?
— Помочь хотел, — огрызнулся алхимик. Хотя, какой он алхимик, если сам только что признался, что это не так. — Ты, знаешь ли, на некроманта тоже не сильно похожа.
— Ах, ты… — возмутилась я. — Да что ты понимаешь в некромантах?
— Это я что понимаю в некромантах? Да я столичную академию имени графа Гловерского с отличием закончил! — рыкнул он. — Много у тебя знакомых некромантов с золотым дипломом?
Да половина родни! Но вслух об этом, пожалуй, лучше не упоминать.
— В уборную с дипломом своим сходи, — прошипела я. — Сила есть — ума не надо. Чистое кладбище так рунами изрисовал, что ступить некуда. Если магию девать некуда, устройся к Бирру коровой. Хотя бы пользу приносить будешь.
— Коровой? — прохрипел он, и в его глазах сверкнуло какая-то тёмная эмоция, заставившая меня втянуть голову в плечи.
Альфред Бирр был изобретателем магических светильников. И лишь на его фабрике можно было обменять разряженные камни на новые. Раскрывать секрет своего изобретения этот маг не спешил. В Бревиллии было немало магов, которые даже при наличии образования не смогли найти себя ни в одной из сфер деятельности. А вот двери фабрики Бирра для них всегда были открыты. Профессия их назвалась донор, но в быту их все величали магическими коровами, из-за того, что на фабрике их, фактически, доили, чтобы собрать силу магии в специальные резервуары, из которых члены рода Альфреда Бирра (и только они!) черпали энергию для зарядки магических светильников.
К счастью, Такер быстро взял себя в руки и продолжил ругаться, не повышая голоса. Кажется, он не меньше моего хотел утаить нашу стычку от своих тайных визитёров.
— Да что бы ты знала, какие в этом тихом городке дела творятся, ты бы носа своего симпатичного из дому высунуть боялась!.. В магические коровы она меня записала! Да я этими рунами, может быть…
Осёкся, повернул голову к дому, прислушиваясь к тому, что там происходит.
— Чёрт подери! У меня совершенно нет времени на всё это. Я же объяснить хотел, по-человечески, а ты опять втянула меня в какой-то бессмысленный спор.
— Я втянула?
Он недовольно глянул в мою сторону и проворчал.
— Мне надо вернуться. Не скажешь, кто видел меня на кладбище?
— Я своих не выдаю!
— А ты не врёшь? Я же отвод глаз на себя наложил, чтобы ни одна живая душа… Точно не скажешь, кто?
Я покачала головой.
Если он действительно некромант, то о своём мёртвом помощнике я ему даже под пытками не поведаю!
Со стороны дома послышался короткий свист, и Марк поспешно вскочил на ноги.
— Вирджиния! — прошептал он, помогая мне подняться. — Пожалуйста, подожди тут, пока я от них не избавлюсь. Будет лучше, если тебя никто не увидит.
«Разбойники!» — мысленно ахнула я. Но мысль моя, кажется, была такой громкой, что Такер скривился, засунул руку в карман штанов и вынул знакомый каждому жителю страны значок — золотой четырёхлистный клевер в центре которого вкруговую бежала надпись «Тайная служба Бревиллии».
В моей семье такие значки были у троих: у бабушки, у папеньки и у моего старшего брата. И поначалу я обрадовалась, что Такер не разбойник, а потом загрустила. Уж лучше бы разбойник, честное слово! Если он хотя бы в одном из своих отчётах напишет (или уже написал!) обо мне, то плакали мои мечты о собственной алхимической лавке горючими слезами.
— Теперь ты мне веришь? — шепнул Марк. — Дождёшься меня тут?
— Куда ж я денусь, от тайной-то службы… — уныло выдохнула я, а мой сосед обрадованно улыбнулся, сверкнув в темноте зубами, и, выскочив из канавы, помчался к домику. А я лениво подумала о том, как он станет объяснять своим гостям, почему вернулся с разбитым носом.
Впрочем, не так уж и сильно меня этот вопрос волновал.